Том 7    
Глава 3 — Орудие Разума


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
lfypfy_qwerty
2 г.
В fb2 главы отсутствуют.

Глава 3 — Орудие Разума

…Но тот, кого спровоцировали и задели за живое обидой, должен укрепить себя орудием разума против яростного аппетита мести, и, после большой битвы, овладеть собственной волей, добившись, таким образом, куда большего.
Мишель Монтень, «Опыты»

Двери захлопнулись.

Сион подскочил и осмотрелся. Перед ним простирались бирюзовые стены и бирюзовый коридор. Пол был сделан из гладкого глянцевого материала, отполированного до безупречного блеска, чем напоминал о больничной стерильности.

Но, в отличие от больницы, здесь не было окон или дверей.

Ему казалось, что его закрыли в прочном ящике. Нет, это не походило на ящик — это и было ящиком, запечатанным ящиком. Между тем местом, где он стоял, и крылом с заключенными было три барьера. Когда все они опускались, ящик делился на несколько герметичных отсеков.

Эти отсеки должны были ловить сбежавших заключенных, если вообще не на месте их казнить.

Барьеры, далекие от обычных стен, были сделаны так, что находились под высоким напряжением. Этот красивый цвет, близкий к индиго, был цветом расправы.

Зазвучал сигнал тревоги.

Барьеры начали опускаться.

— Нэдзуми, беги. Мы проскочим.

Нэдзуми оттолкнулся от земли. Они проскочили первый барьер. Второй наполовину опустился; третий преодолел две трети пути до пола.

— Почему?

Сион и Нэдзуми достигли конца коридора к тому моменту, как третий барьер полностью закрылся.

— Почему, Сион? — спросил Нэдзуми. — Почему эти барьеры такие медленные? С их-то скоростью, прорываться через них легко.

— Наверное… это легко… для тебя… — выдохнул Сион. Его сердце протестовало против пробежек по всему коридору одним рывком. Он не мог дышать. Для него это было совсем нелегко — он был почти на пределе. Если бы барьеры опустились секундой раньше, Сион оказался бы между барьером и полом, ему переломило бы пополам спину.

— Но в такой скорости нет никакого смысла. В чем дело?

— Это происшествие… это благодаря… шумихе из-за запаха…

— Ты о чем?

— Я скопировал и отослал… экстренный сигнал, записанный компьютером на третьем этаже… в систему контроля четвертого этажа. Вместе с сигналом деактивации. Сразу после того, как нас засекут датчики… они снова сообщат об этом системе оповещения. Активация. Деактивация и реактивация…

— Понятно. Это займет какое-то время. Не знаю, как ты только успел это сделать так быстро. На третьем и четвертом этажах ведь разные системы стоят?

— …Ага, ну, я справился.

Сион не ожидал, что все так хорошо пройдет. Он решил, что попытка не пытка и попробовал, но и сам был удивлен, что такой простой обман сработает против передовой системы защиты.

Почти как если бы к этому приложил руку Бог.

Рука Бога?

Кто-то помог нам?

Абсурд, такого бы не случилось. Но…

Сион.

Я слышал голос, зовущий меня по имени. Всего на миг. Этот голос… Сафу?

Не может быть, мне просто послышалось.

Нэдзуми прищурился. Острый блеск его глаз стал ярче.

— А двери, к которым мы направляемся?

— Стена впереди, дальше справа.

Нэдзуми пробежался рукой по стене.

— О, здесь, — она почти не отличалась от бирюзовых стен, но на ней была маленькая трещина. — Здесь нет никаких ручек или датчиков. Как ее открыть?

Да, ручек или датчиков не было. И поскольку система управления, контролируемая компьютером, была закончена, этой дверью перестали пользоваться, и она потеряла всякий смысл.

— На ней, наверное, старомодный замок, — предположил Сион.

— Боже-боже. Как беспечно с их стороны.

