Том 2    
Глава 6 - 15 мая, Она душила меня.


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
fraumilch.13
2 г.
Боже, я безумно благодарна человеку, который перевёл ванную работу, потому что в ней есть много полезной информации для моей презентации по ценообразованию.
Ну и автору данный японских лайк-новелл не менее благодарна.
lolhope
2 г.
Новелла годная, а вот перевод никак нет
mello
2 г.
>>28157
Новелла годная, а вот перевод никак нет

Очень много чего хотел написать в ответ, но сдержался.
Я понимаю что в интернете каждый волен выражать свое мнение, но я совсем не понимаю смысл этого комментария.
Тыкнуть меня носом в то что у меня много ошибок? Я понимаю. Лично мне, очень тяжело находить опечатки(кроме тех на которые мне указывает ворд), потому что работая с текстом он настолько приедается что ошибок просто не замечаешь. Поэтому я очень благодарен тем, кто помогает мне с помощью Орфуса.
Вечный
3 г.
Благодарю. Было бы хорошо, если бы был отдел с архивами
EgorD
3 г.
Спасибо!
kapulyetti
3 г.
Спасибо за перевод !

Глава 6 - 15 мая, Она душила меня.

Часть 1

Я старшекласник и популярный писатель ранобэ, которого душит одноклассница младше на год, а ещё она сэйю.

Вот в таком я незавидном положении.

Я не чувствую боли или недомогания, но я умираю.

— Спаси!

Это не мой крик, кричала Нитадори которая схватилась за моё горло. Всего одно слово, но для меня оно прозвучало медленно и длинно.

Я не понимаю что, она имеет ввиду.

Прошло примерно 5 секунд с момента, как она сдавила моё горло. И ещё 2 секунды, в течении которых я не был способен думать о чём-то другом.

Может быть эти серые силуэты - само защита которую запустил мой мозг? Это как то должно способствовать тому что бы я вспомнил что нибудь из прошлого, что нибудь что поможет мне найти выход из этой ситуации?

Я не сказать точно что Нитадори имела ввиду, но у меня есть предположение.

В любом случае, почему Нитадори душит меня?

Я не знаю.

Я не знаю причины.

Часть 2

Четверг, 15 Мая.

Время летит, и уже прошёл месяц с момента как стартовала работа над аниме, и начался новый учебный год.

Я как обычно ехал в пустом поезде Лимитед Экспресс и сидел на своем сидении, которое находилось на последнем ряде слева.

Дома погода была очень ясной, но по прогнозу обещали дождь в Токио, так что я взял с собой зонтик, который сейчас лежал в боковом кармане моего рюкзака.

Поезд тронулся точно по расписанию.

Я проездил этим рейсом месяц, и могу утверждать, что день сегодня затянется. В ожидании поезда на платформе, я заметил что солнце сегодня стоит довольно высоко.

Всего у нас 13 дней записи, и завтра будет седьмой день, то есть пол пути уже пройдено.

Я не могу вспомнить, видел ли я Нитадори в первый день записи.

Перед вторым днём, я встретил Нитадори в поезде в первый раз.

С третьего по шестой раз, мы ездили в Токио 4 раза подряд, и я ответил на много её вопросов.

Мы говорили обо всем, начиная с моих игр в воображении которые начались с детства, до моего намерения начать писать.

Я поведал ей о проблемах, которые у меня были, перед тем как отправить работу в Денгеки Бунко.

Рассказал о том, как писать книги.

Мы обсудили гонорар и доходы.

Так о чем же она спросит сегодня?

У меня ощущение, что могу рассказать ей что угодно, если это не секрет.

Размышляя об этом, я немножко залип, а затем увидел покачивающиеся чёрные волосы.

— Привет сенсей, как жизнь?

— Да ничего, спасибо. А у тебя?

— У меня тоже ничего, спасибо.

И мы начали разговора, который любой ребёнок начальной школы сможет перевести на английский.

— Наслаждайся.

Нитадори вручившая мне пакет, сегодня была не в юбке, а в джинсах, которые были в паре с зелёной курточкой и голубым свитером.

Она положила свою сумку за спину, и туда же повесила курточку. Затем, прежде чем сесть, она снова аккуратно прибрала свои длинные волосы, и отправила их лежать на груди.

И я принял этот пластиковый пакет.

— Сейчас подзаправлюсь. Спасибо.

С хрустящим звуком я извлёк оттуда чипсы со вкусом морской соли и бутылку чая.

— Я тут подумала: я же вижу твою спину каждый день в школе, и могу сказать, что ты довольно бодрый. Будь ты более вялым, я бы смогла видеть доску получше.

— Похоже на то.

На уроках Нитадори всегда сидит позади меня. Неважно в классе мы находимся, или ещё где то в школе — мы никогда друг с другом не разговариваем.

Бывало пару раз я проходил мимо Нитадори по коридору, но, даже увидев её, я не говорил ни слова.

Если честно, мне кажется что это очень странные отношения. Пока я размышлял об этом, Нитадори сидевшая рядом со мной, задумалась о том же:

— Так странно... в школе мы сидим очень близко — ты напротив меня, а я за тобой. Во время записи, нас разделяет только толстое звуконепроницаемое стекло, а сейчас мы сидим side by side...

Значит и ей тоже это кажется странным.

И интересно, почему она, не сказала просто "рядом" вместо этих английских выражений?

Поезд продолжал двигаться вперёд.

Пока я уничтожал чипсы, неожиданно рано пришёл кондуктор, что бы проверить наши билеты.

Кондуктором сегодня была женщина, которую я уже видел пару раз до этого. Наверное, она удивляется, что каждую пятницу на этих местах всегда мы.

Проверив наши билеты, Мисс Кондуктор стала уходить.

— Вы всегда сидите вместе... что у вас за отношения?

Мисс кондуктор никогда этого не спрашивала. Я гадал, что же мне ответить если она задаст этот вопрос, но она никогда не спросит у пассажиров то, что не относится к её работе.

— А сейчас...

Сейчас, как и раньше, пришло время для вопросов от Нитадори...

Или вроде того, но я всё ещё голодный, так что Нитадори начала болтать об обычных проблемах с погодой.

Она сказала, что по прогнозу погода в Токио будет плохая, и что когда я пойду в студию звукозаписи, мне нужно быть осторожнее что бы не упасть.

— Кхм... а прогулять нельзя? — спросил я, скручивая упаковку чипсов.

— Это же не школа тебе! — хихикнула Нитадори.

Ну, конечно же, сейчас мы просто шутим. Мы ездим в студию не ради игр или развлечений. Мы пропускаем уроки ради работы. А работу нельзя пропускать без уважительной причины.

Раньше, если актёр не появлялся в студии из за плохого самочувствия, остальные продолжали играть как без него. Мне кажется, что это тормозит работу, и никак не способствует продуктивности.

Всё потому что на следующей неделе, этот сейю будет играть один с уже записанными голосами.

Мне кажется это всё усложняет , но в то же время, я удивлён что даже в таком положении они справляются.

— Итак, сегодня я воспользуюсь тетрадкой.

Нитадори держала тетрадку, ту же самую что я видел на прошлой неделе.

Я вспомнил, что на прошлой неделе я рассказывал о доходах и налогах. В тот раз Нитадори тетрадку не открывала.

— У тебя, похоже много вопросов, да? — спросил я.

— Ага. Самые разные вопросы по одной теме. Если ты захочешь рассказать что-то подробнее сенсей, то пожалуйста не сдерживайся. А ещё, заранее извини меня, если какой-нибудь из вопросов поставит тебя в неловкое положение. Или если я задам вопрос, на который ты не можешь ответить из за работы, пожалуйста, скажи меня прямо — "Я не могу ответить на этот вопрос".

— Понял.

— Итак...

И на этот раз, Нитадори и правда открыла свою тетрадку.

В то же время, она не давала мне посмотреть, что там написано, прикрывая страницы пальцами.

— Кхм...

Она что, не может выбрать, потому что у неё слишком много вопросов?

Я начал думать о том, что будет, если я откажусь отвечать на первый же вопрос. Это испортит ей настроение? Или это вызовет у неё чувство вины настолько, что она больше не будет ничего спрашивать?

И пока я это обдумывал, Нитадори, наконец, сказала:

— Кхм, вот этот... когда ты выпускаешь книгу, ты подписываешь контракт с издателем, так? Если да, то, как это происходит?

— Фууух.

— От чего тебе так полегчало?

— Я просто думал, что мне делать если я не смогу ответить на твой вопрос.

— Ахахаха. Этот вопрос пойдёт, да?

— Никаких проблем.

— И что ты ответишь?

— Да

В моём случае — я подписал "контракт на публикацию".

Он представляет из себя 4 листа бумаги формата. А4 которые скреплены с левой стороны. И всё это само собой стиль Денгеки Бунко. Я не знаю в как выглядят договора остальных компаний.

И я показал ей копию контракта, говоря:

— Здесь много разных пунктов... я приложил много усилий что бы прочитать его, но едва ли смогу вспомнить, что ни будь конкретное...

На прошлой неделе я рассказывал что "первые 50 копий используют для рекламы, и за них деньги не начисляются". Этот момент чётко прописан в контракте.

Там есть интересный пункт — "если писатель покупает книгу, в качестве привилегии он получает скидку на 20%". Каждый раз, когда мою книгу издают, я получаю 10 копий, и ещё столько же за каждый дополнительный выпуск, так что у меня ещё не было возможности воспользоваться этим правом.

— Всё что мне нужно — написать свой адрес и имя. То есть я пишу своё настоящее имя, ставлю свою печать и контракт вступает в силу. Само собой, имя компании, и её печать так же присутствует.

Контракт заключается на конкретную серию книг, так что подписаться нужно только один раз.

Я сделал это в филиале редакторов, ещё до того как "Вице Верса" была выпущена. Всего существует 2 копии контракта, и одна из них была для меня.

— Понятно... издатель хорошо знает своё дело — сказала впечатлённая Нитадори. И я понял, что нужно кое-что добавить.

— Ага. Кроме того... бывает, что некоторые контракт не подписывают.

— Что?

— Я поставил свою печать, перед тем как вышла моя книга, но...

На вечеринке нового года, один опытный писатель кое-что мне рассказал.

В момент когда мы говорили, я упомянул что подписал контракт до того как издали книгу, и он сказал:

— Ах, я подписал контракт на мою новую серию в тот же день.

— Ээ?

Причина, по которой я была шокирован в том, что этот человек работал с Денгеки Бунко уже много лет.

Он издает свои книги больше 10 лет, и по его работе сняли аниме.

— Да? Тогда, кхм... и как он тогда работал все эти 10 лет? — Нитадори задала очевидный вопрос.

— Я у него то же самое спросил.

— Иии?

— Он ответил: "Аа, между нами была устная договорённость".

— ...

И нет ничего удивительного в том, что Нитадори так удивлена.

Я если честно тоже был в шоке.

В принципе меня всё устраивало, главное деньги перечисляли. Просто я был удивлён что издатель, с которым я подписал договор, делает такие странные вещи.

Но было продолжение.

Услышав наш разговор, уже другой писатель добавил:

— Ах, я, кстати говоря тоже недавно контракт подписал. До этого я вообще не знал, что они существуют.

И тут ещё один писатель подхватил:

— Нет, погоди-ка. Я свой вроде как подписал перед дебютом...

— Я тоже...

Таким образом, писатели разделились на тех кто "подписал контракт", и тех кто "ничего не подписывал". И задумавшись, почему же так происходит... я почти сразу всё понял.

Те, кто выиграл приз в конкурсе Денгеки Бунко подписывают контракт.

Те, кто начал издаваться без контрактов не выигрывали никаких призов, а были простыми участниками.

А так как я подписал контракт, я думал, что и у остальных тоже есть, что то подобное.

— Вот такие дела. — ответил я на первый вопрос, но я всё же не уверен достаточно ли ей этой информации.

— Так, следующий вопрос...

Нитадори снова открыла свою тетрадку.

— Что в себя включает "Секретность" для писателя? Сейю нельзя рассказывать о работе, сценарии и так далее. У писателей в том же духе?

— Хм.

Мне повезло, ещё один вопрос, на который я могу ответить.

А может быть Нитадори специально выбирает те, на которые мне будет просто ответить.

Секретность...

Строго говоря, это можно отнести к "обязанностям", потому что я не знаю есть ли что ни будь подобное в законе о авторских правах.

Я расшифровываю этот термин как "Пока работа официально не опубликована, никто не может рассказывать о ней людям, не имеющим отношения к ней отношения"

— Возьмем, к примеру, дату релиза. Когда Денгеки Бунко решает, в какой день работу выпустить, никому нельзя говорить об этом пока не будет официального релиза. За 2 месяца до официального релиза, эту дату анонсируют в журналах Денгеки Бунко. Хотя бывают конечно и исключения, например дату объявляют на каком ни будь мероприятии.

— А если ты анонсируешь дату в блоге, или твиттере до...

— Я не имею на это права.

— Что ни будь ещё?

— Нельзя разглашать происходящее на встречах, договорённости... ах, ещё одна важная деталь.

— Какая?

— Новости об аниме, или о том что по какой то книге снимается аниме адаптацию обычно анонсируют на разных мероприятиях, так что до того момента так же необходимо сохранять секретность.

Я к примеру, скрывал новости о том, что по "Вице Верса" будут снимать аниме. Всё потому что количество людей и количество денег которые используются для такого грандиозного проекта, значительно превышают средства, задействованные на продажу лайт новелл. Если бы я тогда учился в школе, я бы был в ужасе и постоянном страхе от того что бы не проболтаться кому ни будь. Я ведь даже маме об это не говорил.

— Вот как... у сейю с секретностью почти так же. — сказала Нитадори, но мне кажется, что сейю в это плане всё-таки труднее, чем авторам.

Как только они узнают о прослушивании, они сразу понимают, что по этой работе будет сниматься аниме. Получается, они узнают об этом раньше остальных, а таких прослушиваний может быть много. Само собой они тоже не должны допустить утечку, так что им так же приходится быть очень осторожными.

И я продолжил:

— Даже если я узнаю информацию по чужой работе, об этом так всё же нужно молчать. Во время новогодней вечеринки, я кое-что узнал от опытных писателей... они говорили, что писатели с хорошими связями так или иначе узнают, что по чьей-то работе будут снимать аниме.

— Вот как... вы работаете в одной сфере, в конце концов.

— Неважно, чья это информация, моя или чужая, с ней нужно обращаться одинаково. Если я не могу говорить о своих будущих томах, то тем более не могу разглашать что будет в новых томах других писателей.

А ещё я слышал...

Что раньше, писатель или иллюстратор могли прийти в филиал редакторов и получить новую книгу от Денгеки Бунко до официального релиза.

Книги выпускали 10-го числа каждого месяца, но к концу предыдущего месяца их обычно отсылали в филиал редакторов. 10 штук предназначалось автору произведения. Всё зависело от праздников, но обычно книги приходили 29-го и 30-го числа.

И с того момента, до 10-го числа, в филиале редакторов можно было увидеть стопки книг. Те, кто приходил на встречи по работе, мог подходить и брать себе для чтения.

Это было в прошлом, сейчас нам не позволяют этого делать, что бы в сеть не ушла информация о сюжете раньше времени.

— Личная информация это как военная тайна; её нужно держать в секрете. — добавил я.

— Среди писателей, которых я встречал на новогодних вечеринках, некоторые полностью скрывали свою личность. Были и такие кто говорил о себе, но никогда не выкладывал своей реальной фотографии.

— Ох, это про тебя сенсей.

— Да, про меня. Я бережно отношусь к тем секретам, что мне открываются на таких вечеринках. У меня не так уж много шансов проболтаться, так что это мне даётся легко.

— Всё потому что у тебя нет блога, фейсбука, твиттера и подобных социальных сетей.

Я кивнул

У меня нет аккаунтов в социальных сетях, потому что я стараюсь скрывать, что я школьник. Хотя некоторым удаётся вести свою страничку без утечек, но я то уж обязательно где-нибудь да напортачу.

Размышляя над этим, мне стало любопытно, и я задал Нитадори вопрос:

— Кстати говоря... Нитадори, у тебя есть блог или что ни будь подобное?

— Ах, кхм... вроде того... — Нитадори стала запинаться, и мне показалось, что она слегка не в своей тарелке.

— Я... думала о том, что бы начать свой блог. Особенно когда зашла речь о том, что у меня будет первая серьёзная роль.

— Но так и не начала, да?

