Том 5 (веб-новелла)    
Глава 3. Возвращенец плачет от бессилия (часть 1)


Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии
aisdh
aisdh
04.10.2020 21:18
baklan, интрига она такая...
lastic
lastic
28.09.2020 23:15
Х(193о)
baklan
baklan
27.09.2020 16:18
В 11-й главе пол персонажа явно не указан, да и речь у него в целом нейтральная. Как это передать в переводе, я не знаю, так что просто имейте в виду.
aisdh
aisdh
27.09.2020 14:29
Спасибо за перевод!
"Исследователь"-идиот уровня Потимасса, эм скорее всего ты лососнёшь тунца мужик...
loisok007
loisok007
09.09.2020 20:59
Вот это поворот!
frigat123
frigat123
02.09.2020 14:37
>>45650
Спасибо. Жаль, хочется завершенности.
msmoli
msmoli
28.08.2020 15:18
fimer, хотелось бы, но увы это от нас не зависит ;-;
fimer
fimer
26.08.2020 21:02
>>45637
frigat123, вебка прервана, новелла ещё продолжается и долго ещё будет идти.
Ответы: >>45711
frigat123
frigat123
26.08.2020 06:46
Можете подсказать, на данный момент эта web новелла завершена, или еще издается?
Заранее спасибо!
Ответы: >>45650
fimer
fimer
24.08.2020 17:08
Спасибо за перевод.
lastic
lastic
23.08.2020 20:13
х(915о)
baklan
baklan
23.08.2020 20:12
Какой смысл в русском языке несут все эти -сан, -тян и пр. Тем более нии-сама?
Может если переводить так делать это полностью?

Предполагается, что читатель ранобэ знает об этих именных суффиксах и какой смысл они несут. Без них трудно передать колорит подобных японских произведений. Но использовать их повсеместно я считаю не совсем корректным, так как жители фентезийных миров никакого отношения к Японии, её культуре и языку не имеют (если, конечно, не показано обратное). С другой стороны, если персонажи говорят на японском и уж тем более, если они сами являются японцами, я не вижу ничего криминального в том, чтобы в переводе эти суффиксы оставить.
С "нии-сама" - отдельный случай, в дальнейшем станет понятно, почему я оставил обращение "нии-сама", а не "брат".
baklan
baklan
23.08.2020 20:02
aisdh,
Больше времени тратится на сверку с японским, чем на перевод с английского, и если в анлейте нет значительных огрехов, требующих частичного или даже полного ретранслейта с японского, то и перевод идёт шустро. Жаль, далеко не все главы в этом томе могут этим похвастать. Хотя это ещё нормально, в 3-ем и 4-м томах вебки вообще был тихий ужас=(
veskerx
veskerx
23.08.2020 19:01
Какой смысл в русском языке несут все эти -сан, -тян и пр. Тем более нии-сама?
Может если переводить так делать это полностью?
aisdh
aisdh
23.08.2020 15:29
Большое спасибо за перевод! Вы нас прямо балуете, 3 главы за раз.
fimer
fimer
21.08.2020 19:47
>>45564
aisdh, вроде как, из-за маны и уровня она не могла владеть ей в полной силой. А именно сам навык апнулся. Благодаря чему могла создавать огненных големов из трупов.
aisdh
aisdh
21.08.2020 01:46
>>45556
fimer, апнулся, но она вроде полностью не вернула силу, а просто стала сильнее из-за знаний. Как мне кажется здесь у некоторых сильных навыков крайне хитрожопые требования. Возможно она не тянула до этого, но по совокупности знаний дотянула после. Но это мои домыслы. По одной Юмис тут сложно сказать. Возможно надо перечитать этот момент, но она вроде бы осталась при своей магической предрасположенности, поэтому не могла шмалять, как в прошлом мире направо и налево, да и ману яд Минарис выжег довольно сильно. Так что тут она скорее как Укей помнила как делать, но прокачан навык не был настолько, насколько она помнила. Поэтому и была слабее. Но для ГГ она если равнять по статам и мощи тогда была гораздо сильнее. Я про то что он вначале отдавал предпочтение не уровню, а открытию мечей и прокачке старых навыков.
Ответы: >>45582
fimer
fimer
20.08.2020 17:57
>>45552
aisdh, почему же не возвращает? Навык Юмис апнулся с Чародейство на Чернокнижника.
Ответы: >>45564
aisdh
aisdh
20.08.2020 02:42
fimer, ну тут скорее он клинки грехов эти использовал не из-за кровожадности, а ради Минарис. Чтобы она могла совершить "идеальную" месть. И ещё меч оценки не возвращает скилы из прошлой жизни. Юмис не стала сильнее в этом смысле, она просто стала "знать" о магии больше. Но вот маны у неё больше не стало. Хотя знания, которые ГГ ей дал во время их путешествия, когда они вместе разрабатывали магию по типу того взрыва, сделали её сильнее. И ещё та штука с использованием жизненных сил взамен маны. Возможно она и знала о подобном, просто сама не решалась до этого использовать, так как обычно наверное сражалась магией из задних рядов. А это всё-таки думаю последнее средство, так как не Герой вполне может скопытиться от отдачи без медицинской помощи. Ну да ладно, смысла от моих "размышлений" один фиг нет. Будем ждать как дальше сюжет пойдёт.
Ответы: >>45556
fimer
fimer
16.08.2020 21:02
aisdh, ну дебаффы взаимодействует, как я понимаю, с его душей, поэтому они и сохранились. Как и тому факту, как Кайто с мечом оценки возвратил память жертвам. Но причина в том, что он переписывал их души , добавляя не только память, но и скилы та способности. Дебафф это не зацепка к памяти Святой. Ты можешь придумать кучу фантазий, но вот доводов которые прямо указывали на те или иные подробностей, не найдешь. ГГ с Леоне встретился уже, примерно, спустя год когда оказался во втором мире( указания с прошлых глав перевода). Предположения по типу, могли быть более осторожным, это как? Единственные в чем они спалились, это из-за юза читерных клинков. В чем следует винить их кровожадность. Принцесса за это время не смогла напасть на их след. Это неудивительно, ведь следы они подчистую стирают, сжигают трупы, в каких-то громких событиях не мелькают, сбывают все через посредников в преступном мире. Никаких состыковок я не вижу. Согласен с точкой зрение, что если герой всегда побеждает и переигрывает всех, это очень скучно. Особенно, если акцент на этом.