Никто не смог бы зайти так далеко без рабочего идентификационного чипа. А если бы и смог, дверь все равно никто бы не заметил. Так решил Номер 6, и это было его ошибкой.

— Значит, мы сможем открыть ее довольно легко. Ах… все, как ты и сказал. Здесь отверстие для ключа. Похоже, ее легко взломать.

— Справишься, Нэдзуми?

— Наверное. Не могу допустить, чтобы вся слава тебе досталась. Но перед этим, думаю, нам придется разобраться вон с теми.

— А?

Сион попытался повернуться, но вместо этого его толкнули в плечо. Он пошатнулся.

Пэ-энг.

Луч мелькнул перед глазами Сиона, ударил в стену и оставил на ней небольшой ожог.

— Ну, ну. Посмотрите, что вы сделали со стеной, а она так мило отполирована. За это придется писать письменные извинения, да?

Нэдзуми втянул голову в плечи в притворном раздражении.

Перед ними стояло три вооруженных человека. На них было надето военное обмундирование — военная униформа цвета грязи и ботинки. Два ствола были направлены на Нэдзуми, один — на Сиона.

— Не двигаться. Руки вверх.

Стоящий во главе мужчина шагнул вперед и прицелился.

— А? — произнес Нэдзуми с фальшивым удивлением. — Ох, эй, вы не подождете минутку? Вы не слишком торопитесь? Думаю, сначала я бы хотел поговорить с моим адвокатом.

Мужчины беззвучно прижали пальцы к куркам.

— Уверены? Мы — ценные образцы.

Мужчина замер. Он отреагировал на слово «образец».

— Образец… говоришь?

— Да. Вы, ребятки, ведь образцы собираете? Для Великого Проекта Мэра?

Мужчины беспокойно зашевелились и украдкой переглянулись. Это был короткий момент уязвимости.

Цукиё выскочил из рубашки Нэдзуми, ринулся вперед по стволу пушки и укусил мужчину за нос.

— Уаа!

Мужчина наклонился назад. Нож Нэдзуми скользнул по его запястью. Кровь брызнула во все стороны, запачкав стены. Выхватив пушку из рук падающего мужчины, Нэдзуми на секунду опередил мужчину позади себя и вытащил кинжал.

Одному он прострелил плечо, второму — руку; оба они закричали от боли. Нэдзуми крутанулся, будто в танце, и в этот раз выстрелил из лазерной пушки в стену. Затем он ее пнул. Цукиё вскарабкался к нему на плечо.

— Открыто.

Открылся проход, достаточно широкий для взрослого человека. Внутри было темно.

— Угх… больно…

— К-кто-нибудь!

— Помогите… помогите… — стонали мужчины.

Сион слышал звук торопливых шагов. К ним спешило еще больше солдат, и каждый с лазерным пистолетом.

С внутренней стороны двери была кривая ручка. Сион потянул ее изо всех сил. Дверь закрылась со скрипом и хлопком. Они погрузились в темноту.

Как он и предсказывал, там были ступеньки, напоминавшие стремянку. Сион стащил свой лабораторный халат и привязал один конец к дверной ручке, а второй к перилам лестницы. Это, конечно, не выход, но поможет выиграть немного времени.

Нэдзуми закинул пушку за плечо и начал легко подниматься по ступеням. Сион последовал за ним. Лестница продолжала круто идти вверх, в темноту.

Ему стало тяжело дышать. Пот заливал глаза. Ноги заплетались. Сион поднажал в отчаянии. Секундная задержка может стоить ему жизни. Это было опасно не только для него самого, но и для Нэдзуми. Он хотел любой ценой не подвергать Нэдзуми опасности. Он знал, что итак приносит Нэдзуми слишком много проблем, но он хотя бы хотел, чтобы Нэдзуми не пострадал.

Нэдзуми что-то пробормотал.

— Что? Я не расслышал.

— Ничего… Просто заметил, что ты не стал суетиться.

— Суетиться?

