5 том    
Глава 2. В школе и сегодня шумно

Глава 2. В школе и сегодня шумно

Часть 1

Святилище Тамаура находилось в той части Юсимы, которая ближе всего расположена к улице Курамаэбаши.

На его территории Сэйшууин Эна приветствовала посетителей.

С её визита в святилище Нанао прошло несколько часов, и время было вечернее.

— Как дела, Эна-сан. Давно не виделись. Кстати, если у тебя возникнет необходимость в святилище, выбирай любое благопристойное на твой вкус… — произнёс один из гостей, Амакасу Тома.

Это был мужчина в возрасте где-то от двадцати пяти до тридцати лет, одет в дешёвый деловой костюм. Обычно он занимался всякими поручениями Комитета компиляции истории.

Но это никак не делало его мелкой сошкой. Состоя в числе экспертов комитета региона Канто, он единственный напрямую работал на семью Саяномия.

Напротив него стояла Эна, которая уже сменила школьную форму на одежду мико.

Белый верх и хакама красного цвета. В руках у неё матерчатый свёрток, который скрывал загадочную силу её меча.

— Это святилище вполне сойдёт. Места, где полно людей, сплошная морока, да и Амэ-но муракумо тут себя комфортнее чувствует. Так что не беспокойтесь.

— Ну, раз так, то можешь спокойно оставаться здесь. Бумажную работу возьму на себя, в общем, пользуйся на своё усмотрение.

В ответ на слова Амакасу Эна подобающе кивнула.

Со смотрителем этого места она уже переговорила и получила ключи от святилища.

Даже без разрешения она собиралась пользоваться им так, как ей заблагорассудится. Почитаемыми здесь божествами были Инари[✱]Инари — синтоистское божество изобилия, риса (и злаковых культур вообще), лис, промышленности, житейского успеха, одно из основных божеств синтоизма. Инари может изображаться в образе мужчины, женщины либо андрогина и иногда рассматривается как собирательный образ трёх или пяти отдельных ками. Инари почитается, по-видимому, с момента основания храма на горе Инари в 711 году; однако, некоторые учёные полагают, что культ богини возник в конце V века н. э., Ямато Такэру но Микото[✱]Ямато Такэру (силач из народности ямато, годы жизни — предположительно 82 — 113) — синтоистское божество, легендарный герой-полководец в японской мифологии. Сын императора Кэйко. Расширитель владений яматского трона. Покорил страну кумасо на острове Кюсю и племена эмиси восточного Хонсю. Главный персонаж многих народных легенд центральной Японии, олицетворение идеального японского военного деятеля древности. и Ото Тачибана но Химе[✱]Возлюбленная Ямато Такэру..

Все они имели невероятную совместимость с девушкой и её партнёром. В качестве временного жилища тут и придраться не к чему было.

— Я уже слышал от Юри-сан и главы семьи Сэйшууин. Нда, как бы это выразиться…

— «Не лезьте?» — когда Эна с усмешкой опередила его слова, Амакасу слабо улыбнулся.

— Ну, нельзя же так резко, а? Ты ведь на самом деле испытываешь довольно тёплые чувства к комитету, но так как сейчас они не проявятся…

— Так дедуля сказал. Да уж, сочувствую…

— Благодарю. Кстати, Эна-сан, ты уже встречалась с Эрикой Бланделли и Лилианой Краничар, так?

Как и следовало ожидать, информация разошлась быстро. Даже не думая ничего скрывать, Эна тут же это подтвердила:

— В общем, да. А прошлой ночью мне пришла идея напасть на Эрику, когда та будет спать…

— Но ты же ничего не сделала? Мудрое решение. Барьер, который возвела вокруг своего дома Великий рыцарь «Медно-чёрного креста», обычной обороной не ограничивается. Более того, мне бы хотелось, чтобы ты, по возможности, старалась не вмешиваться в её дела…

— Почему? У Японии, наконец, появился свой собственный Король, а у него в любовницах какая-то иностранка? Разве не лучше её прогнать?

На предложение Эны Амакасу покачал головой, словно разочаровался.

— Для периода самоизоляции это бы сошло, но времена изменились. И «Медно-чёрный крест» и «Бронзово-чёрный крест» представляют собой невероятно могущественные магические ассоциации. С твоими словами можно было бы согласиться, будь это голь перекатная, но вот…

— Эти девушки представляют проблему?

— Да. Они всё равно, что иностранные дипломаты. В худшем случае между нашими странами может начаться противостояние.

Эна хорошо понимала подобные чувства. Но свои планы она менять не собиралась.

Политика и дипломатия для неё слишком сложны. Чем проще битва, тем она веселее. Скрестить клинки и соревноваться в силе, разве этого недостаточно?

— Ммммм, извините. Бабуля, да и другие домашние попросили меня прогнать этих девушек, поэтому остановиться я уже не могу. Решить с ней всё посредством боя тоже кажется довольно весёлым занятием. Давайте, тогда на этом и порешим, ладно? — сейчас Эна решила заранее принести извинения.

В ответ на несерьёзные извинения Эны Амакасу пожал плечами, а вторая гостья неожиданно улыбнулась.

— Твоя достопочтенная бабушка — указания напрямую от главы семьи Сэйшууин? И твой хранитель, Старейший, тоже одобряет. Не в его стиле интересоваться мирской борьбой за власть…

Это были первые слова третьей присутствовавшей здесь личности, до сих пор хранившей молчание.

Саяномия Каору. Являясь главой токийского отделения Комитета компиляции истории, она управляла комитетом во всём регионе Канто.

— Странно. Есть какие-нибудь догадки насчёт того, почему Старик отдал такой приказ?

— Кто знает? Эна уж точно этого не поймёт. Хоть дедуля и выглядит героем, он может плести неожиданно злобные козни. Может, замышляет что? — радостно отвечая, она криво усмехнулась Каору.

Саяномия Каору обладала изящной красотой и аурой существа, которое словно потерялось в этом недолговечном мире. На её стройной фигуре не было ни единого грамма лишнего жира.

— Ты совсем не меняешься, Эна, тебя вечно ничего не заботит. Очень на тебя похоже.

Выражение лица с едва заметным проявлением нежности. Улыбка ясная и очаровательная.

Её хрупкие и лишённые признаков пола черты бросали вызов реальности. Если принять её за мужчину, то она будет производить впечатление миленького мальчика с «нереальной внешностью» из сёдзё манги.

Но Саяномия Каору того же пола, что и Эна. Она тоже была одной из химе-мико Мусашино.