— Хм, нууу... я немножко боюсь. Не то что бы я писать боюсь... я боюсь комментариев от хейтеров.

— Ах вот оно что.

Я прекрасно её понимаю.

Интернет наводнён огромным количеством хейтеров.

И их комментарии оставляют сильное впечатление.

— Сенсей, тебя волнуют отзывы и рейтинги в интернете? Этот вопрос я тоже очень хотела задать.

— И да и нет.

— В каком смысле?

Вряд ли есть писатель, которого не волнует что думают его читатели.

Если таковой имеется — то это очень сильный человек.

Обычно всем писателям, включая меня, не всё равно что скажут читатели и критики, и даже сильно переживают об этом. (Само собой, ведь это сказывается на продажах)

В прошлом, отзывы обычно оставляли с помощью писем. После того как книга выходила в продажу, читатели таким образом, писали автору о своих впечатлениях.

Благодаря интернету, этот процесс сильно ускорился.

После старта продаж, благодаря интернету, а именно: блогам в твиттере, фейсбуку и подобным соц. сетям, я узнаю, что читатели думают о моей книге.

И конечно же есть отзывы хорошие, а есть и плохие.

Я кое-что так и не рассказал Нитадори. Филиал редакторов фильтрует письма читателей, и те письма, что могут повлиять на работу писателя, ему не отправляются.

Но в интернете всё по-другому.

Здесь писатель легко может прочитать нелестные отзывы о своём произведении.

— Сенсей, ты читал отзывы о своих работах?

Мой ответ — да. Вот таким кратким был мой ответ.

— Среди тех книг что успели выйти... кто-нибудь говорил что ни будь плохое о твоей работе?

— Ну да, наверное.

— А? — Удивилась Нитадори, и наклонив голову спросила:

— "Наверное"... что ты имеешь ввиду?

И я ответил:

— Я решил забыть об этих отзывах.

И научил меня этому...

Если честно я забыл кто.

Может я сам додумался? Или редактор мне сказал об этом? Или я это услышал от другого автора? А может и в книге прочитал.

Но я всегда это делаю, когда читаю отзывы в интернете.

Я просто читаю хорошие комментарии, и стараюсь забывать о плохих.

Вот такой метод.

— И... как у тебя это получается? — спросила Нитадори приблизив ко мне своё лицо.

И я ответил ей, смотря совершенно в другую сторону.

— Ну, это не трудно. Первое...

Я читаю все комментарии, которые найду в интернете за целый день.

В том числе положительные отзывы.

Я бы даже сказал что положительных намного больше чем отрицательных. Ну, это на мой взгляд.

Как говорится "ищущий — находит"

"Довольно интересно"

"Клёвая книга"

"Я хочу продолжения"

"Персонажи просто великолепные..."

И так далее. Это положительные комментарии.

И я искренне ценю такие отзывы.

Пока я читаю их, благодарность за них превращается в мотивацию, которую я использую для работы.

А ещё я стараюсь запоминать такие сайты, где меня хвалят.

Но когда я читаю:

"Что это вообще? Скукотища"

"Верните мне моё время!"

"Отвратительная новелла"

...Подобную критику...

...Когда мне попадаются такие отзывы...

— Что ты делаешь?

— Я сразу же возвращаюсь обратно.

— Обратно? Куда?

— На сайт где меня хвалили.

— Ах!

А ещё это помогает забыть обо всех комментариях, которые унижают и оскорбляют мою работу. Я всегда надеюсь, что будут люди, которым понравится моя книга.

Я не собираюсь сдаваться только из-за того что некоторым что то не нравится.

— Вот как...

— В одной книге я прочитал "Автору никогда не нужно извиняться, когда кто-то унижает его работу".

— Мм?

— Вместо этого нужно говорить, "как жаль, что тебе пришлось не по вкусу". Я прочитал эти слова ещё до того как стал писателем, и ничего не понял... но уже после дебюта я всё прекрасно осознал.

— То есть...

Нитадори серьёзно посмотрела на меня и продолжила:

— Ты приготовил "очень вкусное блюдо", и это не твоя вина, что кому то не понравилось, так?

Я утвердительно кивнул:

— Именно. По-другому не бывает. Я пишу только то, что мне кажется интересным. Разве я могу послать редактору рукопись с безвкусным сюжетом? Кроме того, под руководством редактора, я редактирую текст, и работа становится ещё интереснее.

— Ага.

— И таким образом получается книга... независимо от того какими будут комментарии, я всё равно не смогу ничего изменить. Я был бы счастлив, если бы каждый хвалил мою работу, но я так же понимаю что такого не бывает. Даже в положительных отзывах, читатели иногда критикуют некоторые моменты.

Я уверен, что такую критику пишут не со зла.

Например — "Было бы лучше, если бы в этом моменте было вот так", "Вот эта часть написана плохо, лучше бы ты её переписал". Иногда мне кажется — "да, этот парень прав".

Но даже так...

В таких случая нельзя поддаваться мнению посторонних.

Неважно кто и что говорит (за исключением редактора), я должен полагаясь только на себя.

Если продажи будут хорошими, то это будет моя и редактора победа, и мы будем изо всех сил стараться над продолжением.

Если продажи не очень — значит, мы не справились. И мы приложим больше усилий в следующий раз, что бы продажи возросли.

— Когда я читаю, или слышу отзывы о моей работе... я всегда вспоминаю басню Эзопа "Мельник, его сын и осел". [✱]П.П. очень поучительная басня, советую всем ознакомиться, перед тем как читать дальше. http://www.planetaskazok.ru/ezopskz/melnikegosynioselezop

Когда же я в первый раз прочитал её?

Точно не вспомню, но не забуду, скорее всего буду за всю свою жизнь.

— Кхм... что за басня? Кажется, я про нее, где то слышала — спросила Нитадори.

— Нуу, как-то раз, Мельник и его сын отправились продавать осла...

И один из прохожих сказал им "А вам не легче на осле ехать будет?". После этого Мельник посадил сына на осла.

Затем они встретили другого человека, и он сказал им, что сыну негоже расслабляться, пусть старший будет на осле. И тогда, мельник вместо сына залез на осла сам.

Следующий прохожий справедливо заметил, что на осле можно ехать и вдвоем. Они так и сделали.

Ещё один человек попенял им, что это ослу слишком тяжело возить сразу двоих.

— Аа!! Я вспомнила! ... Затем они сами понесли осла, но осёл задёргался и упал в реку. Так всё заканчивается, да?

— Ага, именно так.

— Значит, эту басню Эзоп написал... а я и не знала. Мораль в том, что не стоит прислушиваться к каждому, потому что это может закончиться плохо, да?

— Да. И эта басня прекрасно характеризует непростое положение писателей... нет книги, которая понравится каждому читателю, главное, что бы нравилось большинству... вот чему я научился.

Я уже говорил об этом раньше.

Любому писателю, нужно ещё кое-что кроме компьютера, ручки и материалов.

И это "уверенность в себе"

Уверенность в себе убеждает меня, что я могу писать.

Уверенность в себе помогает мне верить, что я могу написать интересную книгу.

И такая уверенность у меня есть благодаря тем, кто меня поддерживает.

А мнение тех, кому не нравится моя работа, мне не нужно.

— Говорят, что люди становятся лучше, когда их хвалят. Это выражение так же очень точно и в отношении писателей.

— Потому что писатели тоже люди?

— Ах... кхм, ну да.

— Иногда я задумываюсь, насколько я одарен как писатель.

Я неожиданно начал говорить о том, что Нитадори не спрашивала.

Сказав это, я уже было подумал, что она удивится.

— Вот как... и почему?

Но Нитадори задала вопрос. И я ответил ей:

— Потому что я начинаю писать, и у меня получается книга. Я не считал себя как писателем, но я был очень рад, когда узнал что меня опубликуют, и был счастлив, когда мою книгу отправили на дополнительную печать. Когда книга начала хорошо продаваться, редактор сказал мне писать продолжение, и я тоже меня обрадовало. Аниме адаптация также делает меня очень счастливым.

—...Сенсей, глядя на тебя я понимаю, что это настоящие чувства, не поддельные, я права?

— Кхм, да.

Я ведь не актёр всё-таки.

— Так скажи мне сенсей... что ты считаешь себя "особенным" в каком ни будь плане?

В отличие от предыдущих вопросов — этот был более серьёзным.

Я покачал головой.

— Нет, думаю всё благодаря тому, что у меня много опыта.

— Тогда какого человека ты можешь назвать "особенным"?

— Даже не знаю.

— ...

— Я не думаю, что особенные люди существуют. Ах, может быть ты имеешь ввиду человека который "особенный" для кого то, тогда это, наверное, любимый человек, член семьи и в таком роде. Другими словами...

В это время Нитадори интенсивно смотрела на меня. Она выглядела серьёзно, но не так как во время записи аниме. Она прервала меня и спросила:

— Всё зависит от конкретного человека, так?

Ошеломлённый таким давлением, я робко ответил:

— Ну... вроде того.

Я посмотрел на сменяющийся пейзаж за окном, и отпил чая...

Похоже, мы отошли от темы. С какого вопроса все это началось?

Я задумался.

Закрыв пластиковую бутылку, я повернул голову направо и увидел Нитадори, которая над чем-то размышляла с серьёзной миной на лице.

Я уже начал было переживать, что сказал, что то не то, но в любом случае, сказанного не вернёшь. Спроси она ещё что ни будь в таком стиле — как то по другому я ей ответить всё равно не смогу.

Нитадори повернула свою голову ко мне.

На этот раз её лицо не было серьёзным, но взгляд за стёклами её очков был проницательным.

— Как автор, как человек, который дебютировал как писатель, ты сталкивался с какими ни будь трудностям?

— Трудностями...

Пробормотал я, размышляя над вопросом, который только что услышал. А ведь это две разные вещи.

— Я думаю что "трудности с которыми приходится сталкиваться писателю", отличаются от "трудностей которые проходишь становясь писателем".

— Тогда сенсей, ответь в любом удобном для тебя порядке.

— Ну, тогда... я начну с трудностей, что у меня были после дебюта...

— Хорошо.

На этот вопрос я вполне способен дать ей внятный ответ.

Я отвечу ей кратко, нисколько не сдерживаясь:

— Ни одной.

— Аа?

— У меня не было никаких трудностей.

— Кхм... ты серьёзно?

— Кхм, нууу... я уже говорил, что я везунчик. Даже когда мне нужно упомянуть проблемы, с которыми я столкнулся, я не могу вспомнить ни одной.

— ...

Ошеломлённая Нитадори сохраняла молчание.

"Мне очень не повезло встретить такого легкомысленного парня. У любого встречаются трудности, как минимум одна или две. Благодаря трудностям человек растет как личность. Следовательно, раз у тебя нет трудностей, то и как личность ты не растёшь"

Я очень надеялся, что она не думает чего то подобного.

В любом случае, у меня их не было. Абсолютно.

— Самая большая трудность за это время у меня была в средней школе; процесс, через который мне пришлось пройти, что бы научиться писать. Я уже рассказывал об этом, это происходило до того как я стал писателем. Я так же говорил, что у меня не было ситуаций, которой писатели бояться больше всего — когда "история никуда не годится"... и я уже говорил что игнорирую все комментарии хейтеров в интернете... мои книги продаются хорошо... уже скоро будет аниме адаптация...

Разве что трудности, с которыми сталкиваются все люди.

Например, как то ко мне пристал злобный пьяница пока я шёл в отель, или что из-за того что я пишу новеллы и провожу так много времени сидя, у меня появились боли в пояснице в таком молодом возрасте, и так далее.

Даже не будь я писателем, ко мне бы в любом случае пристал тот пьяница. Другой разговор если этот пьяница специализировался на том что бы задирать именно писателей (А вот это кстати может быть интересным сюжетом для книги).

Что бы приспособиться к боли в пояснице, я стал сидеть по-другому, а так же начал заниматься спортом. По рекомендации мамы, я ходил на иглоукалывание, и через время всё полностью прошло.

Думая об этом, я понял, что всё это не в счёт.

— К-кхм... а какие, по-твоему, у писателей могут быть трудности?

Нитадори решила сократить область вопроса. Я ожидал, что она это спросит.

Самая большая трудность, с которой может столкнуться писатель...

Скорее всего, если бы я не смог писать, или не больше не хотел писать — моя жизнь как автора книг подошла бы к концу.

Без работы, у меня не будет дохода, и я не смогу нормально жить. Бывает писатель теряет работу, и он не может это изменить, не смотря ни на что.

Незаменимых писателей не бывает. Есть конечно пару исключений, книги таких писателей такие, что написать их могут только они.

Я читал о чувствах таких писателей, и могу их понять.

— Так и есть... нет ничего удивительного, когда в определённый момент ты просто остаешься без работы... я думаю в работе актеров такая же ситуация. Все боятся, потому что есть "так много желающих им на смену — грустно подвела итог Нитадори.

Я слышал, что довольно много желающих стать актерами, и людям очень тяжело получить роль, или прорваться сквозь такую конкуренцию.

Если сравнивать с писателями, кому живется тяжелее?

Я не знаю, и, конечно же, Нитадори то же. Я думаю, никто не знает ответа на этот вопрос.

— Именно поэтому ты вернулся в старшую школу сенсей?

Я кивнул.

Конечно, отчасти на это повлияло давление окружающих меня людей, но, в конце концов, я сам решил, что мне это нужно. Было время, когда я думал "я мог бы вообще не учиться", но сейчас, я очень рад, что не бросил школу.

На данный момент "Вице Верса" продаётся очень хорошо, и я могу продолжать писать, но кто знает в какой момент моя книга перестанет быть бестселлером. А ещё не известно, сколько ещё я смогу писать.

И если такой день настанет, я сомневаюсь что мне пригодится опыт из дней когда "Я писал книги, будучи подростком, и по моей работе снимали аниме"

Я думаю, что по сравнению с этим, тот опыт, что у меня появится в старшей школе и в колледже, и тому чему я научусь в этих учреждениях, будет намного полезнее в трудные времена.

Хотя и то и другое похоже, но на самом деле это разный опыт. "Учёба в школе" и "опыт, приобретённый в колледже" совершенно разные вещи. Если бы мне нужно было выбрать что то одно, то я бы остановился на последнем, однако хочется и того и другого.

— Когда я отучусь в старшей школе, я бы хотел продолжить обучение в колледже и в то же время продолжать писать... и, в конце концов — выберу работу, попробую себя в чём ни будь ещё.

— Тогда, предположим, что ты написал много книг, и все они стали популярными, а заработал ты пару миллиардов йен, что примерно равно тому, что может заработать за всю жизнь обычный взрослый... в такой ситуации ты бросишь писать?"

— Ну, если... всё пойдёт таким образом... думаю что не смогу. Я буду очень рад, что мне не нужно заботиться о чём то другом а только писать книги, которые мне нравятся, я буду очень счастлив — прямо как сейчас.

— Вот как.

А что, кто то поступил бы по-другому? Нитадори от чего-то полегчало после моего ответа. Иногда я абсолютно не могу понять, что на уме у других людей.

— Мне кажется, что лучший для меня вариант это до конца дней работать писателем... хотя никто не может сказать заранее, что будет хорошо продаваться в будущем. Поэтому мне нужно серьёзно решить, что я буду делать, если я не смогу писать. Поэтому уже сейчас я должен делать всё от меня зависящее, то есть продолжать писать и учиться.

— Хм... мне, наверное тоже — согласилась со мной Нитадори.

По какой-то причине окружающая нас атмосфера стала депрессивной.

Обычно 17 летний парень и 16 летняя девочка не разговаривают о подобных вещах, разве нет?

Разве мы не должны говорить о своих надеждах на будущее, или обсуждать свои мечты, а не думать над тем как устроить свою жизнь, или что мы будем делать, если потеряем свою работу?

Не знаю в хорошем или плохом смысле, но мне кажется, что мы не обычные.

Но в то же время и не особенные.

А сейчас я поменяю тему разговора с помощью "следующего вопроса который я хочу задать автору!" — весело сказала Нитадори, скорее всего для того что бы уничтожить эту депрессивную атмосферу.

Я хотел было спросить на какую тему она будет меня расспрашивать, но оказалось что вопрос вполне обычный

— Сенсей, где ты живёшь?

Это абсолютно никак не относится к профессии писателя.

На этот вопрос ответить очень легко.

— Ты же видела новое белое здание к востоку от школы, да?

— Ээ? Ты живешь там? — удивилась Нитадори, и утвердительно кивнул ей в ответ.