— Из-за тех солдат. Там столько крови пролилось. Обычно ты толкаешь пафосные речи о том, что мы не должны вредить другим.

— О…

Так вот он о чем.

У него в ушах зазвучали крики. Они не принадлежали солдатам. Это были голоса людей, чьи жизни так несправедливо отобрали у них в подвале Исправительного Учреждения.

Больно. Я не могу дышать. Помогите мне.

О Боже, Боже. Почему ты заставляешь меня страдать?

Пожалуйста, спасите моего мальчика. Ему всего три.

Убейте меня. Пожалуйста, избавьте меня от боли…

Помогите, помогите, помогите, помогите, кто-нибудь.

Разве может сравниться кровавый росчерк на бирюзовом полу с этой жестокостью, этой безжалостностью? Солдаты получат заботу и медицинскую помощь от своих товарищей, спешащих на помощь. Но те люди…

Те, кто стал жертвой Охоты, эти убитые люди не могли даже облегчить страдания в предсмертный момент. Их стоны, их вздохи, их крики и вопли. Все это звучало у него в ушах.

— У нас не было выбора, — произнес он в спину Нэдзуми в темноте. — Ничего не поделаешь. Мы должны победить врага. Если бы ты с ними не разобрался, меня бы убили.

Нэдзуми остановился. Сион видел пару серых глаз. Его сердце беспокойно забилось. Даже в темноте твои глаза светятся элегантностью.

— Ничего не поделаешь… ты и правда так считаешь?

— Да.

— …Понятно.

Нэдзуми продолжил идти. Двигался он быстро. Сион едва поспевал следом.

— Сион.

— Хм?

— Раньше мы еще могли обходиться с ними помягче. Отныне у нас не будет возможности любезничать. Ты был прав: мы должны победить врага, иначе нас самих убьют.

— Да.

— Если это случится…

Остальное Сион не расслышал. Он захлопал глазами в темноте.

— Нэдзуми, я не слышу. Говори немного громче.

— Нет… ничего.

Нэдзуми мягко выдохнул в темноте.

Я вздыхаю.

Он закрыл рот.

Никогда не вздыхай искренне.

Эти слова принадлежали женщине, спасшей его от пламени, которое поглотило лес, деревню и их дома. Она растила его, пока ему не исполнилось пять.

Искусай губы в клочья, прежде чем позволишь себе вздохнуть. Закидывай голову от боли. Никогда не смотри вниз. Смотри вперед. И, главное…

Никогда никому не доверяй. Никогда не открывай свое сердце. Помни об этом. Чтобы выжить, ты должен впечатать эти слова в своей памяти.

Так его учили снова и снова. Он не забыл это. Каждое слово, каждая буква впечатались ему в сердце — как мантра, как проклятье.

Вздохи создают дыру, уязвимое место. Если хочешь выжить, держи рот закрытым. Никогда не позволяй никому видеть свое слабое место. Пусть сердце ни для кого не будет теплым. Никогда не доверяй никому, кроме себя.

Ты, хотя бы… ты хотя бы должен выжить… ты, хотя бы…

Он сжал перила.

Прости, бабуля. Я пошел против твоих слов. Я много раз вздыхал из-за другого человека. Я поверил ему и открыл свое сердце. Я сам повесил кандалы себе на ноги. Но я не мог поступить по-другому. Я не мог отбросить его.

— Нэдзуми, — позвал Сион. Он запыхался. Наверное, он использовал весь запас энергии. — О чем ты думаешь?

— Хочешь знать, о чем я думаю? Как бы в целости подняться по этой лестнице. Пожалуй, мне немного интересно, что встретит нас наверху.

Это был ты, Сион.

Я думал о тебе.

Ты сказал, у нас не было выбора. Они — враги, так что нам пришлось пустить им кровь. Если бы не убили их, погибли бы сами. Поэтому мы должны были с ними расправиться.