Завершив бесполезные расспросы Сэйшууин Эны, они покинули святилище Тамаура.

Когда Амакасу Тома выходил, его начальница, Саяномия Каору, шла рядом.

Она являлась не только следующей главой семьи Саяномия, но ещё и кандидатом на роль следующего лидера Комитета компиляции истории.

И то, что она всего лишь ученица третьего года старшей школы, не имело значения. Её способности тоже не вызывали никаких нареканий. Основной проблемой являлось её поведение, например, ношение мужской одежды.

В настоящее время на ней была надета мужская школьная форма.

Белая сорочка с галстуком, приталенный пиджак и брюки. Не плиссированная юбка, а именно мужские брюки.

— И всё же, мне интересно, почему старейшины решили увеличить число любовниц Кусанаги Годо, — Амакасу адресовал вопрос своему начальнику неопределённого пола.

— До сих пор они не жаловались на твой план предоставить всё одной Юри-сан, странно как-то. Это лишь вызовет ненужный беспорядок, чего мне очень хотелось бы избежать… Ну, думаю, на этот счёт у них есть свои соображения, — задумчиво произнесла Каору.

В подобные моменты она была похожа на чрезвычайно хрупкого прекрасного юношу, или девушку. Даже зная её настоящий пол, Амакасу всё равно посещали подобные мысли. Для незнакомцев же эта иллюзия окажется ещё более сильной.

— Но раз они увеличивают число любовниц Чемпиона, не будет ли это означать, что свою дочь сможет предложить любая семья, начав тем самым пир разврата? Однако старейшины послали только одну Эну. Как-то дерзко.

— Значит, они поддались давлению семьи Сэйшууин, — ухмыльнулся Амакасу.

Что совершенно невозможно. Зная об этом, он всё равно озвучил полностью противоположное мнение.

Скорее всего, Каору считала точно так же. Как и ожидалось, она коварно улыбнулась в ответ.

— Этого не может быть. Как и Саяномия, Сэйшууин является одной из четырёх семей. Вот так пойти против Старейшего — главы семей просто не смогут упорствовать в своём эгоизме.

— Следовательно, семью Сэйшууин используют? Их словно колокольчик на котёнка вешают?

— Или же подсаживают блоху на льва.

Вероятно, старейшины хотели вызвать со стороны Кусанаги Годо какую-то реакцию.Когда их мнения совпали, босс и подчинённый продолжили идти к машине в тишине.

Часть 2

Утро Марии Юри начиналось рано. Она вставала до семи часов и шла на кухню.

Оба её родителя работали. Отец в одной сети ресторанов (владельцем которой был отец её отца, короче, дедушка Юри), а мать читала лекции в школе преподавания.

Каждое утро готовить завтрак вместо занятой матери стало для Юри ежедневной рутиной.

Иногда на обед она готовила бенто[✱]Бенто — японский термин для однопорционной упакованной еды. Традиционно включает рис, рыбу или мясо и один или несколько видов нарезанных сырых или маринованных овощей в одной коробке с крышкой. Коробки могут быть различными по форме и способу изготовления — от простых, изготовленных методами массового производства, до контейнеров штучной работы, из редких пород дерева, лакированных, являющихся настоящими произведениями искусства. для себя и своей младшей сестры Хикари.

Но сегодня утром она сделала на одну коробку для бенто больше и вышла из дома раньше, чем обычно.

Семья Мария жила в жилом комплексе в районе Тораномон. И хотя их основное жилище находилось в префектуре Сайтама, они пользовались квартирой в Тораномон, чтобы легче добираться до работы и школы.

Для Юри стало обычным делом садиться на поезд линии Тиёда и сходить на станции Нэдзу.

Но сегодня утром она воспользовалась линией Гинза и сошла на станции Суэхиромачи. Всё для того, чтобы встретиться с Сэйшууин Эной. Юри сказали, что та поселилась в небольшом святилище в Юсиме, поэтому девушка решила время от времени навещать Эну.

Густо покрасневшая, Юри с опущенной головой спешила к святилищу.

Когда она открыла переднюю дверь, то обнаружила, что Эна лежит на полу, укутавшись в спальный мешок.

— Э-Эна-сан!..

Она никак не ожидала, что та будет спать прямо в святилище.

Раздумывая над тем, что это просто ужасно, Юри тихонько позвала её.

— О, Юри, утро доброе. Пахнет здорово, поесть мне принесла?

Эна резко открыла глаза. Её голос звучал настолько чисто, что совсем не походил на голос только что проснувшегося человека.

— Д-да. Я и тебе захватила, так что, если хочешь…

— Конечно хочу. Знаешь, а ты и правда заботливая. Ты девушка номер один в списке тех, кого я хочу сделать своей женой. Хорошая девочка, хорошая. Воздаю тебе похвалу.

С этими добродушными шутками величайшая химе-мико Мусашино открыла свой спальный мешок.

Нескромно одетая лишь в короткую маечку и шорты она встала. В одежде девушка выглядела худосочной, но вот без неё изгибы её тела просто поражали.

Так как всё великолепие тела Эны с лёгкостью просматривалось сквозь её тонкие одёжки, Юри смутилась.

— К-кстати, ты уже не спала, Эна-сан?

— Спала, как убитая. Проснулась, как только услышала топот твоих шагов по пути сюда. Ты, кажется, очень уж торопилась, что-то случилось?

Немедленно проснулась, так как узнала пришедшего по звуку шагов.

Поражённая нечеловеческим слухом Эны, Юри тихо произнесла:

— Ммм, в окрестностях этого святилища так много странных построек…

— А, прости-прости. Когда Эна здесь появилась, то тоже удивилась; полно тут всяких грязных отелей, да?! Токио просто потрясающий! Но зато удобно иметь круглосуточный магазин так близко. И тут нет медведей.

Очевидно, что Эна проходила полугодичные тренировки на священной земле в горах.

Смех, порождённый её диким стилем жизни, заставил Юри покраснеть. Они находились в тихом жилом районе. Правда, вокруг святилища было построено несколько специфических отелей.

— Но, Юри, ты ведь тоже эти места посещаешь?!

— Не хожу я туда! С чего ты вообще так решила?! — категорично стала отрицать Юри подобные идеи.

Однако Эна с наивной любознательностью поинтересовалась:

— Почему?

— Не хожу и всё! Мы с Годо-саном просто друзья! У нас совершенно непорочные взаимоотношения!

