Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии
miki_n
10.11.2019 13:08
Need4beer, спасибо исправил)
need4beer
10.11.2019 06:19
спасибо за перевод!
need4beer
10.11.2019 05:58
"— Разве не так, что понять тебя смогут понять только свиньи?" в середине второй части явно очепятка
miki_n
02.11.2019 04:21
Итак, это снова я (просрочивший всё, что только можно). Есть хорошая новость и плохая. Начну c плохой, человек, отвечавший за вычитку уже как месяц не отвечает. Хорошая, мне надоело ждать хоть какого-нибудь ответа, так что я в ближайшие дни выкачу первую главу.
P.S. Ещё раз прошу прощения.
miki_n
07.10.2019 12:08
Доброго времени суток, читатели кролика. Хоть я и обещал к концу августа, но из-за личных обстоятельств не получилось. Сейчас главу перевёл, редактор отредачил, так что осталась вычитка. После неё сразу выкачу полную первую главу(из 3-х частей).
miki_n
13.08.2019 20:31
Agolar, извини за ожидание. Скоро займусь. Брал перерыв. Первая глава этого тома выйдет примерно под конец августа.
>>41871
agolar
11.08.2019 00:42
Прошу прощения, не нашёл может эту инфу - есть какие-то примерые сроки, когда будет переведён новый том?
Ответы: >>41893

Глава 1 — Негодник не Встретит Новый День

Часть 1

— Отличная игра, сборная Японии! — Утренние новости начались с взволнованного заявления диктора. — Доброе утро, сегодня пятница, двадцать седьмое июня. Я подумал, почему бы не начать день с футбольных новостей!

По телевизору в гостиной показывали лучшие моменты одного из матчей чемпионата мира, что проходил на другом конце Земли. Это был матч из нижней сетки чемпионата, и проходил он по японскому времени поздно ночью. В конце первого тайма японская команда отставала на один гол. Игрок под номером «10» собирался вывести мяч на пятачок, но он не смог пробиться через рьяную защиту противника. Судья, просвистев в свисток, показал карточку и выдал вражеской команде пенальти.

Игрок под номером «4» отнёс мяч на позицию и отошёл назад для удара. Напряжение от матча можно было уловить даже через экран.

Однако Сакута рассеяно смотрел в телевизор.

— Я... уже видел это.

Но он не смотрел ночью прямую трансляцию, а видел этот фрагмент в лучших моментах мачта вчера утром. Вратарь не сможет поймать мяч, и тот окажется прямиком в воротах.

Затаив дыхание, Сакута смотрел на экран. Мяч полетел по дуге, и, как он и помнил, попал в ворота.

Таким образом японцы сыграли в ничью, а противникам оставалось только возмущённо кусать локти. Игрок номер «4» радостно завопил, а в след за ним фанаты и остальные игроки.

Следующим эпизодом показали, как игроки из японской команды забили ещё один гол во втором тайме, благодаря чему выиграли.

Показанные конечные результаты совпадали с теми, которые помнил Сакута. Поэтому, чтобы удостовериться, что у него не поехала крыша, он вернулся в свою комнату и посмотрел на часы. Они стояли в изголовье его кровати, и на их дисплее отображалось не только время, но и дата.

27 Июня.

Ведущий сказал то же самое.

— Что за... чёрт... — Сакута считал, что сегодня должно быть двадцать восьмое. Но, что по телевизору, что на часах, показывалось двадцать седьмое. Так что сегодня — это вчера, а вчера — это сегодня, — ...понятно, я спать.

Сакута улёгся в кровать, накрылся одеялом и уснул.

Если сегодня — это вчера, то он будет спать до завтра. Так он решил и уже закрыл глаза, как дверь в его комнату открылась.

— Братииик, разве ты уже не встал? — раздался голос его сестры. Она тихо подошла к нему. — Ты не можешь снова лечь спать, так что просыпайся.

Каэдэ потрясла его.

— Я буду спать до завтра.

— Ты правда хочешь сегодня прогулять?

— Ага.

— Ну тогда я посплю с тобой, — сказала она, ложась и закутываясь в одеяло.

— Ладно, я встаю.

Он резко вскочил.

— Э? Уже?!

Сакута поднялся, словно уступая свою кровать Каэдэ, одетой в пижаму стилизованную под панду. И не обращая на сестру внимания, вернулся в гостиную. В утренних новостях всё ещё обсуждали футбол.

Каэдэ пошла вслед за ним.

— Эй, Каэдэ.

— Да?

— Я хочу у тебя спросить кое-что странное.

— Э-это ведь не что-то пошлое, нет?

— Нет.

— Т-ты не можешь спрашивать у меня такое, братик, — пробормотала она, извиваясь и не обращая на ответ Сакуты никакого внимания.

— Ты вчера видела этот эфир?

— ... ты имеешь в виду футбольный матч? — спросила она, смотря через щёлки между пальцами.

— Ага.

— Вообще-то, нет, не видела? — неуверенно ответила Каэдэ, смутившись от странного вопроса и нахмуренного вида Сакуты.

— Я понял... ладно.

После этих слов, Сакута почувствовал назревающее беспокойство, словно он попал в какую-то передрягу.

Но та и не разобравшись в произошедшем, Сакута позавтракал с Каэдэ, после чего пошёл в школу.

«Может там что-нибудь прояснится?», такая была у него мысль.

— Увидимся, братик.

Каэдэ с улыбкой проводила его. По пути к станции, Сакута осматривал всё вокруг, что было для него не свойственно. Он прошёл мимо многоквартирных и частных домов, выстроившихся в ряд напротив парка, пересёк мост и вышел прямиком на главную улицу. Когда Сакута добрался до станции, то увидел множество бизнес отелей и магазинов электроники.

На протяжении всего своего пути, он так не заметил ничего подозрительного. Много людей тоже шли на станцию, домохозяйки выносили мусор, а старик убирался перед своим цветочным магазином.

Чтобы добраться до станции «Фудзисава», находящейся в центре одноименного города в префектуре Канагава, у него ушло минут десять. Она была полна снующих туда сюда учеников и рабочих. Служащие шли в основном к линии «Токайдо», а учащиеся проходили через турникет на линии «Одакью», чтобы попасть к «Энодену». Сакута шёл туда же. Никто из учеников не выбирался из толпы, идущей на станцию. Никто даже ни взглянул на него. От чего получалось, что только Сакута оглядывался по сторонам, наблюдая остальными учениками.

— Только я?...

Пройдя через турникет, он почувствовал, как, в подтверждение его предположения, по коже пробежали мурашки.

Спустя две минуты Сакута сел на прибывший поезд. Выглядел тот старомодно, и у него было всего четыре вагона. Прозвенел предупреждающий звонок, двери закрылись, а затем поезд тронулся.

Преодолев пятнадцати минутную тряску в поезде, Сакута наконец-то добрался до станции «Ситиригахама», находившейся на побережье. Чтобы дойти до старшей школы Минагахара, в которой он учился, Сакуте потребовалось ещё несколько минут. Он вместе с остальными учениками в той же форме, вышли из поезда на платформу. И сразу же ему в лицо ударил солёный бриз. Это было признаком того, что началось лето. Дней примерно через десять, здесь на пляже будет полно народа, приехавшего, чтобы искупаться в океане.

