Том 1    
Глава 3. Мир, подходящий к концу


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
ricco88
7 мес.
Спасибо.
tetronion
7 мес.
It's Alive!!! It's Alive!!! It's Alive!!! It's Alive!!! It's Alive!!!
sergion
3 г.
Забавная штука. А на иллюстрации без фейспалма не взглянешь особенно на некоторые женские лица

Глава 3. Мир, подходящий к концу

— Послушай, Райнер...

— М-м?

— Тебе не кажется, что в последнее время Сион выглядит не очень?

— Неужели? В последнее время я его почти не видел, так что не знаю.

— Ну ты даёшь. Мы же регулярно собираемся все вместе!

— Открою тебе секрет: на собраниях я обычно сплю.

— Тоже мне, секрет! Ты спишь круглые сутки! Впрочем, дело не в этом, главное, что Сиона, похоже, что-то тревожит. Может, он нам чего-то недоговаривает?

— Кто знает?

— Эй, у твоего товарища неприятности, знаешь ли! Ты мог бы хоть побеспокоиться за него!

— Эх~ Это не наше дело. Мы не можем просто взять и вмешаться в чужую жизнь.

— Ах... ну... наверное, ты прав...

— Вот она, мужская дружба: это когда у тебя есть на кого перевалить свои проблемы. В общем, лень и неохота заморачиваться.

— Что? Вот что ты на самом деле думаешь? Так, с меня хватит. Я-то думала, что ты хоть иногда можешь сказать что-то путное, Райнер. Знаешь, это было даже трогательно! Ну и дура же я!

Итак, вот о чём беседовали Райнер и Кифар на очередном собрании отряда. Класс, в котором засели все шестеро сокомандников, был тесным и узким, поэтому спор неугомонной парочки ненароком слышали все остальные... включая самого Сиона. Здесь нет ничего удивительного: в пылу пререканий Райнер и Кифар обыкновенно не замечали никого и ничего вокруг.

Сион натянуто улыбнулся.

— В самом деле, я так плохо выгляжу? — спросил он Тайла, Тони и Файлу, которые сидели рядом.

Все трое синхронно кивнули.

— Что происходит, Сион? — поинтересовался Тайл. — Тебя что-то беспокоит?

— Если мы можем помочь, — добавил Тони, — так поделись с нами, мы и так теряемся в догадках.

Глаза Файлы мечтательно заблестели сквозь стёкла очков:

— Вот именно! Может, у тебя проблемы в личной жизни? Речь о романтике? Да?

— ОЙ! — раздалось вдруг позади. — Кифар, ты чего дерёшься?

— То есть ты утверждаешь, что его внешний вид тебя не интересует, потому что он не девушка? Так?!

— Да когда я такое сказал?! Да взять хоть тебя, ты разве не засматриваешься на парн... А-АЙ! БОЛЬНО! ОТПУСТИ МОЁ ГОРЛО! СДАЮСЬ, СДАЮСЬ! ПОЩАДИ!.. АХ!

Бурную сцену ревности на задней парте Сион начисто проигнорировал. Вместо этого он заявил Тайлу и остальным:

— Всё в порядке, это всего лишь недосып. В этом месяце, не скрою, поспать редко удавалось... но скоро всё наладится. Можете за меня не беспокоиться...

— У тебя появилась девушка, да? — прервала его Файла. — Подружка? Потому ты недосыпаешь?

Неужели голова этой девицы забита только любовными отношениями?..

— Не может быть, Сион! — скривился Тайл. — Ты что, правда скрыл от нас такое? Ну, и что мы будем делать с ним, Тони?

— Предатель должен умереть! — размахивал кулаками тот. Разговор зашёл в тупик; казалось, Сиону вот-вот перепадёт от излишне впечатлительного однокурсника... Однако все понимали, что Тони всего лишь шутил.

— Аха-ха! Нет, ну что вы! Однако, я смотрю, что заставил вас зря поволноваться. Что, такое ли у меня лицо? Тогда выйду-ка я умыться.

Избегая дальнейших расспросов, Сион под благовидным предлогом вышел из класса.

В туалете он сполоснул лицо в раковине, чтобы немного взбодриться.

— Бр-р. Ну и что, что я плохо сплю? Всё равно мне больше не на кого положиться, — пробормотал Сион, вздыхая и думая о том, что вот уже много ночей он не мог уснуть, и в этом не было его вины.