— Чтооо? Но твои соперницы, те Эрика и Лилиана, они же иностранки, так?.. Я не совсем уверена, но разве у них прогресс не таким способом продвигается?

— П-прогресс?

Отодвинув спальный мешок, две химе-мико уселись друг напротив друга в позах сейза[✱]Сейза — поза, согнув колени и сидя на перекрещенных стопах с выпрямленной спиной..

Эна приняла предложенную ей коробку с бенто, быстро открыла крышку и набросилась на содержимое.

— Да уж, твоя готовка, как всегда, великолепна. Я ж в последнее время питалась одними орехами, дикими растениями и тому подобным, а вот это вот просто исключительная еда.

Она явно была лишена возможности питаться любыми зерновыми. Тренировки Эны гораздо суровее, чем у остальных химе-мико.

Оттачивает навыки владения мечом, снова и снова подвергает себя тяжким испытаниям, очищает свой ум. В последнее время Юри просто не могла не затронуть данную тему, так как беспокоилась о физическом здоровье Эны.

— Значит, Годо-сан… нет, мужчины всё-таки предпочитают напористых и чувственных женщин?

— Ну-у, в общем, Эна тоже не знает, но разве дела как-то по-другому обстоят? — откровенно ответила она, сидя в позе сейза, что придавало ей неимоверно привлекательный вид.

Её манеры во время еды превосходны, сидит прямо. На самом деле, касательно того, что означало быть леди, она превосходила Юри.

— А, знаешь, вчера, когда я, наконец, вернулась в Токио, то пошла достопримечательности смотреть. В Акихабару.

— О-о, но там же иностранцев много?

— Потом, когда я просмотрела почти все магазины электроники на главной улице, я ещё стала в лавки в зданиях и всяких других местах заходить… это было потрясающе.

— Потрясающе?

— Ага. Там так много мелких магазинчиков, и они все такие странные и захватывающие. Там куча лавок, которые, ну, полностью розовые или, типа, цвета кожи.

— Полностью цвета кожи?!.

— Нирвана или Рай, что-то типа того. Слева или справа, спереди или сзади, там везде картинки с голыми людьми. Ты же знаешь фрески с изображениями майтхуны в Индии или где они там находятся? Так вот, тут всё так же, БАМ, целая стена с картинками голых мужчин и женщин!

— Уверена, там собираются очень набожные люди…

Юри понятия не имела, что в Токио существуют столь священные места для иностранцев.

Смущённая своей невежественностью, она решила, что когда-нибудь сама сходит туда для ознакомления.

— Может быть. В любом случае, Эна поняла, что парням, наверное, нравятся такие вещи, — отметила Эна, поглощая овощной гарнир[✱]Если кто не знает, то в Японии главное блюдо — это рис. Всё, что подаётся вместе с рисом, считается гарниром к нему..

Она смотрела куда-то вдаль. Словно где-то там происходило нечто сенсационное:

— Думается мне, что раз Кусанаги-сан парень, то он такой же. Следовательно, отсутствие одежды точно сработает!

— Это уж слишком! Временами, конечно, возникают сомнения, но, в общем, Годо-сан прилежный человек!

— Мне вот интересно. Юри, ведь может оказаться так, что из-за твоей чрезмерной привередливости, он просто не может высказать это вслух.

Когда её подруга химе-мико подчеркнула данную черту Юри, та оказалась сбита с толку.

На Сардинии Лукреция Дзола прочитала ей подробнейшую лекцию о мужском складе ума.

Но из этой мудрой теории она абсолютно ничего не поняла. Вполне возможно, что где-то там и был ключ к гладким взаимоотношениям с Кусанаги Годо.

— Кстати, Эне ты бенто принесла, но тщательно ли приготовила поесть Кусанаги-сану? Хотя, судя по виду, дополнительного багажа у тебя нет…

— Да. Принесла порцию только для тебя.

— Так нельзя! Не забывай, что самый быстрый путь поладить с животным пролегает через кормёжку!

— Н-но смысла нет. Готовить ему бенто изначально бессмысленно…

— Об этом не беспокойся. Надо действовать первой! Сначала решительнее сблизиться с ним, типа попросить его обнять тебя или пробраться к нему ночью.

— Пробраться ночью?! Погоди, пожалуйста, как это мы к такому пришли?!

— Ну, я думаю, если ты так сделаешь, то заполучить его сердце будет легче. Сдерживаться не надо!

— Чтобы я ночью пробралась… разве обычно не мужчины так поступают? Более того, в наши дни это незаконно[✱]Это описание обычая, когда женитьбе на любимой девушке жениху что-то мешало (социальное положение, бедность и т.п.), и он ночью пробирался в покои предполагаемой невесты. Провёл с ней ночь (что он при этом делал, значения не имеет), считай, обесчестил — обязан взять в жёны.!

— Беда с тобой. В любом случае, ты хотя бы это должна сделать. И Эна тебе поможет, ясно? Сперва, давай начнём развивать твои отношения с Кусанаги-саном на протяжении этого дня. Согласна?

В ответ на крайне безрассудное предложение Эны, Юри побелела:

— Я-я не могу! Это невозможно!

Часть 3

В колледже Джонан занятия физкультурой для юношей и девушек проходили раздельно.

Одновременно урок был у двух классов; в течение этого времени юноши и девушки занимались по отдельности. Класс Годо под номером пять был вместе с классом номер шесть.

Солнце всё ещё светило довольно нещадно, и погода тоже стояла жаркая. Лето хоть и позднее, но по ощущениям сейчас будто его середина. Поэтому во время физкультуры всё ещё использовали бассейн.

И снова в расписании стояло плавание.

Но только у девушек. Юношам предстояли занятия гимнастикой во влажном спортзале.

Накалённый воздух спёрт до предела, и в этом водовороте жара и запахов человеческих тел, ученики мужского пола занимались на матах или на гимнастических снарядах.

— Джентльмены, разве вы не считаете, что это несправедливо? — задал кто-то так и напрашивающийся вопрос.

Говорившим оказался Нанами. Он частенько делал сомнительные заявления типа: «Вообще-то, я тащусь от мико».

Но в то же время он был неожиданно харизматическим лидером. Каждый раз, когда народ занимался какой-либо совместной деятельностью, Нанами обычно обнаруживался в центре событий… хотя зачастую центром он был бесполезным.

— «Разделённое общество». Братья, давайте ещё раз задумаемся над смыслом этих слов. Собравшиеся здесь, одни лишь мужчины, в этих серых пустошах, где нет ни тепла, ни красок. Нормально ли соглашаться на такое? Конечно же нет!