Когда Сакута взглянул на море, то увидел нескольких катающихся сёрферов, использующих возможности такой хорошей погоды в сезон дождей. Но в этом не было ничего странного.

По пути до школы всё тоже было, как обычно. Здесь было множество учеников старшей школы Минагахара. Юноши первогодки общались со своими одноклассниками, третьегодки читали записи в своих тетрадках, девушки обсуждали вчерашний ночной поход в караоке...

Куда бы не глянул Сакута, ничего не отличалось от обычных будней.

Не было ничего похожего на такую беседу:

— Эй, а разве мы не говорили о том же самом вчера?

— Вроде? Мне тоже так кажется!

— От такого мне не по себе.

Только Сакута был в недоумении от того, что ему пришлось проживать двадцать седьмое июня второй раз.

— Даров, Сакута. У тебя гнездо на голове, — к нему обратился один из его двух друзей, Юма Куними, когда он прошёл через ворота и оказался на территории школы.

Юма шёл с тренировки баскетбольного клуба, поэтому был одет в футболку и спортивные шорты до колен. Многие ученики, занимавшиеся в спортивных кружках, не переодевались обратно в школьную форму и весь день ходили в таком виде. И Юма поступал так же.

— Это у меня такая причёска.

— Новый тренд такой, да? — сказал Куними с улыбкой. И подобные беседы тоже были обычными... вот только Сакута помнил, что вчера Юма слово в слово сказал тоже самое.

Воцарилось молчание.

— Сакута, что-то не так?

— ...Всё в порядке.

— Ты точно уверен?

— Меня просто раздражает, что ты такой популярный.

— Э? С чего вдруг?

Сакута так ничего и не сказал о том, что проживает этот день второй раз, сведя разговор в обычное русло. И болтая, они дошли до класса.

Сегодня у Сакуты было четыре предмета: математика, физика, английский и японский. И темы, которые им рассказывали были точно такими же, что и вчера. Повторились и слова учителя математики: «Это будет на экзамене», глупые шутки учителя по физике, замечание: «Слушайте меня, мистер Адзусагава» от учителя по английскому, и след от помады на воротнике учителя японского. Всё было точно также, как и вчера.

Постепенно сомнения Сакуты превратились в уверенность.

Я вернулся во вчерашний день.

От такого вывода, обычный день стал чем-то жутким. Сошёл ли с ума мир или сам Сакута?

— Ну точно не я, — уверял себя он.

Чувствовал себя Сакута вполне нормально, и реальность не казалась ему сном.

Он до сих пор об этом думал, когда настало время перекусить.

— Если сегодня это вчера...

У Сакуты оставалось одно обещание, которое он сейчас должен был выполнить. Так что ему пришлось уйти из классной комнаты второгодок.

И десять минут спустя Сакута уже сидел в классе на третьем этаже школы. Напротив него была Май Сакурадзима, третьегодка и его сэмпай. А из окна с боку открывался вид на море.

На прекрасном лице девушки было серьёзное выражение. Её внешности позавидовала бы любая актриса... Впрочем, Май и сама была ею. У неё был природный талант к актёрству, а она сама начала свою карьеру ещё в детстве. Девушка была национальной знаменитостью. И хоть она и брала примерно на год перерыв в съёмках, сейчас Сакурадзима возобновила свою карьеру.

На парте между ними стоял бэнто, который она сделала для Сакуты. А внутри было ровно тоже, что и вчера.

Запечённая с приправами курица, жареные яйца, картофельный салат с помидорами черри в качестве гарнира, а также водоросли и варёные бобы.

Он палочками поедал всё это один за другим. И хоть слегка не доставало приправ, нежный вкус был прекрасен. Этот вкус, был точь-в-точь как в его воспоминаниях.

Растерявшись, Сакута не смог вымолвить и слова.

— Тебе не понравилось?

— А?

В ответ на вопрос Май, Сакута поднял голову и заметил её сердитый взгляд. Она ни капли не скрывала своего недовольства, отражающееся в её взгляде. Слишком погрузившись в свои мысли, он забыл похвалить её готовку. Да и так как Сакута помнил вчерашний день, то ему показалось, что он уже сделал это.

— Всё очень вкусно, — постарался Сакута убедить Май.

— А мне не кажется, что ты так думаешь.

— Но это правда. Мне настолько понравилось, что я готов есть такое каждый день.

— Я не поведусь на твоё предложение встречаться, сделанное в стиле Сёва[✱] Период в истории Японии с 25 декабря 1926 года по 7 января 1989 года. Так о чём ты конкретно думал, пока расправлялся с приготовленным мной бэнто?

Май заострила на Сакуте свой взгляд.

— Я просто размышлял, на сколько меня порадует сделанная тобой еда.

Он не думал, что стоит рассказать ей о той ситуации, в которую он попал. Сакута ещё сам не до конца разобрался, что происходит. Поэтому рассказав Май, о своих смутных догадках, он лишь заставит её зря волноваться.

— Хмм, — с сомнением произнесла она.

— Май-сан, можно я спрошу у тебя кое-что странное?

— Что-то извращённое? — ответила Май также, как и Каэдэ. Почему они все так считают? От этого ему становилось досадно. — Я не скажу тебе, какого цвета на мне сегодня бельё.

— Мне достаточно и того, что я сам себе представил.

— Буэ, мерзость, — отшатнулась Май, хотя он всего лишь пошутил. — Ну так, что за странный вопрос ты хотел задать?

— Кто я для тебя, Май-сан?

— Просто наглый кохай, — ответила она с секундной заминкой, думая добавлять слово «просто», чтобы по дразнить Сакуту, или нет.

— ...Понятно. Тогда кто, как ты думаешь, для меня ты?

— Красотка... в которую ты по уши влюблён. Твой очень добрый сэмпай, которого ты жаждешь всем сердцем.

— Ага, верно, — подтвердив её слова, он положил яйцо в рот и прожевал. Это было ужасно, ведь их отношения вернулись к тем, что были раньше. До того, как она согласилась с ним встречаться.

Май должна была сказать, что он её парень. Однако всё откатилось до простого наглого кохая. Но раз какой-то не понятный феномен встал на пути признания Сакуты, то ему нужно просто снова это сделать.

Ему не стоит обижаться из-за такой мелочи. Да и сдаваться было не позволительно.

— Это был действительно странный вопрос. Но зачем ты это спросил? — Май с сомнением посмотрела на него.

— Я подумал, что стоит прояснить ситуацию, прежде чем двигаться дальше, — ответил уклончиво Сакута, надеясь, что это сойдёт за стоящую причину. Он и не лгал, так как ему действительно хотелось разобраться в это непонятной ситуации.

— Что-то я сомневаюсь в этом, — сказала она и, прищурившись, посмотрела ему в лицо.

— Май-сан, что важнее всего...

— Не съезжай с темы.

— Я люблю тебя, поэтому давай встречаться, — продолжил Сакута, притворившись, что не услышал её.

Май всё так же пристально на него смотрела.

— Я же сказала, не съезжай с темы.

— А я бы предпочёл, чтобы ты не игнорировала моё признание.

