3 том    
Глава 3. Ведьма Сардинии

Глава 3. Ведьма Сардинии

Часть 1

— Значит, ты совершенно случайно встретил того юношу и никак с ним не связан. Эта каменная табличка тоже попала к тебе совершенно случайно, и ты приехал сюда, чтобы вернуть её настоящему владельцу… — сидящая на скамейке Эрика излагала факты мелодичным голосом.

Кстати, Годо сидел на той же скамейке, только он был слева, а Эрика справа, и их разделяло довольно значительное расстояние.

— Ты действительно думаешь, что я поверю подобной лжи? Если уж врёшь, то хотя бы делай это более правдоподобно.

— Я не вру, всё сказанное — правда. Всё это произошло случайно, и мне всё равно, веришь ты или нет!

Вынужденный общаться с этой девушкой, которая постоянно его дразнила, Годо отвечал ей с крайним раздражением.

Путешествовать с такой, как она, шутите! Не имеет значения как, но он должен найти способ избавиться от её присутствия.

— Кстати, а сама ты что такое, одновременно маг и рыцарь. Наличие одного из этих званий уже достаточно странно. А чтобы у тебя было сразу оба титула, это ж идиотизм! Даже в онлайн играх нет таких дурацких вариантов развития, как в твоём случае.

Время от времени поигрывая в шахматы и го, Годо не увлекался онлайн развлечениями всерьёз. Но даже при этом ему было кое-что известно о многопользовательских ролевых играх. Поэтому он без труда вспомнил странные термины маг, рыцарь, бог и так далее…

— Сравнивать меня, потомка рыцарей-тамплиеров, с этими фальшивками? Вижу, что ты провалился не только как джентльмен, у тебя даже минимума манер нет. Какая жалость!

— Да мне такие манеры вообще не нужны!

Занятый этой тематической беседой с Эрикой, Годо с несчастным видом посмотрел вверх, на расписание, написанное на итальянском.

Они находились в зале ожидания железнодорожного вокзала Кальяри. Место назначения Годо, Олиена, находилась в провинции Нуоро восточной части острова. В зависимости от того, чем ехать, поездом или машиной, добираться туда два или три часа соответственно. Исходя из этого, Годо выбрал поезд.

Но в зале ожидания они торчали уже почти час, а признаков поезда даже не наблюдалось.

Итальянские поезда и правда опаздывают, слухи не врут.

— Видишь! А разве я тебя не предупреждала, что поезда не ходят по расписанию? Делай, как я говорю, на машине выйдет гораздо проще.

— Достала! Если тебе со мной не нравится, поторапливайся и езжай домой!

Так как в зале ожидания кроме Годо и Эрики больше никого не было, они могли ссориться и устраивать сцены сколько душе угодно.

Стоит отметить, что железнодорожный вокзал Кальяри хоть и невелик, но оборудован очень хорошо и во многом напоминает японские вокзалы. Годо прямо дежавю ощутил.

— Правда… Как ты и говорила, мы можем сесть на междугородний автобус.

Хоть они и не ладили, но если оппонент предлагал логичное решение, Годо был совсем не против принять его.

Возможно, из-за чрезмерной честности и прямоты Годо, Эрика с лёгкостью отринула данный компромисс.

— Что ты несёшь! Как я могу пользоваться общественным транспортом, этими автобусами и поездами?

— Ты о чём?

Эрика горделиво выпятила грудь и ответила Годо:

— Слушай внимательно! Я, Эрика Бланделли, с самого рождения ни разу не пользовалась автобусами и поездами. Это ведь слишком неудобно, нет? А ещё и ждать надо в специальном месте.

— Эм…

— У меня есть личная машина и водитель. Если не принимать во внимание самолёты, то, как бы далеко не требовалось поехать, совершенно нет причин доставлять себе такие неудобства, какие у нас сейчас.

— Эм…

— О… Но верховую езду я обожаю, особенно это ощущение ветра в лицо, которое иначе никак не испытать. Эх, был бы ты таким же милым, как лошадь.

— Умолкни уже. В общем, теперь я понимаю, — Годо выглядел так, словно ему открылась какая-то истина.

— Моё величие? Если да, то ты слишком уж тормозишь, над наблюдательностью тебе надо поработать.

— Выводить из себя ты умеешь, вот, что я имел в виду! Вот уж где реально со всех сторон оберегаемая маленькая леди из высшего общества, мне даже вообразить такое сложно. И, похоже, что между нами просто непреодолимая пропасть!

Эта девушка существует в совершенно ином культурном слое. Зовущая себя магом, леди из высшего общества, которую невозможно успокоить. Даже без языкового барьера, они, скорее всего, не смогут понять друг друга.

— О, не так уж меня и оберегали, хотя образование благородной девушки я получила, правда, результаты оказались менее чем удовлетворительными, максимум на среднем уровне.

— Да обычный простолюдин вообще не имеет дела с такими понятиями как «девушка благородного происхождения»! — без всяких раздумий ответил Годо. — Теперь-то ты понимаешь? Между нами громадная культурная пропасть, и мы просто не можем путешествовать вместе. То, что мы поняли это до того, как сядем на поезд — огромная удача. В общем, хотя вместе мы провели не так уж и много времени — до свидания.

— Понятливости тебе тоже не хватает. Поездка с тобой, это всецело моё решение. Я не сдамся, что бы ты ни говорил, — прямолинейно заявил Эрика. — Кроме того, как рыцарь, я должна выдержать любые тяготы, чтобы завершить миссию, преодолеть все испытания и невзгоды. Так было с древнейших времён. Но тебе не стоит об этом беспокоиться.

— Я беспокоюсь о себе, а твои трудности к мне как-то…

Годо всей душой противился компании Эрики.

Их очередная встреча произошла сегодня утром.

После того, как Годо объяснил, куда он направляется, Эрика заявила:

— Едешь к Лукреции Дзола — тогда я составлю тебе компанию. Мне интересно, что ты собираешься делать после встречи со знаменитой ведьмой Сардинии, и какая сила дремлет в этой каменной табличке. Более того, тот парень тоже может с тобой связаться, так что это наилучший вариант действий.

Выражение её лица давало понять всё чётко и ясно.

И хотя Годо стал изо всех отпираться, она тут же ответила:

— А ведь если я воспользуюсь своим мечом, то могу без проблем отобрать у тебя эту табличку, разве нет? Я так не поступила лишь потому, что я очень великодушная и благородная. Ты же это понимаешь, так?

Очевидно завуалированная угроза. Годо ничего не оставалось, кроме как молча согласиться на компанию Эрики.

Так и продолжая спорить друг с другом, они двое прибыли на железнодорожный вокзал Кальяри.

— Ты, зачем тебе вообще гоняться за тем парнем? Да, он был довольно странным, но уж точно не плохим человеком. Разве вчера он не спас людей в гавани?

Этим утром, когда Годо говорил с ней…

Эрика как раз закончила расследование вчерашнего происшествия.

После того, как Годо и юноша избавились от её преследования, они направились к месту, где оказалась группа отчаявшихся молодых людей, окруженных огнём и обломками. И они были спасены тем юношей, который каким-то образом до них добрался. Затем он бесследно исчез, словно ветер.