Нанами сотрясал спортзал кучей громких и бессмысленных заявлений.

Так получилось, что учитель, ответственный за проведение урока физкультуры, отсутствовал. Несколькими минутами ранее, он ушёл, сопровождая ученика, который упал с гимнастического бревна и, судя по всему, заработал перелом. И сейчас у них самый разгар самостоятельного обучения.

— Следовательно, раз этот мир пустошь, то лишь те! Лишь те! Кто внемлет своим амбициям, смогут изменить это место. Потакая своей пытливости, мы сами должны открыть ворота рая!

— Нанами… короче, ты говоришь об этом самом?

Задавшим вопрос был Такаги. Он состоял в клубе кендо и, благодаря своему довольно крупному телосложению, оказался очень даже хорош в данной дисциплине.

Но в то же время он легко поддавался дурному влиянию, и его было очень просто сбить с верного пути.

— В этот самый момент мы должны нацелиться прямо на небеса!

— Ага. И прямо сейчас ближе всего к небесам в этой школе находится бассейн. Бассейн, где у наших девушек из классов пять и шесть проходит совместный урок! Священные земли, в которые нам вход воспрещён, тайный цветник, в котором резвится более тридцати девушек, и цветут лилии[✱]Цветут лилии — это намёк на лесбийские взаимоотношения..

— Но риск слишком велик…

Хладнокровный голос остудил их словно ушат холодной воды. При этом его владелец Соримачи саркастически усмехнулся.

Самопровозглашённый «Мужчина со ста восемью 2D сестричками». Как бы глупо это ни звучало, но это странность, доведённая до предела. По крайней мере, нормальным человеком он точно не был.

— Нас, парней из классов пять и шесть, вместе тридцать шесть человек. И это количество одновременно начнёт действовать, чтобы насладиться видом девушек в бассейне. Идея, конечно, привлекательная, но до конца урока осталось всего сорок минут. Мы за это время даже подготовиться, как следует, не успеем. Одними чувствами мы ничего не добьёмся…

Нанами потопал к говорившему.

Бам! Его кулак ударил точно в цель. Соримачи сурово посмотрел на нападавшего, удар которого пришёлся по щеке.

— Нанами, ты!

— Я ошибся в тебе, Соримачи. Никогда не думал, что ты такой скучный человек.

Ударивший и получивший уставились друг на друга, один злобно другой с сожалением.

— Раньше ты бы ни за то не стал отнекиваться подобным образом. Ты храбро брался даже за самые трудные миссии, герой, преданный делу победы. И надо же, превратился в такую квашню!

— Придурок, ты вообще о чём?!

— Около двух месяцев назад. За день до релиза «Академии Святых сестричек» ты боролся за то, чтобы открыть все концовки игр «Вместе со старшим братиком», где надо было пройти сюжеты четырёх сестричек, и «Имохарэ!»[✱]Это сокращение от названия «Гарем младших сестричек»., где надо было жениться на семи младших сестричках. И это когда у тебя была температура под тридцать восемь да ещё понос в придачу…

— Тц. Неприятные же ты вещи помнишь, — Соримачи отвернулся от Нанами, вспоминавшего былые времена.

— Тогда я сказал тебе: «Остановись. Просто считай эти игры мусором. Твоё тело уже на пределе». Но ты ответил…

— Да. «Я мужчина со ста восемью младшими сестричками. Я не какой-то бесполезный брат, который бросит младшую сестричку после того, как начал ловить её в свои сети». В тот день я открыл все концовки, а на следующий посвятил все свои силы «Академии Святых сестричек»…

В глазах двух парней полыхало пламя.

Пламя же в их сердцах разгорелось в тот момент, когда два разгорячённых товарища смогли понять друг друга.

— Похоже, я забыл, насколько решительным был в то время. Спасибо, что напомнил… А вот тебе и моя благодарность!

— Гху!

— Хе. Ну как? Прочувствовал?

На этот раз бил Соримачи. Но, даже отлетев от него, Нанами улыбался.

Его улыбка словно говорила: «Проснулся, наконец, дубина?» Сейчас в качестве слов им служили кулаки.

— Отличный был удар. В нём чувствовался твой настрой. Кулаки у тебя горячие…

— Заткнись. С сомнениями покончено. Давай бороться вместе.

Соримачи протянул руку Нанами и помог ему встать. Эмоциональная сцена того, как два мужика поняли друг друга после обмена ударами. Тем не менее, Годо, которого это уже начало доставать, спокойно произнёс:

— Послушайте, народ.

Два клоуна посмотрели на него взглядами, преисполненными враждебности.

Но, не уступая их давлению, Годо всё равно продолжил:

— Прямо сейчас мне бы многое хотелось сказать, но, прежде всего, не могли бы вы воздержаться от подглядывания? Это всё равно, что преступление.

Раздался звук поднимаемого гимнастического мата.

— Э-эй, вы что…

Хлоп. Звук того, как вышеупомянутый мат уронили на Годо.

Хоп-хоп-хоп — звуки того, как ученики А, B и C прыгают на мате.

— Гха! Э-эй, постойте, вы что, раздавить меня пытаетесь? — жаловался Годо, придавленный громоздким, вонючим матом.

На него обрушился вес сразу трёх учеников, так что ощущения оказались достаточно болезненными. Он едва успел высунуть из-под мата голову, чтобы сделать глоток воздуха.

— Проклятье, он жив. Хотя убивать его всё-таки нехорошо.

— Если хочешь, могу прикончить.

— Успокойся. Если уж делать это, так осторожно, с такого места, до которого его ноги не дотянутся.

Три идиота, Нанами, Такаги и Соримачи, озвучили кое-что опасное.

Годо громко обратился к стоящим вокруг него парням:

— Вы на меня обижены что ли? Какого чёрта вы на меня набросились?

— Ты ещё спрашиваешь почему? — Нанами обратил вниз свой ледяной взор. — Тогда позволь спросить. Кусанаги, почему ты говоришь нечто вроде «не подглядывайте»?

— Прятаться в школьном бассейне и подглядывать — это практически совершить преступление. Более того, вам девушек не жалко а? Нечего спрашивать о чём-то настолько очевидном… — громко возразил Годо, молясь про себя, чтобы окружающие пришли в себя.