— Мне уже оно надоело.

— Понятно... значит всё было напрасно. Тогда придётся найти новую любовь.

— А, подо...

— Спасибо тебе за всё, — прервал он её и вежливо поклонился, с глубоким вздохом от неразделенной любви.

— Я-я ведь не сказала нет... Чего ты вдруг опустил руки?! — посмотрела на него Май, надувшись.

— Значит, согласна?

— Эхх... ты не слишком наглый?

— Так согласна, или нет? — не сдавшись, спросил Сакута снова.

— ...Угу, — ответила она почти шёпотом и слегка кивнула, — согласна.

После чего, будто желая скрыть смущение, Май взяла и съела жареное яйцо. От настолько миленького действа, Сакуту аж дрожь пробрала.

— Май-сан.

— Ч-чего?

— Могу я обнять тебя?

— С какой целью? — спросила в ответ девушка, закатив глаза.

— Просто ты сейчас такая милая.

— Тогда нет. Абсолютно нет.

— Эээ?

— Мне кажется, что ты в таком случае воспользуешься возможностью и похвалишь меня... Да и не могу же я просто так взять и согласиться, — продолжала жаловаться Май.

Их совместный перекус подошёл к концу, когда прозвучал предварительный звонок. После которого, они оба направились каждый к своему классу.

По пути Сакута кое-кого знакомого, стоящего на лестничной площадке. У неё была короткая стрижка, которая сейчас была в моде, а её лицо было припудрено, что придавало цвета и мягкости.

Девушку звали Томоэ Кога.

Она была на год младше Сакуты, и при встрече по ошибке приняла того за извращенца. После того случая, оставившего сильное впечатление, он и запомнил её имя. Ведь тогда Сакута, по доброте душевной, всего лишь хотел помочь потерявшейся девочке найти маму, но Кога набросилась на него со словами: «Умри, проклятый педофил!» и пнула его под зад.

Хоть это и была Томоэ, но от чего-то она опустила голову. Подойдя поближе, Сакута увидел, что напротив неё кто-то стоял. Это был высокий и подтянутый парень. По виду он держал себя в форме, и вероятно состоял в спортивном клубе. У него были коричневые волосы, на ногах надеты школьные туфли, а сама форма слегка износилась, из чего можно было сделать вывод что он третьегодка. В общем — это был привлекательный парень.

— Маэсава-сэмпай... о чём ты хотел поговорить? — Томоэ, казалось, нервничала. А парня видимо звали Маэсава.

— Скажи, ты будешь со мной встречаться?

— А?

— Ты не хочешь?

— А-а, но я, эмм... дай мне время подумать, — смутившись ответила Кога.

— Хорошо, я буду ждать твоего ответа, — согласился Маэсава, после чего ушёл вверх по лестнице.

— А она популярна. Впрочем неудивительно, раз она миленькая. — Обычно бы Сакута пожелал бы им всего наихудшего, но сегодня у него было хорошее настроение. Ведь Май всё-таки согласилась с ним встречаться. — Ну, а завтра... всё будет отлично, если конечно оно наступит.

Сейчас Сакуту волновало лишь это.

Так как ему не хотелось снова всё повторять, то он решил не спать всю ночь.

Сегодня Сакута проснулся во вчерашнем дне, так что же случится, если он и вовсе спать не будет? И всё что ему остаётся, это сидеть и ждать до завтра.

Когда пробило два ночи, Сакута, зевнув, включил телевизор, чтобы развлечься. На экране шёл футбольный матч. На игроках были тёмно-синие футболки, а следовательно это была японская национальная сборная «Синие Самураи».

— Они что, решили сыграть во второй день подряд?.. — Даже если их менеджеры составили такое расписание, то вроде по правилам между матчами должен быть перерыв в три дня, — ...разве нет?

Но кое-что привлекло внимание Сакуты. И смотря за ходом мачта, он осознал что именно.

— Я уже видел это, — пробубнил парень себе под нос.

Прямо перед концом первого тайма... Игрок под номером «10» принял пасс в центре и быстро довёл мяч до вражеской стороны поля. Хоть он и обошёл двух игроков, кто-то пнул его сзади. Судья просвистел в свисток и назначил вражеской команде пенальти. Благодаря этому, у японской команды появился шанс.

Эту же сцену из лучших моментов матча вчера показывали в утренних новостях. Но сейчас в правом верхнем углу горела надпись «LIVE», означавшая, что в данный момент ведётся спутниковая трансляция по всему земному шару.

— ...Да вы что, шутите? — Сакута рванул в свою комнату и взглянул на часы. Помимо времени десять минут третьего, на дисплее показывалась и дата — «27 Июня».

От этого Сакута не смог вымолвить и слова. Он слишком расслабился, посчитав, что завтра уже наступило. А на самом деле снова было вчера.

Вернувшись в гостиную, Сакута продолжил смотреть матч. После свистка судьи, игрок под номером «4» разбежался и пнул мяч. Мяч неизбежно должен был оказаться в воротах противника... но гола не было, ведь тот отскочил от перекладины, после чего его повёл вражеский защитник.

— Э? Чего? — Всё пошло не так, как помнил Сакута. И ему на ум пришёл их с Рио Футабой, его подругой, разговор.

Итак... допустим у японской команды был матч о котором говорили в новостях, но если я пойду и пересмотрю его, они могут проиграть?

Ради нашей сборной тебе не стоит пересматривать матчи. Я серьёзно.

Вроде о чём-то таком они и разговаривали... Получается наблюдатель может повлиять на ход событий, так решил Сакута.

— Да не может такого быть...

Не может японская сборная проиграть только от того, что он посмотрит матч.

Из-за этого Сакута, болея за команду своей страны, продолжил смотреть матч до самого конца. Но сборная так и не смогла сократить отставание, и игра завершилась со счётом «0-1».

Ведущий с комментатором обсудили несколько досадных промахов. Упомянув о том, что японская сборная часто подводит в решающий момент... и это был её главный недостаток, который часто обсуждали.

Ведущий сообщил, что теперь их команда должна выиграть против профессионалов, чтобы пройти в основной тур.

— Нужно будет обсудить это с Футабой завтра... точнее уже сегодня, или же вчера?..

Сакута ничего не мог больше сделать. Поэтому продолжил сидеть посреди ночи в гостиной облокотившись головой на руку.

Часть 2

В конце концов, Сакута понял, что дальше продолжать ждать бессмысленно, и уснул. Продрыхнув до утра... он, до сих пор не сдавшись, включил вновь телевизор, где рассказывалось про печальное поражение японской команды.

— Я ведь не виноват, правда?

Ощущая вину непонятно за что, Сакута вышел из дома на тридцать минут по раньше.

Из-за этого окружающая атмосфера казалось странной. Будто воздух был чище, а у станции «Фудзисава» снова ли совершенно другие люди. И в основном среди них были рабочие. Ведь в обычное время там преобладало количество одетых в форму учащихся.

На привычном «Энодене» ехало куда меньше людей.

И очевидно, что на пути от станции «Ситиригахама» до школы никого не было. Сакута — единственный, кто сошел на этой станции. В час пик ученики Минагахары шли по дороге, словно лавина или поток.

Было чувство, что он попал в совершенно незнакомое место.