•••

Вот, к примеру, однажды ночью Сион засиделся в библиотеке глубоко за полночь, и когда вернулся к себе в комнату, то сразу рухнул на кровать. Только он собрался вырубиться, как...

БАМ!

Сверху, на потолке, что-то загрохотало. Звук был слишком громким для, например, рассыхающейся древесины. Кто-то был в комнате, кроме Сиона, и тот мгновенно приготовился к бою. Что это? Кто здесь? Он ведь, войдя, никого не заметил...

Неужели снова наёмники?

— Чёрт возьми... — прошипел юноша, понимая, что если рядом и впрямь убийца, то — явный профи. Сумел так хорошо спрятаться от жертвы в её маленькой комнатёнке!

Вообще страх потеряли.

Будь это тот убийца, из переулка, может, Сион и смог бы его одолеть один на один. Но ведь этот пробрался на территорию академии! Его совсем не волнует, что его могут увидеть люди!

— Ну, давай же, — оскалился Сион, изготовишись, напрягши извилины.

Одна из панелей потолка вдруг отодвинулась, и из дыры глянуло на Сиона девичье личико.

— Ку-ку! Это Ирис! — прозвенел голосок.

Глядя на такое дело, Сион потерял дар речи. Шок стоил ему всех оставшихся сил.

— Эх... так значит, это Ирис... Отлично прячешься, что сказать... Наверняка, любой враг тебе нипочём... — Бормоча, Астал сел на кровать, вне себя от переутомления.

Ирис, впрочем, его ответ не заботил. Вниз головой она висела в проделанной ею дыре и весело щебетала:

— Братец Сион, я не могу уснуть. Ночка-ноченька наступила! Давай быстрее, быстрее, а то Ирис всё ждёт и ждёт!

— А? Чего «быстрее»? — переспросил тот. Несмотря на недетское время, малышка и не думала уходить на боковую.

— Ирис всё известно! Когда уже братец Сион превратится в зверя? Сестрица сказала, что по ночам ты становишься больши-и-им зверюгой! Покажи! Покажи зверя!

— ...зверя...

Всю оставшуюся ночь Астал потратил на то, чтобы объяснить Ирис: нет, мужчины не умеют превращаться в зверей, ни ночью, ни когда-либо ещё. Выдохся так, словно босиком пересёк пустыню, зато до самого рассвета было чем заняться.

•••

На вторую ночь...

БАМ!

Сверху по-прежнему кто-то шумел. Теперь из дыры меж досок на Сиона, возвратившегося в опочивальню, глядела бесчувственная красавица.

— Вчера тебе удалось скрыть свою истинную природу. Ты погубил наш план. Если бы только твой плотский позыв превратил тебя в страшного зверя, я бы выбралась из-под кровати и убила тебя прежде, чем ты напал бы на Ирис.

— Что? Вы прятались под кроватью?

— Минут пять, не больше. Что ж, можешь ложиться спать. Мне не терпится поужинать данго, которое я купила. Не хочу тратить на тебя время.

Сказав это, Феррис юркнула в отверстие в потолке. Панель живо встала на своё место.

Холодные глаза созерцали Сиона сквозь зазор между досками.

С потолка доносилось чавканье.

— ...усну я теперь, как же...

•••

— Ку-ку! Вот и Ирис!

Пытка длилась не меньше недели. Сион на полном серьёзе подозревал, что если его не убьют враги, то это непременно сделает недостаток сна.

Привычка, однако, вещь неумолимая. Краткий перерыв от рассвета, когда Ирис прекращала болтать, и до побудки Сион теперь почитал за вполне полноценный отдых.

Хотя долго так продолжаться точно не могло.

•••

Да и хватит об этом.

Отирая лицо полотенцем, Сион предвкушал:

— Сегодня я наконец-то высплюсь...

Спустя месяц вынюхивания и выведывания Феррис и Ирис, наконец, удалось напасть на след сионова недоброжелателя. Некая сомнительная личность определённо следила ночами за юношей.

Сёстры Эрис немедленно занялись этим подозрительным человеком. Враг явно был настороже, так что близко подобраться к нему пока не удавалось... однако, это вопрос времени.

«Попались, наконец...» — Сион прищурился, глаза его блеснули злорадством и своеволием.

— Больше я не стану убегать, — процедил он. — Я поднимусь с колен. И всех, кто осмелится встать на моём пути... я уничтожу без всякой жалости.