Если они пойдут на поводу у сиюминутной прихоти, в будущем, скорее всего, пожалеют об этом. Но его вопрос ещё сильнее разъярил большинство учеников классов пять и шесть. Некоторые даже заплакали от отчаяния.

— Лицемер проклятый…

— Чёрт. У самого нет проблем с тем, чтобы девчонку подцепить, так на нас свысока уже смотришь…

— Анзаи-сенсей, мы хотим увидеть девушек в купальниках!

— Успокойтесь все. Понимая всеобщую злость и тяготы, говорить буду я. Я поведаю о наших чистых сердцах этому ублюдочному держателю гарема, полагающему, что отхватить себе сразу нескольких девушек — это нормально!

Нанами взял контроль над присутствующими в свои руки и снова посмотрел на Годо.

— Знаешь, Кусанаги, мне нравятся девушки в купальниках. Не будет даже преувеличением сказать, что я их люблю.

— Ну, твои личные увлечения критиковать не стану.

— Просто заткнись и послушай. Мне нравятся девушки в купальниках… это так. Среди учениц первого года обучения в классах пять и шесть Аракава-сан выделяется великолепным телом, не правда ли? А для определённых энтузиастов миниатюрность и плоская грудь Миямы-сан это удар прямо в цель. К тому же можно ожидать, что купальник дополнительно придаст некоего шарма Саве-сан без очков. Ну а определённая тучность Нагасато-сан обернётся характерной успокаивающей аурой, которой не обладают стройные девушки. Но, несмотря на это. — Нанами крепко сжал кулаки. Вероятно, собирался вот-вот озвучить свою излюбленную бесполезную теорию. — Несмотря на всю привлекательность этих девушек, если говорить о группах идолов, им не быть в первых рядах. Они относятся ко второму ряду, запасные, так сказать. Так кто же относится к сливкам общества?

— Хмм… Я не знаю.

Были у него идеи насчёт чужих мыслей, но Годо хватило смелости изобразить из себя дурачка.

— Эрика-сама с её в высшей степени превосходным телом. Мария-сан, смотря на которую, всё думаешь, а не прячет ли она где свои роскошные размеры. И, наконец, у нас есть Лилиана-сан с телом феи, ставшая девушкой номер один, которую хочется увидеть в трико… Ты, мудак, единолично заграбаставший себе эти выдающиеся цветки, никогда не поймёшь, что заставляет нашу кровь кипеть. Нет, тебе просто не позволено это понять!

— У меня есть идея! Давайте запрём Кусанаги-сана в кладовке инвентаря!

— Отличная идея! Так, кто-нибудь, поищите ключ!

— Итак, пришло время расплачиваться за веселье, гад! Муа-ха-ха-ха-ха!

В ответ на пылкие речи Нанами, там и сям начали гудеть несколько странные голоса парней.

Таким образом, союз парней из классов пять и шесть запер Кусанаги Годо в кладовке инвентаря и начал марш в направлении рая девушек, плескавшихся в воде.

Часть 4

— Если подумать, то это может оказаться хорошим шансом. Эрика, давай, наконец, посредством плавания выясним, кто из нас лучше.

— Состязание по плаванию? С тобой? Спасибо, но нет.

У классов пять и шесть был совместный урок.

Беседу выше вели две девушки у кромки бассейна.

Естественно, это были Лилиана Краничар и Эрика Бланделли. Плавательная форма колледжа Джонан представляла собой цельный купальник с очень уж сильно открытой спиной.

И на этих двух девушках данные купальники смотрелись роскошнее всего.

Из-за них двоих создавалась иллюзия того, что обычный школьный бассейн это заморский курорт. Со своими серебряными и золотистыми волосами, развевающимися на ветру, они привлекали всеобщее внимание.

— Хе. Бежать от битвы не в твоём стиле.

— Но я никогда не могла сравниться с тобой в плавании. Наши рефлексы и сила практически одинаковы и всё же… сопротивление воды слишком разнится, так, наверное?

— Ч-что?

Лилиана в своём купальнике действительно была худенькой.

Но одно лишь стройное телосложение не должно было стать причиной подобных результатов. Восточноевропейская девушка была такой тоненькой, что, казалось, сломается, если обнять её посильнее. Несмотря на свою чрезмерную стройность, она обладала чудесными пропорциональными конечностями. Лебединая шея. Черты, словно у феи.

Её стройность и какая-то воздушность в своей совокупности и составляли блеск Лилианы.

Тем не менее…

Её высокохудожественная красота, может, и принадлежала восточноевропейским феям. Но, что касается физической красоты в купальнике и чувственного шарма, Эрика, всё-таки, была на высоте. Светло-коричневый загар, полученный на Сардинии. Выступающая грудь выглядела, словно два спелых фрукта. Бёдра сами собой притягивали взгляды окружающих. Идеальный изгиб ягодиц.

Вдобавок ко всему её изящность ещё более выставляла всё это напоказ.

При этом как-то демонстративно она не себя не вела. Но и от любопытных глаз девушка ничего прятала.

Она блистала просто одним своим присутствием.

Вот такой девушкой была Эрика Бланделли. Даже Юри ослепляло присутствие Эрики.

— Конечно, ты всегда была развита лучше меня! Но это не означает, что я оставлю без внимания то, что ты назвала меня почти плоской!

— Ой, Лили, я всего-то имела в виду, что ты легче меня, — Эрика улыбнулась, словно чертёнок.

Разгневанная Лилиана ещё сильнее распалилась.

Кто-то может подумать, что они довольно близки, но вот среброваласая девушка отрицала это. В любом случае, Лилиана, кажется, не испытывала перед Эрикой никакой робости.

Из-за чего Юри ощущала зависть. Кстати, Эна же ей недавно говорила: «Я не совсем уверена, но разве у них прогресс не таким способом продвигается?»

Явно не только экстравагантная Эрика, но ещё и прямолинейная Лилиана излучали сильнейшую позитивность и уверенность в себе.

По сравнению с этими двумя девушками сама Юри была… И тут она пришла в ужас.

«О чём я только что думала?! Я будто соревновалась за Годо с Эрикой-сан и Лилианой-сан! Нет, не может быть! Мы с Годо просто друзья. Чуть более близкие, чем обычно, и было ещё между нами кое-что, о чём людям не расскажешь, и…»

Раздумывая надо всем этим, Юри ощутила, как в груди у неё возникло любопытное чувство.

Её будто сжало тисками, а где-то внизу живота укоренилось холодное беспокойство плюс одновременно приятная и пугающая надежда; все эти чувства перемешались у неё внутри.