Стоя посреди пустого вестибюля, Сакута переобувался. Из-за отсутствия учащихся, школьная атмосфера казалась совершенно иной. Вокруг стояла мертвецкая тишина, и было очень спокойно.

Размышляя об этих кардинальных различиях, Сакута поднялся по лестнице и пошёл в сторону кабинета физики.

— Ты здесь, Футаба? — спросил он, открывая дверь.

Та, к которой он обращался, стояла у школьной доски. Невысокая девушка в белом халате, накинутом поверх формы. Это была одна из двух друзей Сакуты — Рио Футаба.

Рио, не удостоив парня и взглядом, меланхолично вздохнула. Но Сакута, не смутившись, сел за стол напротив неё.

На нём стояла тарелка с тостами и кружка с кофе, от которой исходил пар. На тостах остались чёрные полосы от гриля. Вероятно, сейчас она завтракала. В научном клубе было спокойно, ведь только Рио в нём состояла. Она слегка откусила от тоста, что держала в руках, и с тихим хрустом, вокруг разнёсся аромат хлеба.

— Как думаешь... — начал было Сакута.

— Нет.

— Но я ещё ничего не сказал, — возразил он.

— Ты припёрся сюда в такую рань, а значит у тебя какой-то раздражающий вопрос, так ведь?

Её слова показались ему слегка грубыми. Но любой бы догадался, что я пришёл не просто так.

— У меня есть новость, которая тебя удивит.

— Поэтому я и назвала твой вопрос раздражающим. — Футаба помахала ему рукой, подразумевая: «уходи».

Она раздражённо жевала корочку тоста. Обычно Рио была не слишком эмоциональной, но сегодня она казалась какой-то недовольной. Возможно у неё с утра было плохое настроение.

— А ты то? Что-то произошло? — сразу же спросил Сакута, подозревая неладное.

— И почему ты так решил? — Рио наконец обратила на него внимание. Её глаза из под очков смотрели прямо на него.

— Просто ты выглядишь недовольной.

— Со мной всё... — хотела было сказать девушка, но передумав уклоняться от ответа, глубоко вздохнула, — ну, лучше уж ты надо мной по смеёшься, чем переживать в одиночестве.

Рио бормотала себе под нос, смотря куда-то в даль.

— Чего?

Будь то хорошо или плохо, она была не до конца уверена.

— Сегодня утром я ехала на поезде вместе с Куними.

— Он тебя облапал что ли? — спросил Сакута, невольно бросив взгляд на её довольно большую грудь.

— Куними такого никогда не сделал бы.

— Прекрати смотреть на меня таким взглядом, словно хочешь сказать: «В отличии от тебя».

— Тогда не пялься, — ответила Рио и отодвинулась назад, пытаясь прикрыть свою грудь. Ей вероятно это не нравилось, так что Сакута изо всех сил старался не смотреть.

— Ну и? Ты проехалась в поезде с Куними, а дальше что?

— Ничего, просто... Мне не по душе, когда парень, у которого уже есть девушка болтает со мной, — пояснила Рио с самоуничижительной улыбкой.

— Простые девичьи переживания.

— Все твои насмешки для меня, словно жужжание надоедливой мухи.

— Тебе обязательно так говорить?

Хоть обычно его итак оскорбления не волновали, а раз он смог её вывести из себя, то и подавно.

— От этого мне всё хуже и хуже.

Рио доела остатки тоста и, отпив из чашки кофе, выдохнула.

— Может тебе уже стоит ему рассказать? — предложил Сакута.

— Рассказать что? — ответила Рио, пытаясь замять тему вопросом, на который сама знала точный ответ.

— Что ты любишь его.

— ...Кого? — неуверенно спросила девушка. Но говоря это, она подозревала, чьё имя сейчас назовёт Сакута.

— Куними, конечно! — сказал парень, смотря ей прямо в глаза, чтобы та не пыталась сменить тему.

На мгновение Рио молча надулась. Но только Сакута решил, что она собиралась отвернуться от него, девушка угрюмо сказала.

— Я не хочу следовать твоему совету.

— Ну уж извини.

— Хорошо.

— Но ты так и продолжишь держать всё в себе Футаба? От этого тебе станет лишь хуже.

Сакута знал, что она приходит в научный клуб в такую рань, чтобы по дороге встретиться с Юмой. Но при этом она держала всё в себе.

— Я уже сказала, что не хочу следовать твоему совету, — снова вздохнула Рио. Казалось, что такого вздоха хватило бы, чтобы наполнить воздушный шарик. Она продолжила с меланхоличным выражением на лице, — ведь иначе я лишь создам ему проблем.

— Давай, сделай это, скажи ему, какой он негодник.

— Была бы я такой же бесчувственной, как ты, Адзусагава.

— От такой похвалы, я могу и смутится.

— На такое мне нечего ответить.

— Всем мужчинам нравится, когда их оскорбляют девушки.

— По-моему это относится только к таким негодникам, как ты, — парировала Футаба.

— Да и девушка Куними, тоже довольно бесчувственная.

Она ведь сказала: «Мне жаль Юму за то, что он водится с кем-то вроде тебя», Сакуте прямо в лицо. Не важно, что вы считаете, но за такое людям должно быть стыдно перед Адзусагавой. А эта девушка... Её звали Саки Камисато. Она училась в том же классе 2-1, что и Сакута. И хотя ему самому не особо нравились такие девушки, Камисато была популярна среди парней. В своей группе в классе она была лидером. По сравнению с ней, Рио же не особо заботилась о своём внешнем виде и почти всё время в одиночестве занималась исследованиями.

— Ответь, Адзусагава.

— Чего?

— Ты действительно сурово о ней отзываешься.

— Всегда нужно действовать решительно. Если ты так не можешь, то признай поражение и сдайся.

— Не думаю, что ты прав.

Но Рио понимала — это единственное решение. С другой стороны она не могла этого сделать, ведь тогда обратного пути не будет.

— Я что, единственный, кто признаётся в открытую.

— И тот факт, что ты это понимаешь, лучше тебя не делает, — с весёлой улыбкой сказала Рио. Видимо её настроение кое-как улучшилось. — Ну так о чём ты хотел поговорить?

— Мне кажется, что завтра никогда не наступит.

— Да тебя всё равно не ждёт светлое будущее, так что какая разница?

Хоть он и попытался рассказать, но в ответ получил лишь словесный удар.

— Ни капли не смешно. У меня радужное будущее! — Он ведь, как никак, начал встречаться с Май Сакурадзимой, так что Сакута в этом ни капли не сомневался. — В любом случае, сегодня — это вчера, и оно же наступит завтра.

— Ты можешь мне объяснить по человечески?

— А я тебе как объяснил? — возразил парень.

— Разве не так, что понять тебя смогут только свиньи?

— Эй, ты о чём... вообще... Ладно, неважно... — Сакута понял, что спорить дальше бесполезно, и принялся рассказывать с самого начала о тех странностях, которые с ним происходили.

Через пять минут, он завершил свой рассказ, Рио же в ответ сонно зевнула.

— Футаба, ну и что ты думаешь?

— Аздусагава, да у тебя синдром восьмиклассника.

— Только я в одиннадцатом.