Вот что значит бороться. Мы убиваем или убивают нас: это единственный выбор. А в ближнем бою нет таких понятий, как мораль или справедливость. Я знаю это. Я пропитан этим до мозга костей. Но, Сион, ты — ты собираешься просто смириться с этим? Ты сможешь? Ты позволишь себе?

«Ты все делишь на противоположности. Ты любишь или ненавидишь. У тебя или друзья, или враги. За стеной или внутри ее. И ты всегда говоришь, что выбираешь что-то одно».

«А ты не думаешь, что есть и третий путь?»

Я посмеялся над твоими словами. Я с презрением посчитал это наивной фантазией. Но знаешь что? Я тоже чувствовал себя испуганным. Я ощущал угрозу от твоей наивности и силу, благодаря которой ты мог говорить о фантазиях, как если бы они были правдой. Когда я услышал эти слова, — всего на короткий миг, заметь — я и правда увидел путь. Перед моими глазами выросла белая тропа.

Третий путь.

Путь поиска сосуществования, а не возмездия?

Путь, выбирающий смирение, а не месть?

Может ли такое существовать не только в иллюзиях? Может ли этот путь существовать в сердцах людей?

Все это время я думал об этом. Я не хотел, но твои слова вечно всплывали непреклонно посреди моих мыслей, постоянно напоминая мне. «Обрати свои мысли к третьему пути» — говорили они мне, «не отказывайся, не отворачивайся; думай об этой дороге».

Я до сих пор не нашел ответа. Поэтому я все еще думаю. Я все еще зациклен на твоих словах и обдумываю их.

Но, Сион, что ты теперь говоришь?

«У нас нет выбора».

Если в будущем я убью кого-нибудь — нет, если тебе самому придется навредить кому-нибудь — что тогда? Ты все равно скажешь то же самое?

«У нас не было выбора».

Они были на вершине лестницы. Пространства там было так мало, что едва получалось стоять.

— Сион, здесь нет выхода.

Не было ни ручки, ни кнопки. Только голая стена.

Мы ошиблись.

Его сердце затрепетало. Холодный пот ручьями тек по спине. Если это тупик, то им не сбежать. Они не могли отбиться от преследователей, идущих следом.

— Вверх, — закричал Сион. — Надави на потолок!

Тело Нэдзуми по приказу Сиона вытянулось в движении.

Бам.

Средняя часть потолка открылась, как люк. Нэдзуми оттолкнулся от земли и подтянулся наверх. Тогда же он услышал шум снизу.

Дверь открыли.

— Они там! Цельтесь в них!

Характерный отрывистый звук хлопков огнестрельного оружия.

— Сион!

Он протянул руку и ощутил, как в нее крепко вцепился Сион. Он затащил товарища наверх.

— Агх! — коротко вскрикнул Сион.

— Они в тебя попали?

— Я в порядке. Просто царапина.

Когда они закрыли люк, все шумы пропали, и осталась лишь жуткая тишина. Сион испустил долгий вздох.

— Больно?

— Нет, не особо.

— Первый раз, а?

— Хм?

— Тебя впервые подстрелили. Причем из снайперской винтовки, довольно старого огнестрела. Прилизанная на вид, точность смертельная. Вот с такой грозной леди ты имеешь дело.

— Понятно. Ну, пусть она и привлекательна, больше с ней на свидание я бы не пошел.

Сион тихо засмеялся, перевязывая ногу.

Возможно, он себя заставлял. Но это означало, что он может и дальше подталкивать себя, и рана не была такой тяжелой, чтобы он не мог двигаться. Да и неважно, насколько тяжелым было ранение: они должны продолжать движение. Они не могли оставаться на месте.

Поэтому Нэдзуми и не стал дальше расспрашивать Сиона. Он не будет волноваться за парня. Им просто надо продолжать двигаться вперед вместе.

— Сион, где мы?

— Часть старой вентиляционной шахты. Думаю, ей пользовались, когда здание только построили. Но вскоре они достроили новые укрепляющие стены. Была добавлена система циркуляции и фильтрации, и вентиляцию забросили.