Чтобы Годо не терял времени в поисках тех молодых людей, Эрика рассказала ему всё, что знала. Этим утром, во время обследования гавани, она расспрашивала группу молодёжи про того юношу, а затем, наконец, добралась до Годо.

Во избежание дальнейших задержек, Эрика понукала Годо быстрее отправляться туда, куда ему надо.

— Ты же видел вчера священных зверей, так? Тот юноша главный подозреваемый в их призыве. Если так и есть, он всего лишь прибирал за собой свой же бардак, и хвалить его не за что.

— Священные звери или боги или ещё что, как бы уверенно ты обо всём этом ни говорила, я не могу…

Он видел всё собственными глазами, но Годо всё ещё не мог принять это за реальность.

— В Кальяри появился «Вепрь», а за последние три дня на Сардинии было ещё три подобных явления. «Верблюд» в Боза, «Овен» в Оргосоло и «Бык» в Барумини.

— А со вчерашним их всего четыре…

— Да. К счастью, туда, где появлялись священные звери, незамедлительно приходило божество «Ветра», чтобы одолеть их, поэтому серьёзных разрушений удалось избежать. Великое счастье среди несчастий.

Вспомнив вчерашние беспорядки, Годо невольно покрылся холодным потом.

Описать результаты действий монстров, крушащих всё вокруг, как «серьёзных разрушений удалось избежать» — тема разговора довольно устрашающая.

— Во всех этих местах рядом со священными монстрами каждый раз видели юношу. Даже если он невиновен, он всё равно остаётся важным свидетелем. Так как, ещё возражения имеются?

Смотря на самоуверенную Эрику, Годо оставалось лишь сдаться. Для защиты юноши слишком мало доказательств. Очень неохотно, но Годо всё же согласился с ней.

— Давай сменим тему, что такое боги? До сих пор представить не могу. Забудем пока про юношу, и поговорим о другом.

— Ну… Вообще, если говорить о них в религиозном смысле, то мы всё ещё не можем с уверенностью сказать, боги это или нет.

Взгляд Эрики устремился в небо, и Годо тоже посмотрел вверх.

Небосвод над Сардинией был насыщенно голубым и донельзя чистым.

По ту сторону неба, действительно ли там рай, в котором обитают боги?

Они родились из мифов, которые из века в век передавались людьми с древнейших времён. Воплощения земли, неба и звёзд, естественных явлений природы. Например, земля воздух, вода, огонь[✱]Греческая теория четырёх элементов (земля, вода, воздух и огонь). Первым её начал разрабатывать Эмпедокл, который считал, что элементы материальны и наделены свойствами филии (любви) и фобии (вражды); эти две противоположности, присущие всем телам, и приводят материю в движение. Позднее концепция четырёх стихий развивалась такими выдающимися философами, как Платон и Аристотель. или металл, дерево, вода, огонь, земля[✱]У-син (пять элементов; пять стихий; пять действий) — одна из основных категорий китайской философии; пятичленная структура, определяющая основные параметры мироздания. Помимо философии, широко используется в традиционной китайской медицине, гадательной практике, боевых искусствах, нумерологии. Включает в себя пять классов (Дерево, Огонь, Земля, Металл, Вода), характеризующих состояние и взаимосвязь всех существующих предметов и явлений.. Это то, на чём основано сверхъестественное ядро мифов, из которого и ведут своё происхождение данные сущности, боги. А саму эту гипотезу разработали мы, маги.

Из сказанного Эрикой Годо смог понять не больше половины, но чувствовал, что просто обязан согласно кивать при упоминании слова «сверхъестественное». Данные сущности, несомненно, стояли выше законов природы.

— Но часть воплотившихся богов действует наперекор своим основополагающим мифам. Мы назвали их Богами-еретиками, богами, которые борются с мифами. Они появляются в местах, никак не связанных с легендами о них, и несут с собой разрушения. Уже лишь одним своим наличием божественная мощь наносит окружающему миру людей огромный ущерб.

— Боги катастроф… Не могу не согласиться, после того, как видел того чёрного кабана.

— Кто знает, на самом деле он мог быть воплощением доброго бога.

Когда изначально великодушные божества становятся Богами-еретиками, они превращаются в источник хаоса.

— Тогда что насчёт торнадо? Это тоже был бог?

— Скорее всего. Существует много богов, обладающих священными свойствами ветра, и хотя его имя ещё не установлено, это, вероятно, божество, которое противостоит «Вепрю». Но независимо от качеств этих сущностей, главные жертвы всегда люди.

— Это мало радует. А что могут сделать люди, когда появляется бог?

— Вариант один — отнестись к этому, как к стихийному бедствию, типа шторма или землетрясения, и просто пережить. Не устраивать беспорядки, а уповать на милость бога или его добровольный уход.

— Приносить жертвы, молиться небесам, это же значит полностью довериться богам.

— Если сравнивать с бесполезной борьбой, то это гораздо более эффективно. Смотри, ведь население Кальяри не подняло шума по поводу вчерашнего? Вот так обычно и поступают.

— А, понятно. Значит, все знают о появлении богов?

Годо вспомнил утреннюю газету и реакцию людей в отеле. Все казались какими-то извиняющимися и выглядели очень неестественно. Вот в чём причина.

— Конечно, людей, которые хорошо осведомлены о богах, не сильно много, но древние улочки Европы в основном являются укромным жилищем магов, поэтому людей научили, как вести себя в таких ситуациях. К тому же существуют и традиции, которые передаются с давних времён, способы обхождения с меньшими божественными сущностями.

— Теперь понятно. Если вспомнить, с чего ты начала, если это первый вариант, то второй какой?

— Да, второй вариант самый простой. Победить бога.

Неожиданный ответ Эрики шокировал Годо.

— И это возможно?

— Конечно нет!

Всё ещё отходить от потрясения, а затем получить такой глупый ответ. «Это ещё что такое? За дурака меня держит?!»

— Невозможно для обычного человека и даже для лучшего из сильнейших магов. Но в крайне, крайне редких случаях — если на кого-то снизойдёт милость и ему улыбнётся удача, типа случится три чудесных совпадения из четырёх, тогда это возможно. Однако данный вариант даже рассматривать не стоит.

— Иными словами, удачное стечение обстоятельств.

— Этого мало, так победить практически невозможно. Нужно чудо того же уровня, как тогда, когда рождённый в яслях сын плотника стал спасителем человечества. Следовательно, наиболее практичным является третий вариант. Если божество относительно слабое, просто запечатай его.

Запечатать бога, это напомнило Годо слова его деда. Подношение в виде каменной таблички помогло решить проблему странных смертей в деревне, на которую пала священная кара.

— Возможно, это гримуар времён мифов, правда, мы не знаем, какая сила в нем скрыта.

Эрика бросила взгляд на рюкзак Годо, внутри которого лежала каменная табличка.

— Ты назвала её гримуаром, но ведь очевидно, что это не книга?

— Древний продукт тех времён, когда не было бумаги — эпохи мифов, эпохи, во время которой боги могли свободно разгуливать по земле. В те дни, чтобы сохранить свою мудрость и мощь, божества создавали гримуары, и все они имели именно такую форму.