— А-А-А-А! ПОМОГИТЕ, УБИВАЮТ!.. — Истошный крик Райнера раздался очень кстати.

Сион, очнувшись от тяжких мыслей, испуганно оглянулся. Дверь класса, ведущая во двор, была приотворена; Райнер валялся в проходе и выл, не меняя, однако, заспанной мины:

— КИФАР УБЬЁТ МЕНЯ, СИОН! ПОМОГИ!

Ноллес сидела верхом на юноше, с наслаждением стискивая его горло, и тараторила: «Говоришь, я заглядываюсь? Я заглядываюсь?!» У Сиона отлегло от сердца, он усмехнулся, глядя на них.

— Вы двое так хорошо ладите... Какая страсть...

— Эй! — Девушка зарделась: — Ч-чего ты опять, Сион? Мы не пара! И хватит уже... смущать меня! Верно, Райнер?

Однако, даже всё отрицая, она не смогла скрыть счастливого вида. Сион рассмеялся. Райнер тем временем изобразил глубокий обморок, пустив пену изо рта. Волноваться за него никто и не думал: наверняка, бедолагу всего лишь сморило сном — в который уже раз.

На улице вокруг шумной парочки вмиг собралась толпа студентов. «Не поддавайся ей!» — болели одни; «Сделай его!» — возражали другие. Сион видел, что все они были веселы, полны жизнелюбия... ненависти и вражде среди них не было места. Как и войне. Как и смерти.

Мир и покой. Школьные будни блаженны... и настолько обыденны, что нагоняют тоску.

Всякий раз, когда Сион сталкивался с такой вот обыденностью, ему в голову невольно приходило, что его замыслы, его планы... бессмысленны. Грёзы об отмщении бессердечным братьям, о вожделенной короне... Их воплощение будет стоить жизни очень и очень многим. Так ли они необходимы Сиону? Если подумать, то у него есть всё. У него есть друзья, с которыми можно смеяться, ругаться, мириться... Чего ещё можно желать?

Может быть, месть и корона не так уж ему и нужны?

Золотые глаза глянули в небо.

— Мне нужно...

— Господин Сион! — крикнули вдруг.

Нескольких людей Сиона, как известно, распределили по другим отрядам... но сейчас они, охваченные ужасом, бежали к нему.

— Г-господин Сион! Пришла беда! Конец! Нам всем конец!

Райнер и Кифар внезапно заткнулись. Хотя нет. Райнер вот уже минут десять как дрых.

— Спокойно, Ролл. — Сион, видя, что союзники вне себя от волнения, произнёс это очень мягко. — Что случилось?

Ролл, однако, никак не мог взять себя в руки. Мало того — его товарищи сеяли настоящую панику:

— СИОН, ЧТО ЖЕ ДЕЛАТЬ?! М-МЫ ВСЕ ПОГИБНЕМ! ЗАЧЕМ, ЗАЧЕМ ОНИ?!

В этом гвалте Сион ничего не мог разобрать.

— ТИХО! — рявкнул он.

Толпа онемела. Сион очень надеялся, что минута тишины поможет людям обрести разум.

— Говори, Ролл, — кивнул он, отбросив прежний вежливый тон. — Всем остальным — успокоиться! Что произошло?

Присутствие сеньора[✱]Сеньор (лат.) — то же, что и «господин» для тех, кто находится от сеньора в личной зависимости. помогло Роллу собраться. Дрожащим голосом он сообщил:

— Только что... королевство Эстабул вторглось на территорию Роланда... Война начинается снова... Война... Господин Сион, что же теперь будет? Всех нас отправят воевать...

— КАК ЖЕ ТАК?! — Файла была перепугана до смерти, её друзья, Тайл и Тони, разом побелели.

Кифар молчала, вцепившись в форменный воротник спящего Райнера.

Студентами овладело потрясение. Война начинается снова, и её уже не остановить. Вот-вот монарх объявит о начале сражений... им не будет конца...

Сион закрыл глаза.

Теперь он знал, что в империи ничего само не наладится. Потому что в это тяжёлое время её возглавляет полный идиот.

«Раз так, то я стану королём! И мне не важно, скольким придётся пожертвовать ради этого! Если понадобится, я даже убью...»

Распахнув глаза, Сион заметил, что Райнер уже не спит. Или он всего лишь притворялся? Ведь в глазах его не было ни намёка на дрёму. Теперь Сион видел в них пустоту... какой прежде не видывал.

