Глава 10: Платье

Глава 10: Платье

Выходной.

В первую половину дня Саю была на работе, а я обычно в таких случаях спал, но сегодня всё было иначе.

Я проснулся, услышав, как она ушла, потому и встал.

Бросив взгляд на накрытую тарелку на столе, я пошёл в ванную и умыл лицо.

После пробуждения я испытал голод и снял плёнку с завтрака, приготовленного Саю.

Капли воды стали падать с плёнки на стол, а на тарелке были ещё теплые яичница с зелёным луком и сосиски.

Она приготовила перед выходом из дома, так что скорее всего еда не простояла даже десяти минут.

Испытав счастье от того, что еда не остыла, я наложил рис в свою чашку и сел за стол.

— Приятного аппетита, — сведя руки, я приступил к еде.

То, что готовила Саю, как и всегда было вкусно.

После еды я помыл тарелку, лёг на кровать и включил ноутбук.

Я открыл новостной сайт и стал просматривать скандалы среди знаменитостей и мировые новости, когда краем глаза заприметил рекламу.

«Этот вкус особенный».

Со словами была большая кружка с пивом.

Хмыкнув, я щёлкнул на рекламу.

В рекламе пива всегда пишут «особенный» или «совсем иной вкус». Что там другого кроме самой рекламы, я вообще не понимаю. Когда пишут, что оно горькое, солёное или ещё что-то, любой мужик попробовать захочет.

Так ведь и есть.

Крупным шрифтом написали, что вкусно, и разместили изображение вспотевшей пивной кружки, я даже сглотнул от такого.

— Хм... — вырвалось у меня.

Я посмотрел на часы, было всего десять.

Выпить пиво с утра в выходной.

Есть ли что-то лучше? Нет, ничего.

Стоило подумать об этом, как леность улетучилась, и я лёгкой поступью направился к шкафу. Взяв рубашку и брюки, я оделся.

Я встал перед зеркалом, расчесался и побрился.

После взял кошелёк и ключи и вышел на улицу, уже близка была осень, но на улице стояла высокая влажность, и я нахмурился.

— Как бесит эта духота.

Я запер дверь и направился к магазину у станции.

Я явно набрал слишком много.

В правой руке я держал увесистый пакет, волочился домой и испытывая лёгкое сожаление.

Ну, я так возбудился, когда увидел столько нового баночного пива, и в итоге конечно набрал целую кучу.

Человек, способный оставаться спокойным в такой ситуации, и не пошёл бы специально в магазин у станции, чтобы в выходной пивка взять.

Это была явно спонтанная покупка, и, истекая потом, я шёл домой и думал, как будет злиться Саю, когда откроет холодильник.

Надо бы опустошить часть банок до того, как она вернётся... Думая, я шёл, когда услышал непривычный звук и посмотрел, откуда он исходил.

Это был скрип металла. Он разносился из парка по левую руку от меня. Вообще предполагается, что такие места оборудуют для того, чтобы там играли дети, но что-то я их там не видел.

А скрип исходил от качелей.

Остановившись, я посмотрел на них.

На них катался не маленький ребёнок, а девушка в обычной одежде, по возрасту старшеклассница.

И она показалась мне знакомой, так что я зашёл в парк.

Крашенные светлые волосы и загорелая кожа.

— Чем ты тут занимаешься? — спросил я, и отрешённая девушка удивилась и посмотрела на меня.

— Й-Йосидатти.

— Что за покатушки на качелях? — спросил я у Асами, открывшей от удивления рот, а она скривилась:

— М-мне тоже иногда покататься хочется.

— Только что-то ты не особо стараешься.

— Помолчи. И ты сам нечасто в выходной куда-то выходишь... — говоря, она бросила взгляд на мой пакет с пивом. — ... Понятно.

— Эй, не смотри на меня как на старого алкаша. Я обычно так много не беру.

— Я ничего и не говорила, — сказала она и слегка смягчилась, и мне самому стало легче.

Я заметил, что на качелях была Асами, причём вела она себя не как обычно. Настроение у неё было мрачным.

Иногда по ней не понятно, о чём она думает, но настолько мрачной я видел её впервые.

И выглядела она не так, как обычно.

Я смотрел на неё, пытаясь понять несоответствие, и догаладся, в чём дело.

— ... А, повседневная одежда.

— А, что? — Асами с подозрением посмотрела на меня, а я опёрся на заборчик вокруг качелей и ответил:

— Да так... Подумал, что впервые вижу тебя в такой одежде.

На лице девушки появилась озадаченность, она посмотрела на свою одежду и стала прикрываться руками, будто защищаясь.

— Н-не пялься...

— Почему?

— Я первое, что попалось надела, — слегка смутившись, она прикусила губу.

На ней было белое платье по колено, вышитое оборками.

Как по мне, на первое, что попалось, это не походило.

— Мне... — внезапно заговорила она.

Девушка подняла взгляд и посмотрела мне в глаза.

— Мне не идёт, ты ведь так думаешь.

— Когда просят не смотреть, хотят мнение узнать...

— Знаю, и мне такое не идёт...

— Я этого не говорил.