— Значит, в ней пропала необходимость как раз, когда Исправительное Учреждение превратилось в цитадель. Так старые вентиляционные ходы должны быть… здесь.

Нэдзуми вытянул руку, указывая на прямоугольный тоннель.

— Что там? — спросил он.

— Тупик, наверное. Скорее всего, его перекрыли в середине.

— Так и думал. Я решил, что мы не сможем так просто пробраться в глубины Учреждения через вентиляцию.

— Да. Но нам придется идти так далеко, как сможем.

Он был прав. Пути назад не было. Им оставалось лишь идти как можно дальше.

— Сион, я тебя подсажу. Иди вперед.

— Угу.

Сион нырнул в проход проворнее, чем ожидал Нэдзуми. Он почувствовал слизкую от крови ткань, когда поддерживал ногу Сиона. Он сжал кулаки.

— Эй, здесь открыто.

Вместе с голосом в люке возникла верхняя половина туловища солдата. Как только солдат подтянулся, Нэдзуми пнул его в подбородок так, что тот отклонился назад, и ударил прикладом в висок. Он затащил мужчину без сознания в вентиляцию, просунул лазерную пушку в люк и начал стрелять. Он слышал, как тела падали по ступеням. Он закрыл люк и перекатил тело солдата поверх него.

— У него неплохой пивной животик. Это должно послужить хорошим грузом.

Нэдзуми покопался в карманах мужчины и едва не присвистнул.

— Нэдзуми, что ты делаешь? Быстрее, — позвал Сион.

— Не торопи меня. Надо взять с них все, что можем, — ответил он.

Он полез в проход головой вперед. Там было тесно. Приходилось лежать на животе, чтобы просто двигаться. Цукиё выскочил их складок его одежды и побежал по тоннелю.

— Здесь как в мышиной норе, — лениво произнес Сион.

Все еще держит себя в руках, мельком подумал он. Сион был спокойнее, чем он ожидал. Это не было спокойствием по незнанию; Сион прекрасно понимал ситуацию. Он ощущал ее опасность и напряженность, и все равно умудрялся оставаться спокойным.

Но почему?

— Будь мы немного полнее, пройти здесь не смогли бы, — задумчиво произнес Сион.

— Ну, пожалуй.

— Инукаши пролез бы без проблем. У Рикиги-сана возникли бы некоторые трудности.

— Рикига? Ты об этом старом алкоголике? Начнем с того, что он и дойти бы сюда не смог. Он бы споткнулся и упал. Пересекая холл.

— Так сейчас…

— Он бы уже обуглился. Тошнит, как представлю как выглядел бы Жареный Старикан.

Пи-пи-пи.

Вместо Сиона ответил Цукиё. Сион замер.

— Тупик?

— Да.

Тупик. Понятно. Вот оно как.

— Это тупик. Но…

Рука Сиона скользнула по стене. Послышался мягкий звон, и часть стены отошла. Внутрь просочился свет.

— Решетка. Наверное, закрыто с нашей стороны.

— Что видишь?

Сион отклонился вбок, чтобы открыть обзор. Нэдзуми глянул сквозь пластиковую решетку.

Там была чистая и просторная комната, напоминавшая лабораторию. Прямо напротив них было большое стеклянное окно, возле которого собралось несколько ученых, как мужчин, так и женщин, которые поглядывали сквозь стекло и оживленно беседовали. Мужчина сказал что-то с размашистым жестом, женщина с длинными волосами широко улыбнулась. У обоих в руках были дымящиеся кружки. Кроме них еще несколько человек с деловым видом уткнулись в мониторы компьютеров. Суетился какой-то глупого вида мужчина.

— Комната выглядит удобной, — заметил Нэдзуми. — Может, если бы я попросил, они бы меня и в душ пустили. Давай нанесем им визит.

— Что? Нам не пролезть через такое узкое отверстие.

— Если оно слишком маленькое, надо сделать его шире.

— А?