•••

По всей империи объявлено о прекращении мира. Официальный повод — вероломное нарушение роландской границы королевством Эстабул. Но какова настоящая причина?

В Эстабуле выдался сезон проливных дождей, эстабульские реки вышли из берегов. Страна ощутила острую нехватку продовольствия, и король Роланда счёл момент очень удобным, чтобы добить давнего врага. Эстабул, в свою очередь, нацелился на облегчение продовольственного кризиса за счёт захвата новых территорий.

Теперь, ввиду разгоревшегося конфликта, о прежнем сотрудничестве не может быть и речи. Война начинается снова.

Война начинается.

•••

Удивительно тихо было в академии этой ночью. Прежде гомон и шум в коридорах не смолкал круглые сутки, не давая Райнеру спать, но сегодня стояла полная тишина.

Райнер лежал, тупо вперившись взглядом в потолок. Зловещая тишина мешала ему думать.

Кроме кровати, в его комнате не было ничего... хотя так ли уж ничего? Обзавестись мебелью юноше мешала природная лень, но вот Кифар, приходя в гости, то и дело оставляла какое-то барахло, заполонившее в итоге всё помещение. Теперь вокруг Райнера круглые сутки царил бардак — уборку он находил пустой тратой времени.

— Лучше посплю... — решил он, устав бездумно созерцать потолок.

Да, ничего тут не поделаешь, от войны никуда не денешься. Все эти перевороты и реформы лучше оставить Сиону. Ему, Райнеру, даже думать об этом не хочется.

К тому же... мир с самого его рождения болен умиранием. Какой-то Райнер тут ничего не изменит.

— А-ах~ придумали докуку... — Он закрыл глаза, бормоча: — Будто им и без того нечем заняться. Кому вообще нужны все эти завоевания? Спали б себе спокойно — разве этого мало для счастья?

— Ты прав... — услышал он голос Кифар.

Райнера, впрочем, появление Ноллес не напрягало. Не выгонять же её?

— Райнер... — позвала она.

— М?

— Ты... поражаешь, Райнер. Как тебе удаётся оставаться таким спокойным? Тебе ни капельки не страшно? Нас вот-вот отошлют сражаться... Тебя совсем не пугает, что все мы, быть может, погибнем?

Он приоткрыл глаза, сонно глядя на девушку: Кифар тряслась от страха. Что вовсе не удивительно. Тренировки тренировками, но столкнуться нос к носу с реальностью — это совсем другое. Семь мирных лет длились слишком долго; теперь угроза следует за ними по пятам.

Семь лет покоя длились слишком долго.

— Райнер... Если ты боишься, — продолжала Кифар, — то так и скажи!.. Если ты устал — просто скажи, что ты устал... Разве это сложно? Почему ты ведёшь себя, словно чужой? Я всегда... всегда одна...

Кифар вдруг разрыдалась перед ним.

— Я боюсь... я боюсь войны... Меня пугают смерти... Но больше всего я боюсь... — Она сделала глубокий вдох и, поколебавшись, произнесла: — Я боюсь, что ты погибнешь.

В комнате воцарилась тишина.

Теперь даже до тугодума Люта дошло.

Она напугана, боится войны и... беспокоится за него, Райнера.

Но он молчал. Так и не ответил искренним её чувствам.

Потому что не был вправе ответить. С самого первого дня он не имел права сближаться с кем-либо... Потому что его глаза... они клеймили его.

— Ах, нет! Я совсем не это имела в виду! — вдруг принялась оправдываться Кифар. — Я не о том! Просто... у тебя ужасная успеваемость, и... Эта война, Райнер, для тебя намного опаснее, чем для меня или для остальных... так что... так что я надеюсь, что у тебя есть шанс спастись. Ты должен бежать, Райнер. Академия, я уверена, освободит тебя от призыва... Мне тяжело говорить это... Но я...

Тут Райнер поднял на неё сонные глаза:

— В самом деле, Кифар... не стоит так сильно переживать. Не помру я. Даже не собираюсь. Согласись, смерть — штука болезненная... а страдать я не подписывался. И помирать — не согласен.

— Недурно сказано, — произнёс ещё один голос. — Страшиться гибели — смешно. Эту войну мы переживём. Райнер, Кифар, друзья мои — нам ничего не угрожает.

Это был Сион, он стоял за спиной у Кифар.