— Значит, синдром одиннадцатиклассника.

— Очень «оригинально».

Рио же, словно она очень долго это придумывала, налила себе ещё одну кружку кофе и отпила.

— Ну а если не он, то это твой любимый «Подростковый Синдром», наверное? — незаинтересованно предложила Футаба.

— Мне его любить не за что.

«Подростковый Синдром» — такое название странным явлениям дали в сети. К нему относились слухи про «чтение мыслей», «предсказание будущего» и тому подобные. Никто в это, конечно, не верил. Но Сакута лично столкнулся с чем-то похожим. Так что и данный случай наверное относится к «Подростковому Синдрому», ведь по другому объяснить его никак не выйдет.

— В любом случае, ты можешь что-нибудь придумать? — попросил Сакута.

— В этом деле помочь себе, можешь только ты сам.

— Почему?

— Всё просто! Я, как и остальные семь миллиардов землян, не думаем, что этот день повторяется уже в третий раз.

Взгляд девушки был обращён в окно, за которым на спортивной площадке тренировалась баскетбольная команда. Они выкладывались на полную и вряд ли думали, что это уже в третий раз. А иначе они бы так не усердствовали на тренировке.

— И меня беспокоит не только это.

Рио сунула свой телефон Сакуте в лицо. На экране отображалась поисковая строка с внесёнными фразами: «27 Июня» и «Повторяется в третий раз». К сожалению никаких результатов выдано не было.

— Поэтому, я считаю, что ты сам вызвал этот «Подростковый Синдром», — заключила Футаба. Для Сакуты же эта новость была далеко не радостной.

— Но я достаточно уравновешенный человек, да и никакого стресса в последнее время не испытывал. — В сети именно эти два показателя считали причиной «Подросткового Синдрома». Сильные переживания из-за событий в жизни человека или личные заблуждения могли вполне его спровоцировать. Грубо говоря, «Синдром» был способом сбежать от реальности.

— Ну, раз ты так считаешь, то хорошо, — хоть Рио так и сказала, она была уверена, что причина в Сакуте. — Но независимо от причины, если у тебя появятся какие-нибудь идеи, то говори.

— Какие идеи-то?

— Ты утверждаешь, что попал во временную петлю.

— Ага, что-то вроде того, — согласился Сакута.

Временные петли — обычное явление в научно-фантастических историях.

— Но лучше не зацикливаться на этой идее.

— Почему?

— Путешествовать в прошлое довольно трудно, — а раз она не сказала, что это невозможно, то есть какие-то условия, — вероятно, ты несколько раз пережил двадцать седьмое июня, потому что заглянул в будущее из более ранней даты.

Рио выдала такое невообразимое заявление. Не верилось, что такое сказал человек, который утверждал, что возвращаться в прошлое проблематично.

— Звучит так, словно ты веришь в ясновидение.

— Ну это реальнее возвращения в прошлое.

— Правда?

— Я могу только предположить, что это из одной теории, существовавшей до квантовой механики... ближе к классической физике. — В согласие со словами Рио, Сакута кивнул. — Скажи, ты не слышал о демоне Лапласа.

— Как-то не довелось. Знакомых демонов у меня нет.

— Ну раз ты не знаешь, то ладно... Ты согласен, что всякая материя, существующая в нашей вселенной, подчиняется одним и тем же физическим законам?

— Это ведь обычная физика?

— Верно. И если бы мы смогли составить формулу её движения, то предсказывали бы по ней будущее.

Вроде объяснение было не сложным, но представить такое Сакуте не удалось, отчего он просто склонил набок голову.

— Смотри, если нам известно положение и импульс каждого атома во вселенной... мы можем математически вычислить, что случится в будущем. Это должны были на уроках объяснять.

К огромному разочарованию Сакуты, хоть они с Рио и ходили в одну и ту же школу, но для него это всё — тайна покрытая мраком. А сейчас, чтобы удостовериться, он хотел задать ей тонну вопросов.

— Каждого атома... их же невообразимое число, — начал было Сакута. И действительно их количество стремилось к бесконечности.

— Ага.

— И возможно ли вообще узнать для каждого из них положение и импульс? — Для него было уже сложно посчитать, сколько зёрнышек риса в одном онигири, а здесь ещё больше.

— Сейчас да, а вот раньше... в девятнадцатом веке физики не были на такое способны. Но, даже если бы они и смогли это узнать, чтобы обработать по формуле такой грандиозный массив данных, понадобится немало времени. Поэтому, если просчёт будущего на секунду вперёд займёт больше неё самой, то всё теряет смысл.

— Вполне логично.

Для современных компьютеров это тоже будет невозможно.

— Поэтому физик Лаплас и придумал фантастическую сущность, которая справится с этой безумной задачей.

— Так вот что за демон Лапласа.

Рио слегка кивнула и продолжила:

— Он моментально определяет положение и импульс всех частиц во вселенной и на этом основании способен предсказать будущее. Другими словами, демон Лапласа знает всё, что произойдёт в будущем.

— Хмм, — произнёс Сакута.

— Вижу, ты не совсем с этим согласен.

— Хэх, просчитывание будущего это конечно замечательно, но могут ли его изменить наши мысли? Является ли это ясновидением?

— А, так вот ты о чём.

— Нельзя ведь предсказать чувства, да?

— Можно, — тут же отрезала Рио.

— Э? — смог только и выдавить из себя Сакута.

— Сами люди тоже состоят из атомов. Если знать их положение и импульс, то можно просчитать, какие процессы произойдут в мозгу, и что будет чувствовать человек.

— Понятно... но лучше бы я не знал ответа.

— Однако, если бы ты послушал дальше, то не стал бы так говорить.

— Почему? Ты ведь сказала... что можно посчитать абсолютно всё, зная положение и импульс атома. А значит и предугадать любое событие, верно?

— Да.

— Но тогда, не значит ли это, что будущее предопределено? — Зная первоначальные условия, всё остальное будет лишь делом времени, так что и изменить ничего не удастся. Изменяться будет лишь время. Физические и математические законы определят судьбу всего остального.

— Адзусагава, я впечатлена твоими рассуждениями, молодец! — словно ребёнка, похвалила его Рио, — это всё конечно верно, но именно об этом я и говорила.

— Но тогда что? Неважно буду ли я заниматься или нет, на следующей неделе на экзамене получу одну и ту же оценку?

— Не совсем. Твоя оценка точно определена заранее. От выбора заниматься или нет она никак не зависит.

— Ну, да.

И это значит, что будущее предопределено заранее.

— Предположим, когда ты услышал моё объяснение, то решил, что будущее уже определено, поэтому и пытаться его изменить нет смысла.

— Но даже так, демон Лапласа уже будет знать о нашем разговоре, и о том, что я могу попытаться что-то изменить, верно?

— Да.

Хоть это и было всё так запутанно, но Сакута вроде бы разобрался. Однако тогда...

— Получается, что наша судьба решена изначально? — спросил парень.

— Ты уже забыл, о чём я говорила в самом начале разговора?

— О том, что ты очень рада утренней беседе с Куними.

— Сдохни.

— Хмм... ты про то, что «эта теория, существовавшая до квантовой механики», да?