— Так близко к школе...

— Именно поэтому я там и живу...

Речь идёт о большом здании примерно в 100 метрах от школы. Здание можно сказать новое, ему всего 3 года.

Мы с мамой переехали туда в Декабре, а до этого мы жили рядом с библиотекой.

Причина, по которой мы решили переехать, была в том, что новое место ближе к школе. От школьных ворот до дома я дохожу за 5 минут.

— Я поняла, чем быстрее ты вернёшься домой...

— Тем больше времени я могу уделить работе, и мамина работа тоже ближе.

— Похоже, вам очень легко далось решение переехать туда.

— До библиотеки довольно далеко, но лучшего варианта не было. У меня достаточно денег что бы купить книги, которые мне нужны, а остальное я могу найти в интернете.

— Ты... купил этот дом? — глаза Нитадори за стёклами очков расширились когда она спрашивала это.

— Нет конечно, он арендуется.

Я же не настолько много зарабатываю.

Но даже аренда этого дома обходится мне очень дорого. Агент по недвижимости сказал, что цена за аренду этого дома самая большая в этом районе.

Мама была в шоке от этой суммы, и очень долго была против того, что бы я его снимал. Но в итоге я настоял на том, что это "необходимо"

— Причин было... ммм... четыре, ой, я хотел сказать три.

И снова я сболтнул то, что было на уме.

Нитадори не стала зацикливаться на этом и спросила меня:

— Предположим что главная причина была в том что дом близко к школе... вторая причина это то что плата за аренду считается "расходами"?

Я кивнул.

В этом доме мы арендуем 4 комнаты. А именно комнату для мамы, для меня, и комнату для хранения, в которой я держу шкафы с книгами. Последняя комната нужна так, на всякий случай, и на данный момент используется как запасное хранилище для книг, потому что я не знаю, как ещё её использовать.

Среди этих комнат, мою комнату и две комнаты с книгами я охарактеризовал "рабочими помещениями". Они занимают примерно 40% места, а значит 40% аренды я могу отметить как "расходы".

Расходы большие, но и возмещают мне порядочно.

Я собираюсь остаться в этом доме как минимум ещё два года до момента выпуска из старшей школы. К счастью у меня достаточно средств, что бы позволить себе это.

— А что потом?

— Хочу в колледж, в Токио — ответил я.

— Ох! Это окончательное решение? — радостно спросила Нитадори.

— На данный момент, я решил, что буду учиться в Токио в "литературном отделе". Ещё один плюс, что оттуда час езды до филиала редакторов.

— Вот оно что! Ты хочешь работать и учиться одновременно? Я бы тоже хотела пойти в колледж, если не буду слишком занята по работе! Выберу, что ни будь ближе к Токио.

— В следующем году мы будем выпускниками... будем надеяться, что мы поступим куда захотим.

— Ага. С этого момента, давай стараться изо всех сил!

Ах, вот этот разговор уже больше похож на то о чём обычно говорят ученики старшей школы. Это очень радует.

Нитадори спросила:

— Допустим через два года ты решишь переехать в Токио, что будет с твоей мамой?

Я тоже задавал этот вопрос, и мама ответила, что переедет в квартиру поближе к больнице, где будет достаточно места для неё одной.

— Понятно... а какой была третья причина?

Нитадори догадалась о первых двух, и спросила меня о последней.

— Я хотел, что бы мама жила в месте получше. В прошлой квартире я слышал шум из квартиры соседей. Мама устроила переезд ради того что бы мы жили ближе к библиотеке, так что я хотел отплатить ей этим.

И как только она услышала мой ответ:

— Ах! Вот как...прости...

Нитадори выглядела расстроенной и разочарованной в себе, казалось в уме она твердила себе "Не нужно было этого делать!". Но для неё нет никакой нужды так убиваться.

— А-а ещё я хотел жить в красивом и дорогом доме! Получается это четвертая причина!

— Ахахахах. Спасибо.

Она заметила, что я беспокоюсь за неё и поблагодарила меня. Я же всё ещё не мог успокоиться.

— К-кхм... я выбрал самый последний этаж, и теперь у меня прекрасный вид! Знаешь, когда долго печатаешь иногда необходимо давать глазам отдых, и это здорово когда есть возможность смотреть на холмы и горы из окна!

— Из окон школы тоже довольно хороший вид, но я думаю с крыши твоего дома можно рассмотреть ещё больше.

Когда Нитадори это говорила, по ней было видно, что она немного отошла. Слава Богу. И мы продолжили наш разговор.

— Ага. Зрелище оттуда просто потрясающее. Я живу не далеко от школы, так что ты можешь приходить, когда пожелаешь.

— Что...?! Правда?

Нитадори выглядела очень удивлённой, а я ответил:

— Конечно. Мне нечего скрывать, в конце концов.

В любом случае, это, наверное, первый раз в моей жизни, когда я приглашаю, кого-то к себе домой; хорошо, что мы переехали в новое место. Я не хотел бы этого говорить, но предыдущая квартира, в которой мы с мамой жили, была очень старой.

— С-серьёзно? П-п-правда я могу -п-п-придти и увидеть рабочее место профессионального писателя? Д-да?

Я смутился, когда увидел восторженное лицо Нитадори.

Неужели она настолько не может поверить, и ей нужно переспрашивать снова и снова?

Я же не живу в каком ни будь знаменитом заповеднике Токио в конце концов.

Это просто новая, красивая комната с хорошим видом....

Нитадори и сама вроде как довольная обеспеченная личность.

Я решил не гадать и не думать о вещах, в которых не уверен, и вместо этого сказал ей:

— Но лучше этого не делать когда моя мама спит, особенно когда она с ночной смены... думаю, лучшим временем будет... когда она на работе?

— Т-то есть когда твоей мамы не будет дома! Х-х-хорошо! Я п-поняла!

— ...?

Я отвернулся в другую сторону, беспечно задумавшись о своём. График моей мамы меняется довольно часто, так что для начала нужно всё уточнить.

— До...

Неожиданно, на окне появился след от капель дождя, и их количество стало сильно увеличиться.

— Дождь начался...?

Дождь неожиданно резко усилился, а поезд продолжал нестись свозь него.

До заката ещё далеко, но за окном уже потемнело, наверное, потому что небо накрыли облака. Пару раз, где то громыхнуло, а стёкла окон полностью накрыло дождём.

Прогноз оказался точным. Если дождь уже сейчас такой сильный, то, что будет, когда мы приедем в Токио?

Мне ещё нужно будет, как то добраться со станции до отеля; вполне возможно, что у меня промокнут ноги. В любом случае идти не так уж и далеко, в крайнем случае, вызову такси.

По идее легче всего для меня было бы добравшись на поезде садиться в такси, но я решил: "Пока поезд доставляет меня до места назначения, такси мне не нужно".

Теперь, когда я зарабатываю, я всегда беру с собой некоторую сумму для непредвиденных расходов. Вряд ли я сильно потрачусь, если буду иногда пользоваться такси в Токио.

Я не скупердяй, но всегда стараюсь не тратиться на то, что не необходимо. Поэтому на такси я езжу только тогда когда плохо себя чувствую.

Поезд уже пару раз остановился, и вагоне не было столько людей как раньше. По своему опыту поездок в Токио, могу сказать, что на этот раз наименьшее количество пассажиров на борту.

До конечной оставался ещё один час.

На данный момент я думал, каким же будет её следующий вопрос. Интервьюер на данный момент находилась в уборной.

И в этот промежуток времени мне было очень скучно.

Так что я встал, и достал распечатанную рукопись "Вице Верса" из рюкзака.

Если эта рукопись превратится в книгу, то это будет одиннадцатый том. Шестую часть "со стороны Шина" планируется выпустить в Сентябре.

Рукопись уже готова, но поскольку у меня ещё есть время, я перечитываю её, проверяю свои главы и думаю над улучшением сюжета.

С увеличением количества томов, сюжет "Вице Верса" менялся кардинально.

Со "стороны Шина", большинство стран были покорены, или стали союзниками Сина, который хотел возглавить мир Репутации. В седьмом томе передвигающийся город снабдил Сина ресурсами и оружием, в благодарность за спасение.

А так же Юи, которая влюблена в Шина, когда повествование идёт со "стороны Сина", запуталась, потому что у неё появились чувства к серьезному, но доброму Сину.

Плуто и Син снова скрестили мечи в девятом томе. В итоге родная страна предала Плуто, и они отправили ассасина на поле боя, что бы он убил их обоих. Благодаря вмешательству Шина и Мики, этот план по убийству не удался.

Плуто решила объединиться с Сином и сражаться вместе. Две страны объявили друг другу войну, и размах сражений в одиннадцатом томе сильно увеличился.

А ещё, в этом томе умирает Мика.

Часть 3

Я планировал смерть Мики уже очень давно.

В моих планах на сюжет, почти все гомункулы должны погибнуть.

Кто то, покорно слушаясь приказов хозяина, умирает на поле боя. Некоторые были уничтожены своими Хозяевами, за участие в саботаже и поддержку лидеров повстанцев.

Мне тоже кажется, что сюжет становится слишком мрачным, но этих искусственно созданных людей я придумал именно ради этого, так что выбора у меня просто нет. С другой стороны, я постараюсь изо всех сил, что бы мне не пришлось убивать кого-нибудь из других персонажей.

После того как редактор прочитал в рукописи что произойдёт с Микой, он спросил:

— Мика и Доска, очень харизматичные и популярные гомункулы. Разве не лучше будет оставить их в живых?

У меня на этот счёт было другое мнение. Я думал, что раз уж они стали популярными, их смерть оставит сильное впечатление, что добавит элемент трагедии в сюжет, и придаст нужную атмосферу истории.

Мне кажется, что если бы фанаты Мики и остальных персонажей услышали это — они бы были в ярости.

"Как ты смеешь так поступать?"

Сказали бы они.

Но новелла моя, и в ней я сам себе господин.

Я создал этот мир, персонажей и их судьбу. Сейю оживляют их, но автор может эту жизнь забрать.

Так что если мне это скажут...

"Я творец, и мне можно всё"

Я могу ответить так.

Но вряд ли мне когда-нибудь, придётся это делать.

Я перечитывал часть рукописи, в которой Мика умирает.

В конце этого тома, на широком и покрытом травой поле, будет большая битва между армиями многих стран. Она заканчивается победой Сина, Шина и Плуто.

После того как они вернулись в лагерь, Плуто обратилась к Сину, который потерял много подчинённых и двух близких помощников:

— С моей стороны погибла Мика.

Услышав это Шин сразу же отреагировал:

— Ясно.

И Отвернулся

— ...

Он так и стоял, не проронив ни слова (на этот момент было не холодное время года, и на нем не было его привычного шарфа)

Плуто не стала рассказывать, как это произошло.

Когда мы обсуждали этот том:

— Ты, правда, хочешь сделать это?

Уточнил редактор; казалось он был удивлён дальнейшим развитием сюжета.

— Разве нельзя описать красочнее смерть такого важного персонажа?

Я ожидал такой реакции.

И затем я поделился своими мыслями

Конечно же, я думал о храброй и красивой смерти — например защищая своего хозяина от стрелы, или умирая с высоко поднятой головой, как Мусашибо Бенкей. [✱]П.П. Про смерть Бенкея можно прочитать на вики https://vk.cc/7eL31r

Но этот сценарий подготовлен для другого гомункула.

Именно таким образом в будущем умрёт Доска. Когда его хозяина будут преследовать по узкому коридору, Доска примет на себя брошенное врагом копьё, загородит собой проход и будет сражаться до самого конца.

Но смерть Мики будет совершенно другой.

Любой кто читал историю любой войны знает, что смерть на реальном поле боя безжалостная и быстрая.

Поверни голову, и заметишь, как твой товарищ лишается головы. Посмотри прямо, и узришь, как исчезают ряды солдат. Посмотри на поле боя с воздуха после бомбардировки, и ты увидишь настоящую бойню. Предположи что твой друг не так уж и страшно ранен, а на следующий день ты найдёшь его холодное тело на кровати.

Размышляя над этим, мне в голову пришёл пример: "Допустим из моего кармана выпало огромное количество мелочи, и когда я попытался всё собрать обратно, я удивлённо обнаруживаю что не могу найти несколько тысяч йен" Этой смертью я пытаюсь описать как легко потерять жизнь на войне.

— Аа, так вот оно что...

В конце концов, редактор нехотя со мной согласился, но всё же добавил:

— Имей ввиду что ещё не поздно изменить эту часть. С этим не будет абсолютно никаких проблем.

И я прекрасно понимаю что, говоря это он имеет ввиду "ну пожалуйста, переделай эту часть..."

Но пока у меня нет особой причины, что бы что то изменять.

А какая "особая причина" может на это повлиять...

Я понятия не имею.

Нитадори вернулась, а я закончил перечитывать рукопись.

Я положил рукопись в большую папку, на которой было написано ASCII Media Works, и закинул её в карман рюкзака. И прежде чем Нитадори села, я успел положить рюкзак на полку.

Нитадори какое то время поправляла свои волосы, и прежде чем сесть спросила:

— Это что... рукопись?

— Ага. Это рукопись одиннадцатого тома, который будет продаваться в сентябре.

— Ух ты! Я хочу почитать!

Нитадори подняла голову, что бы посмотреть на полку.

— Ни за что. Только не при мне.

— То есть... ничего, если я гляну, когда тебя не будет, да? Эй, сенсей, ты знаешь, что в уборной лежит миллион йен?

Ну, конечно же, она шутит.

— Правда? В таком случае тебе просто необходимо сообщить об этом полиции, неправда ли? Если тебя наградят 10% от этой суммы — то, пожалуйста, купи мне миску говядины.

— Вообще то я хотела отдать их тебе... не то что бы мне хотелось копаться в твоих вещах, сенсей. Но, если эту рукопись украдут до того как работу опубликуют, то это будет большой проблемой... — сказала Нитадори, и отпивая от бутылки с чаем.

Она права.

Если у меня заберут этот рюкзак, то быть большой беде.

Хотя на ноутбуке и есть много информации, он хотя бы запаролен. Чего не скажешь о рукописи.

Что может произойти, если кто-нибудь, заберёт у меня рукопись грядущего тома "Вице Верса"?

"Я попытался написать продолжение. Ребята оцените, как у меня получилось!"

Скорее всего, этот человек выложит её в интернет.

И это поставит меня в трудное положение.

Если я выпущу книгу так ничего и не изменив...

"Профессиональный писатель просто скопировал чужую работу из интернета!"

Мои читатели, скорее всего, подумают так.

В таком случае, может быть мне стоит указать на дату файла и подать на него в суд? Или сначала нужно куда-нибудь об этом доложить? И куда? В какое агентство?

— Сенсей?

Если дело дойдёт до суда, то ASCII Media Works наверняка чем то помогут, так ведь? Может быть эта компания наймёт мне наилучшего адвоката.

Получается на суд мне нужно будет прийти в костюме? Ах да, мне очень хочется такой же молоток как у судьи, которым он бьёт по столу и заявляет "Тишина!". Но японские судьи такие молотки не используют, так что я понятия не имею где же мне таковой добыть.

А может быть филиал редакторов решит, что это дело проблемное, и не захочет бороться в суде, а вместо этого заявит мне: "Слишком проблемно решать это в суде! Перепиши этот том! Вполне возможно, что выйдет даже интереснее.

— Сенсеей?

Но ведь я довольно долго работал над сюжетом, и его не так уж и просто изменить, так ведь? Разве повествование не изменится в другую сторону, если я полностью всё переделаю? А если из за этого испортится вся серия книг? Получается всё что я делал до этого момента — напрасно?

— Эй, сенсей!

Хотя я могу просто продолжать писать со "стороны Сина", и выпустить так ещё как минимум 5 томов, что конечно шокирует моих читателей. Когда пройдёт достаточно времени, я снова вернусь к повествованию со "стороны Шина" и буду писать одну серьёзную часть серии за другой.

— Эй!

Бамс! И я почувствовал лёгкий удар в плечо.

— Хм?

Я повернулся и увидел сидящую Нитадори, которая потирала правую руку левой. Она пробормотала:

— Уж больно... жёсткие у тебя плечи...

— Жёлтые?

— Я говорю плечи у тебя жёсткие! Я тебя несколько раз звала!

Ах, вот оно что. Похоже, мои мысли снова погрузились в воображение. Сейчас я даже не знал что ей ответить.

— Ну я же писатель...

Что-то не в тему я это завернул.