Внезапно голос Эрики был заглушён продолжительным громким перестуком. С душераздирающими звуками торможения на вокзал медленно прибыл поезд.

После нескольких десятков минут сидячего ожидания Годо встал и произнёс:

— Да уж. В любом случае, эта тема мало понятна для обычного человека, вроде меня… Кстати, меня зовут Кусанаги Годо.

— А, что?

— Моё имя. Тебе оно вообще безразлично? Ты даже ни разу не спросила, поэтому и говорю, и повторять его не собираюсь.

Хоть она ему и не нравилась, но если им предстоит путешествовать вместе, стоит знать имена друг друга. Поэтому Годо решил назваться, что и сделал в довольно холодной манере, правда, реакция Эрики оказалась ещё более грубой, чем он ожидал.

— О, так тебя зовут Годó, звучит так же, как у того, кто не явился на назначенную встречу, ну и странное же имя.

Пьеса Сэмюэля Беккета «В ожидании Годó».

Рассказ о двух бродягах, ожидающих персонажа по имени Годó, который так и не пришёл. Так как Годо не знал сюжета этой пьесы, он понятия не имел, почему Эрика так высказалась по поводу его имени. Но он был точно уверен, что ничего хорошего она не подразумевала.

Часть 2

Вид, открывавшийся из окна поезда, в основном представлял собой безграничные травяные равнины.

Вместе с бесконечной целиной на её просторах можно было часто наблюдать сопровождаемые пастухами стада овец. Овцеводство является одной из главных статей сельского хозяйства Сардинии.

И среди этого пейзажа можно было заметить древние постройки, обнесённые стенами — нураги[✱]Нураг или нурага (итал. Nuraghe, мн. ч. Nuraghi) — тип мегалитической башни, распространённой на острове Сардиния с конца II тыс. до н. э. и до захвата острова римлянами. Всего на острове учеными найдено около 7000-0000 нурагов (различие в численности связано с постоянными новыми находками, а также с плохим состоянием некоторых из них). По оценкам, когда-то их количество могло достигать 20-00 тысяч. В основном нураги встречаются в северо-западной и южно-центральной частях острова. Наиболее известным является комплекс Су-Нуракси-ди-Барумини, внесённый в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Среди других известных нурагов: Серра-Орриос, Альгеро, Тэрральба, Тискали, Макомер, Аббасанта, Орроли, Вилановафорру, Саррок, Ольбия..

Эти остатки городов, возведённых местным населением до прихода финикийцев, стали важными туристическими местами.

Во время пути Годо и Эрика сделали пересадку на поезд до Нуоро.

Это административный центр одноимённой провинции, а Олиена — небольшой городок рядом с ним.

Из Кальяри они выехали чуть позже полудня и прибыли в Нуоро через три часа. А после нескольких десятков минут нещадной трясучки на автобусе, наконец, добрались до Олиены.

Где-то около шести вечера. Солнце уже заходит.

Годо решил навестить Лукрецию на следующий день, потому что вряд ли получится сразу же найти её дом, а он хотел заселиться в отель до наступления темноты.

— Надеюсь, свободные номера где-нибудь найдутся… — пробормотал Годо, осматривая окрестности.

Заметных туристических достопримечательностей нет, обычный город в глубинке.

Благодаря близости холмов и гор, открывается множество видов естественной природы, но сам городок чем-то примечательным не выделялся.

Если судить по видам, которые открывались во время путешествия на поезде, это типичный городок для Сардинии.

— Наверное, на машине путешествовать по этому острову гораздо удобнее. В любом случае, я так проголодался…

В обед Годо перекусил только куском хлеба, поэтому сейчас был особенно голоден.

Услышав его пораженческое бормотание, Эрика не смогла сдержать смех.

— Ну что за бесполезная личность. Посмотри на меня, первый раз ехала на поезде и впервые выстрадала путешествие на автобусе. И, тем не менее, я решительна, как всегда. Такова наша разница в опыте.

Смотря на стоящую перед ним хвастунью, Годо ничего ответить не мог. Действительно, хрупкая на вид Эрика, как оказалась, обладает огромной выносливостью. Её красота и обаяние нисколько не пострадали, но причины такой разницы между ними, были совершенно иные.

— Конечно, ты не голодна. В то время, как я уже устал от наблюдения пейзажей, терпеливо переносил скуку и голод, ты в одиночку отправилась поболтать с другими и едой со мной не делилась.

Годо припомнил тяготы сегодняшней поездки.

Пока он сидел на своём месте, Эрика самым естественным образом ходила и общалась с другими людьми.

Так как Годо изначально посчитал, что беседа с ней лицом к лицу будет слишком раздражающей, он не обращал особого внимания на её действия.

Рассматривать пейзаж за окном было интересно лишь первый час… Когда от нечего делать он осмотрелся, то увидел, что Эрика радостно смеётся и болтает с женщиной, сидящей по соседству.

Так как они говорили на итальянском, Годо не понял ни слова.

Тем не менее, тон Эрики звучал очень дружелюбно, совершенно не так, как при разговоре с ним. И хоть содержание разговора оставалось непонятным, Годо мог приблизительно догадаться, о чём она говорила этим своим текучим голосом.

Через некоторое время собеседница Эрики открыла стоявшую рядом корзинку и начала доставать оттуда разнообразную еду — словно по волшебству из её недр появлялись бутерброды, оливки, сыр и фрукты… Естественно, всем этим она поделилась с Эрикой.

Чувствуя лёгкий голод, Годо начал немного завидовать.

— Как рыцарь, я обязана держать своё тело на пике физической формы. И принятием питательных веществ с пищей пренебрегать нельзя. В любом случае, в мои обязанности не входит делиться с тобой едой.

Слова Эрики оказались, как всегда, эгоистичны.

В ответ Годо решил её уколоть, ведь иногда обиды из-за еды бывают довольно ужасающими.

— Так-то оно так, но для гордой и высокородной леди-рыцаря ты на удивление жадная. Да, а ещё ты очень хороша, когда выпрашиваешь привилегии и подхалимствуешь. Источать такое дружелюбие ради одной лишь еды это, как бы лучше выразиться, вероломно? Я впечатлён.

— Ты… Назвать меня жадной и вероломной? Крайне оскорбительно!

Этот злонамеренный упрёк заставил лицо Эрики покраснеть от гнева.

Наблюдая её ярость, Годо подумал, что если так можно позлить Эрику, возможно, данный способ когда-нибудь окажется полезным, надо запомнить. Такую привычку Годо приобрёл ещё играя в бейсбол.

Как принимающий и четвёртый бьющий, чтобы противостоять сильным игрокам противника, он должен был ещё до матча проанализировать их личностные качества и привычки. Это была часть подготовки к игре.

Для того, кто не обладает выдающимся талантом, такие усилия являются необходимостью.

— Слушай внимательно. С улыбкой я приветствую большинство людей. Кому хочется создавать себе лишних врагов, вдруг тебе когда-нибудь понадобится их помощь!

— О, а ты расчётливая личность, оказывается. У тебя наверняка нет друзей, которым ты можешь свободно открыться.