Она вздохнула. При этом кто-то обратился к Юри из-за спины:

— В чём дело, Мария-сан? Тебе плохо? Позвать учителя?

Это была самая миниатюрная девушка в классе шесть, Мияма-сан.

Ростом в 145 сантиметров, да ещё и с детским личиком ко всему прочему.

— А, нет, всё не так, — поспешно отводя взгляд от Эрики и Лилианы, Юри неловко улыбнулась.

Это была воистину неискренняя японская улыбка. В ответ выражение лица Миямы-сан стало хмурым.

— Ну да, даже не задавая никаких вопросов, я могу понять… Но думаю, что это не совсем честно, если ты станешь беспокоиться о подобном. Ты ведь не понимаешь проблем менее удачливых, или, скорее, твои проблемы слишком уж роскошны… В любом случае, слишком нечестно!

— Ми-Мияма-сан? Что ты хотела этим сказать? — запнулась Юри, чувствуя негодование в ответе собеседницы.

В этот момент в беседу вклинилась представительница класса шесть Сава-сан:

— Юри-сан… Мияма-сан хочет сказать, что «Если у них нет хлеба, пусть едят пирожные». «Нехер мне тут ныть», понимаешь? «Как ты смеешь жаловаться, если у самой товар отличный».

Она сверкнула своими очками в красной оправе.

Сава-сан была худышкой; благодаря своим оценкам, она оказалась первой по успеваемости среди своей параллели. Хоть она всего первогодка, драмкружок доверил ей роль главы. И эта девушка вдруг накинулась на Юри.

Она схватила её грудь через полотенце, которым Юри обмоталась поверх купальника!

— Кьяя?!

— Видишь? А как же эти превосходные сиськи? Прямо выпрыгивают из рук, когда пытаешься приласкать их. Они достигли идеального баланса, являясь не слишком большими и не слишком маленькими. Чудесная упругость и мягкость, к тому же, прекрасная форма… В каком-то смысле это лучшее, что может быть. Первоклассный вкус, который есть только у японской говядины. А у той безвкусной иностранной продукции нет ни единого шанса составить конкуренцию! Они чудесны, Мария-сан. Пойдём со мной в драмкружок и нацелимся на вершину…

— П-пожалуйста остановись, Сава-сан. Уб-бери от меня свои руки!

— Сава-сан, ты не должна, успокойся! Если будешь себя так вести, то Мария-сан!..

Несколькими секундами позже. И хотя они обе тяжело дышали по совершенно разным причинам, Юри и Сава успокоились.

Мияма обеспокоенно смотрела на них двоих.

— П-прошу прощения. Увидела отличный сырой материал и просто обязана была пригласить тебя…

— Н-нет, это мне ужасно жаль, что заставила тебя потерять самообладание…

— Да уж, Сава-сан точно иногда в зверя превращается. А, Мария-сан, не думаю, что тебе стоит завидовать другим. Если уж ты беспокоишься, то мне тогда что делать? — пробормотала Мияма, смотря на свою собственную фигуру.

Руки и ноги, словно у ребёнка, выглядят тоже не очень, телосложение как у ученицы младшей школы.

В любом случае, цельный купальник ей не шёл.

Детский был бы лучше. С этими мыслями Юри ощутила укол вины.

Она поняла, насколько оскорбительными были её недавние чувства. Рядом с Юри Сава пыталась утешить Мияму.

— Слушай, Мияма. Есть же такие, как Соримачи из класса пять, которые твердят, что «Именно это и является достоинством!» Не теряй надежды!

— Это уже не смешно! К тому же, из всех ненормальных ещё и Соримачи?!

Юри вдруг стало неспокойно на сердце.

Именно в тот самый момент, как она услышала имя этого парня из класса пять. Разве это ощущение не напоминает откровение от духовного зрения? Она осмотрелась.

Бассейн. Несколько девушек плывут к его противоположному краю.

Возле бассейна. Естественно, кроме одних девушек, там никого не было. Учитель тоже женщина.

Пока Юри беспокойно осматривалась, к ней подошли Эрика и Лилиана.

— Что такое, Юри? Ты как-то странно выглядишь. Случаем, не увидела чего-нибудь?

— Ты уловила какие-то признаки опасности? Мои чувства ничего не говорят, но ты куда более проницательна, чем я. Если хочешь, могу разобраться.

— А, нет. Ничего важного я не ощутила…

Юри кратко описала ситуацию.

Когда она закончила, Эрика сделала один оборот, проверяя окрестности и зафиксировав определённую точку.

— Слушай, Лили. Если бы кто-то попытался совершить нечто неподобающее вблизи этого бассейна, разве эти беспечные ребятки не выбрали бы вон то место?

Возле бассейна колледжа Джонан, который находился прямо напротив здания школы, были высажены сосны.

И с той стороны эта густая линия деревьев закрывала обзор.

Но там, где подобной преграды не было, тоже стояло здание. Деревянное здание старой школы, которое в течение месяца должны были снести. Оно не использовалось уже почти десять лет, и было закрыто…

Именно на него пристально смотрела Эрика.

— Хмм. Просто хочешь, чтобы я проверила, так что нечего тут любезничать. Совсем стыда нет, — бормоча, Лилиана закрыла глаза.

Юри ощутила, как закрытые глаза девушки испустили небольшое количество магической энергии, которая метнулась к старому школьному зданию.

Должно быть, колдовство, которое связывало одно из пяти чувств с удалённым местом. Наверное, просканировала там всё посредством своего «взгляда».

— Нашла. Есть там кое-какие бесполезные личности.

— Ай-яй-яй, какие плохие люди… так что, накажем их?

Когда Лилиана доложила о результатах, Эрика хищно усмехнулась.

Юри неловко наблюдала за тем, как двое магов, которых можно назвать лучшими среди европейских магов их возраста, приняли боевые стойки.

Часть 5

— Проклятье! Творят, что хотят!

Кусанаги Годо наконец-то смог выбраться из-под горы матов в кладовке инвентаря.

Объединённая армия парней из классов пять и шесть втиснулась в это помещение, затащила сюда все маты, взгромоздила их поверх Годо, а затем заперла кладовку.

— Теперь осталось только выбраться отсюда…

Годо пристально посмотрел на дверь кладовки.

Она была заперта. Инструменты или навыки для взлома у него отсутствуют. Из-за чего остаётся прорываться путём попыток выбить дверь собственным телом.

Уничтожать школьное имущество плохо. Если существуют другие возможности, надо воспользоваться ими.