— Ты что, ещё не отошёл?

— А, нет, всё в порядке.

— Отлично! А плечи у тебя, похоже, не такие как у девочек!

— Мм? Кхм, да... то есть нет, конечно же нет.

Честно, я понятия не имею насколько у девочек мягкие плечи.

И добавил:

— Кхм, так на чем мы остановились?

— Мы говорили о том, что будет если "рукопись украдут" — но забудь об этом. Давай перейдём к следующему вопросу! — сказала Нитадори, и на её лице снова появилась улыбка:

— Сенсей, как ты думаешь, "что важно для писателя"? Мне кажется, что слишком сложно ответить на вопрос "что самое важное", так что ты можешь рассказать, о чём захочешь.

Хорошо, что она не спросила меня о "самом важном", в лучшем случае я бы провёл слишком много времени думая над тем, что ответить.

Но просто "важных" вещей, я думаю несколько.

— Первое...

— Первое?

— Мне кажется это быть прилежным и делать записи. Записывать все, что приходит в голову.

Работа писателя заключается в том, что бы собрать всё вместе и сделать из этого историю. И само собой всё начинается с момента вдохновения.

— А где ты берёшь вдохновение?

— Хм, если честно... я не знаю. — серьёзно ответил я

— Хм? — Нитадори вопросительно наклонила голову.

— Я честно понятия не имею. Вдохновение ко мне может прийти в любой момент, я просто думаю, и понимаю что это пришло вдохновение.

— Ага, но ты же говорил, что обычно садишься за компьютер и говоришь "ладненько, пора писать".

— Конечно, так и происходит но... по факту так намного труднее думать о диалогах и сюжете. Вдохновение обычно в такое время не появляется. Именно поэтому, когда оно приходит нужно делать заметки.

— Так когда же оно у тебя появляется?.

На это я могу ответить.

— Например...

Самый лёгкий пример, это когда я с удовольствием, читаю чужие работы. Когда меня особенно трогает какой то момент, ко мне приходит вдохновение, которое начинает взаимодействовать с воображением. Можно сказать, я "играюсь с книгами", прямо как в детстве. Сейчас я также могу вдохновляться таким же образом с помощью манги и аниме.

В то же время, когда я слушаю музыку впечатляюсь текстом песни, мой разум неожиданно начинает представлять картинки. Таким образом, я использую музыку как фон, для воображения, и таким образом получаю вдохновение.

В противоположность к этому, вдохновение может прийти и неожиданно. Например, когда я в душе, в туалете, или, это не лучший пример конечно — во время уроков. Когда я расслабляюсь, в мой разум неожиданно приходят идеи. В прошлом у меня довольно часто были моменты, когда я не знал что написать и как продолжить историю. Большинство случаев, когда появлялось вдохновение и выручало меня, происходило, когда мой разум был опустошён.

У меня часто появляется вдохновение, когда еду на велосипеде по ровной дороге.

— Вот как... такое разнообразие.

— Хм, как только ко мне появляется вдохновения — я обязательно всё записываю. Я пишу ручкой только в классе; а так обычно использую компьютер и смартфон для того что бы перевести вдохновение в слова. Мне приходится говорить себе "не надо думать что это через, чур, хлопотно".

— А иначе ты в итоге всё забываешь?

В ответ я утвердительно кивнул.

— Да, именно потому, что я всё забываю — человеческая память штука не надёжная, и мы забываем обо всём что приходит нам голову. Мы забываем даже то, о чём уже успели додуматься. В доказательство могу сказать что в определённый момент книги я писал целых 3 раза.

— Ээ? Почему?

— Тогда, у меня была идея: "здесь нужно описать очень трогательный момент! У этого персонажа есть в этом опыт, так почему бы это не использовать!" и записал это в телефон. И когда я был дома, готовый переписать это в Вордовский файл, я запустил компьютер, открыл файл и...

— И обнаружил что это уже записано?

— Да. Точь в точь. И тогда я сделал пометку "об этом я додумываюсь уже второй раз"

Идеи всегда приходят неожиданно.

Неожиданно приходят, и также неожиданно исчезают.

И это будет большой утратой, если я не буду их тщательно переписывать.

Как я и говорил, иногда, что то приходит в голову несколько раз — и вполне возможно, что даже больше чем мне кажется, просто я забыл об этом.

Поэтому, каждый раз, когда у меня вдохновение; неважно насколько идея кажется глупой — я обязательно её запишу. Я записываю её полностью, и храню в надёжном месте, что бы в будущем её можно было использовать.

Более опытные писатели как-то поделились со мной опытом.

Один из них рассказал, что ему идеи приходят во время вождения. Поэтому он их записывает с помощью голоса. Поэтому ему всегда приходится брать с собой диктофон, который он кладёт на соседнее сидение. Таким образом, он в любой момент может нажать кнопку записи свободной рукой.

Он также говорил что когда он ездит куда то далеко, и слушает любимую музыку, вдохновение приходит намного чаще. Это мне чем-то напоминает мои поездки на велосипеде.

И в итоге этот писатель частенько садится за руль просто ради вдохновения. Он может кататься, когда пожелает, даже среди ночи он может прыгнуть в машину и колесить по ночной трассе.

Мне кажется это здорово, ездить по трассе среди ночи в поисках вдохновения.

Когда мне можно будет получить права, я планирую сразу же записаться в школу вождения. Я даже деньги на это отложил.

— Вот как... делать записи...

Бормотала Нитадори, записывая, что то в открытую тетрадь маленькой ручкой, которую она достала. Она делает записи.

Я просто смотрел на неё, и даже не пытался подглядывать.

— Ууупс.

Но Нитадори всё равно прикрыла свою тетрадь, и глянула на меня из под своих очков.

Захлопнув свою тетрадку, она спросила:

— Ещё что-нибудь важное?

— Хммм... есть кое что.

— И что же?

— Это немного повторяется с тем, что я говорил до этого, я имею ввиду что "нужно сохранять уверенность в себе" — нужно верить в себя и продолжать писать.

Это произошло когда я редактировал рукопись "Вице Верса".

На тот момент, я был в первом классе старшей школы, и мне было 15 лет.

В то время как я сильно старался и редактировал рукопись мне пришла в голову мысль.

Разве моя книга достойна того что бы её опубликовали?

— Значит… у тебя и такие мысли были? — спросила Нитадори. Глядя на её выражение лица, я бы сказал что она на меня смотрит как доктор, который переживает за своего пациента.

— Да. Я серьёзно задумался, а подходит ли моя новелла для продаж и зарабатывания денег. Жизненного опыта у меня было мало, так разве я могу продавать новеллу, которую я написал, основываясь на том что я прочитал? Как-то так я думал.

— Но... ведь это вроде как решает редактор, да?

— Да. Но на тот момент мне было страшно, и не мог мыслить здраво. Так что, я позвонил редактору и слёзно всё ему рассказал.

Очень стыдно говорить об этом, но это факт который следует признать. И раз уж я рассказал об этом, то нужно также рассказать, что было дальше.

— И в итоге?

— И в итоге...

Редактор сказал:

— То есть, ты переживаешь, что твоя книга не удастся?

— Да, именно так — сказал я, крепко держа телефонную трубку.

— Нет ничего странного в том, что тебе приходят такие мысли. Всё что от тебя сейчас требуется, это продолжать писать — откровенно ответил редактор.

Для писателя жизненный опыт очень важен. Думаю именно благодаря этому на свет появились некоторые прекрасные работы.

Однако выражение "я не могу про это написать, потому что я никогда этого не испытывал" не всегда верно.

Ни один автор не будет убивать, ради того что бы описать что чувствует убийца с психическим расстройством (я надеюсь на это во всяком случае).

"Так не недооценивай себя, и продолжай писать"

Я прекрасно понял значение этих слов после того как продолжил работу.

Уже позже, когда я стану взрослым и перечитаю "Вице Верса", я, наверное, подумаю:

"Так значит вот как я писал, когда был молодым"

Но если к этому будущий я добавит:

"Эту книгу я мог написать только будучи молодым"

Значит всё хорошо.

— Это развлекательная книга, так что если она тебе нравится, то понравится и другим. Если она будет интересной, то и читатели будут рады. Ты молод, но можешь писать клёвые истории — поэтому, не смотря ни на что, тебе нужно преодолеть эти трудности и продолжать писать. Это принесёт плоды. — сказал мне по телефону редактор.

И я повторил эти слова Нитадори.

— Ух ты... просто удивительно. Предположим, пройдёт 10 лет с твоего дебюта, и тебе будет 27 сенсей, какие книги ты будешь писать?

Я начал представлять своё будущее, что бы ответить на вопрос Нитадори. В этом будущем я успешен во всём.

В моих мечтах продолжать писать "Вице Верса" и сфокусироваться на этой серии как можно больше. Основываясь на моем текущем плане, я думаю, история закончится, где то на двадцатом томе.

Я уже решил, что будет происходить в конце. Когда я писал первый том, у меня была смутная идея о том, что я хочу увидеть в концовке, и, обсудив это с редактором, с финалом было всё решено.

Я не знаю, как долго я смогу поддерживать такой быстрый выпуск томов как в этом году, потому что в следующем, у меня будут вступительные экзамены — но в следующие 3-4 года, я бы просто хотел сфокусироваться над продолжением "Вице Верса"

Если аниме будет продаваться хорошо, я буду в восторге. Если будет второй сезон, а потом ещё продолжение, то я буду в ещё большем восторге.

Я хочу попасть в колледж, и совмещать учёбу и работу.

И затем, после выпуска, я найду работу...

Это идеальное будущее, которое приходит мне на ум, но само собой оно может быть и не таким успешным, как я его себе представляю.

Я могу не справиться с вступительными экзаменами, и если не будет ажиотажа вокруг аниме, это скажется на продажах дисков тоже. Затем может упасть популярность "Вице Верса", и серия прервётся так и не дойдя до двадцатого тома. Я буду чувствовать себя удручённым, и не смогу написать что то новое.

Или может быть всё закончится, каким-нибудь физическим или психическим заболеванием, которое не позволит мне писать дальше и закончить школу. Худшее для меня на данный момент это фатальный исход. Я не уверен что что-то из этого не произойдёт со мной.

Дойдя до этого, я не хотел размышлять дальше.

Какую новеллу я напишу? Я снова подумал над вопросом Нитадори и ответил:

— Нуу... скорее всего я использую свой опыт и напишу книгу о жизни студентов колледжа? А может быть историю о работе в обществе? Книгу о писателях?

— А как на счет книги про сейю?

Я заметил, что Нитадори говорила с некоторой надеждой, и у меня появилась идея:

— Неплохо. Главная героиня учится в старшей школе и работает сейю, у неё длинные волосы, она носит очки...

— Ага ага — радостно подхватила Нитадори.

— Как-то она повела свою собаку на прогулку, подобрала загадочный гриб, и стала огромной. Тогда она начала уничтожать города, один за другим, в поисках лошадиного сашими. Японские военные силы создали против неё огромную машину...

— Да да! Я возьму половину выручки за то, что ты списал её с меня. Начинай писать! — весело пригрозила она.

— Я-я скоро за это возьмусь... — говоря это, я протянул руку, что бы достать свой смартфон и записать эту идею.

— Есть ещё что-нибудь важное для писателя?

— Ага.

— И это...?

— Придерживаться дедлайна.

— Точно! Дедлайн! Кстати говоря, о дедлайне я ещё не спрашивала.

Я кивнул. Как она и сказала, об этом я толком не рассказывал.

— Тогда, давай я расскажу тебе о дедлайне.

— Пожалуйста приступай!

Дедлайн...

Само собой, это означает последней день, к которому новелла должна быть готова.

У журналов есть дедлайны. И у книг есть дедлайны.

В моём случае, речь идёт о карманной книге. Так какой же дедлайн публикации книги у Денгеки Бунко?

Чаще всего, об этом знает только те, кто в этот процесс вовлечён. И на данный момент, я был немного растерян и не знал, могу ли я рассказывать об этом Нитадори.

Но потом я подумал, что всё-таки она из тех кто "в эту работу вовлечён".

— Пожалуйста, держи в секрете все, что я сейчас расскажу.

— Поняла.

Я доверился ей, и продолжил:

— Дедлайн для книг, которые издает Денгеки Бунко, обычно "4 месяца до дня релиза".

— Хм... то есть, если десятый том выходит в следующем месяце...

— В июне, это означает, что я должен закончить манускрипт к концу февраля.

— Довольно таки рано... — пробормотала Нитадори.

Я тоже так в первый раз подумал. Учитывая то, что книги напечатают в конце мая, появляется вопрос — что они делают целых 3 месяца?

Об этом я узнал только не сразу, и поделился с Нитадори:

— Итак, предположим, что я закончил работу над манускриптом в Феврале.

— Ага.

Нитадори открыла свою тетрадку, и начала что то писать. Скорее всего, составляет какой-нибудь конспект.

— Как я и говорил раньше, мои первые наброски становятся в первой версией манускрипта, который я отправляю рецензентам. У них он находится примерно 2 недели, прежде чем они отправляют его обратно в филиал редакторов.

— Оо... довольно долго.

— Да, это очень долго. Как-то один писатель сказал, что обычно он планирует отпуск на этот период. Если вся работа сделана, то почему бы и нет.

— Поняла. А после этих двух недель... ты получаешь пересмотренный манускрипт от рецензентов... и проверяешь всё ещё раз...

— Авторская проверка.

— Ага. А потом ты отправляешь в филиал редакторов вторую версию манускрипта, так? Сколько времени это обычно занимает?

— От недели с половиной, до двух недель. После утверждения второй версии манускрипта, рукопись отправляется на печать вместе с иллюстрациями. В итоге остается ещё два месяца, потому что печать книг для них не составляет большого труда.

— Ага...

Звук ручки скользящей по бумаге прекратился.

И это в свою очередь означает, что вопрос о дедлайне закрыт.

— Так вот значит, как всё расписано для чрезвычайно "послушного парня".

— Аа?

Очки Нитадори повернулись ко мне.

— Вообще-то обычно говорят "парень следующий графику" — сказал я.

И конечно же, этот термин не ради меня был придуман. Как-то один писатель так высказался; это выражение подхватили и взяли в оборот между писателями и редакторами.

— ...

Нитадори задумалась на пару секунд.

— То есть... 4 месяца до релиза это получается идеальный дедлайн?

Я кивнул.

Именно. И довольно много писателей в него не укладываются. Мы называем это "откладыванием дедлайна".

— И... как в этом случае продвигается процесс?

Нитадори снова открыла тетрадку; похоже, она снова хочет вести записи, но мне, почему-то кажется что это пустая трата усилий.

— Я не смогу объяснить точно. Всё зависит от того на каком этапе находится этот автор.

— ...

Нитадори положила ручку в тетрадь, и захлопнула её.

А я продолжил.

Как я и говорил, дедлайн у нас за 4 месяца до релиза.

Те, кто в дедлайн укладывается — "послушные парни"

Но также есть довольно много людей, которые не успевают вовремя. Если меня спросит кого из них больше — то основываясь на том, что я слышал, моим ответом будет — вторых.

Я слышал, что Денгеки Бунко для начала планирует график релизов сроком от полгода до года.

Конечно же, это не означает, что план нельзя изменять, просто благодаря ему, редакторы и авторы могут ориентироваться и обсуждать "когда будет релиз следующего тома".

График релизов, зависит отчасти от продвижения некоторых работ, например:

— По этой книге снимут аниме, так что давай выпустим следующий том в этом месяце.

— У этой серии книг каждый том обычно выходит в марте, так давайте и следующий в марте выпустим.

— Работы победителей конкурса выпустят в феврале, поэтому давайте сейчас опубликуем тех, кто победил в предыдущем конкурсе.

— Что бы продвигать работы честно, нам нужно опубликовывать все популярные книги одновременно.

Конечно же, писатели знают об "идеальном дедлайне"...

Но, с этим знанием, не у каждого получается ему следовать.

Не стоит брать в ориентир скорость, с которой автор написал какую-то книгу, и думать, что он будет писать также. Точнее сказать, такое бывает так чаще всего и бывает.

Например, есть те, кто заканчивает предыдущую работу за день до дедлайна. То есть, они начинают работу над книгой уже после дедлайна.

— И они справляются?

— Такие люди обязательно справляются. Манускрипт они напишут в любом случае, даже если их не торопить, так что в таких ситуациях сами писатели и их редакторы обычно сохраняют спокойствие.