— Раз ты помнишь, что зачем издеваешься? — с раздражением посмотрела на него Рио. Это девичье выражение на её лице никак не соответствовало её привычному образу. — Я ведь тебе уже рассказывала о коте Шрёдингера.

— Это тот, что и жив и мертв одновременно, пока не вскроешь коробку?

Они разговаривали на эту тему, когда Сакута хотел узнать причину «Подросткового Синдрома» Май.

— А ты молодец, раз даже это помнишь.

— Давай похвали меня ещё.

Но Рио не обратила на его слова внимания и продолжила.

— Помнишь ли ты моё объяснение о том, что положение атомов в квантовой механике определяется вероятностями?

— Ага. И чтобы точно узнать его местоположение нужно стать наблюдателем... Всё верно?

— Да. Поэтому наблюдатель — это ключ, но ещё нужен свет.

Рио достала из ящика лампу и посвятила ей на бейсбольный мячик, который лежал на столе.

— И таким образом мы вычислим положение одного атома?

— Верно, но атомы очень маленькие, так что если они столкнутся с частицами света, то их скорость изменится. — Рио толкнула мяч в сторону края стола, где тот упал, дважды подскочил и остановился у ножки стула. — Итак когда мы найдём положение атома, то его скорость станет другой, а если попытаться узнать скорость и импульс, положение опять станет вероятностным. Так что способа узнать и первое, и второе нет.

— А это раздражает.

— И из этого становится ясно, что в квантовой механике не может существовать никакого демона Лапласа, а следовательно и будущее остаётся неопределённым. Ну что, полегчало?

Честно говоря, нет. Сакута не понимал квантовую механику, так что не мог на неё положиться.

— Но ведь в квантовой механике важен человек-наблюдатель?

— Конечно.

— Тогда...

— Я уже поняла, что ты хочешь сказать. А что если демон Лапласа это высшее существо, тогда он может узнать и положение, и импульс, — произнесла Рио, уверенно смотря на Сакуту.

— Да, именно это я и хотел сказать.

— Значит, ты можешь узнать, насколько демоны превосходят людей.

Похоже Футаба сказала это только для того, чтобы намекнуть, что Сакута и есть демон Лапласа.

—Уж извини, но я точно не этот загадочный демон.

— Надеюсь, над тобой не будут проводить опыты.

— Этого не произойдёт, если ты сдашь меня какой-нибудь группке подозрительных учёных.

— В таком случае мы бы больше не встретились, — сказала Рио, взглянув на свой телефон, — но раз ты утверждаешь что ты не демон Лапласа, то для начала тебе придётся разыскать настоящего.

— Кто по-твоему это может быть?

Ведь на уроках им не рассказывали, как искать демонов.

— Демон, как и ты, должен знать о повторяющемся дне, верно? А значит, я полагаю , что в это двадцать седьмое июня он поступит иначе, чем в предыдущее.

— Ага, понятно... — Рио права, ведь узнав, что день повторился, этот демон может быть сбит с толку и начать действовать по другому.

Хотя, даже после таких выводов, Сакута не знал, с чего начать свои поиски.

Он встал, накинув на плечо сумку, и протянул руку, чтобы помочь подняться Рио, но та лишь в ответ сказала:

— Иди уже.

— Большое спасибо, — поблагодарил Сакута, но уже дойдя до двери вдруг вспомнил что-то, — А, точно, Футаба...

— Чего?

— Если сегодня вновь повторится, мне сделать так, чтобы ты не встретилась утром с Куними?

В таком случае, Рио не будет грустить с самого утра.

Какое-то время девушка молчала.

— Не стоит об этом беспокоится, — ответила она, слегка улыбаясь, — я как-нибудь сама справлюсь.

— Хорошо, просто я многим тебе обязан, так что хотел отплатить.

— Тогда я запомню это.

После чего, Сакута вышел из кабинета, провожаемый циничной улыбкой Рио.

Часть 3

«Для начала тебе придётся разыскать настоящего».

Так сказала ему Рио, но с чего чёрт возьми начать? У него даже не было ни малейшего предположения, кто бы мог оказаться этим демоном Лапласа, как и гарантий, что тот где-то поблизости. В худшем случае, им мог быть кто-нибудь, живущий по другую сторону Земли.

— В таком случае это конец...

Ведь так как он был всего лишь старшеклассником, то у него не было ни загранпаспорта, ни денег на билет. Поэтому его будущее было мрачным, если не сказать безысходным.

Из-за этого его настроение упало ниже плинтуса.

Но даже так, когда пришло время перекуса, Сакута направился к кабинету на третьем этаже. Он все ещё хотел сдержать данное Май обещание и встретиться с ней в том пустом кабинете.

Для Сакуты важнее всего было стать парнем Май. Даже не смотря на то, что всё снова откатится. И тогда ему ещё раз предстоит съесть приготовленное Май бэнто, после чего признаться. Однако только это и радовало Сакуту.

Парень радостно распахнул дверь кабинета. Но из пустого, как тот думал, класса донёсся странный звук. Присмотревшись, он заметил торчащую из-под учительского стола часть юбки. По видимому, кто-то решил там спрятаться. От этого предположения, у него по спине пробежали мурашки.

До этого ничего подобного не случалось. В обоих повторениях, Сакута приходил чуть раньше начала их запланированной трапезы. Никто её не прерывал. А в кабинете были только Сакута и Май.

Это альтернативное развитие событий видимо вызвано чьими-то действиями.

И тут он вспомнил, что говорила Рио сегодня утром:

Демон, как и ты, должен знать о повторяющемся дне, верно? А значит, я полагаю , что в это двадцать седьмое июня он поступит иначе, чем в предыдущее.

И данная ситуация, как нельзя лучше, подходила под её предположение.

— А вот и ты, демон Лапласа, — сказал Сакута, и в ответ на это заявление прячущаяся девушка слегка высунула из под стола голову. Это выглядело так, словно мелкий зверёк вылез из своей норки, чтобы удостовериться, что хищник ушёл.

Сакута узнал эту девушку. У неё была короткая стрижка, круглые глаза и слегка припудренное личико с миловидным выражением. Казалось, что её аура и облик, полностью соответствуют стереотипной старшекласснице.

В руке та держала смартфон в светло-розовом чехле, а рот её был слегка приоткрыт, словно девушка хотела что-то сказать. Короче говоря, это была первогодка — Томоэ Кога.

Она для девушки то была чересчур тощей, не говоря уж о демоне. Так что её стоило лучше называть чертовкой или маленьким дьяволёнком.

Морской бриз проходивший сквозь открытое окно развевал её волосы и юбку. Девушка, наконец, решила что-то сказать:

— Итиро Сато.

— Этим прозвищем я представился, чтобы скрыть своё имя, — поправил её Сакута, одновременно удивившись тому, что она запомнила это ненастоящее имя. Наверное, в отличии от него, Томоэ запоминает имена всех, с кем впервые встречается.

— ...Ты ведь, Адзусагава-сэмпай, да? — спросила девушка с неуверенным взглядом.

— Да, я второгодка — Сакута Адзусагава.

— А я — Томоэ Кога, первогодка, — представилась она в ответ официальным тоном, стараясь выглядеть скромно.