— Лучше называй это элегантной дипломатией. Она необходима для создания дружественных отношений. Если ты даже этого понять не в состоянии, то ты просто ребёнок.

— У меня нет желания понимать такое.

— Хм, поэтому я и говорю, что ты ребёнок, неспособный понять подобные вещи. А ещё посмел назвать меня жадной и вероломной, просто непростительно! — гневно ответила Эрика.

При этом она пристально смотрела на Годо, тыкая в него пальцем.

— Отлично! Чтобы доказать, что я, Эрика Бланделли, не жадный человек, хоть я и не обязана делиться с тобой едой, но сегодня вечером данная леди осчастливит твой ужин своим присутствием. Считай это компенсацией за то, что не обедал со мной!

Итак, Годо и Эрика оказались в ресторане.

В Италии существуют как обычные заведения питания, траттории[✱]Траттори́я — тип ресторана, как правило, в итальянском стиле и с соответствующей кухней. Траттория отличается от классического ресторана отсутствием напечатанных меню, упрощённым сервисом, более низкими ценами и ориентацией на постоянную клиентуру. Также для траттории характерна менее формальная, более «домашняя» обстановка., так и высококлассные рестораны.

По крайней мере, Годо понимал разницу между ними.

И то, что выбрала Эрика, явно относилось ко второй категории.

Внутреннее убранство выглядело очень классически и элегантно. Внутри приглушённое освещение и такая вычурная атмосфера, что Годо решил — двоим несовершеннолетним входить сюда как-то не очень удобно.

Их усадили за столик, и Эрика начала заказывать.

Годо, конечно, ни слова по-итальянски не понимал и даже не догадывался, о чём шёл разговор.

— Стой, ты же вино заказываешь!

Когда Годо увидел принесённую бутылку, у него просто речь отняло.

Судя по аромату, это вино для усиления аппетита, игристое, с пузырьками.

— А разве это не очевидно? Что?.. Или ты пить не умеешь?

— Как такое возможно?! Они приняли твой заказ, — ответил Годо на вызывающую улыбку Эрики. — Но в Италии пить спиртное разрешено только с шестнадцати лет.

— Да, ты прав. Шестнадцать мне будет в следующем месяце, так что нет проблем… И вообще, сходить с ума из-за таких пустяков, у тебя на удивление низкая выдержка.

— Погоди, если ты родилась в апреле, то тебе ещё пятнадцать, как и мне. Это же незаконно!

— Если не узнают, то всё нормально. Ты действительно думаешь, что меня раскроют?

Пока они спорили, им принесли заказ.

Для аппетита — ветчина прошутто и большой выбор свежих овощей недавнего урожая. Вместе с жареным мозгом ягнёнка, который Годо ел впервые, домашними сосисками и хлебными лепёшками местной выпечки, выбор оказался богат и изобилен.

Ещё им подали два мясных блюда — жареного поросёнка местной породы в виде тонко нарезанных ломтиков и лошадиные рёбра, в которых даже немного крови сохранилось.

На вкус еда оказалась просто превосходна и вполне стоила всех тягот проделанного путешествия.

Но проблема заключалась в бутылке красного вина, которую заказала Эрика.

Из-за приглушённого освещения казалось, что алая жидкость соблазнительно светилась. После шампанского перед едой, и во время еды, такого развития событий вполне следовало ожидать.

— Если не умеешь пить, не стоит себя заставлять. Такую пустячную бутылку вина я и одна выпить могу.

Небрежный тон Эрики вызвал у Годо ощущение того, что она над ним смеётся, словно над дурачком.

Если ничего не возразить, он выставит себя идиотом. Придя к такому выводу, Годо поднял свой бокал с вином. Несмотря ни на что, соревновательный дух в нём довольно силён.

Он подержал вино во рту, наслаждаясь букетом.

Сложный вкус, уникальный для высококачественного красного вина, смесь горечи и сладости с примесью кислинки. Его обоняние переполнил аромат благоухающих виноградных лоз.

— Очень неплохо, хотя я не особо люблю западные вина, но это действительно хороший напиток.

— О, не думала, что ты вообще что-то понимаешь в винах. А раз понимаешь, то нечего жаловаться. Бери и послушно пей.

В ответ на замечание Эрики Годо бесстрашно улыбнулся.

«Несмотря мой внешний вид, мне часто приходилось пить с дедом ночь напролёт. В свои пятнадцать я уже немало знаю об алкоголе… Да уж, научил своего внука, ученика средней школы, как отличить качественное дорогое вино от дешёвой поделки, о чём он вообще думал?

И мама туда же, просила меня делать ей коктейли, а иногда даже смешивала виски с водой и заставляла сына попробовать. Угождала собственным вкусам и заодно прививала их мне».

В каком-то смысле Годо ежедневно получал элитное образование.

— На самом деле, даже когда я пил со взрослыми, я ни разу не уступил в количестве выпитого. Жалость какая.

— О, надо же, какое совпадение, у меня та же история. До сих пор никому не проигрывала при распитии спиртного.

После чего они без оглядки начали есть и пить.

Когда кто-то из них опустошал бокал, молчаливый официант незамедлительно наполнял его снова.

Последний выпитый бокал оказался на счету Годо.

Так как к красному вину он не привык, после одной выпитой бутылки Годо почувствовал некоторое облегчение. Теперь уже не надо беспокоиться, что он напьётся вдрызг.

Но подобный ход событий заставил Эрику нахмуриться.

— Годо… Подумать только, ты выпил на один бокал больше меня, прямо как пронырливый вор.

— А ты считала что ли? Вот же жадина, больше так не делай, пожалуйста.

— Ты… Ты снова оскорбил меня. Прошу, не пойми неправильно. Снова повторюсь, я совсем не жадная. Проблема состоит в том факте, что ты употребил больше спиртного, чем я.

«Но ты же сама хотела посоревноваться».

Хотя это и не жадность, поведение всё равно на удивление детское. А следующая фраза Эрики просто шокировала Годо.

— Похоже, возникла необходимость во втором раунде соревнований. Требуется определить победителя.

Вдох, выдох.

Где-то за пределами комнаты оживлённо чирикают птички.

Обнаружив себя проснувшимся на кровати, Годо смутно припоминал вчерашние события.

После ужина в ресторане им без всякого предварительного бронирования повезло найти комнаты в придорожном мотеле.

Затем, заняв номер, они с Эрикой продолжили попойку, так как предварительно закупили немалое количество спиртного и закусок.

Для двух несовершеннолетних будет слишком неприглядно пить в баре, поэтому они решили, что так будет лучше.

Соревнуясь на грани потери сознания, подогреваемые своим духом соперничества, они опрокидывали бокал за бокалом, чтобы доказать друг другу своё превосходство.

«А что случилось потом?»

Эта часть воспоминаний оказалась совершенно пуста.

«Ну и ладно, нечего голову ломать».

И тут, ощущая какой-то подвох, Годо почувствовал рядом с собой что-то тёплое и мягкое, что бы это могло быть? Сбоку от него лежал в достаточной мере эластичный, тёплый объект, который оказался очень приятным наощупь.