Именно к такому благоразумному заключению пришёл Годо. Но…

Как только он об этом подумал, у него в мыслях возникла определённая картина. На Сардинии он мог видеть, как Эрика не раз дефилировала в своём купальнике. Купальника же Лилианы он не видел, но он точно должен ей очень хорошо идти.

И эти невоспитанные идиоты задумали насладиться данным зрелищем…

По непонятной причине у него внутри закипел гнев. И Годо пересмотрел свои недавние выводы.

Да, чрезвычайные ситуации требуют чрезвычайных решений. И в сложившейся ситуации не обязательно прибегать к безопасному пути решения. Наоборот, это можно будет считать защитой от безразличия. Поэтому Годо решил прорываться силой.

Как раз, когда он завершил освобождать место в кладовке и уже приготовился кинуться на дверь.

— Годо-кун, с тобой всё в порядке? Подожди, сейчас я тебя выпущу.

Он слышал этот голос раньше. Он принадлежал Оно, парню из его класса.

Щёлк, щёлк.

Годо услышал, как поворачивается ключ, после чего дверь открылась, и за ней оказался небольшой паренёк с вьющимися волосами.

— Извини, они спрятали ключ, так что пришлось повозиться.

— Всё нормально, ты действительно помог. Спасибо.

Оно скромно усмехнулся, когда Годо поблагодарил его.

— Естественно, с тремя идиотами пошли не все. Включая меня, около трети осталось здесь.

— И всё же факт налицо, две трети пошли с ними. Это, в общем-то, впечатляет больше.

Подгоняемый Оно, шокированный Годо вышел из кладовки инвентаря. Направляемый гневом, он решил как можно скорее поспешить к бассейну и помешать их планам.

— Годо-кун, ты, случаем, не думаешь им помешать?

— Конечно. Разве я могу так просто это оставить?

— Ясно. Тогда… не стану говорить, что это в благодарность за спасение, но могу ли я попросить, чтобы ты сделал одну вещь?

Смущённый Оно протянул ему миниатюрный цифровой фотоаппарат.

Кстати, Оно ведь состоял в клубе фотографии.

Подумав, что именно поэтому ему было разрешено принести в школу подобную вещь, Годо склонил голову.

— Мм, чего именно ты хочешь?

— На самом деле, мне очень нравятся девушки в очках. Не будет даже преувеличением сказать, что я их люблю. Так что мне интересно, раз уж ты в бассейн идёшь, не мог бы ты по возможности сфотографировать Саву-сан в купальнике? Конечно, подглядывать плохо, но если это случится во время спасения девушек, то, вот оно, да?

— …

— …

Годо резко повернулся спиной к Оно, который смотрел на него словно промокший щенок.

— Ладно, я пошёл. Спасибо за то, что вытащил меня оттуда!

— Кусанаги-кун! Фотоаппарат!

Оставляя умоляющий голос позади себя, Годо рванул к бассейну.

А следующую историю Годо услышал позже.

Под командованием Нанами парни из классов пять и шесть вломились в здание старой школы, которое предназначалось под снос. Всего их было человек пятнадцать.

Нахальные юнцы взломали опечатанную дверь и вошли в здание старой школы.

Заняв третий этаж, они без всякой утайки принялись решительно глазеть на забавляющихся у воды девушек.

Однако бассейн располагался довольно далеко.

Невооружённым глазом деталей рассмотреть не получалось.

Поэтому те, кто в буквальном смысле хотел рассмотреть размеры грудь-талия-бёдра, разработали план. Такаги вспомнил, что у него в сумке есть театральный бинокль, чтобы смотреть спортивные состязания, и понёсся в класс.

В течение его десятиминутного отсутствия остальные ничего поделать не могли, им оставалось лишь ждать.

Без кондиционеров в здании старой школы было жарко, пыльно, а также воняло потом и иными телесными ароматами собравшихся парней.

Наконец, желанный предмет добрался до них, собравшихся в этом недружелюбном окружении. Казалось, будто всё строение возбуждённо дрожит перед открытием райских врат.

Ну а затем здание старой школы с оглушительным грохотом рухнуло.

Годо нёсся к бассейну так, словно от этого его жизнь зависела.

Где они? Где эти идиоты, пытающиеся довольно поглазеть на девушек? С тревогой осматриваясь вокруг, он пытался понять. В этот самый миг до него донёсся ужасающий грохот.

Посмотрев в том направлении, Годо был потрясён.

Деревянное здание старой школы рушилось с громоподобным рёвом.

Стены, балки, полы — все конструкции здания разламывались на мелкие кусочки, дробились и теряли свою форму. Зрелище оказалось довольно захватывающим, будто ускорившееся время заставляло их одномоментно усыхать. Старое дерево с треском крошилось.

А затем изнутри послышались крики.

«Какого чёрта?!» или «Пол! Пол!»

«Бросьте меня, спасите младших сестричек на моём жёстком диске!» или «А я ведь и правда тащился от мико!»

Разумеется, под грудой обломков старого школьного здания оказались погребены парни классов пять и шесть.

Подглядывали они явно оттуда.

Но в данный момент они находились в шоковом состоянии от того, что обнаружили самих себя в эпицентре фильма-катастрофы, где им приходилось сражаться за жизнь, превозмогая боль.

Судя по всему, сейчас парни переживают не самые приятные моменты. Ушибы, царапины — у них даже переломы могут быть. Можно сказать, получили по заслугам, но какие-то крохи жалости к ним Годо всё же испытывал.

Обычно такие сверхъестественные явления сами по себе происходить не должны.

Годо сразу же заметил возле старого здания школы праздношатающихся девушек.

Их обычное трио. Презрительное выражение на лице Эрики выдавало её радость при виде страданий парней, а на лице Лилианы было написано, что справедливость восторжествовала.

Лишь Юри обеспокоенно смотрела на стонущих юнцов.

На этой троице поверх стандартных купальников были надеты либо жакеты, либо обёрнуты полотенца.

— Так и знал, что это ваших рук дело… ну, и чья это была идея?

— Моя. Я просто хотела использовать незначительное воздействие магией «Распыление». Похоже, что это школьное здание действительно старое. Обычно, от того количества магии, что я использовала, полностью разрушаться ничего не должно, — спокойно ответила Эрика прибежавшему Годо.

Он слышал, что она хороша в магии, которая создаёт или преобразует вещи, но столь сильного козыря никак не ожидал.