— Пригнись, Сион. Просто отползи назад.

— Нэдзуми, ты что делать собрался?

— Просто смотри.

— Это… миниатюрная бомба?

Сион сглотнул.

— Ага. Точнее, микро-бомба в форме монеты. У нее даже таймер есть и я могу контролировать силу взрыва. Отличная покупка.

— Где ты ее купил? Я даже не заметил.

— Ты специально, что ли, тупишь? — раздраженно произнес Нэдзуми. — Разве у нас было время на покупки с тех пор, как мы сюда попали? Я увел ее у Пивного Животика. Но все равно, кого это волнует. Сион, отойди. Еще немного. И возьми Цукиё.

— Сюда?

— Превосходно. Прикрой голову руками. Когда рванет, мы сразу прыгнем. Будь готов.

Бомба установлена.

Нэдзуми стянул с плеч свое суперволокно и закрыл им голову. Он продолжал отползать, пока его нога не коснулась плеча Сиона.

— Нэдзуми.

— Что?

— Теперь ты как будто закрываешь меня. Я-то целым останусь, но ты…

— Идиот. Кого вообще волнует наше положение на данный момент? Хватит дыхание тратить.

Где предел его глупости?

Что за идиот.

Но это было в духе Сиона. Независимо от ситуации, он никогда не забывал о других. Это точно было на него похоже.

В груди разлилось облегчение.

Вум.

Взрыв. А потом ветер. Поток воздуха пронесся по тоннелю. Цукиё заверещал в ужасе.

— Сион! Ты цел?

— Конечно. Мы с Цукиё в порядке.

— Хорошо.

Пыли не было, наверное, потому, что стена была из особого материала. Бомба была достаточно мощной, и, хоть он установил самую маленькую мощность взрыва, она снесла большую часть стены.

Они спрыгнули вниз. Повсюду звенели крики. Персонал начал выбегать из комнаты.

— Вы кто?

Грузный мужчина вытащил пистолет из своего лабораторного халата. Нэдзуми ринулся к нему и быстро ударил в основание шеи. Мужчина мешком осел наземь.

Зазвенел сигнал тревоги.

Так и продолжать бежать?

Они не могли долго оставаться здесь. Через пару десятков секунд комнату наводнят солдаты. Им оставалось только бежать. Но куда?

— Сион, что дальше? Отдавай указания. Быстро.

Ответа не было.

Сион, что случилось? Только не говори…

Холодный пот покатился у него по спине.

Он повернулся и увидел Сиона рядом с окном, смотрящим сквозь него так же, как и ученые недавно. Сквозь хорошо отполированную стеклянную панель падал тусклый свет.

— Какого черта ты делаешь? Шевелись!

Сион медленно повернул лицо к Нэдзуми. Оно был пепельного цвета. Его черты затвердели, почти одеревенели. Нэдзуми никогда раньше не видел Сиона с таким лицом.

Что случилось?

Когда в голове промелькнула эта мысль, он заметил, что подол брюк Сиона весь красный. Ранение оказалось глубоким. Он теряет сознание из-за потери крови. Такой была его первая мысль.

— Сион, ты в порядке?

На смертельно бледном лице слегка задрожали губы.

— Нэдзуми… это… — Сион замолк и с трудом вздохнул. — Что это?..

— А?

На задержки не было времени. Он прекрасно это знал, но пораженное лицо Сиона вынудило его подойти. Он обо что-то споткнулся. Это была деревянная рамка для фото. На снимке была женщина с младенцем на руках и мальчик лет десяти. Наверное, фотография упала с чьего-то стола. Это был старый цифровой дисплей. И женщина, и мальчик улыбались с фотографии несколько застенчиво.

Он поднял взгляд и посмотрел сквозь стекло перед ним.

Помещение за окном было на этаж ниже, оно как будто вжалось в землю. Потолок, соответственно, был выше. Это была комната с белыми стенами.

— Гх…

Он отпрянул, даже не подумав.

Что… это?