Борясь с желанием поспать, он приложил немалые усилия, чтобы открыть глаза и посмотреть прямо перед собой.

В это же мгновение все его мысли резко испарились…

Рядом с ним, шумно сопя во сне, лежала Эрика Бланделли.

«С какого перепугу она тут оказалась?»

Неужели он совершил ту самую ошибку, которой подвержены все мужчины?

«Нет, невозможно. Думаю, нет, наверное, нет. Буду надеяться на лучшее и уповать на моё благоразумие и осторожность Эрики, но если что-то всё же произошло…»

Пытаясь успокоить свой разогнавшийся в панике пульс, Годо в то же время внимательно посмотрел на Эрику.

Бесподобная красавица, которая до сих пор заставляла сердце биться чаще, сейчас у неё спокойное лицо спящего человека. В настоящий момент она была просто красивой девушкой, выглядевшей словно ангел. На ней лишь нижнее бельё голубого цвета, верхняя и нижняя часть с высококлассным на вид дизайном. Кроме этого, больше ничего.

Воистину потрясающая фигура, хотя, нет, такого описания недостаточно.

Для европейской девушки она была несколько худа и не очень высока, но что это за похотливое чувство? Длинные стройные руки и ноги, небольшое лицо, фигура с пропорциями модели, но, несмотря на это грудь такая полная, что, казалось, она сейчас выпрыгнет из лифчика, как созревший фруктовый плод, типа яблока или персика.

Изгиб от талии до ягодиц, тоже был просто идеален.

Такая художественная красота выглядела очень эротично, особенно, когда смотришь прямо на неё.

Даже среди коллекций фотографий в купальниках будет очень сложно найти девушку с такой великолепной фигурой. Прямо сейчас она спала, обнимая Годо сбоку и невольно прислонившись к нему своим выдающимся бюстом.

«!..»

Годо стало очень не по себе.

Прямо рядом с ним лежал первый опыт прелестей жизни, это было плохо, очень плохо, абсолютно плохо.

Это ощущение полноты, от которого мысли испарялись, и растущее чувство преступной аморальности.

«Надо быстро сматываться!»

Стоило ему так решить, как Эрика внезапно проснулась.

— Кто это?.. Арианна? Не может быть, как я могла перепутать кровати?..

— Эммм… Вообще-то… Это я.

Они безмолвно уставились друг на друга.

Поначалу взгляд Эрики был затуманенным, но ясность и осмысленность приобрёл быстро.

Протирая глаза, она встала с кровати, схватила блузку и прикрылась. А меч, что был у неё два дня назад, снова стал продолжением её руки. И он оказался решительно направлен прямо в голову Годо.

— За то, что посмел осквернить мою непорочность, ты вне всяких сомнений должен умереть прямо здесь и сейчас!

— Эй, погоди! Я ничего такого не делал! Наверное…

При движении меча вперёд Годо запаниковал.

Просто находясь перед Эрикой он чувствовал, что его полностью подавляют. Весь её вид вызывал в Годо гнетущее отчаяние, при этом глаза девушки были холодны как лёд. Вот это и называют жаждой убийства?..

— Верно, вряд ли ты сотворил со мной что-либо бесстыжее, ты ведь безвреден, словно кастрированный кобель. И это замечательно.

— Да-да, так и есть. Ха-ха, просто недопонимание…

— Да. Если бы у тебя действительно хватило наглости сделать что-нибудь весёленькое, даже пребывая во сне, я бы голову тебе снесла. Сегодня твой счастливый день.

— Да… точно.

Вряд ли Эрика врала, холодно отвечая ему, поэтому Годо ощутил некоторое облегчение.

— Но ты сохранил в своей памяти образ моего, тела — тела Эрики Бланделли, которое никому не позволено видеть. И даже притрагивался к моей коже, поэтому всё ещё заслуживаешь смерти.

«Смерть за такое?!». И хотя Годо считал, что ему бы надо громко возражать, но в то же время боялся, что ни одного протестующего звука издать просто не сможет.

Близкий контакт с её кожей точно был, и это никак не оспоришь.

— Слушай, почему бы тебе не успокоиться для начала. Мы сможем всё обсудить, когда ты охладишь свой пыл.

— О, снова твоя слишком поверхностная наблюдательность. В настоящий момент я спокойно раздумываю над тем, что сделать сначала: вырезать тебе глаза или всё же обезглавить и устроить парадное шествие на улице? Может, перестанешь считать меня дурой?

— И как можно называть это спокойствием?! В любом случае, успокоиться и мирно поговорить следует нам обоим.

Прошло ещё десять минут.

Годо уже практически исчерпал все аргументы, пытаясь убедить Эрику остановиться, а она всё сверлила его безжалостным взглядом, прикрытая одной лишь блузкой. Они снова уставились друг на друга.

— Для начала, давай вспомним, как вообще возникла данная ситуация и на ком лежит ответственность. Хотя прежде всего, мы сами виноваты, что слишком много выпили вчера вечером. И над этим нам стоит поразмыслить.

Неприятные ощущения испытывал не только желудок, в горле тоже стояла сухость.

Обычные утренние симптомы после ночной пьянки, и сейчас Годо приходилось несладко. Хотя он был крайне удивлён, что других признаков похмелья не было. Как и у его дедушки и мамы, может, это наследственность у семьи Кусанаги такая — все они сборная людей с сильной печенью и большие выпивохи.

А если присмотреться, то и у Эрики похмелья не наблюдалось.

Тогда понятно, почему их препирания длятся так долго. Будь они не в состоянии удержать выпитое, вряд ли бы этот спор оказался продолжительным.

По сравнению с распитием в одиночестве или массовой пьянкой на банкете, потребление спиртного становится совершенно неконтролируемым именно тогда, когда пьют только двое. Данный нюанс Годо хорошо понимал.

Если от него ещё когда-нибудь потребуется вливать в себя словно в бездонную бочку, ему бы не хотелось повторения недавнего опыта.

— Подумать только, мой одногодка смог выпить столько же, сколько и я. Была бы это Лили, она бы долго не продержалась, и я бы посмеялась над ней вволю… — тихо пробормотала Эрика, явно уверенная в своей высокой переносимости спиртного.

— В любом случае, мы сами виноваты, что так много выпили, а я виноват, что не заставил тебя уйти, только избавь меня от выкалывания глаз и обезглавливания. Неужели нет более мирного способа унять твой гнев?

Годо извинился в японском стиле — покаянно склонил голову.

Ещё до наступления поздней ночи существовал вариант выпроводить Эрику вон, так как этот номер числился за Годо. Поэтому он и размышлял, почему не поступил именно так.

— Думаешь подобное извинения достаточная компенсация за моё унижение?

Эрика уставилась на него ледяным взглядом, в котором явно была видна жажда убийства, от чего Годо прошиб холодный пот. Тем не менее, у него всё ещё было что сказать. Сделав глубокий вдох, он попытался возразить:

— Скажи, а не могла бы ты отнестись к этому так, будто спала с домашним питомцем? Неужто произошедшее настолько не даёт тебе покоя?

— Естественно! Разделить одну постель с мужчиной, с которым не состоишь в браке, такой позор не смыть никогда!