Скорость создания каждого тома определённой новеллы всегда разный. На некоторые уходит 3 месяца, а на некоторые 3 недели.

Так или иначе, есть свойство присущее всем писателям — "чем ближе дедлайн, тем быстрее они пишут"

Один опытный писатель, с которым я общался в новый год сказал мне:

— Именно так! Энергия, скрытая в нашем теле высвобождается. Я начинаю чувствовать горящую страсть, и хочу поделиться ей с читателями.

Прозвучало круто, но мне всё же кажется что огонь охватывает не всё его тело, а только пятую точку. Само собой, эту мысль я оставил при себе.

— Но... у любой задержки есть свой лимит, так?

Вполне справедливое замечание от Нитадори.

— Конечно же, есть. Я бы сказал, что назвал это реальным дедлайном.

— И... когда же он наступает? — спросила Нитадори наклонившись ко мне.

— Я не знаю... до этого дня у меня не было проблем с дедлайном.

Я никогда не тянул резину, так что даже не знаю.

— Ты хороший мальчик!

— С-спасибо.

— Хочешь по голове поглажу? — весело предложила Нитадори, быстро протянув ко мне левую руку.

— В этом н-нет необходимости — запаниковал я, отказываясь. А вдруг у меня волосы жирные? Да и вообще, мне будет очень неловко, если я позволю девочке погладить себя по голове.

— Правда?

Нитадори выглядела немного разочарованной, когда ей пришлось вернуть руку обратно на колени.

А я продолжил свой рассказ о дедлайнах.

— По тому, что я слышал на новогодней вечеринке, чаще всего писатели опаздывают примерно на две недели.

— А самые поздние?

— Бывали случаи задержки на месяц или даже больше.

— То есть, допустим, книгу должны были выпустить в Июне...

— … может быть не закончена к февралю (дедлайну), даже к марту, и всё ещё будет писаться в апреле — вроде того.

— И они всё равно справляются...?

— Если точнее, тяжелее всего приходится редакторам, которым приходится считаться со сроками и выпускать книгу во время.

— Вот оно как.

— В то же время, нужно учитывать, что есть и новый год и золотая неделя, а в это время большинство компаний не работает. Так что в ходу бывают выражения вроде "наверстать упущенное за новый год" или "наверстать упущенное за золотую неделю"

Когда автор укладывается в идеальный дедлайн, у редакторов достаточно времени для первой и второй проверки...

Чем больше писатель задерживает манускрипт, тем тяжелее будет остальным. Иллюстратор, рецензенты, ответственные за печать — это скажется на всех.

То, что я скажу дальше, я услышал в филиале редакторов и от других писателей. Со мной такого никогда не было, и надеюсь, никогда не будет.

— Говорят, что если рукопись задерживается на слишком долгое время... у редакторов не остается выбора, кроме как отказаться от второй проверки ради ускорения процесса. И само собой в таком случае шансы на то что останутся ошибки — повышаются.

— То есть, вместо двух проверок, они останавливаются на одной.

— Именно. А если рукопись задержится на ещё большее время, то редакторы используют метод "проверки по частям".

Обычно когда автор заканчивает рукопись, он отправляет её в филиал редакторов на проверку. После, они отправляют её рецензентам и ответственным за печать.

А вот проверка по частям, означает:

— Означает что манускрипт будут проверять по частям, потому что он полностью не готов (всё из-за того что этот паразит писатель не успевает во время)

И это уже крайний метод.

— Я поняла... то есть, всё это делается ради того что бы книга вышла во время, так?

— Если и после этого писатель не успевает, то том просто не опубликуют... но я хочу что бы ты понимала. Когда писатель действительно не справляется, он информирует редактора об этом за ранее, и просит перенести дату релиза. Если же писатель этого не делает, то это значит что он обязательно успеет закончить рукопись, даже если ему придётся не спать несколько дней.

— Ох, ты говоришь как писатель.

— Я и есть писатель.

Куда нам без этого каламбура, хотя на этот раз всё снова прозвучало как-то по другому.

Чувствуя, что что-то не так, я продолжил:

— Мне кажется, что пока редактор понимает это, он будет доверять писателю. Главное что бы книга была интересной, в конце концов.

— "Фух! У меня осталось всего три дня! На сон абсолютно нет времени!" — вроде того да? — веселилась Нитадори.

— Я... я приложу все усилия, что бы никогда не доводить до такого... — пробормотал я.

Я не хочу работать бессонными ночами, и не уверен что смогу закончить что-то, если буду работать без сна.

Если меня попросят написать 100 страниц за следующие три дня, то я скорее всего буду раздавлен от такого давления, и задумаюсь о побеге.

Таким образом, именно работа выявляет, какая у писателя личность.

Некоторые будут придерживаться идеального дедлайна, и соблюдать его.

Некоторые забьют на идеальный дедлайн с самого начала, и задержат рукопись на пару недель.

Кто-то задержит рукопись на целый месяц позже.

Бывает, кто то вообще начинает писать после идеального дедлайна, и, переругиваясь с филиалом редакторов, с трудом умудрится всё закончить на 2 месяца позже.

Я отпил чая, и кое-что пришло мне в голову.

Закрыв свою бутылку, я спросил Нитадори:

— Разговор о дедлайне мне кое-что напомнил... я же никогда не рассказывал тебе об иллюстраторах, да?

— Нет! Ой, прости... я хотела сказать да, ты не говорил.

И после этого неожиданного сумбура от Нитадори, я продолжил:

— Ладно, может быть про это поговорим?

— Давай!

Причина, по которой я вспомнил об иллюстраторах, была в том, что в их работе тоже был дедлайн. Если они не успевали, книгу также не могли опубликовать.

Я слышал, что бывают случаи, когда писатель успевает вовремя, но книгу не могут печатать из за Иллюстратора...

И такое бывает довольно часто. В таких случаях, даже писатели ничего не могут поделать.

На моём опыте такого не было, так что не будем об этом.

Иллюстратор "Вице Верса", это человек с выдающимися способностями, и большой скоростью работы.

Этот иллюстратор, вполне способен успевать за моими релизами, которые считаются довольно частыми, и всегда успевает делать картинки высокого качества, но только после того как полностью прочитает новый том.

Иллюстратор очень меня выручает, и мою сердечную благодарность очень трудно выразить.

В лайт новеллах иллюстраторы очень важны.

Некоторые говорят:

"Для того что бы работа хорошо продавалась с самого начала, ключевой фактор — иллюстрации. Для того что бы работа хорошо продавалась всегда — важен сюжет"

Когда кто-то заходит в книжный магазин и видит обложку, на которой очень красивая иллюстрация, он думает "Интересно, что это за персонаж?", у него пробуждается интерес, и он начинает читать.

Но после двух лет работы писателем, моё мышление немного изменилось.

"Для хорошего начала продаж нужны хорошие иллюстрации. Для того что бы работа всегда продавалась нужен хороший сюжет, но иллюстрации тоже имеют не маловажную роль"

Вот как я думаю теперь.

— Ясно... кстати говоря, как ты выбирал иллюстратора? Их выбирают по желанию автора? — спросила Нитадори.

Ещё один вопрос, на который я хотел знать ответ, прежде чем стать писателем.

— Иногда их выбирают по желанию автора. Я знаю таких писателей. Они заметили работу иллюстратора, на какой-нибудь додзинси, или сайте, выбирали его, и филиал редакторов соглашался. Но обычно...

— Обычно?

— Обычно выбирает редактор, так было и в моем случае.

— Понятно. И как это было, сенсей?

Это произошло на летних каникулах, два года назад, ещё до того как я поступил в старшую школу.

В это время я старательно редактировал манускрипт первого тома "Вице Верса", и доделывал рукопись второго...

— Мне кажется этот подходит, а ты как думаешь?

Редактор прислал мне сайт с додзинси которое, нарисовал один из иллюстраторов.

И я сразу же отправился смотреть на эти картинки. На тот момент у меня не было интернета, так что пришлось идти в интернет кафе.

Первое, о чём я подумал в тот момент...

— О чём же?

— Если честно... я бы не сказал что сильно впечатлился.

Глаза Нитадори, за стёклами очков сильно увеличились и она с энтузиазмом наклонилась вперёд:

— Правда? Мне очень нравятся иллюстрации "Вице Верса". Я думаю, что и экранизация аниме тоже получилась красивой, и у неё свои плюсы, но мне всё же больше нравятся иллюстрации из книги. Ах... пожалуйста, держи это в секрете от создателей аниме...

— Ахахах, я понимаю... теперь, когда я вспоминаю об этом, осознаю что те картинки были прекрасны.

— Кхм... и что ты ответил редактору, когда увидел те иллюстрации в первый раз?

— Я честно сказал ему, что я об этом думаю, и в конце добавил: "но большего я сказать не могу. Пожалуйста, решайте сами.

— Но... разве тебе не хотелось сказать: "этот человек не подходит, пожалуйста найдите кого-нибудь другого" ?

— Ну, может быть и хотел.

В ответ Нитадори сказала:

— Ха... я удивлена.

И снова прислонилась спиной к спинке сидения.

— На тот момент у меня просто не было времени, что бы предложить альтернативу.

Я редактировал манускрипт. Первый том я корректировал целых 6 раз, и под конец задумался: "Как вообще можно вносить так много изменений?"

— В конце концов, редактор выбрал этого человека. Хотя этот иллюстратор раньше и рисовал иллюстрации для финансовых журналов, у него не было опыта в рисовании персонажей лайт новелл. В то же время я слышал, что он большой энтузиаст, и в ответ на предложение редактора ответил: "Я очень постараюсь!"

— Охх!

"И вот мы, наконец, то встретились"

Это произошло в середине апреля, когда я был на первом году обучения. На этот момент я, наконец, то закончил редактирование тома.

Иллюстратор прочитал рукопись первого тома, над которым я так трудился.

А затем, он принёс парочку скетчей главных героев, и несколько побочных персонажей, нарисованных довольно таки детально.

Посмотрев на иллюстрации, я подумал.

"Ах, так вот как значит, выглядят Син и Шин.

— Они были прекрасны?

— Ну не совсем — для меня идеально — значит, когда иллюстрация полностью соответствует моему воображению.

— И ...?

Нитадори выглядела удивлённой. Ничего удивительного — я должен был рассказать об это заранее.

— В то же время не было чёткого представления как они должны выглядеть. Всё что у меня было в голове это буквы "Шин" и "Син", но никакой чёткой картинки.

— И что... они такие даже сейчас? Даже сейчас, когда ты пишешь, и тебе доступны их иллюстрации?

Я утвердительно кивнул.

— Да, даже сейчас. Когда я пишу, Шин для меня просто слово, записанное в кандзи. В уме он не превращается в картинку, и остается просто словом. Так было всегда, начиная с момента, когда я начал писать.

— Ах... — удивилась Нитадори.

Вполне ожидаемо. Даже я не знаю, почему я не могу себе представить, как выглядят мои персонажи.

А ещё, иллюстратор помог мне ещё кое в чём.

А именно — в разработке костюмов персонажей и их экипировки.

— Я ничего не понимаю в костюмах, так что давай пока оставим то, что в Репутации все одеты в средневековом стиле — я просто не понимаю... моду современной одежды. Я даже покупал журналы мод, ради справочного материала... но всё ещё ничего не понимал. Так что когда я описывал одежду в тексте, мне приходилось выкручиваться.

— Хммм, что то вроде "в этой одежде было всё необходимое", "она была сделана из мягкого материала", "она выглядела довольно мило", я права?

— Да да, именно так.

— И теперь, когда ты писал "Вице Верса", иллюстратор, который знаком с современной модой, разрабатывал одежду персонажей, да?

— Именно. Когда я дорабатывал рукопись, я писал (дизайн одежды не определён, оставляю это на иллюстратора). Но... если например, по сюжету нужна была какая-то конкретная одежда, я прилагал все усилия что бы придумать её самому. Но в основном этим, конечно же занимается иллюстратор.

— И что дальше?

— Так вот, иллюстратор прочитал первую рукопись, и прислал мне в эскизах несколько вариантов стиля одежды для персонажей. После этого я редактировал рукопись в соответствии с этими вариантами.

— Вот как...

Я глотнул чая, что бы промочить горло.

— Что за человек твой иллюстратор? Мне известно только его имя. — сказала Нитадори достав первый том "Вице Верса" из сумки, и разглядывая обложку.

Затем она посмотрела предисловие от иллюстратора на обороте.

Горизонтально там был написан его псевдоним, пару слов о себе — "Я живу в Токио, люблю котацу и котиков", адрес в интернете, и ещё "Я буду стараться изо всех сил", скорее всего, что бы выразить энтузиазм.

Я начал вспоминать своего иллюстратора, размышляя над тем, сколько из того что я знаю можно разглашать.

Информацию об иллюстраторе не рассказывают кому попало. Только некоторые из них открывают свои настоящие имена.

Я слышал, что на это есть тонна причин. То же самое касается дизайнеров, разработчиков игр, аниматоров, и так далее.

Некоторые с люди с известными именами, в некоторых книгах специально используют другой псевдоним. Иногда такие люди открыто это признают, а другие скрываются, но всё же некоторые догадываются, распознав их уникальный стиль.

Что касается иллюстратора "Вице Верса"...

Он написал некоторую информацию о себе на своем сайте, и насколько я знаю, он также продаёт свои додзинси.

Так что, я решил рассказать Нитадори о том, что люди и сами могли бы узнать, если бы хорошенько поискали.

— Само собой, мой иллюстратор старше меня. В момент нашей встречи ему было 20 лет, то есть на 5 лет старше меня, так что на данный момент ему, наверное, 22. Об этом мне рассказал редактор. Обычно иллюстраторы всегда моложе писателя, потому что большинству из них около 20 лет.

— Так какой же он, твой иллюстратор?

— Хм, ну если коротко, то она для меня как "красивая старшая сестра". Это как...

— Так это девушка?!

Реакция Нитадори, на мой взгляд, была слишком сильной. И я не преувеличиваю; Приблизив своё лицо ко мне, она схватила меня, что бы я не смог никуда деться.

Отклоняясь назад я сказал:

— С-серьёзно? Ты не знала…? Ах, да. Ты не знаешь, потому что ни разу не ходила на выставки додзинси и не встречала её...

— Ну и какая она?

— Нуу... должен признать, это очень красивая женщина.

Но красота иллюстратора была другого типа, не такой как у Нитадори.

Благодаря своей стройности она казалась миниатюрной. Когда мы в первый раз увиделись в филиале редакторов, она встала что бы поприветствовать меня, а я был удивлён тем насколько низенькой она была.

Её волосы до плеч, были каштанового цвета — не вспомню, во что она была одета, но ей определённо очень шло.

На первый взгляд казалось что это "новый учитель рисования"

Нитадори облокотилась на спинку сидения и сказала:

— Я-я не знала... я думала... что это мужчина.

— Нуу, наверное, ты не знала, потому что об этом никто особо не говорил. Она умеет рисовать очень красивых женских персонажей, а также у неё хорошо получаются мускулистые мужские персонажи.

Вообще то, она помешана на мускулах, но я не буду рассказывать об этом Нитадори.

Именно поэтому, все подчинённые Шина выглядят как качки.

Дизайн их одежды придумывал не я, поэтому основываясь на своих вкусах, она одела их в одни шорты, и всё ради того что бы можно было хорошо разглядеть их мускулы (хотя в книге о них было написано только "какие то уродливые мужики")

Генералы должны были быть мускулистыми, и, похоже, это единственная часть которую она ни за что бы не упустила. Как-то она сказала: "нет ничего прекраснее, чем накачанные трицепсы!" Просто для справки — похоже у неё пунктик на трицепсах.

— Кхм... сенсей... это очень невежливо, но я бы хотела спросить кое-что...

— Хм. И что же?

— Ты... видишься с иллюстратором когда ездишь на встречи?

Не в моем случае. И вообще, писатели, и иллюстраторы не так уж и часто пересекаются.

Я покачал головой, и ответил:

— Нет, обычно всё обсуждается между редактором и иллюстратором, и то по телефону. Редактор решает вопросы с обложкой, цветными картинками, и вообще все, что связано иллюстрациями. Я только высказываю свои пожелания.

— Тогда, после той первой встречи, может быть вы пошли обедать вместе с редактором... или ещё куда-нибудь?

— Именно так и произошло когда мы увиделись в первый раз. На тот момент мы были очень смущены, и говорили с трудом.

— У тебя есть её почта или телефонный номер...?

— Есть...