— Можешь говорить как обычно, мы ведь с тобой приятели по «пинанию под зад».

— Забудь об этом! — Томоэ надулась, и тем самым вернувшись к своему прежнему поведению. И словно вспомнив тот случай, девушка прикрыла руками свой зад. Эта её поза совсем не шла школьнице.

— Кога, я хочу спросить у тебя кое-что странное.

— Чего?

— В который раз уже повторятся этот день?

От удивления Томоэ выпучила глаза и неуверенно начала озираться по сторонам.

— Для меня — в третий, — продолжил парень.

После этого, девушка, наконец, кивнула и сказала:

— У меня тоже в третий, — и подняла три пальца. В ту же секунду у неё из глаз полились слёзы, и она, не дав Сакуте сказать и слова, добавила, — значит... не только я одна.

Томоэ разрыдалась ещё сильнее, и то ли от переполняющих чувств, то ли от облегчения опустилась на пол.

— Так что за чёрт вообще происходит?! — завопила она.

— Кто знает.

— Почему этот день повторяется?!

— Без понятия.

— Почему ты не знаешь?!

— Чего не знаю, того не знаю.

Её облегчение снова сменилось беспокойством.

— Я уж думала, что ты сможешь мне помочь. Верни мне мои пролитые слёзы!

— Тогда сходи и выпей воды из под крана.

— И что мне теперь делать? — спросила девушка то, что Сакута был бы не прочь узнать сам. — Что я должна сделать? — снова спросила Томоэ непривычным для неё тоном. Вероятно она не знала причин ситуации, в которой оказалась. Что за бесполезная.

— И почему ты такой спокойный?! — вопрошала девушка, схватив Сакуту за воротник и начав его трясти.

— Разве лишняя паника поможет нам разобраться?

— Нет, но я ничего не могу с собой поделать.

— Правда?

— Да, тупой сэмпай. Хотя, думаю, что извращенцу, признавшемуся на всю школу, не понять.

— Не думаю, что называть кого-то «тупым» прямо в лицо, тоже нормально.

— За-а-аткнись!

— Просто чтобы убедиться. Ты точно не знаешь, из-за чего это происходит?

— Ни капли.

— Уверена?

— Я-я вообще ничего не знаю.

— От тебя никакого толка.

— От тебя тоже! — возразила девушка.

— Может у тебя случилось что-то неприятное, или же ты о чём-то беспокоишься?

— Почему я вообще должна тебе о таком рассказывать!.. О, сообщение. — Она сразу же переключилась на телефон.

— Потому... что это выглядит как «Подростковый Синдром». И если мы разберёмся с твоими переживаниями, то и эта ситуация разрешится.

— «Подростковый Синдром»... Ты в него веришь, сэмпай? — с усмешкой спросила она, не отрывая взгляда от телефона. Девушка без остановки, что-то печатала на экране. — Это ведь просто слух из сети. Не верится, что ты считаешь его правдой.

Причиной, почему Сакута в него верил, было то, что он уже сталкивался с этим феноменом.

Сперва тот случай с Каэдэ. Из-за простых сообщений в сети, написанных её одноклассниками, по всему её телу стали появляться раны и побои прямо на глазах у Сакуты.

Месяц назад, Май попала в ситуацию, когда все вокруг постепенно начали забывать её.

Всё это схоже с теперешней ситуацией.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, но прожив один и тот день три раза подряд, мне кажется «Подростковый Синдром» — непросто городская легенда.

— Эх, всё так, но... — Всегда существует момент, когда не получится больше убегать от реальности, притворяясь, что всё это сон. И для Томоэ, попавшей в такую ситуацию, это становится всё более и более очевидно. Можно было конечно согласиться с предположением Рио, что это предсказание будущего, но ощущалось всё реальным.

— И ещё, прекрати чатиться пока мы разговариваем, — отругал девушку Сакута, одновременно с этим выхватив телефон из её рук.

— Эй, отдай! — вскрикнула Томоэ. Она подпрыгивала и пыталась достать телефон, который Сакута держал над её головой, но увы ей недоставало роста. — Я закончу ту беседу и больше не буду!

После того, как она признала свою вину, Сакута вернул ей телефон.

— Держи.

Словно затаившийся дикий зверь, она бросилась к своему телефону и, схватив его, тут же снова уткнулась носом.

На какое-то время в комнате воцарилось молчание.

— Ты там скоро уже закончишь?

— Тише, ты меня отвлекаешь.

— Ох уж эти девушки.

И таким образом, Сакута прождал ещё секунд двенадцать.

— Так о чём мы там? — спросила Томоэ, наконец-то оторвавшись от экрана.

— Может у тебя случилось что-то неприятное, или же ты о чём-то беспокоишься? Благодаря этой информации, мы можем прекратить повторение двадцать седьмого июля.

— ...Хмм. — Обдумывая варианты, она насупила брови и после целых десяти секунд, слегка покраснев сказала, — Я немного прибавила в весе.

Смотря на Томоэ, можно было сказать, что она очень худая и изящная. Скорее даже тощая.

— Т-ты чего это на меня так смотришь? — с дрожью в голосе спросила девушка.

— Да всё вроде нормально. Можно даже сказать, что ты слишком худая. Так что если ты слегка потолстеешь, то это лишь пойдёт на пользу твоим достоинствам.

— Всё уходит в живот и на задницу.

Теперь когда она это сказала, Сакута обратил на них внимание и заметил, что они были слегка полноваты.

— Ну говорят, что если их помассировать, то они станут больше.

— Я уже пробовала, — ответила она, и неосознанно сжала свою грудь, при этом не заметив взгляда Сакуты.

— Ну тогда забудь. Всё равно парни любят девушек не за их грудь. Можешь вспомнить что-то ещё? Более значимое?

— У нас начинаются уроки плавания, так что это не ерунда! А у меня ни груди, ни стройной фигуры. Ненавижу лето!..

Казалось, что она сейчас продолжит свою тираду, но... Она снова чему-то удивилась, смотря за спину Сакуте... в коридор.

— П-прячемся! — воскликнула Томоэ, потянув Сакуту за руку в сторону учительского стола.

— Это какая-то игра?

— Просто иди сюда!

Он вместе с Томоэ залез под стол. Сакуте пришлось лечь на пол, а девушка нависла над ним.

Было похоже на какую-то игру популярную среди первогодок. Сакута правда не понимал эту молодёжь.

Задаваясь вопросом, Сакута выглянул, чтобы узнать, что там происходит. В дверях класса стоял третьегодка, который вчера признался Томоэ... Вроде тогда она назвала его Маэсава-сэмпай.

— Спрячь свою голову!

Томоэ схватила его лицо обеими руками и притянула к себе.

— Но разве этот парень не тебя ищет?

— Полагаю да... но я ведь отправила ему сообщение, что на этом перерыве занята...

— Занята? Но мне кажется, что это не так, — слегка поддел её Сакута.

— Ну я ему так сказала.

Получается, она его обманула.

— Не тяни, пусть он уже признается.

— Откуда ты узнал об этом?!

— Я видел тебя в прошлый раз.

Сейчас маленькое лицо Томоэ было прямо напротив лица Сакуты. Её дыхание, выходившее через ярко розовые губы, щекотало его щёку. Из-за этого ему пришлось подвинуться.