— По большому счёту, я могу догадаться о том, что здесь произошло, но разве ты слегка не перестаралась, а?

— А что я должна была сделать? Заклинание сработало лучше, чем ожидалось и… разве что-то не так? На этом с наказанием покончено. Месть, которую я задумала изначально, была гораздо более изощрённой, — Эрика радостно продемонстрировала дьявольскую улыбку.

Но не улыбку дьявола, играющегося с людишками. Это была улыбка жестокого, бессердечного дьявола.

— Всё верно, Кусанаги Годо. Кара за грехи, очищение нечистых. Как рыцарь, я тоже собиралась обрушить молот правосудия на это грязное деяние, — лицо Лилианы выглядело сурово.

Храброе, возвышенное выражение рыцаря, который опирается на свои идеалы.

Выражения лиц Эрики и Лилианы представляли собой полную противоположность, но, очевидно, их внутренние убеждения вели их в одном и том же направлении.

Раздумывая над тем, что, так или иначе, эти двое ладят друг с другом, Годо посмотрел на Юри. В отличие от рыцарей, она выглядела так, словно хотела что-то сказать.

— Что такое, Мария? Хочешь мне что-то сказать?

— А, нет. Только вот, мне не даёт покоя одна маленькая вещь…

Из-за своей застенчивости Юри выглядела невероятно мило.

Сверху обёрнутая полотенцем, она суетливо пыталась ускользнуть от взгляда Годо и отворачивала лицо.

— Годо-сан, а может ли быть так, что ты, подобно этим юношам, хотел увидеть нас в к-купальниках?

— Ч…то?

Вопрос оказался неожиданным. А чтобы ещё и Юри его задала…

Растерянный Годо отвёл свой взгляд от купальника совершенно покрасневшей химе-мико.

— Н-нет. С-специально я в этом не заинтересован…

Годо выбрал невинный и безобидный вариант ответа.

К концу фразы он как-то притих, наверное, потому, что знал о своём притворстве. Но какой ещё у него был выбор? Хоть и неумышленно, но он жил в окружении красивых девушек. Он не в том положении, чтобы действовать необдуманно.

— Я-ясно. Всё верно, да! Я рада, что спросила тебя, Годо-сан. Я оказалась права и не зря верила в то, что ты стоишь выше этих плотских желаний!

По лицу Юри было видно, что ей стало легче.

Хорошо. Похоже, провала удалось избежать. И когда Годо уже расслабился…

— Юри, ну что за глупые вопросы ты задаёшь? Да конечно он ещё как заинтересован!

— И хоть мне не хочется этого признавать, но тут я должна согласиться с Эрикой. Она абсолютно права. Мария Юри, наш господин является королём среди королей разврата.

С уверенными минами вклинились два рыцаря.

— Я не забыла ту горячую ночь, что провела с Годо на Сицилии. В ту пору он пожирал глазами моё нагое тело, а затем вообще такая дикость пошла. Я не позволю ему говорить, что он не испытывает интереса к обнажённому женскому телу, — продолжила Эрика, не обращая внимания на удивлённого Годо.

В это же самое время на лице Лилианы проявилась горечь.

— Ты про слухи о том, что происходило в особняке Зампарини? Если бы я там была, то не позволила бы Эрике творить, что вздумается. Кусанаги Годо, если когда-нибудь твои мужские желания захлестнут тебя слишком сильно, прошу, вызывай меня. К-как, как рыцарь, я смогу принести пользу и не потерплю неудачу...

— Т-тогда ведь всё несколько запутанно было, разве нет? И, Лилиана, что ты несёшь?!

После крика Годо посмотрел прямо на Юри. Хоть он и обвёл её вокруг пальца, но после того, как подняли данную тему, всё оказалось напрасно. Как он и предполагал, весь шок Юри отобразился у неё на лице.

— Не… не может быть. Значит, всё-таки, Годо такой же, как и остальные, прямо, как и сказал Эна-сан… М-мне ужасно жаль. Надо разобраться в своих чувствах, так что прошу меня простить, — скороговоркой извинившись, Юри убежала.

Не найдя слов, чтобы её остановить, Годо молча проводил девушку взглядом.

Часть 6

— О, Юри убегает. Эй, Амакасу-сан, о чём они только что говорили?

— И как же я мог услышать? Пожалуйста, не надо меня спрашивать.

Они находились в комнате на седьмом этаже жилого здания.

У них получилось пробраться в почему-то открытую комнату благодаря связям Амакасу.

Из её окна можно было просматривать территорию и здания частного колледжа Джонан.

— Но, Амакасу-сан, разве вы по губам читать не умеете? Вы ж, вроде, ниндзя?

— Не могла бы как-то по-другому это назвать? А то с твоих слов я какой-то подделкой кажусь… может, хотя бы шпионом звать будешь? И хотя по губам читать я не могу, но при помощи дедукции способен понять, о чём беседа.

Они сидели у окна, рядом друг с другом, и смотрели в бинокли.

Оптика идеально показывала бассейн и руины старого здания школы, а также Годо и девушек.

Прямо сейчас Юри убегала от Годо.

— Правда что ли? Ну вы даёте. От правой руки Каору-сан меньшего и не ждёшь.

— Да ладно тебе, когда обладаешь соответствующей информацией и воображением, всё сводится к стандартным умозаключениям. Вероятный сценарий произошедшего таков. Юри сказала что-то типа «Идиот! И ничего ты мне не нравишься, вот так! Я тебя НЕНАВИЖУ!» Готов даже поспорить.

— Что? Не думаю, что Юри из числа тех, кто такое скажет.

— Я просто подумал, что так было бы интереснее, и приукрасил всё в соответствии со своими чаяниями.

— Хмм. Ладно, я решила.

— И что же? Возвращаешься домой?

— Как бы не так. Я решила, что не могу оставить Юри одну. Отныне надо оказать ей поддержку. Так даже веселее будет, в общем.

— И почему у меня такое ощущение, что это крайне плохая идея…

Не обращая внимания на невежливость Амакасу, Эна широко усмехнулась.

Магия заставила здание старой школы моментально рухнуть, словно оно резко превратилось в труху.

Уже по одному только этому заклинанию Эна смогла определить уровень мастерства Эрики Бланделли. И это действительно стоило проведения сегодняшних наблюдений. Она на самом деле великолепна. Достойный враг.

Эна удовлетворённо кивнула и протянула руку к своему металлическому партнёру на полу. Мечу эта битва тоже доставит удовольствие. И победителями в ней выйдут именно они.