— Ты ей пишешь?

— Нет, нет, конечно. Это бессмысленно, хотя у меня и есть её почта. Ведь редактор сам высылает нам всю нужную информацию.

— В-вот как...

Вообще, по пальцам одной руки можно пересчитать сколько раз я виделся с иллюстратором. Но, так или иначе, говорили мы с ней много.

— Два года назад, когда я в первый раз попал на новогоднюю вечеринку, мы с ней очень долго общались. Мы оба там никого не знали, так что просто в страхе забились в угол.

— В-вдвоем?

— Всё потому что когда, прочитав имена на карточках у людей которые проходили мимо, мы поняли насколько это известные персоны. И, конечно же, мы были в ужасе. Мы обсуждали: "Охх! Я знаю этого сенсея!", или "Ты знаешь, кто только что прошёл мимо нас?", и так далее; таким образом у нас установился контакт.

Тогда, я был на первом году обучения в старшей школе, и пришёл на первую в своей жизни новогоднюю вечеринку от Денгеки Бунко. Я был просто восхищён.

Как я и говорил раньше, в начале мы оба очень нервничали, и хотели просто отсидеться в углу. Мы были счастливы просто от того что могли увидеть всех этих писателей и иллюстраторов.

— Наконец-то я вас нашел!

Но пришёл редактор, и утащил нас со всеми знакомиться.

— Это он! Тот самый писатель школьник!

И затем, я, и иллюстратор стали знакомиться со всеми к кому нас приводили.

Иллюстратор была красивой, так что сразу обрела популярность (как минимум среди мужчин).

А вот я был как экзотическое животное, но то же время, и, тоже, почему-то популярное. На тот момент я был очень испуган и стоял как истукан, поэтому абсолютно не помню, что я тогда говорил.

Во время игры в лотерею удачи, иллюстратор выиграла портативную игровую консоль, и во время речи сказала:

— Это уже четвертая — скорее всего я ее, тоже сломаю, но я очень счастлива! Спасибо всем большое! Я постараюсь сохранить её в живых хотя бы до лета!

Эта речь вызвала огромный смех в нашем коллективе (а ещё я слышал от редактора, что в итоге она её уничтожила уже в марте. Аа ещё он справедливо заметил, что приставки не рассчитаны на использование в ванной).

— Можно я расскажу побольше про новогоднюю вечеринку Денгеки? — Спросил я.

— Конечно же. Пожалуйста, обязательно расскажи что ты там делал с этим иллюстратором во всех подробностях — согласилась Нитадори, этими странными словами, в то же время проницательно меня разглядывая.

На новогоднюю вечеринку Денгеки Бунко, приглашаются все писатели и иллюстраторы. Кроме того приглашаются все кто работал в Денгеки Бунко, или в издательстве журнала Денгеки Бунко.

Происходит это обычно в одну из пятниц Декабря, а проходит на большой площади, которая была недалеко от филиала редакторов в Токио.

В итоге меня пригласили после моего дебюта, когда я ещё был в первом классе старшей школы.

Я очень нервничал, но в то же время мне хотелось встретиться с остальными писателями (не лицом к лицу, конечно же), так что я решил туда прийти.

Денгеки Бунко организует два мероприятия для встреч с писателями.

Первый это "Церемония награждения от Денгеки", и последующая за этим награждением вечеринка. Второй это новогодняя вечеринка.

Я не выигрывал никаких наград, так что на церемонию награждения меня не приглашали. Так что об этом мероприятии я могу рассказать немного.

Я знаю, что в таких случаях собирается очень много людей, включая председателя и генерального директора, которые и проводят эту церемонию. Вроде как победители поднимаются на сцену, получают награду и говорят благодарственную речь.

Во время своего дебюта я уже знал об этом, и мне казалось что лучше будет не заставлять себя бороться за какую-нибудь награду. Об этом я Нитадори не рассказывал..

Вернемся к новогодней вечеринке.

Я уже рассказывал о том, что филиал редакторов бронирует для меня номер в роскошном отеле. Сначала мне нужно было зарегистрироваться в отеле, оставить там свой багаж и уже потом отправляться в то место.

Затем, я встретил иллюстратора. Как я уже рассказывал, мы дрожали в уголке как два брошенных котёнка, пока не пришёл редактор и не подхватил нас за шею.

После того, как мы познакомились и поговорили с опытными писателями, я осознал, что все были к нам очень добры.

Те, кто знал, что мой дебют был в 16 лет, не переставали говорить об этом. Те, кто не знал, были очень удивлены.

Таким образом, первая новогодняя вечеринка в моей жизни была полна напряжения и поздравлений. Кстати говоря, я так ничего и не выиграл на лотерее удачи.

У новогодней вечеринки есть две части, первая и вторая. Всё начинается в 6 вечера и заканчивается к 10 часам.

А ещё там раздают листовки с уведомлением о "третьей части", на которую приглашаются некоторые писатели и иллюстраторы.

Это мероприятие организовывается не филиалом редакторов, а самими писателями.

Его участники садятся в автобус или такси, и едут в ближайший караоке бар. Всё начинается в 11 часов вечера, и при наличии желающих, может продолжаться вплоть до утра.

Меня это предложение заинтересовало, но я отговаривался тем, что мне ещё всего лишь 16 лет. Жалко конечно, но что поделаешь.

Вместо этого я решил отправиться в кафе, которое было в моем отеле, и посидеть там с иллюстратором.

— Т-только вы вдвоем?

— Мм? А, ну да. Было много людей, которые не пошли на "третью часть", и отправились в то же кафе что и мы... но за столиком были только мы вдвоем.

— И-и... потом? О ч-чем вы говорили? Пожалуйста, расскажи во всех подробностях!

Похоже, Нитадори сильно интересовала эта тема с иллюстратором. Я уже много ей рассказал, так что обратного пути у меня нет.

— У нас был разговор о персонажах "Вице Верса". Я бы сказал, что мы поднимали серьёзные темы. Я рассказывал ей об образе персонажей, которые появятся в будущем, а она делала зарисовки в альбоме...

— Фууух.

Нитадори (как мне показалось) отчего-то полегчало. Понятия не имею в чём здесь дело, а спросить я об этом не мог, так что я продолжил:

— В итоге, иллюстратор ушла, что бы успеть на последний автобус домой, так что нам пришлось попрощаться. Я же вернулся в свой люксовый номер, хорошенько отдохнул, и на следующий день посетив Акихабару, вернулся домой.

Есть кое-что, о чём я не рассказал Нитадори. Если точнее, я не могу ей рассказать...

В тот день, иллюстратор с воодушевлением рассказывала о "М.Л."

М.Л. может быть акронимом к множеству вещей, но конкретно в этот раз я имею ввиду "Мужскую Любовь"

Я не совсем понял термин "Мужская Любовь", но скорее всего так описывают жанр "любовь между парнями".

Есть очень много работ в жанре М.Л., включая мангу, новеллы и игры. Ещё я слышал, что есть додзинси в которых сводят любимых мужских персонажей вместе, и такие работы очень популярны.

Мой иллюстратор очень любит М.Л. Ну об этом вполне можно было догадаться и по додзинси в которых она рисует эти отношения, и между прочим занимается этим до сих пор.

А ещё, она очень любит Шина и Сина. Её глаза блестели, когда она безо всякого смущения пылко рассказывала автору, о том, что как она счастлива, что может рисовать их.

В лайт новеллах редко встречаются обложки, на которых только мужские персонажи. Оказалось, что ей очень нравится рисовать такие обложки.

— Но я не могу рисовать Шина и Сина в додзинси. Это так печально...

Всё потому что редактор запретил ей это делать при первой же встрече.

— Получается додзинси с ними я могу только покупать. Какая жалость...

Я слышал, что она просит свои знакомых покупать для неё все додзинси основанные на "Вице Верса". По все видимости она молится всем кому можно, в надежде, что работа станет ещё популярнее и по ней будут делать ещё больше додзинси. А ещё я слышал, что она танцевала от радости, когда услышала что по книге будут снимать аниме.

— Даже если мне отрежут руки, я буду рисовать их ртом! Пожалуйста, продолжай писать!

Ну, мне вполне понятно по какой причине у неё этот энтузиазм.

А если честно, я не понимаю таких вкусов. Она выглядела очень жутко, когда со страстью рассказывала мне об М.Л....

В то же время у меня нет никаких сомнений, что она действительно "влюблена" в свою работу, и её работы очень впечатляют.

— Также, я был на новогодней вечеринке Денгеки и в прошлом году.

Я не имею права рассказывать Нитадори о вкусах иллюстратора, но свободно могу рассказать ей о прошлогодней вечеринке.

Также как и раньше, я пришёл на вечеринку в Токио, посидел там, и вернулся домой.

— В прошлом году, я встретился с иллюстратором уже в третий раз. На тот момент я не ходил в школу, и я подумал, что мне вполне можно посидеть там до утра. И я хорошо повеселился.

Это произошло 5 месяцев назад. Очень много всего из происходящего тогда сильно впечатлило меня, поэтому я всё прекрасно помню.

Первая и вторая часть вечеринки была такой же, и в это раз я также ничего не выиграл на лотерее удачи.

Разница между первым разом была в том, что я встретил писателей, которые дебютировали в прошлом году.

Конечно же, каждый из них был старше меня, но как писатель, я был опытнее. Некоторые среди них читали "Вице Верса" до того как победили в конкурсе. Они были в шоке, когда узнали, сколько мне лет.

А затем, я принял участие в "третьей" части вечеринки...

Она была похожа на балаган, но в тоже время была интересной.

Всё проходило в большом помещении караоке бара.

Опытные писатели разделили всех на группы, а нам выпало ехать туда на автобусе. Некоторые добирались до туда на такси.

В третьей части приняли участие примерно 50 авторов и иллюстраторов, и это была очень шумная вечеринка.

Для начала, каждый должен был представиться и сказать пару слов, пока организаторы собирали со всех монету за вход, и раздавали тосты. Филиал редакторов делал для каждого именную карточку, которую использовали на вечеринке, поэтому на третьей части их никто не снимал. А если бы сняли, мы бы просто не понимали, кто есть кто.

Те, кто хотел попеть, шли в комнату с караоке, а те, кто хотел пообщаться, оставались здесь.

Я оставался на этой вечеринке до первого автобуса, так что в итоге провёл довольно много времени с опытными писателями.

Мы много говорили о профессии писателя, и я слышал очень много слухов... о которых не стоит распространяться.

Кстати говоря, некоторые из писателей думали что я женщина, до того как встретили меня на самой первой вечеринке.

И, как только выяснился мой настоящий возраст, многие из них думали что я "красивая школьница писатель" или что-то вроде того. Да с чего они вообще это взяли?

Я перенимал опыт у других писателей, и узнал то, что они обычно о себе в массы не разглашали.

У каждого из них был свой опыт. Все мы профессиональные писатели, но некоторые пришли в эту профессию из рабочего класса (клерки), некоторые дебютировали в колледже, в свою очередь некоторые из них колледж успешно закончили, а некоторые бросили; кто то скрывает тот факт что он писатель от своего основного работодателя (и получается таким людям нельзя появляться на публике), а некоторые были гос. служащими, которые начали работать писателями только после разрешения начальства.

Я был тронут. Каждому из них пришлось преодолеть свои особенные трудности.

И, я сказал им, что восхищён их уникальным опытом.

— Так у тебя тоже по-своему уникальный опыт!

Парировали они.

До этого я частенько говорил Нитадори "это я слышал от опытных писателей", так вот — все эти знания я получил именно из разговоров которые услышал в тот день.

На третьей части, в разговорах учувствовали не все. Некоторые жевали тосты, а потом уходили в комнату с караоке и больше не возвращались.

Похоже, они начали петь с примерно 11 часов вечера, вплоть до 7 утра следующего дня. Неужели они настолько любят петь?

Некоторые писатели тоже начали с тостов, но затем притащили свои игровые приставки и стали играть в "монстер хантер" или что-то вроде того. Они весело кричали, и с серьёзным видом уничтожали своих врагов.

Я заметил пару писателей, которые собрались вместе за одним столом, и раздавали карты. Затем они, почему-то наклонили головы, закрыли глаза, и хлопали себя по бедру одной рукой.

Я подивился, и хотел спросить уж не ритуал ли это какой-нибудь, но потом понял что это карточная игра в которой участникам нужно определить кто из них чужой.

Всё что я знал, это название игры. Последовательное похлопывание по бедру, было нужно, что бы вводить других в заблуждение, маскируя звук поднятия руки.

Мы могли остаться до утра, или уйти пораньше.

Некоторые, включая моего иллюстратора, уехали домой на последнем автобусе. Те, кто приехал издалека, собирались вместе и уезжали в отель на такси. Перед этим все отдавали свои карточки с именами организаторам.

Я остался с одним из писателей, которого я встретил в филиале редакторов; мы обсудили очень много тем, и таким образом я всё больше узнавал о писателях и иллюстраторах.

К середине ночи все проголодались, потому что ужин, который мы ели на первых двух частях вечеринки, был очень давно.

И тогда...

— Ладненько, давайте поедим!

На столах оказались большие подносы с едой и сладостями, всевозможными соками, алкоголем на любой вкус (но в любом случае здесь не было людей которые напивались и создавали проблемы людям, или же тех кто заставлял пить других.)

Примерно к 3 часам утра, один из писателей перепил, свалился на диван, и блаженно заснул.

Другой писатель увидел это, и с серьёзным видом сказал:

— Эй... да ты прикалываешься... он же уснул...

Ещё один писатель заметил:

— Этот человек беспощадно уничтожил главных героев в своей книге. А теперь, разве его лицо не похоже на лицо ангела когда он спит?

— Ага... слушай не пиши слово "еда" на его лбу, ладно? Не надо, договорились? Не стоит этого делать.

— Мы и не будем. Мы же писатели, разве нет? Если мы хотим что-то написать — мы пишем книги...

— Ты прав. Есть, у кого-нибудь ручка?

— На чем ты будешь писать?

— Я буду писать на его теле... как на счет очень короткой прозы? Ребятушки, давайте сделаем это вместе.

— А что если редактор скажет: "Хорошо написано, давайте я отдам рукопись на проверку", и заберёт этого парня?

— Да ладно, главное на ушах ничего не пишите.

— Погоди, а почему нет?

В итоге, никто, конечно, так ничего и не писал.

Я сел на первый автобус и вернулся в отель. И это, конечно же, был первый раз, когда я так рано ездил на автобусе.

Вернувшись в отель, я пробыл там до 11 часов дня. Быстро принял душ, выписался из номера и уехал и отеля.

Выслушав всё это, Нитадори, кажется, была поражена:

— Похоже, ты хорошо оторвался в тот день...

Мне показалось, что в её голосе была зависть.

— Так и есть. Я также очень жду новогодней вечеринки и в этом году. Наверняка туда придут новички, что дебютировали в этом феврале.

— Но к тому времени ты будешь уже "писателем с собственным аниме".

— Ах, ну да... но это всё равно никак не влияет на мой возраст и опыт. Писатели с аниме никак не возвышаются над другими.

В конце концов, я думаю, никто бы не стал открыто этим хвастаться. Хотя на данный момент я, если честно очень жду момента, когда моё аниме будет готово.

Поезд продолжил нестись навстречу дождю.

Маршрут этого поезда проходил через много горных районов и туннелей, так что если дождь слишком большой, поезд останавливался что бы избежать потенциальных оползней — хотя на данный момент, кажется, не было никаких проблем.

Я глянул на часы; до конечной был ещё целый час.

Затем я сказал Нитадори, что у нас ещё есть время для вопросов.

— Хорошо, тогда расскажи, пожалуйста, про анимацию. — сказала Нитадори выбирая вопрос из тетрадки, а затем добавила:

— Писатель не такая уж популярная профессия, но я мне кажется, что писателей по чьим работам снимают аниме ещё меньше, я права?

— Нууу... думаю да.

В наше время довольно часто адаптируют лайт новеллы в аниме. Но даже так, среди всех писателей лайт новелл, этим может похвастаться только малая часть.

— Пожалуйста, расскажи всё что происходило со дня когда ты узнал что будут снимать аниме и до этого момента. Ах... а перед этим объясни, насколько важно для писателя, что бы его работу анимировали?

Мне кажется, об этом мечтает каждый писатель.

Для начала, это просто радует, когда твою работу превращают в видео. Как можно не восхищаться тем, что созданные тобой персонажи начали двигаться и говорить?