После пары слов Асами снова замолчала.

Всё же она сегодня выглядит более нагруженной.

— ... Что-то случилось? — спросил я, а она крепче сжала цепи качелей.

— ... Ну, немного.

— Вот как.

Я подумал спросить, что именно, но молчал.

Думал, что она сама начнёт говорить. А если не захочет, то и спрашивать не буду.

Я посмотрел вверх на до ужаса голубое небо. Облаков почти не было, светлое небо прямо как с картинки.

Тут мне в голову пришло: «А почему бы сейчас не выпить», — и я вытащил из пакета банку.

— Пить собрался.

— Хочу и пью.

Асами упрекнула, но так безразлично, что было ясно, что её это не волнует, а я открыл банку и отпил. Слегка нагрелось, но вкус терпкий, к тому же довольно газированное.

— ... Ах, — выдохнул я, а Асами усмехнулась.

— Прямо как старик.

— Для старшеклассницы я и правда старик.

После моего ответа она захихикала, а потом тихо вздохнула.

— Йосидатти.

— М?

Она обратилась ко мне под скрип качелей.

И вот заговорила.

— Хочу поскорее стать взрослой.

Я не знал, что ответить, потому молча продолжал пить.

Вкус хмеля щекотал нос и горчил горло.

— Взрослым быть хорошо, — сказал я и ощутил на себе взгляд Асами. — За все свои поступки сам отвечаешь. Как бы сказать... Ты куда свободнее ребёнка.

За всех не скажу. Но я сам решаю, как поступить, и это для меня свобода.

Мне никто этого не говорил, я сам так решил.

Я принимаю решения и живу дальше.

Это окрыляет.

— Однако... — я снова отпил. Банка становилась всё легче.

Асами смотрела на меня и ждала, что я ещё скажу.

Я оторвался от банки, запах хмеля перестал щекотать нос, и вот я сказал:

— Свобода... Это одиночество.

После этих слов глаза Асами округлились.

— Когда вырастишь, поймёшь: «А, вот теперь дальше идти придётся одному». И будешь вспоминать, что тебе говорили родители и учителя. Будешь хотеть, чтобы о тебе снова заботились. Захочешь вернуться в школу, — продолжая, я усмехнулся. До того, как появилась Саю, я иногда думал о том, что было бы неплохо вернуться в школу. — Но... Назад в школу уже не вернуться, — сказал я, а Асами посмотрела мне прямо в глаза.

Мы смотрели друг другу в глаза, и взгляд её был слегка необычен. Он был любознательным, и в глазах горел огонь, впитывающий мои слова.

— Так что быть взрослым здорово... Но пока не вырос, лучше побыть ребёнком, — договорил я и снова отпил пиво.

Пил я много во время разговора, так что первую банку допил. Я потряс её, слыша, как скрипят качели.

— Йосидатти, — качаясь, заговорила девушка и посмотрела на меня.

Только случилось всё не вовремя, из-за того, что она качалась, её платье развевалось, и я увидел бельё.

«Светло-зелёные», — подумал я и отвёл взгляд.

— Ты прямо как учитель.

— А? Учитель?

— Да, как школьный учитель. Ха-ха, прикольно.

— Нет, с детишками мне слишком сложно.

В ответ мне она рассмеялась и спрыгнула с качелей.

— Будь ты моим классным, я бы влюбилась.

— А? — вырвалось у меня, а девушка направилась к выходу из парка.

— Эй, ты уходишь?

— Ага, уже задница болит на твёрдых качелях сидеть.

— Не подобает девушке так говорить...

Асами захихикала и повернулась ко мне, в этот раз её улыбка была немного мягче, чем обычно.

— Йосидатти, спасибки.

— ... Ага.

Почему-то стало неловко, я отвёл взгляд от неё и кивнул.

О чём хотел сказать, сказал, и теперь провожал взглядом Асами, но тут вспомнил о том, что всё же не сказал.

— Эй! Асами! — я позвал, когда она уже почти покинула парк, и девушка обернулась.

— Что?

Почесав нос, я сказал:

— Это платье тебе очень идёт!

Я не видел, как поменялось выражение на её лице, но на несколько секунд она застыла, посмотрела на свою одежду, а потом подняла голову.

— Замолчи, дурак! — скрывая смущение, ответила она, я же подумал, что эти слова вполне в её духе, и прыснул.

Размахивая руками, она ещё быстрее покинула парк.

Проводив её, я посмотрел на качели, где сидела до недавнего времени девушка.

Я уже нагулялся, потому присел.

Я медленно стал раскачиваться, понимая, что большой и тяжёлый дядька.

— ... Что взрослым, что детям нелегко, — пробормотал я и поднялся.

Ни Саю, ни Асами не улыбаются невинно. У каждой свои причины для мук. Но надо дальше жить, и переложить свои тягости на другого не получится.

— ... Пойду пить, — взяв тяжёлый пакет, я пошёл домой.

— ... И всё же.

Я вспомнил то, что увидел, и тихо пробормотал.

— Светло-зелёные трусики под белым платьем... Довольно неплохо.

Услышь кто-то, мне несдобровать.