Очередное напоминание о том, что ей дали воспитание совершенно отличное от его собственного.

Жалобы Эрики заставили Годо снова задуматься. Но он не смог ничего придумать — никакого решения. Сейчас ничего не поделать, стоит просто позабыть о данной проблеме.

— Хорошо, я понял. Дальнейшие пререкания ни к чему не приведут, так почему бы нам для начала не покинуть это место, мы же должны найти дом Лукреции-сан. Ведь это наша цель, так?

В ожидании ответа Эрики Годо не смел говорить больше.

Хоть и крайне разгневанная, соображает она быстро, и должна сразу же вспомнить их первоначальные намерения, в глубине души Годо только на это и уповал.

— Ты прав… Мой основной приоритет, как рыцаря, завершить миссию, — мягко произнесла Эрика.

Уже успокоившись, она кивнула с бесстрастным выражением лица, словно это была японская маска. И выглядело это ещё страшнее, чем её громкие крики. Такая решимость смотрится гораздо более жутко.

— Итак, давай поспешим к ведьме Сардинии. После этого я заставлю тебя действительно пожалеть о своих преступлениях. Я найду подходящее суровое наказание для такого сексуального маньяка, как ты.

Назвали сексуальным маньяком! Свой тяжкий вздох Годо захотелось адресовать небесам.

Вот так продолжилось сумбурное путешествие этих двоих на второй день.

Часть 3

В небе над Олиеной не было ни единого облачка. Сам небольшой городок оказался милым и живописным.

Неподалёку от него раскинулись освежающе зелёные леса и протекали прекрасные речушки. Для городка с населением менее десяти тысяч человек, всё здесь было очень неплохо оборудовано и устроено.

— Раз город маленький, дом Лукреции-сан отыскать будет не так уж и трудно… Меня только немного беспокоит тот факт, что я не связался с ней заранее…

Годо развернул карту города и начал искать дом, который описывал его дедушка.

Сейчас они сидели в кафе, неподалёку от того места, где останавливались на ночь.

Завтракая, Годо бормотал что-то себе под нос. Хоть Эрика и находилась рядом с ним, после утреннего происшествия они даже словом не обмолвились.

После завтрака, наконец, настало время искать цель их путешествия.

Годо спрашивал дорогу у прохожих.

Пользуясь неуклюжим английским, он говорил, куда направляется, а затем доставал карту и просил показать, как туда добраться.

Из-за языкового барьера не было никакой возможности уточнить всё подробно.

Но даже при этом, можно было понять приблизительное направление, и они отправились. Когда они начинали плутать, тот же метод определения пути применялся снова, но уже с другим прохожим.

Так повторилось уже четыре раза, сейчас был пятый…

— Это просто невыносимо! Дай мне карту, я покажу тебе дорогу, — взорвалась молчавшая до сих пор Эрика.

— Неужели, долго же ты думала. Да и не особо мне твоя помощь требуется, — холодно ответил Годо.

Да, частично он виноват в том, что Эрика молчаливо злится с самого утра, но разве стоит быть настолько обиженной?!

— Я не тебе помогаю, а просто хочу быстрее встретиться с Лукрецией! Сам-то ты что творишь?! Прохожий уже всё так подробно объяснил, а у тебя при этом ни малейшего представления о том, куда идти!

— И что я сделаю?! Итальянского я не знаю!

Люди, к которым обращался Годо, всё подробно объяснили.

Однако он совершенно не понимал по-итальянски. Даже когда он хотел нормально поговорить по-английски, словарного запаса ему очень не хватало, из-за чего он не мог разобрать подробности.

Поэтому их продвижение шло очень малоэффективно.

Эрика схватила карту и повела сама.

Она явно помнила всё, что им объясняли, и могла идти в нужном направлении без малейших сомнений. Годо хоть и был очень зол, но следовал за ней.

С этого момента всё пошло без сучка и задоринки, через двадцать минут они оказались там, где надо.

Лукреция Дзола жила в доме на окраине города, недалеко от леса.

От каменной постройки посреди сада так и веяло древностью. Это чувство, вкупе с отсутствием домов по соседству, создавало ощущение очень укромного уголка.

Жилище ведьмы. Хоть дом и оказался небольшим, его внешний вид вполне соответствовал данному описанию.

Повсюду в саду можно было увидеть сорняки. Либо владелица не интересовалась садоводством, либо садом ей заниматься просто лень.

В любом случае, весь путь до самой Сардинии, был проделан ради того, чтобы попасть в это место.

Годо пошёл перед Эрикой, приблизился к входу и нажал кнопку звонка.

После некоторого ожидания… ответа не последовало.

— Её нет… Раз так, подождём, когда она вернётся — мм? — Годо уставился на дверь, широко открыв глаза.

Та с громким скрипом открылась автоматически.

Внимательно присмотревшись, за дверью никого увидеть не удалось, и не похоже, чтобы эта старая деревянная конструкция была хоть как-то автоматизирована.

Что произошло?

— Наверное, это вежливое приглашение войти. Ты ведь явился в дом ведьмы, так что не стоит пугаться такого простого трюка.

— Проклятье, это тоже магия. Подозрительный дом какой-то… — пробормотал Годо, которого отчитала стоявшая позади Эрика.

Войдя внутрь с мрачными предчувствиями, Годо обнаружил, что возле входа его ожидает чёрный кот.

— Мяу, — с полным безразличием позвал тот.

Несмотря на свою стройность, элегантность и мягкую, лоснящуюся шерсть, кот совершенно не вызывал симпатии.

Затем он неожиданно прошествовал вглубь дома. При этом по пути кот останавливался, делал приглашающий жест лапой, издавал «мяу», словно звал кого-то, а после снова продолжал идти.

— Он что, правда говорит нам следовать за ним?

— Ну конечно, кот-фамильяр — это же классика, даже ты должен быть в состоянии понять, или нет?

Естественно, Годо уже понял, просто он никак не хотел это принимать. Отгоняя культурный шок, он помотал головой. Сомневаться в данной ситуации, значит, просто терять время, так что лучше догнать кота.

Их привели в место, по виду похожее на спальню.

В помещении, вроде как, стоит запах лекарств — хотя нет, это такой аромат трав. Вокруг царит полнейший беспорядок, а на кровати, откинувшись, полулежит женщина.

Кот-провожатый зевнул со скучающим видом и свернулся в углу калачиком.

— Добро пожаловать в мой дом, родственник моего давнего друга. Кстати, а чей ты родственник? Хотя одного взгляда достаточно, чтобы понять, ты, должно быть, внук Кусанаги Ичиро. Я Лукреция Дзола, — неожиданно и на прекрасном японском произнесла лежавшая на кровати женщина.

Годо так удивился, что аж назад отскочил.

Его взору предстала очень красивая женщина в одном нижнем белье, которая ещё и гостей приветствовала, полулёжа на кровати. Её всеохватывающий взгляд был преисполнен шарма, дополнением которому служили прекрасные волосы цвета льна.

Красивейшая женщина в самом соку, и, судя по внешности, ей и тридцати нет.