Кстати говоря, мне кажется, что не бывает писателей лайт новелл, которые ненавидят аниме — либо они любят аниме, либо вообще его ни разу не смотрели (хотя везде бывают свои исключения, так что я не уверен).

Ещё одна причина — популярность работы сильно увеличится после начала трансляции аниме, что в свою очередь увеличивает продажи книг. И это определённо осчастливит любого писателя.

Так какую же "выгоду" получает писатель, когда по его работе решено снимать аниме?

Я решил объединить воедино то что слышал от опытных писателей.

— Первое — по уже изданным книгам напечатают дополнительный тираж по небывалой цене, а на обложках будет написано "По книге будет снято аниме!".

Нитадори кивнула.

— Поняла. Увеличатся продажи томов, так?

— Именно. В аниме магазинах есть угол над которым подвешена табличка "Будет анимировано". В этот угол подвешивают плакаты с иллюстрациями обложки книги. В свою очередь эти иллюстрации оставляют сильное впечатление, что естественно сказывается на продажах.

— То есть увеличивается количество новых читателей, да?

— Точно. А ещё, если после трансляции аниме популярность книги возрастет, тот они выпустят огромный дополнительный тираж. Даже если книга само по себе продается неплохо, тех, кто узнает о ней благодаря аниме намного больше, чем оригинальных читателей. Таким образом, количество томов в дополнительном тираже может увеличиваться в 2 или 3 раза... Я слышал, что если аниме будет удачным, то продажи взлетят до небес.

— Это же здорово!

— Всё о чем я рассказал — несомненные плюсы... но в то же время мне расказали и о возможных минусах.

— Аа...? что за минусы?

Во-первых, сильно увеличивается нагрузка.

С самого начала нужно проверять сеттинг, сценарий, обязательно присутствовать на процессе записи, а также иногда посещать всякие мероприятия.

Издатель хочет что бы новый том вышел вместе с началом трансляции аниме, так что за это время писателю работать над книгой, что в свою очередь очень сильно увеличивает и без того огромную нагрузку.

— Мне, конечно же, этот процесс очень интересен, и я думаю, что не всем писателям это даётся так тяжело. Самое страшное для писателя это...

— В каком смысле "самое страшное?".

— Я слышал, что бывали случаи, когда аниме выпускали без должного обсуждения.

Я всякого аниме насмотрелся, так что в этом кое-что понимаю.

Например, бывает очень ожидаемое аниме получается успешным, а иногда провальным...

Никто не может знать этого заранее, пока аниме не выйдет в эфир.

Даже если будет задействован выдающийся персонал, собраны наилучшие актёры сейю, а дело будет продвигать хорошая реклама — никто не даст гарантий, что аниме после выпуска станет популярным.

Аниме которое снимают по моей книге, вполне может затеряться, среди тех тайтлов что выпускают в каждом сезоне. Я бы даже сказал, что довольно много аниме постигла именно такая участь.

Когда аниме адаптация новеллы не популярна, когда продажи DVD и BR дисков очень низкие, все надежды на большой дополнительный тираж просто улетучиваются.

Но это ещё ничего.

— Самое ужасное...это когда после трансляции аниме, популярность книги спадает... обычно это называют "Овакон" — Закончил я на грустной ноте.

Нитадори наклонила голову спрашивая:

— Что за "Овакон"?

— Ну, это сокращение с "Овата контент", что в свою очередь означает "контенту пришёл конец". Это когда что-то становится настолько непопулярным, что никто не обращает на это внимания. Кажется в интернете это популярный термин, но для тех, кто работает в издательской индустрии, этот термин как минимум неприятный.

— Вот как... ну, что же... хоть и прозвучит грубо, но, похоже, что аниме адаптация для писателя это как игра в русскую рулетку, да?

Я утвердительно кивнул.

Точно также мне говорили другие писатели. Теперь, когда это затрагивает меня — я чувствую то же самое.

Если аниме становится популярным, растут продажи и растёт прибыль — причём настолько, что по сравнению с этим, увеличенная нагрузка кажется просто смехотворной.

Но если нет...

— Поэтому, иногда писатели отказываются рисковать. Другими словам отказываются от аниме. Вместо того что бы ставить на кон всю серию, они отказываются от создания аниме, провал которого, вполне может всё испортить.

— Невероятно... и ведь такие люди существуют, да?

— Я слышал о них, но лично не знаком. Однако...

— Однако?

— Таких писателей, несомненно, очень мало.

Я прыгал от радости, когда услышал новости об аниме.

В то же время, хорошенько всё исследовав, я узнал о многом, и прекрасно понимал, что я ставлю на кон.

Но даже так, я решил согласиться.

— Хм, отличная работа!

Похвалила меня персона сидящая рядом со мной.

— С-спасибо.

— Благодаря тебе, я могу учувствовать в создании этого аниме!

— Ахаха. Действительно. Ты права.

— То, что ты рассказал очень ценно для меня сенсей! А теперь, пожалуйста, расскажи все, что происходило с момента, когда ты согласился на создание аниме — как ты узнал об этой новости?

Как писатели узнают о том, что по их работе делают аниме? Я понятия не имею, как обычно это происходит. Я уже начинаю думать, что со мной всё всегда происходит по-другому.

Как я и говорил, я узнал об этом в прошлом марте. То есть, за год и четыре месяца до официального выпуска.

В одну из пятниц марта, меня пригласили в филиал редакторов.

Встреч мне назначено не было, и не нужно было пересматривать рукопись, так что я разволновался, и гадал ради чего же меня туда позвали. Когда я туда добрался, редактор сказал мне:

— Нам пришло предложение на аниме адаптацию "Вице Верса"

И затем, как я и говорил, я дал добро.

Неделю спустя, в один из дней.

Я отправился в Токио, и в филиале редакторов где должен был встретить людей, которые связаны с аниме индустрией.

Кстати говоря, в тот день было очень снежно.

Мне казалось, что из за такого сильного снегопада со мной может произойти несчастный случай, например как в "47 ронинов", "Инцидент у ворот Сакурада", и "Инцидент 26 февраля" [✱]П.П. если интересно — можно загуглить.

Конечно же, это было простое совпадение, но пока я шёл в филиал редакторов, на душе у меня было очень беспокойно...

На входе я чуть было не поскользнулся. В мокрую погоду те плитки были очень скользкими.

И затем я увидел трёх человек, которые что-то обсуждали с моим редактором.

Это были продюсер, отвечающий за планирование, руководитель (временный на тот момент) который был ответственен за создание аниме, и человек ответственный за структуру повествования аниме.

Каждый из них был старше меня; и все они учувствовали в создании аниме адаптации, с которыми я был знаком. Я очень сильно нервничал.

Похоже, они сильно удивились, когда в первый раз увидели меня.

Тема разговора на это встрече была о том, как снять аниме по "Вице Верса"

Длина, аниме определялась количеством эпизодов.

В каждом году 4 квартала, а в каждом квартале 3 месяца. Если аниме планировалось на 1 квартал, то эпизодов будет от 12 до 13. Если два — то количество эпизодов удваивалось.

Аниме "Вице Верса" планировалось выпустить за один квартал, в 13 серий.

Ответственный за структуру сказал мне, что аниме планируется завершить на втором томе.

Другими словами.

Первая половина будет со стороны Шина.

Вторая половина — со стороны Сина.

— Услышав это... я был очень, очень рад! — честно поделился я.

— Почему?

— Потому что они не торопились, и решили анимировать каждый том в 6-7 эпизодов.

— То есть?

— До этого момента, я уже видел несколько адаптаций лайт новелл... каждый, кто смотрел их и читал оригинал говорили "даа, в аниме столько всего обрезали". [✱]П.П. OreGairu например, каждый том всего по 2-3 серии. 10.5 том вообще в одну серию сделали

И получилось так, что я не единственный кто так думает; говорят некоторые писатели считают также. Некоторые жалуются, что их работы слишком обрезали, а другие радовались, что им повезло, и их книгу адаптировали более подробно. Конечно же, я не могу рассказать о ком именно идёт речь.

— Другими словами... бывает, когда много сюжетных моментов, которые в аниме упущены?

— Именно. Иногда, мне частенько кажется что "сюжет движется слишком быстро". Я замечал, что очень много клёвых моментов которые есть в оригинале — в аниме просто вырезают. Я понимаю, конечно, что с точки зрения производства это необходимо... но даже так, мне кажется, что сюжет движется слишком быстро. Настолько быстро, что не успеваешь ничего понять.

В то же время, у команды создателей аниме тоже есть свои аргументы:

"Это не сжатие, это дистилляция"

Или

"Скорость повествования очень важна для аниме. Если она будет медленной, зрителю быстро надоест"

На это писателям обычно нечего ответить.

И я понятия не имею кто из них прав больше.

Но когда, я узнал что повествование в аниме "Вице Верса" будет идти не торопясь, и будет охватывать два тома оригинальной работы, я был очень счастлив.

И, конечно же, они спросили меня о том, как у меня дела с расписанием релизов.

На тот момент редактор решил, что четвёртый том выйдет в апреле, а пятый в июне.

Что будет потом, мы не знали...

Но продюсер сказал:

— На данный момент загадывать сложно, но если аниме станет хитом, то мы будем рассматривать вариант разработки второго сезона. Мы надеемся, что книги будут и дальше продаваться хорошо — чем больше будет продано копий, тем больше шансов на второй сезон.

— Бам.

— Что это за звук был? — спросила Нитадори наклонив голову.

— Это звук... с которым мне в голову пришла мысль бросить школу.

— Но ты не можешь этого сделать! ... Кстати говоря, ты же этого так и не сделал.

— Ну да... как показало время.

— Ахахахах!

Эти перемены в выражении лица Нитадори меня очень позабавили.

— Устами сейю глаголет истина.

— Ахахахаха!

А что было, потом я уже рассказывал.

У меня был разговор с мамой и редактором, и было принято решение пропустить школу на один год.

Начиная с середины марта, в моём распоряжении был целые дни, так что я с энтузиазмом начал писать продолжение "Вице Верса". Кстати говоря, в тот момент все планы на аниме могли обрушиться.

— Правда?

— Говорят, что планы на создание аниме отменяются. И не просто так — это не, потому что автор неожиданно чем то возмутился и отказался, или из-за проблемы со стороны производства... я не могу объяснить это в деталях.

— Но ведь производство аниме "Вице Верса" уже так далеко продвинулось — сказала с улыбкой Нитадори.

— Да... и я очень этому рад. Я слышал что это может произойти, если аниме способно шокировать общество, например если сюжет может напомнить людям о каком то страшном инциденте...но похоже у "Вице Верса" с этим проблем нет.

— Вряд ли найдётся человек, посетивший другой мир... а теперь следующий вопрос. Как сильно ты помогал в создании аниме до этого момента?

Сколько писателю нужно учувствовать в процессе создания аниме? Мне кажется, что ответ зависит от конкретной работы и конкретного писателя.

"Участие" в производстве бывает разным.

Либо ты "проверяешь только основные моменты"

Либо "Посвящаешь этому всё свободное время"

Я выбрал последнее.

У меня была тонна времени из за того что в школу ходить было не нужно, а с созданием продолжения у меня не было никаких проблем, поэтому остановился на последнем.

Большинство компаний по производству аниме находятся в Токио.

Говорят что сейчас, аниме создается в цифровом виде, и всё обрабатывается на компьютерах, так что нет особой необходимости работать именно в Токио. Но даже так, большинство компаний всё равно находятся здесь.

Встречи, посвящённые производству аниме "Вице Верса" также проводятся в Токио. Что бы поучаствовать в собрании на котором обсуждали сценарий, я посещал их производственный офис который также был где то в Токио.

Каждый должен был прочитать оригинальную работу, а также сценарий который был составлен сценаристом, что бы предложить свои изменения.

Такие встречи проходили один раз в неделю, так что мне приходилось ездить в Токио каждую неделю, в один и тот же день. Это происходило примерно в то же время года, что и сейчас, поэтому вспоминая об этом у меня была небольшая ностальгия. Не знаю, как всё происходит при создании других аниме, но я слышал, что скорость производства "Вице Верса" считается одной из самых быстрых.

На таких встречах, где обсуждался сюжет, мне нужно было высказывать свое мнение, как автора произведения. Хотя...

— Если честно, там практически не к чему было придраться.

— Это потому что... сюжет не сильно обрезали, так? Я читала сценарий и оригинальную работу, и заметила что диалоги почти не обрезаны. Разве что порядок повествования немного изменён.

— Так и есть.

Как и ожидалось от Нитадори, которая успела прочитать и книгу и сценарий.

— Мне приходилось исправлять лишь небольшие моменты, вроде "немного неправильного использования терминов", или "я надеюсь, этот персонаж не будет этого делать, потому что я хотел использовать это в следующих томах". В отличи от книги, в первом эпизоде аниме уже есть сцена, где Шин и Син сражаются против Плуто. Этот ход был очень интересным... и я был сильно впечатлён.

— Согласна.

— В итоге я побывал на всех встречах по обсуждению сценария. Всё что я могу сказать, это то, что это очень драгоценное время, благодаря которому я мог перенять опыт у ответственного за составление сюжета, сценариста и продюсера аниме. Я с нетерпением ждал каждой недели, когда я смогу побывать на это встрече и поучиться у них.

— Ясно... кроме этого, ты помогал в производстве ещё чем-нибудь?

— Хм, после проверки сценария, мне нужно было проверить сеттинг и дизайн.

Редактор присылал мне иллюстрации по емейлу, или прикладывал ссылку на скачивание. На некоторых из них был дизайн оружия персонажей, а на некоторый дизайн фона"

Я просматривал эти иллюстрации и проверял их. В "Вице Верса" довольно много персонажей, так что и иллюстраций было много.

Но я был счастлив.

Шин и остальные герои были в том же стиле моего иллюстратора, но некоторые персонажи не появлялись в иллюстрациях моей книги.

— И... что тогда?

— Тогда, иллюстратор делала их наброски, основываясь на моих словах. Не говоря уже о непопулярных персонажах, она нарисовала даже тех, кто появлялся в книге всего пару раз! Я был ей очень благодарен!

— Ого! Это же здорово! — глаза Нитадори засверкали. Это преувеличение конечно, но для меня её карие глаза действительно сверкали ярким светом.

— Также иллюстратор проверяла дизайн персонажей, что бы удостовериться, что нет никаких расхождений. Кстати говоря, у нас с ней никогда не было расхождений во мнении.

В итоге, жители "Вице Верса" вошли в этот анимированный мир ярко и выразительно окрашенными.

Мика в аниме выглядела совсем другому, а ещё, ей добавили два кинжала.

Эти два кинжала выглядели очень изящно, в стиле Атам. Эти кинжалы были оснащённые большой рукояткой с шипами, благодаря которым можно отбиваться и ранить врагов. [✱]П.П. Атам — так называют ритуальные ножи

Она выглядела красивой и в то же время жестокой, просто удивительный дизайн.

— А ещё я принял участие в процессе "ЛокаХун". Это происходило ещё до участия в проверке сценария, так что получается я не с того начал, прости.

— " ЛокаХун " означает "Location hunting" да? Это вроде того, когда ищешь место, на котором снимать фильм.

— Именно. Но я слышал, что это выражение переведено с английского.

Я нашёл это термин в книге, и когда я сказал это Нитадори кивнула:

— На английском это "location scouting", да?

— Ага...

Слово "скаутинг" происходит от слова "скаут" из словосочетания "бой скаут". Я вспомнил это, потому что читал об этом раньше. Это означает "исследование" или "осмотр". Мне кажется что вместо "охоты за местом", "поиск подходящего места" будет более подходящим для передачи смысла.

— Но ведь в аниме не нужны никакие подходящие места, так? Или...?

Нитадори задала вполне логичный вопрос. По сути, она права, и я ответил:

— Конечно же, аниме отличается от фильмов, и нет никакой нужды проводить какие либо съемки, но...

Я тоже удивился когда узнал, что много компаний производящих аниме, ездят по разным местам, фотографируют и снимают много видео, которые в последствии используют в качестве моделей. В дальнейшем этот материал в основном используется для создания фона. Иногда в DVD и BR изданиях вставляют видео из таких мест.

Именно этим занимались продюсер, директоры, художественный руководитель, художники и я. Сеттинг "Со стороны Сина" полностью основан на городе в котором я живу.

Когда я писал книгу, я всегда изменял термины, поэтому название города было полностью вымышленным.