— Я принял меры, — продолжал он. — Моих людей напрявят в нужную эскадру, нас забросят на окраины, и маловероятно, что боевые действия затронут нас.

С этими словами Астал вошёл в спальню; за ним по пятам следовали Тайл, Тони и Файла.

— Я же говорил, ребята, — Тайл вновь улыбался уверенно и искренне, — держитесь Сиона и всё будет хорошо.

— Похоже на то, — поддакнул Тони. — Удивил, ничего не скажешь. Кто бы мог подумать, что у него такие связи в штабе?

Глаза Файлы были красны, но она уже не плакала. Девушка погладила плечо Кифар:

— Мы не умрём. Успеешь наплакаться, Кифар. У нас впереди ещё целая жизнь.

Сион недолго смотрел на Райнера, прежде чем шепнуть:

— Я же говорил: быть в числе моего окружения — весьма выгодная сделка.

Лют равнодушно пожал плечами и повернулся взглянуть на Кифар. Отчего-то подруга по-прежнему выглядела подавленной — единственная среди них.

•••

Сион и Феррис встретились в саду поместья Эрис. Ирис была с ними, но целиком и полностью была занята игрой: старшая сестра раз за разом бросала вдаль мячик, за ним-то младшая и гонялась. Игра была несколько однообразной, но девочка казалась весьма довольной — вон с каким рвением бросилась за мячом, который улетел на расстояние просто невообразимое.

Но отвлечёмся от Ирис.

— Так как обстоят дела? — поинтересовался Сион у своей спутницы.

Феррис отведала принесённого гостем данго и ответила:

— Весьма неплохо. Вероятно, угроза войны заставила неприятеля зашевелиться. Его последние передвижения показались хаотичными. Полагаю, скоро нам станет известно имя заговорщика.

— В самом деле?

— Сестрица, я принесла мячик! — Рядом с ними очутилась вымокшая до нитки радостная Ирис с мячом в руках. — Он укатился в озеро, и мне пришлось нырнуть, чтобы его достать! Как тебе? Я шустрая, да? Я умница, да?

— Умница, Ирис, — кивнула Феррис, получая мяч. — Но постарайся в следующий раз управиться быстрее.

И она метнула игрушку снова: сила в её руках была немереная, и мяч мгновенно исчез из виду. Если по правде — вообще с концами, и вряд ли кому-нибудь теперь удастся его отыскать.

Но Ирис лишь сильнее загорелась:

— Хочешь посмотреть, как быстро найдёт его Ирис?..

Вмиг малышка рванула следом — только пятки сверкали.

— А ты, Сион, — мечница вернулась к беседе, — тоже собираешься на войну?

— Собираюсь, — кивнул юноша. — Академия уже подготовила приказ о мобилизации. Нас отправляют через пару дней.

— Вот как. — Феррис невидяще смотрела туда, где резвилась сестра.

Между студентом и мечницей воцарилось молчание, длившееся никак не меньше целой минуты.

Глядя на Феррис, сложно было сказать, о чём она думала... но...

— Феррис, — нарушил он тишину, — вы вправду беспокоитесь обо мне?

— Ничуть, — тут же был ответ. — Просто некому будет и дальше снабжать меня данго.

Она ответила ему так быстро, что нельзя было заподозрить её в неискренности. Сион не сдержался и хохотнул.

— Хах, в этом вся вы, Феррис. Значит, вот как? Придётся мне похлопотать, чтобы вы не остались без данго. Попрошу присылать данго к вам домой и...

— Хм. Мне лучше вернуться к слежке за твоим недоброжелателем, — ответила Феррис без выражения. — Я слишком красива, чтобы заниматься такой скучной работой, потому он, злодей, в ответе за мои несчастья, хе-хе-хе.

Отчего редкостная красавица Феррис считала себя несчастной, лучше даже не спрашивать.

Сион заметил, что Ирис на всех порах несётся обратно, и произнёс:

— Целиком полагаюсь на вас. Скоро я вернусь с войны; не бойтесь, я не умру. Я позаботился о том, чтобы меня отправили в безопасное место.

— Всерьёз рассчитываешь на это? Поразительная самоуверенность. — Феррис, похоже, жалела наивного юношу. Сион только отмахнулся: с ней было невозможно общаться иначе.

В этот момент рядом с ними очутилась младшая Эрис:

— Ну что? Ну как? Ирис быстрее всех, правда? Братец Сион, я быстрая-пребыстрая, да?