Даже если она специально одевалась моложаво, тридцать — самый максимум, который ей можно дать, и это никак не вписывалось в его подсчёты. Если у неё много чего было с его дедушкой, то сейчас она должна быть пожилой леди почтенного возраста.

— О, молодой человек, неужто мой вид привёл тебя в ступор? В чём проблема? Хо-хо-хо, а, может, такая внешность слишком возбуждающе действует на молодых. Недавно у меня были кое-какие неприятности, поэтому и не могу встать с кровати… Кроме того, про себя ты наверняка счастлив? Мужчины все такие.

— Прошу прощения за это вторжение. Вы Лукреция Дзола-сан?

На вопрос Годо она утвердительно кивнула.

— Ах, да. Ты ведь Кусанаги Годо, так? Ичиро уведомил меня письмом, в котором упомянул, что разрешил своему внуку приехать сюда, так что я тебя ожидала.

— ?! — Годо вдруг издал устрашающий стон.

Боги, маги, происшествия за последние три дня — от всего этого его здравый смысл находился на грани полного срыва. А этот последний удар окончательно вогнал его мысли в ступор.

— Ты уже столько всего пережил, чему тут удивляться? Сохранение молодого тела входит в уникальные привилегии ведьм, чья магия достигла высочайших уровней. По сравнению с этим Боги-еретики кажутся мне куда более шокирующими.

— О, довелось повстречаться с появившимися на острове богами, какой неудачливый юноша. Кстати, девочка, а ты кто такая? На японку не похожа.

— Эрика Бланделли. Великий рыцарь «Медно-чёрного креста». В силу различных причин путешествую вместе с ним.

— А-а, племянница сира Паоло, до меня доходили слухи. И, похоже, явилась ты в это захолустье из-за Бога-еретика, вот это инициативность.

Пока до него доходило, между Эрикой и Лукрецией завязалась чисто женская беседа.

Наконец успокоившись, Годо достал из сумки каменную табличку.

— В любом случае, эта вещь… изначально именно её и планировал вернуть вам дедушка — предмет, который Лукреция-сан оставила в Японии. Прошу, примите её.

Каменная табличка, на которой по-детски изображён человек в цепях. Взглянув на неё, Лукреция произнесла:

— Секретный том Прометея… как я и думала. Давным-давно я нашла его в глубине гор Кавказа, надо же, какая ностальгия.

— Синьора, могу я задать вам несколько вопросов.

В итальянском языке «синьора» являлась эквивалентом обращения «мадам».

Лукреция улыбнулась Эрике, которая в столь осторожной манере пыталась объяснить свои намерения.

— Ничего страшного, если будешь звать меня просто по имени. Ты же сама видишь, что не совсем правильно относиться ко мне, такой молодой красавице, будто я какая-то пожилая леди. Итак, рыцарь Эрика, почему ты следуешь за этим японским юношей?

Две ведьмы уставились друг на друга.

Рядом с ними Годо было не по себе, он ведь обычный человек.

— В таком случае, Лукреция, зови меня Эрика. Дело в том, что некто, имеющий отношение к Богу-еретику, контактировал с Годо. Более того у самого Годо оказался гримуар эпохи мифов, поэтому он мог быть как-то связан с происходящим. И я хотела разузнать, существовал ли какой-нибудь дурной умысел в его поездке к тебе.

Эрика взглянула на Годо так, словно он пустое место.

— Когда я провела с ним некоторое время, стало очевидно, что он ничего не знает, что над манерами ему работать и работать, что с пониманием других у него полный провал, и что стыд у него напрочь отсутствует.

— Вот как, а я ничего такого не замечаю, с виду он просто безвредный юноша, — Лукреция озвучила своё мнение, которое было противоположно едким комментариям Эрики.

Годо, где-то в сторонке, возразил фразой: «Хватит уже твоих беспочвенных выводов!» — но, полностью проигнорировав его, Эрика продолжила:

— Значит, он и правда внук твоего друга, из чего следует, что Годо действительно случайно оказался на Сардинии и гримуар у него тоже оказался случайно?

— В общем, его дедушка исследователь, обычный человек, не имеющий никакого отношения к миру магии и богам.

После слов Лукреции плечи Эрики разочарованно поникли.

— Как же так, потратить столько ценного времени на ничтожного обывателя, стыд-то какой. И чтобы подобное сотворила именно я!

— И позволь сразу заметить, я ни разу тебе не соврал!

Годо захотелось заострить внимание Эрики на данном факте до того, как его во всём обвинят.

Улыбнувшись, Лукреция снова заговорила:

— Не стоит впадать в такое уныние, Эрика. Если тебе требуется информация о Боге-еретике, то ты пришла в правильное место. В качестве награды за потраченные на дорогу силы я тебе расскажу.

— Лукреция, неужели тебе известно о том, что за бог явился на этот раз?

— Точно я не знаю. Согласно моей информации, могу лишь уверенно утверждать, что это какой-то бог войны. Сразу я думала, что это божество вроде Мелькарта[✱]Мелька́рт, Мелике́рт («царь города») — в финикийской религии и мифологии — бог-покровитель мореплавания и города Тира, отождествлявшийся греками с Гераклом. Почитался в Тире и Фасосе., но затем оказалось, что проблема несколько больше.

Лёжа на кровати, Лукреция слабо улыбнулась.

Мелькарт. Когда Годо впервые услышал имя этого бога, у него в голове возникло множество вопросов.

— О, молодой человек, вы ничего не знаете? Тут уж ничего не поделаешь, хоть историческая важность этого бога и велика, в настоящее время он мало кому известен. А вообще, это точно должно быть его истинное имя.

Лукреция продолжила объяснять ровным голосом:

— Божественный король, которого почитали семитские племена — ханаанеи и финикийцы… Баал. Изначально бог штормов, молний и неба. Его сила продолжала расти пока, наконец, он не стал обладать множеством качеств. Среди индо-европейских языков больше всего похожи Зевс и Один. Об этих двух ты ведь слышал, так?

— Да, этих я знаю.

Главный греческий бог Зевс, и главный бог севера Один, которые часто появлялись в оперных постановках. Даже среди японцев, типа Годо, было мало тех, кто ни разу не слышал их имена.

— Все эти небесные божества, как правило, обладают множеством разнообразных характеристик. Сильнейший бог, король, бог мудрости, бог жизни, бог войны, бог подземного мира и так далее. Баал также относится к одному из данных архетипов. Много лиц, много имён. Естественно же, разве нет?.. Люди почитали Мелькарта за защиту города Тира.

Это название он, вроде как, слышал до этого.

За серьёзное изучение истории Годо собой гордился. На лице Лукреции промелькнула едва заметная улыбка.

— Тир, город основанный финикийцами. Его оборонительная мощь была настолько велика, что Александр Великий потратил целый год на завоевание этого города. Ещё он являлся столицей военно-морских сил финикийцев, владык древних морей. Достигнув Сардинии, они стали править этим островом.

Получается, Мелькарт был богом, тесно связанным с Сардинией.

После этих слов Лукреция снова продолжила:

— Повсеместно в Греции Мелькарт изображался как гигант с дубинами — и несколько дней назад я стала свидетелем появления бога Мелькарта именно в таком образе.