Хотя, всё равно находились люди, которые смогли распознать место благодаря некоторым частям описания. Поэтому некоторые читатели правы, говоря: "Это место на самом деле существует. Всё потому что..."

Основа старшей школы, в которой учатся Шин и Юи — взята не из той школы, где я проучился свой первый год, но на основе школы, которую я видел из библиотеки. Всё-таки писателем я стал, когда учился ещё в средней школе.

Персонал не стал заходить в школу, они просто фотографировали то что видели те кто ходил в эту школу. В то же время художники не перерисовывали всё один в один, вместо этого они изменяли пейзаж, делая его ещё красивее.

Когда во втором томе мне нужно было описать, как школа выглядела из внутри, в качестве основы я использовал свою среднюю школу.

В аниме, же не стали использовать мою среднюю школу в качестве справочного материала. Они объяснили это тем, что интерьер в ней был слишком простым для старшей школы.

Дом Шина был в одном из высококлассных жилых районов в этого же города.

В нём было много жилых домов расположенных рядом с сельскохозяйственными землями, и за основу дома Шина был взят один из этих домов. Мы приехали туда на арендованном минивэне, и спокойно, никому не мешая сняли несколько фотографий и видео.

Дома Шина и Юи были недалеко от парка. Хотя мы и приехали в это место, подобных домов мы не смогли найти.

И, конечно же, там был древняя крепость, которая была символом моего города.

— Какая клёвая крепость! Я обязательно когда-нибудь обосную здесь свой лагерь!

Именно в этом месте Син поднял голову, посмотрел на крепость, и прокричал это. С помощью видео и фотографий, мы запечатлели место, на котором стоял Син.

— Сенсей, пожалуйста попробуй крикнуть это с того же места что и Син — сказал мне директор. Просто постоять я ещё мог, но кричать, что то я бы определённо не стал. В любом случае, разница между моим ростом и ростом Сина была слишком большой.

Станция, на которой мы садились на этот поезд, тоже была одной на одной из сцен аниме.

В книге я описывал платформу и поезд, в котором были большие плакаты женских персонажей с правой и левой стороны вагона. Я слышал, что команде разработчиков пришлось просить разрешения у транспортной компании, что бы сделать то же самое.

Если аниме станет большим хитом, на поездах появятся плакаты с изображением Шина и Сина...? Будут ли озвучены остановки голосом сейю из аниме? Если это произойдёт, я буду очень счастлив, но в то же время поездки на поездах будут меня смущать.

— Значит! Когда повествование аниме дойдёт до "стороны Сина"... — весело заметила Нитадори, а я подхватил:

— Мы увидим много мест, которые видели раньше.

— Уау! Жду не дождусь!

— А ещё очень радует то, что если аниме станет хитом, наверняка увеличится число людей, которых называют "Паломники".

— Паломники?

— Нуу... это фанаты которые есть хобби посещать места, которые есть в аниме.

— Ах, значит, они посещают существующие места? Как же круто их называют, однако!

Конечно же, называть их "Паломниками" большое преувеличение. Думаю причина в том, что религиозные познания в Японии очень слабые, и почти каждое место можно назвать "священными землями".

Забудем об этом.

— Таких "Священных земель" в Японии очень много. Из-за аниме количество посетителей увеличится, и некоторые используют это для развития городов.

— То есть если аниме станет хитом, тебя назначат туристическим посредником и позовут в муниципальный совет, так сенсей? — весело спросила Нитадори. Эта мысль никогда не приходила мне в голову.

И вероятность этого... не нулевая...

— Если это произойдёт, я определённо откажусь... я буду избегать этого, даже если мне придётся переехать...

— Ааа... какая жаль!

Нет, нет, и нет. Точно нет.

— А что если... вместо меня назначить тебя, Нитадори?

— Ээ? А я там что забыла?

Похоже, Нитадори также не горит желанием этим заниматься.

В то время, все, чем я занимался кроме сна, это сотрудничал с создателями аниме, и без остановки писал продолжение моей серии.

Насколько я помню в прошлом году в период с Лета до Осени, я почти не выходил на улицу, кроме, конечно же, поездок в Токио.

Так как мне приходилось самому себе готовить, я научился делать пару простых блюд, и просто ходил покупать продукты в ближайший супермаркет, или ездил на велосипеде в торговый центр который был немного дальше (книжный отдел там тоже был).

Наверняка среди людей живущих поблизости ходили сплетни вроде:

— Это же паренёк из того дома, да? В школу он не ходит, так чем же он тогда занимается...?

— Наверное, он "хикикомори" которых становится всё больше в наше время, да? Отвратительно. Я надеюсь он не начнёт убивать животных или чего-нибудь похуже"

Что-то вроде того. (Но это просто мои предположения. Я надеюсь во всяком случае.)

— Вообще то, я и правда, убивал...

— Аххх!

— Шина и Сина в моих книгах.

— Фууух... не пугай так...

— Прости.

Моя помощь в производстве аниме включала в себя собрания по обсуждению сценария, ЛокаХун, и проверка дизайна.

— Кстати говоря, а что на счёт проверки раскадровки? — спросил меня редактор, когда я закончил рассказывать о том над чем успел поработать.

Раскадровка, это формат, поделённый на ячейки, в которых есть иллюстрации и сценарий. Иллюстрации в них сделаны вертикально, что бы с правой стороны было место для секундомера и описания сцены.

Можно сказать что Раскадровка это своеобразный макет того что происходит в аниме. В дальнейшем всё будет рисоваться на основе раскадровки.

— Сомневаюсь что меня что-нибудь не устроит, но всё равно хотелось бы взглянуть — ответил я. Но так как мы были ограничены во времени, редактор согласился с условием что бы я ответил "сразу".

Как же я был рад посмотреть на раскадровку, которую нарисовал художественный директор.

Одна только возможность посмотреть на реальную раскадровку приводила меня в восторг, не говоря уже о том, что эта раскадровка по моей работе.

Я смотрел на Шина, Сина, Плуто, Мику и других персонажей, и был восхищён тем, что они ожили.

Единственное к чему можно было придраться, было в том, что у одного из военачальников была неправильно нарисована рука.

В процессе производства аниме, раскадровка превращается в макет, а уже затем в аниме. Больше никаких проверок по аниме не было, так что думаю, этот вопрос полностью исчерпан.

— Ты сам выбирал сейю... или может быть приходил на прослушивания, сенсей? — мпросила Нитадори немного дрожащим голосом.

Немного удивившись этому явлению, я ответил:

— Нет. Когда редактор спрашивал меня, я отказался от участия в этом процессе. Мне нравится смотреть аниме, и у меня есть любимые сейю... но мне казалось, что вряд ли я смогу выбрать кого то подходящего.

— Вот как... то есть ты не выбирал себе конкретного сейю?

Об этом меня тоже спрашивали, но...

— Я даже раздумывать не стал. Это единственная часть, в которой я чувствовал что лучше полностью положиться на директора и звукорежиссёра. Лучшим вариантом было оставить выбор сейю на них.

— Тогда... что ты почувствовал когда пришёл в студию звукозаписи...?

На этот раз, голос Нитадори был немного грустным, когда она спрашивала это.

— Тот кто верит — будет спасён — чётко ответил я. [✱]П.П. Похоже снова цитата из Библии

И затем, я увидел улыбку Нитадори.

Была ещё одна работа, за которую я не стал браться.

Сочинение текстов песен.

Речь идёт о песнях, которые поют персонажи аниме. Их собственные песни. Когда в руководстве спросили моего разрешения, я сразу же согласился.

Как-то, на одном из собраний по обсуждению сценария, режиссёр спросил меня:

— Сенсей, не хотел бы ты сочинить тексты песен для персонажей?

— Если хочешь, то можешь этим заняться — добавил редактор.

И затем...

— Нет, я не смогу! Я могу писать книги, но точно не тексты песен! – сразу же ответил я.

— Понимаю. Ну что ж, тогда у нас не остается выбора. Нам придётся отказаться от песен для персонажей. Так что у нас там с концовкой?

— Кхм... там всё сложно...

В итоге я отказался также от сочинения текста для Опенинга и Эндинга.

Раз уж мы разговор зашёл об Опенинге и Эндинге "Вице Верса"...

Названия и исполнители песен уже утверждены.

Опенинг будет петь одна очень опытная певица, которая пела во многих Опенингах других аниме.

Конечно же, я её прекрасно знаю, ведь я покупал диски с её песнями. Когда я узнал что она будет петь в моём аниме, у меня даже дрожь по телу пробежала. А ещё я слышал, что у меня даже будет шанс с ней увидеться, так что я заранее подумал над тем, что бы взять с собой диск, что бы она на нём расписалась.

Эндинг поёт сейю, которая озвучивает Эму. Она тоже прекрасная певица, кроме того, как певица она более известна, чем как сейю. Она пела самые различные песни, в том числе песни из аниме.

И Опенинг и Эндинг просто прекрасны. Когда я в первый раз их услышал, я был так тронут, что чуть не расплакался.

— Что?!...Ты их уже слышал?! Они у тебя с собой....?

Нитадори очень живо отреагировала на это.

— Ах, я должен хранить это в секрете... но да, они у меня с собой... никому не говори, что они у меня есть — сказал я поёжившись.

— Я поняла... как же здорово всё таки...

— Нуу... это моё право, как автора произведения

— Везёт же... — сказала на вид сильно завидующая Нитадори.

— Эти песни в моём ноутбуке...

И снова я сболтнул то, что не следовало.

— Ого! — карие глаза Нитадори засверкали за стёклами очков. Я не преувеличиваю, они и правда, сверкают.

— А, нет... я пошутил. Ничего у меня с собой нет...

В свою очередь Нитадори...

— ...

...смотрела на меня из под стёкол своих очков. Тогда я решил повернуться к окну, которое сейчас поливало дождём.

— Эй... сенсей... у меня небольшой вопрос...

Вот уж никогда бы не подумал, что у Нитадори может быть такой пугающий голос. Ну, как и ожидалось от профессионального актера. Я так испугался, что моя спина слегка вздрогнула.

— Ч-что за вопрос...?

Затем Нитадори улыбнулась, и, вернувшись к своему обычному голосу сказала:

— Ты знал, что в уборной триллион йен лежит?

— Уже в 10 раз больше?!

— Если ты их хочешь, сейчас самое время их забрать.

— Нет, спасибо... я проживу и на то что сам зарабатываю...

— Мда... впечатляет...

— Что имеем — то при нас.

— Знаешь, я и думать не буду о том, что бы трогать твой ноутбук, сенсей.

— Само собой... ведь он запаролен.

— Я и думать не буду о том, что бы трогать твой ноутбук, сенсей.

— Молодец, что я ещё могу сказать?

— Я и думать не буду о том, что бы трогать твой ноутбук, сенсей.

— ........

Нитадори работает сейю. Думаю, ничего страшного не случится, ведь она имеет отношение к этому аниме. Или даже точнее будет сказать, она с ним напрямую связана, кроме того она знает мой секрет, о котором знает не так уж и много людей. Похоже, что она будет настаивать пока я не сдамся, так что у меня просто нет выбора. Сегодня дождливо, в этом вагоне только мы, а на ноутбуке ещё есть зарядка. Будет здорово если она послушает Опенинг и Эндинг, и это поможет ей ещё больше вжиться в роль Мики.

Пока Нитадори вставляла свои наушники в мой ноутбук, и слушала музыку, я начал думать как же мне в случае чего оправдываться.

— Прекрасно... я тронута.

Когда она дослушала Эндинг, Нитадори достала оба наушника и сказала это.

Это моё воображение? Или, правда, у неё глаза слегка на мокром месте?

Наверное, у меня была такая же реакция после первого прослушивания.

Я закинул ноутбук в рюкзак и глянул на часы.

До конечной оставалось ещё 10 минут.

Дождь конкретно поливал, а поезд продолжал двигаться по маршруту нисколько не сбиваясь с расписания. В таком случае мы приедем на конечную как раз во время.

Я не стал класть рюкзак на полку, вместо этого просто положил его к ногам.

— Эй, сенсей.

Я услышал, как меня позвали, и, повернувшись направо, увидел серьёзную улыбку на лице Нитадори.

— Вот тебе последний вопрос на сегодня... как будет продвигаться сюжет "Вице Верса" в дальше?

Этот вопрос полностью отличался от тех что она спрашивала раньше. А если точнее, этим вопросом она хочет заранее узнать что будет происходить по сюжету дальше.

Выражение её лица было не таким как обычно, наверное, потому что она прекрасно понимает, что я отвечу. Её лицо напряглось, и она поджала губы.

Я прекрасно понимаю это чувство, когда ты хочешь знать что же будет дальше. Мне тоже интересно когда я читаю последний том какого-нибудь автора.

Насколько я понимаю, она хочет знать, что будет с Микой.

— Что будет дальше? — снова спросила она.

В этот момент я подумал о двух вещах.

Первое, красивое лицо Нитадори было слишком близко ко мне; настолько близко, что я уже почти не мог отодвинуться назад.

Второе, моя спина опёрлась об стену, так что убежать я в любом случае не смогу — разве что стекло сломаю, но опять же силы мне всё равно не хватит.

Третье, я уже и так много чего рассказал Нитадори, и даже дал ей послушать Опенинг и Эндинг. Ничего страшного не случится, если я ей расскажу и это, да?

Ах, простите, получается всё таки три вещи пришло мне на ум. Хотя первые две, наверное, можно объединить в одну.

Моё сердце пропустило удар:

— Это...

И затем я сразу поправился.

Даже Нитадори, я не смогу ответить на этот вопрос:

— Я не могу сказать тебе. Надеюсь, что ты узнаешь продолжение в опубликованной книге.

Если мы заговорим о том, что будет дальше, в любом случае придётся рассказать про Мику.

Может быть Нитадори будет шокирована, а может быть впадёт в депрессию.

Хотя с другой стороны именно этого я и добавился. Я надеюсь, что читатели будут шокированы развитием сюжета настолько, что их пробьёт на эмоции.

В то же время читатели должны быть шокированы после прочтения книги.

Прямо сейчас, я не должен рассказывать о том, что будет дальше.

— Я понимаю... — ответила Нитадори, скорее всего она была готова к такому ответу.

— Похоже, было неправильно... задавать этот вопрос. Прости за это.

Её сжатые губы слегка растянулись.

Эта вымученная улыбка напомнила мне первую встречу Мики и Шина.

В этот момент мне даже показалось что я в мире Репутации.

Поезд продолжал двигаться по направлению к городу.

Уже скоро мы приедем к точке назначения. На улице всё ещё льёт дождь.

Я решил заглянуть в туалет, прежде чем мы прибудем. До этого момента всё ещё оставалось время. В туалетах на станции всегда очередь, а тот, что в поезде к тому же комфортнее.

Мне пришлось потревожить Нитадори, что бы покинуть своё место, после чего я отправился по коридору. Я вернусь до того как мы приедем на станцию, так что я решил оставить рюкзак лежать на полу.

Через автоматические двери, я достиг задней части вагона.

Закончив мыть руки в раковине расположенной в туалете, и положив мой носовой платок в карман, я быстро пошёл обратно к коридору.

В этот момент кое-что произошло.

Я не ожидал, что здесь кто-то будет, так что и по сторонам особо не глядел. Опомнился я уже только в момент, когда увидел чью то тень краем глаза, и, поспешив отодвинуться в сторону я...

Столкнулся с этим человеком.

Понятия не имею насколько торопился человек, который пробегал здесь. Увернуться я не успел, и в итоге был сбит с ног.

Моё тело, потеряв баланс, начало падать. В итоге я очень больно упал на спину. К счастью я не успел удариться головой, потому что успел наклонить голову вперёд.

После падения я подумал.

Я действительно виноват, что не посмотрел по сторонам, прежде чем выходить в коридор, но и тому с кем я столкнулся, следовало бы быть по осторожнее. Разве людей в школе не учат не бегать по коридорам?

Так чья же это в итоге вина?

В любом случае, наверное, мне стоит извиниться первым.

Потому что похоже на то что я крупнее того кто в меня влетел.

А может быть мне первым делом стоит спросить в порядке ли тот человек, что налетел на меня?

Меня ведь с ног сбили, вряд ли вторая сторона осталась невредимой.

Может быть этому человеку больно?

Если у него трещина, или перелом, то, как я смогу это компенсировать?

Что если это доктор с высокой зарплатой?

А что если это беременная женщина?

И пока я думал о худшем развитии событий...

Потолок, на который я смотрел, перекрыла тёмная фигура, и меня начали душить.

Это была Нитадори.