— Даже чересчур, — кивнул Сион. — Ты просто чудо, Ирис.

— Хе-хе! А я всегда это говорила!

Астал погладил соломенные волосы девочки и улыбнулся:

— Я должен идти. Через два дня наша эскадра выступает. С той поры я очень рассчитываю на вас.

— Ум. Не забудь договориться в данго-лавке.

— Может быть, пожелаете мне удачи?

— Или данго?

— Всё... будем считать, что я ничего не говорил. Ну, мне пора.

С этими словами Сион покинул поместье.

•••

В день отправки небо радовало глаз своей синевой.

Их батальон направлялся к южной границе с Эстабулом, на равнины Роксана. Вместе с Райнером, Кифар, Сионом и остальными его союзниками батальон насчитывал сто двадцать человек.

Они шли воевать — шагали к полю брани, к месту своей гибели... Но дорогой студенты беззаботно переговаривались:

— И всё-таки — как же здорово, что Сион выбрал именно нас!

— Да! Теперь нам никакая война не страшна!

— А вы видели взгляды тех учеников, которых отправляли на передовую? Бедолаги...

— Так или иначе, но нам повезло!

— Может, хватит пустой болтовни?! Будьте серьёзнее, наконец! — прикрикнул на раздухарившихся учеников капитан батальона.

На него, впрочем, никто не обратил внимания: вопль его потонул в общем шуме. И за дело взялся Сион:

— Друзья, нужно вести себя спокойнее. Вряд ли нас затронут боевые действия, но всё же впереди — опасный участок. Лучше будет сохранять бдительность.

И все сто двадцать человек немедленно притихли, двинулись дальше молча. Сион был авторитетом для своих людей, и неудивительно, что его слушали охотнее, чем капитана.

Капитана, кстати, это весьма задело.

— Не нахальничай тут! А ну вперёд, пошли!

— Есть, капитан!

Райнер, шаркая обленившимися ногами, шёл вслед за всеми.

— Райнер...

— М?

— Нет... нет, ничего...

— Да в чём дело-то?

— ...

Райнер подозрительно нахмурился... но в этот момент его подтолкнули в спину, намекая, чтобы он и не думал сбавлять ходу. «Да-да, иду», — пробормотал он в ответ и поплёлся дальше.

Опасный участок действительно был всё ближе.

•••

В ночной темноте пронзительно сверкали две пары синих глаз — бесчувственные и бесхитростные.

Это были Феррис и Ирис. На сей раз они прятались в одной из спален роландского поместья, принадлежавшего знатному роду Самюэль.

— Сестрица!.. — шепнула Ирис. — Вот этот лысый дядя — самый главный заговорщик?

— Верно. Запомни, Ирис: вот так они и выглядят, все эти самые главные заговорщики. Лысые толстые дяди.

Может, мнение Феррис было и предвзятым, но в этом случае она была права: лежащий на кровати мужчина — облысевший и упитанный — был вдохновителем заговора против Сиона. По крайней мере, на это указали Феррис нанятые убийцы: их заказчик, дескать, глава рода Самюэль по имени Брофф.

— Ха-ха-ха! — Глазки Ирис весело блестели. — Вот этот толстячок? Ирис и то умнее! Что мы теперь делаем, сестра? Убьём его? Или, может, сначала пусть расколется?

Семилетней крошке таковые речи подходили мало, что лишний раз свидетельствовало о жутких порядках в семье Эрис.

Но Феррис была довольна своей сестрой.

— Надо выбить из него всё.

— Т-ты! Малявка!.. Я... я глава рода Самюэль! Да как ты смеешь!.. Да ты хоть знаешь, что я с тобой сде... А-а!..

На Броффа, связанного по рукам и ногам, выплеснулось ведро ледяной воды, и вопли того огласили поместье Эрис.

— Во-да! Во-да! Больше, больше! — радостно напевала Ирис, размахивая над жертвой тремя полными ведрами.

Сцена, конечно, та ещё.

Писаная красавица, светловолосая и прекрасная, стояла перед Броффом. Её лицо было прекраснее и холоднее, чем у мраморной статуи, а на поясе — вот странность — виднелся меч.

Феррис смотрела мужчине прямо в глаза.

— Отвечай немедленно — Сион Астал...

— А ты ещё к-кто? — оборвал её Брофф. — Вы знаете, что я могу, и всё равно... У-а!!