— Но, Лукреция, разве ты с самого начала не сказала, что всё это никак не связано с Мелькартом?

Никак не реагируя на то, что Эрика её прервала, более старшая ведьма ответила:

— Так и есть. Кстати, ведь на Сицилии есть каменные образования, похожие на колонны? Пять дней назад моё духовное зрение предупредило меня, что там собралось аномальное количество божественной силы. Чтобы проследить за ситуацией, я отправилась туда лично.

Духовное зрение — что-то типа ясновидения?

После этих слов Годо больше не мог отрицать того, что она ведьма.

— А увидела я там картину противоборства двух богов. Один из них был Мелькарт, второй принял вид воина с золотым мечом. В результате битвы двух богов они оба были ранены и потерпели взаимное поражение.

Лукреция вздохнула.

Похоже, что она очень вымотана. Беспокоясь о её состоянии, Годо подошёл ближе к кровати.

— Не волнуйся, юноша. Беседа уже подходит к концу — Мелькарт со своей дубиной и другой бог с золотым мечом, финальный удар каждого из них нанёс противнику тяжелейшие ранения. Мелькарт превратился в молнию и улетел, а бог с золотым мечом был раздроблен.

— Раздроблен? Значит, он исчез?

— Не совсем. Тело бога-мечника разделилось на части, каждая из которых приняла новую форму. Одна стала вепрем, другая ястребом, а ещё там были то ли лошадь, то ли козёл. Все эти воплощения мгновенно скрылись в океане или в небе.

Иными словами, огромные звери, которые появляются повсюду на острове, оказались порождениями фрагментов бога с золотым мечом.

Годо чувствовал, что нелепость ситуации становится всё больше и больше.

— Значит, бог ветра, который одолел дикого зверя, был воплощением Мелькарта?

— Кто знает, будь то Мелькарт или бог-мечник, ни один из них не смог бы восстановиться в столь короткий срок. Если бы они оправились, моё духовное зрение предупредило бы меня, но пока никаких видений не было. Также существует возможность, что они покинули Сардинию.

На вопрос Эрики Лукреция лишь ответила «Кто знает?» и пожала плечами.

И хотя Годо ничего не знал, он мог сказать, что ситуация довольно необычная.

— Значит, ты оказалась на поле битвы богов и истощила свою магическую силу?

— Да. Чтобы защитить себя во время битвы, мне пришлось воспользоваться магией, которая превысила пределы моих возможностей. Из-за этого моя магическая сила полностью истощилась, и на восстановление, скорее всего, потребуется около трёх месяцев. Никаких серьёзных заклинаний в это время, и даже двигаться нельзя. Очень неудобно.

Хоть она и сказала, что это неудобно, тон её при этом был довольно спокойным.

Тут Годо подумал о каменной табличке, которую держал в руках всё это время.

— Что ж, скажу ещё раз, возвращаю её вам. Пожалуйста, примите. Разве раньше вы не воспользовались ей, чтобы запечатать бога? Может, и на этот раз она окажется полезной?

— Погоди-ка… Годо… Как ты мог утаить от меня такую важную подробность?

— Эта вещь принадлежит Лукреции-сан, так почему я должен всё рассказывать тебе?

Не обращая внимания на хмурую Эрику, Годо протянул табличку вперёд.

— Хмм… — глубоко задумавшись, Лукреция посмотрела на юношу и девушку.

О чём она думала?

— Молодой человек, ты уже слышал от Ичиро о том, что я делала с Секретным томом Прометея?

— Да… Хотя до сих пор не совсем верю сказанному.

— Эрика, ты прибыла сюда с целью запечатать Бога-еретика?

— Так и есть. Я должна преодолеть данное испытание, доказав тем самым, что могу стать первейшим талантом «Медно-чёрного креста». Именно ради этого я взяла данную миссию.

— И поэтому ты хочешь узнать местонахождение богов, беда-то какая! — несерьёзным тоном пожаловалась Лукреция. Более того. — О, знаю. Юноша, вверяю эту вещь тебе, пользуйся с осторожностью, — обратилась она к Годо.

— А?! — Годо, а заодно и Эрика, были просто в шоке.

— Лукреция Дзола! Что ты себе думаешь! Отдать ценнейший гримуар эпохи мифов этому невежественному идиоту — должен же быть предел глупым решениям!

— Раз я так сказала, значит, нахождение данной вещи здесь и сейчас представляет для меня проблему или же, скорее, в моём нынешнем состоянии она для меня бесполезна. Вы же видите, что со мной. Кто мог подумать, что эта табличка вернётся ко мне в такое время. Иногда волеизъявление судьбы столь иронично.

— Тогда надо было отдать гримуар мне, а не ему! Это называется использовать для работы подходящего человека!

— Но тогда получается слишком уж рациональный подход, совсем неинтересно. Предпочитаю весёлый выбор.

— Пожалуйста, не шути таким депрессивным тоном!

И хотя это неожиданное развитие событий крайне удивило Годо, он решил вмешаться.

Бросив мимолётный взгляд на кровать, где лежала Лукреция, он заметил рядом с подушкой старенькую игровую приставку со вставленным картриджем.

«Квест? Ролевушка? Должно быть, ну очень старая фэнтезийная ролевая игра.

— Стоп, ты хочешь отказаться? Позволь прежде сказать, что эта игра, в которую я играю, совершенно не повлияла на моё решение. Тем не менее, юноша первого уровня, который отправляется навстречу приключениям — это же основа основ жанра. Неужели твоя кровь не вскипела?

— Нет, ни капельки, вообще не хочу ничего делать!

Пропустив возражение Годо мимо ушей, Лукреция продолжила:

— Кстати, полагаю, что как Великий рыцарь «Медно-чёрного креста», племянница и ученица Паоло Бланделли, ты не попытаешься насильно отобрать гримуар у этого обычного молодого человека, так ведь?

— Как я могу так поступить?! И нечего на меня свысока смотреть!

— Хорошо. Эрика, только те, кто преодолевают великие трудности, могут называть себя рыцарями. Если ты хочешь, чтобы другие стали свидетелями твоего благородства, не жалуйся из-за столь мелких препятствий. Что же касается тебя, молодой человек!

— Да?

— Ты уже слышал, я очень хочу увидеть, как ты себя проявишь. Поэтому способ использования данного гримуара оставляю всецело на твоё усмотрение — помочь девушке, сбежать или задействовать его невообразимыми для меня методом. Развлеки меня, — Лукреция закончила говорить, но затем добавила ещё одно предложение. — А ещё я вверяю тебе эту девушку, прошу, позаботься о ней как можно лучше.

— Позаботиться обо мне?! Что за шутки! Чтобы кто-то, вроде этого вот, заботился обо мне, не надо считать меня дурой!

Раздражённо высказавшись, Эрика прошествовала к выходу элегантным и, в то же время, резким шагом.

Вышла она с крайне разъярённым видом.

И что ему теперь делать?

Пока Годо ломал голову, Лукреция махнула ему рукой, как бы давая понять, чтобы он выметался.

Похоже, аудиенция окончена. Обеспокоенный, Годо лишь покачал головой и вышел наружу, чтобы нагнать светловолосую красавицу.