— Так что это за игра-то? — спросил Сакута.

Снова уткнувшись в телефон, Томоэ не ответила.

В ожидании, Сакута опустил свой взгляд и случайно заметил, что её юбка задралась, а из под неё выглядывала белая ткань.

— Ой, Кога!

— Подожди.

— Я вижу твои трусики.

— Мне не до этого, — ответила она на его предупреждение.

— Мне никогда не понять девушек, — посетовал парень.

Возможно, переписка для неё была важнее чувства стыда. Так как у него выбора не осталось, он сам поправил её юбку. Теперь ему были видны только её бёдра.

В то же время, похоже она закончила чатится.

— Так почему мы прячемся? — спросил Сакута.

Для него то смысла прятаться вообще не было.

— Потому что... Маэсава-сэмпай нравится Рэне-тян, — тихо ответила Томоэ. В её взгляде читалось: «Теперь то ты должен был всё понять». На самом деле, Сакута ничего не понял, поэтому сказал:

— А?

Томоэ повторила ещё раз, после чего спросила:

— До сих пор не понял?

— Просто ты ничего толком не объяснила.

— Ну... Я часто хожу с Рэной-тян смотреть на тренировки баскетбольного клуба.

— Так, скажи сначала, кто такая Рэна-тян?

Может она какая-то известная актриса или кто-то подобный.

— Моя подруга... Рэна Касиба-тян. Она сказала, что Маэсава крутой... И я не хочу её терять... — пробормотала Томоэ.

— А ему больше нравишься ты?

— ...Ага, — ответила она, слегка кивнув.

— Он тебе нравится?

— Нет... Меня не тянет к популярным парням.

— Тогда откажи на его признание.

Если ей нужно всего лишь ему отказать, то смысла прятаться здесь нет. Сейчас на носу был культурный фестиваль, так что ничего страшного, если популярного парня, решившегося признаться, отвергли.

— Тогда надо мной точно будут издеваться! Его ведь любит Рэна-тян. Ты понимаешь?

— А? С чего бы? Ты ведь не будешь с ним встречаться.

— Это очевидно, что я не могу позволить ему мне признаться.

— Я тебя не понимаю.

— Я обещала, что помогу Рэне-тян... И если он признается мне, то она разочаруется, — сказала Томоэ серьёзным тоном, — правда, что мне делать?

Её лицо побелело. Видимо она волнуется за свою подругу всем сердцем.

— Может ты ему глазки строила или соблазнила как-нибудь?

— Конечно нет!

— Если будешь кричать, то нас найдут.

До неё только сейчас это дошло, и спохватившись она прикрыла рот ладонью.

— С-сейчас-то ты, наконец, понял?

Он понял, что она сказала, но не мог понять её логику.

— Нет, ни капельки.

— Боже, с тобой невозможно нормально разговаривать! — возмутившись, начала вставать Томоэ. Но так как мы были под столом, то ей стоило быть аккуратнее.

— Эй, подожди...

Однако Сакута опоздал со своим предупреждением, и Томоэ стукнулась головой о стол. Удар был такой силы, что стол приподнялся и теперь опирался только на две ножки.

Она попыталась его удержать, но не успела и лишь схватила рукой воздух. Стол же рухнул с громким стуком.

Сама девушка тоже не устояла, так как её ноги застряли между колен лежащего на полу Сакуты. Она не удержала баланс и с визгом упала.

Рефлекторно парень выставил руки, чтобы поймать её. По ощущениям она была чрезвычайно лёгкой, так что о сбросе веса ей даже и думать не стоило.

— Сказать по правде, тебе...

Хотел он добавить: «стоит успокоиться», но не успел, так как заметил, что на них кто-то смотрит.

В дверях стоял парень — третьегодка, который до этого разговаривал с Томоэ. Маэсава-сэмпай из баскетбольного клуба.

На лице этого юноши было озадаченное выражение. И понять почему труда не составляло. Сакута и Томоэ принимались к друг другу, лёжа на полу пустого кабинета.

— Так вот что всё это значило. У тебя дерьмовый вкус.

Очевидно, что он не так всё понял. Да и его слова были довольно грубыми.

— Нет, ты оши... — Сакута хотел оправдаться, но его сразу прервал стук второй открывшейся в класс двери.

Его сердце пропустило удар, а на лице неосознанно отобразилась паника. Его предчувствие било тревогу.

И даже не повернув голову, Сакута моментально понял, кто открыл эту дверь.

Парень осторожно глянул в ту сторону.

Как он и предполагал, там стояла Май.

В её руках был бумажный пакет с бэнто её собственного приготовления. Сакута знал, что в состав входили: запечённая с приправами курица, жареные яйца, водоросли и варёные бобы, а также картофельный салат с помидорами черри в качестве гарнира...

И хоть он обо всём этом знал, но теперь, взглянув в глаза Май, понял, что попробовать бэнто не сможет.

Она не сделала и шага внутрь класса и лишь продолжала холодно на него смотреть. Девушка видела как он придерживал Томоэ... И по этому взгляду читалось, что Сакута её ни капли не интересовал...

— Всё не так, как выглядит, — попытался объяснить ей парень. Сакута напрягся, ведь ему предстояло всё спокойно прояснить.

Но Май не ответила.

Парень взглянул ей в глаза, в попытке мысленно донести то, что он не виноват.

Но девушка просто развернулась на каблуках.

— А, подожди, Май! — крикнул Сакута, вскочив на ноги и спихнув тем самым набок Томоэ. Не обращая на её стоны от повторного удара об стол внимания, он продолжил, — пожалуйста, дай мне всё объяснить.

— Не говори со мной, ты — бабник-педофил, — бросила Май эту коротую фразу, прежде чем уйти.

— Блин, она очень разозлилась.

Сегодня они уж точно не поедят вместе, а добиться согласия на своё признание Сакуте станет намного сложнее.

От этого парень громко выдохнул.

Взглянув на другую дверь, он понял, что Маэсава-сэмпай уже тоже ушёл. И так как Томоэ до сих пор сидела на полу, то Сакута протянул ей руку.

— С-спасибо.

Но затем в отместку он положил свою руку ей на голову и взъерошил волосы.

— Ай! Эй! — та быстро отшатнулась и начала приводить свою причёску в порядок, сверля Сакуту взглядом. — Я каждый день встаю в шесть утра, чтобы уложить их!

Утро девушек-модниц начинается очень рано. Но парень проигнорировал протесты Томоэ и глубоко вздохнул.

Паника тут не поможет. Да и особого смысла беспокоиться о произошедшем нет. Если посмотреть на ситуацию целиком, то решение станет очевидным.

— Да какая разница. Этот день всё равно повторится.

Уже точно можно было сказать, что Томоэ — демон Лапласа, но они ведь так и не придумали ни какого решения этой проблемы, до того как пришла Май. Тогда может завтра... а точнее на четвёртое сегодня они что-нибудь придумают. Просто нужно быть более аккуратным, чтобы не попадать в подобную ситуацию.

Больше ничего не требовалось, ведь всё разрешится само собой.

Однако, когда наступило утро Сакута пожалел, что так подумал...