Феррис кивнула сестре, и та вылила на злого дворянина ещё одно ведро.

— Д-да что вы... Нет!

Плюх!

— Я ничего не...

Плюх!

— Ты... А-а-а?!

Плюх!

— П-постойте... Не могу дышать!.. Не надо! А-а-а!

Плюх!

— Очень хорошо, Ирис. Достаточно, — ровно произнесла девушка. — Займёмся его ногтями.

— Да, сестрица!

Услышав это, Брофф заметно напрягся:

— П-подождите! Я понял! Всё скажу... Ой! — по-бабьи взвизгнул он.

Свищ! — Феррис, взяв у девочки приготовленные гвозди, метнула их, словно дротики, в пленного. Чудом ни один из пяти гвоздей не задел его — все воткнулись в пол.

Брофф так и побелел.

Взгляд Феррис стал ещё холоднее:

— Надеюсь, ты способен верно оценить ситуацию. Спрошу ещё раз. Покушения на Сиона Астала — твоих рук дело?

— С-Сион Астал? Ты работаешь на Астала?

Следующий гвоздь просвистел возле его лица.

— Ай!

— Вопросы здесь задаю я, — Феррис поигрывала гвоздями, — а вовсе не ты.

— Ты... ты — дикарка, ты... — Брофф продолжал вести свою партию. И потому Феррис отбросила гвозди.

— Вот, значит, как? Жаль. Вряд ли можно иначе сбить с тебя спесь...

Вновь свистнул воздух, когда Феррис выхватила из ножен меч. На серебристом лезвии отражался лунный свет... В сиянии луны и стали девушка казалась самой богиней — не иначе как богом смерти.

— Умри. — Она мучительно медленно занесла меч над головой Броффа.

— Стой! Т-тебе ни к чему меня убивать! Тебя нанял Астал, верно? Он всё равно умрёт, а значит, моя смерть ничего не решит! Так что... так что отпусти меня!

Глаза Феррис опасно сузились, когда она услышала это. Девушка опустила меч, вложила его обратно в ножны.

— Говоришь, Сион всё равно умрёт? Что это значит?

Вдруг Брофф противно усмехнулся, явно решив, что ему удалось избежать немедленной казни:

— Асталу конец. Там, на равнинах Роксана, его ждёт западня! Мы пустили ложные слухи среди эстабульской армии, и сейчас на равнинах батальон академии поджидают пятьдесят магов-рыцарей Эстабула! Всем известно, что сильнее магов-рыцарей нет никого! Они — настоящие чудовища, и одолеть их могут только такие же маги-рыцари! Против них у молокососа Астала с его дружками никаких шансов! Все сгинут! Астал думает, что его везут в безопасное место, и не знает, что там его и прищучат! Хе-хе-хе! Забавно, не правда ли? Среди его товарищей есть и наш соглядатай, хе-хе! Этот глупец всерьёз рассчитывает одолеть нас, когда на самом деле принцы играют с ним, как кошка с мышкой! Хе-хе-хе! — Брофф хохотал в голос. — Астал — всего лишь выб**док из простонародья, и он уже в наших руках, мы убьём его, как паршивого пса. К чему тебе помогать этому сучонку? Может, тебе за всё уплачено, но признайся, ты с ним не из чувства долга, верно? Я заплачу вдвое больше, чем Астал. Я даже сделаю тебя своей любовницей... Личико-то — загляденье, хе-хе-хе... Будь уверена, у меня есть кое-что подлиннее твоего меча... ОХ!

Ладонь Ирис врезалась в мясистый затылок и вырубила Броффа как миленького.

— Извращенец! Не смей так смотреть на мою сестру! — заверещала она. — Я права, сестрёнка?

Ирис обернулась, но Феррис не ответила ей. В глубокой задумчивости она смотрела куда-то вдаль.

— Сестрёнка... Ах, ты переживаешь за братика Сиона?

— Нет. — Феррис покачала белокурой головой.

— Братец Сион умрёт, да? И мы останемся совсем без данго, да?

Но мечница только пробормотала:

— Он упомянул принцев... Люсиль, что же ты делаешь...

Вдруг Феррис ощутила чьё-то присутствие, неприятное чувство охватило её. Она напряглась и, обернувшись, заострившимся взором нашла возникшего как из воздуха человека.

Светловолосый и прекрасный, он стоял спиной к Феррис, глядя в окно на ночное небо. В его позе чудилась расслабленность... и жуть.

— Сегодня луна так красива, Феррис... Я мог только желать, чтобы мы собрались все вместе, втроём, поглядеть на неё.

Это был Люсиль. Его зловещий, горделивый облик озарялся лунным сиянием.

— Брат... Зачем ты здесь?

— Какой холодный приём. Разве нельзя мне насладиться красотой ночи вместе с моими сёстрами?

— Нет, брат! Я терпеть тебя не могу! — вякнула Ирис, отчего-то спрятавшись у Феррис за спиной. — Ты никогда со мной не играешь, только тренироваться требуешь!

— Ха-ха! Значит, ты любишь Феррис больше, не правда ли, Ирис?

— Да! Я люблю сестрёнку!

Девушка легонько погладила младшую сестру, пугливо цеплявшуюся за её доги[✱]Доги (яп.) — тренировочная униформа для занятий боевыми искусствами..

— А в чём причина?

Люсиль медленно обернулся через плечо...

Вмиг мечница ткнула Ирис лицом в свой живот, схватив её за голову.

— М-м! Эй! Зачем! Больно, я... — Ирис трепыхалась, но Феррис безжалостно врезала ей ребром ладони, совсем как Броффу, и девочка потеряла сознание.

Люсиль только улыбнулся:

— Гляжу, ты оберегаешь Ирис, как можешь. Вот почему в её глазах я — отрицательный герой. Тебе не занимать хитрости, Феррис.

Феррис молча буравила брата — это чудовище — своими бесстрастными глазами.

Улыбка его была безобидной.

Но голову Броффу он всё же оторвал, снял её с шеи своей рукой.

— Ты должна ответственнее относиться к своему делу, Феррис. Если оставить этого человека в живых, это ударит по репутации нашего Дома, не правда ли?

Но Феррис оставалась самой собой: равнодушно глядела она на оторванную голову. Увещевания старшего брата её мало заботили.

— Что ты задумал? — просто спросила она. — Настоящий заказчик — принц, и это означает, что Сион — королевской крови. Ты знал это, разве не так?

— Как ты это находишь? — Старший брат усмехнулся в ответ. — Не меня одного увлекает Сион Астал. Кто знает, вернётся ли он со щитом или на щите?

Голова Броффа Самюэля взвилась высоко, подброшенная к потолку.

— Семья Эрис хранит истинного короля, — произнёс Люсиль Эрис.

— Ты сказал... короля?

— Должно быть. Если ему не удастся выбраться из ловушки, значит, для нас он никчёмен. Но вот если ему посчастливится...

Очень медленно Люсиль выпростал руку. Голова, словно шар, упала в его ладонь... и мгновенно растворилась, будто её никогда не бывало. Даже Феррис не могла сказать, как её брат это проделал. Он просто коснулся... и касанием этим заставил исчезнуть.

Люсиль снова взглянул на небо.

— Да. Если он возвратится живым, настанет мой черёд действовать. Я поддержу его, и буду поддерживать до той поры, пока он не перестанет меня устраивать... что скажешь, Феррис? Разве это не интересно?

— М... Полагаю, пятьдесят магов-рыцарей никому не по зубам.

— Мне — вполне.

— Сион не ты.

— Это верно, не я. Признаться, я нахожу его способности довольно скромными. Но это не мешает мне ожидать от него... иного. Его участь — быть на плаву даже в сильный шторм. Однажды ты спасла ему жизнь, Феррис. Однажды и я едва не убил его — но не убил. Ха-ха-ха... Ты не находишь это любопытным?

— Нисколько.

Феррис, подхватив на руки бесчувственную сестру, повернулась спиной к Люсилю и пошла прочь.

— Брат, меня это не касается. Главой Дома был и остаёшься ты.

— Хе-хе-хе, Феррис, ты сурова, как никогда. Или тебя не заботит вовсе, цел Сион или нет?

— Вовсе не заботит, — даже не обернулась девушка.

— Что ж, это видно — ухмыльнулся Люсиль. — Такова твоя натура. И всё же ты помогла ему в прошлом. Хе-хе... это интересно. Чересчур интересно.

Небо светлело на глазах, заканчивалась ночь. Наутро Сион и его товарищи окажутся в самой гуще схватки.

Сможет ли он вернуться оттуда живым? Или его судьба — лечь в землю вместе со всеми?

— Если он — действительно избранный... — бормотала Феррис. — Впрочем, это не моё дело.