Отобразить дальше

Глава 3. Возвращенец плачет от бессилия (часть 1)

После того, как детективы ушли, доктор представился как Маэно Коити. Мне вкратце рассказали о деталях моего лечения, после чего медсестра отвела меня в мою палату и незамедлительно удалилась, оставив наедине с Май.

— ...Подумать только, я остался на второй год, — пробормотал я, не зная, с чего начать. Потеря памяти за период более года, массовое исчезновение с магическими кругами, и то, что я, похоже, был единственным вернувшимся — возможно, из-за того, что прошло столько времени, эта трудная для осознания действительность стала казаться более реальной.

— Год, целый год… Довольно много.

Понемногу я стал принимать историю, которую, впервые услышав, посчитал невероятной.

— ...Май, скажи. Кента и Суэхико правда исчезли? — всё же спросил я, втайне надеясь услышать, что это была шутка. Но в ответ Май, посмотрев на меня с едва заметной грустью в глазах, которую могли бы распознать лишь члены нашей семьи, покачала головой:

— ...Среди твоих знакомых остался только Юто-сан, остальные пропали без вести.

— Юто в порядке?!

— Дело необычное и масштабное, поэтому расследуют его открыто. Можешь посмотреть список исчезнувших в школе. — Май достала из сумочки смартфон и какое-то время своими тонкими пальцами возилась с экраном.

— ...Вот, — она передала мне смартфон, на дисплее которого отображался сайт полиции.

Простой список с формой поиска необходимой информации. Я прокрутил его вниз. В нём были имена моих друзей — Ито Суэхико и Кида Кента; и не только они — там было большинство одноклассников, которых я помнил.

— Как же… так…

За вырвавшимися словами отрицания не было никакого смысла. Сухие строчки букв, но при взгляде на них я почувствовал в груди тупую боль. В ушах прозвучали сказанные детективом слова. Найдётся ли среди той зияющей пустоты в моей памяти хоть что-то, что позволит их найти?

«Что-то же там есть. Почему я не могу ничего вспомнить?.. Чёрт, что же мне...»

Однако попытки что-либо вспомнить лишь усиливали чувство, будто я всё больше погружаюсь в болото. Чувство утраты и подавленность порождали тревогу в сердце и растущее беспокойство.

— ...Нии-сама, тебе нужно поспать. На тебя без слёз не взглянешь, выглядишь как грязная побитая крыска.

Притворяясь, будто вот-вот расплачется, сестрёнка быстро выхватила смартфон у меня из рук. Она разговаривала и вела себя как и прежде, но вид подросшей Май, по сравнению с той, какой я её запомнил, вызывал во мне чувство дискомфорта.

Время, о котором я ничего не знаю. О котором не помню. И в глубине этой разверзнувшейся пустоты есть что-то важное для меня...

Внезапно разболелась голова. Приступ сильной, пульсирующей боли, словно промежуток между кожей и черепом выжигало огнём.

— На сегодня хватит, нии-сама, просто поспи. Если будешь перенапрягаться, твоё и так невзрачное лицо скрутится настолько, что никто, кроме меня, на него и взглянуть без ужаса не сможет. Для сестрёнки это будет невыносимо.

— Да, так и сделаю. Прости, что заставил волноваться.

Когда я это осознал, меня внезапно накрыла волна усталости и охватила непреодолимая сонливость. До ночи было ещё далеко, но бороться со сном было уже невмоготу.

Утро вечера мудренее. С этой мыслью я лёг на койку, и Май бережно накрыла меня одеялом.

Угу, и в больнице иногда бывает неплохо — наконец-то можно почувствовать, как любит тебя твоя младшая сестрёнка. Впрочем, говорить это вслух желания не было — могут и ухи открутить.

— Ничего, это моя роль — исправлять своего неказистого братца. Поэтому... больше... — Май хотела ещё что-то сказать, но против обыкновения закрыла рот.

— Май?..

Меня это немного обеспокоило, но я, не в силах более сопротивляться теплу под одеялом, закрыл глаза.

***

— Я виноват. Это я виноват.

Маленький мальчик плачет и всхлипывает в углу комнаты. Плачущий мальчик — это я.

— Прости, прости меня...

Мне давно уже снится этот сон. Немного поблекшие со временем горькие воспоминания, выжженные в моей памяти.

Папа с мамой были на работе. Дома оставались Май и я, только что начавший ходить в начальную школу. Будучи болезненным ребёнком, Май редко выходила на улицу, как и в тот день. Утром у неё появилась небольшая температура, и она осталась лежать в кровати.

— Май, хочешь чего-нибудь? Давай я почитаю тебе книжку с картинками?

— Книжку не надо. Лучше подержи меня за ручку.

— Это — сколько хочешь.

Ладошка её была слегка влажной от жара, на лице — по-детски глуповатая расслабленность.

— У тебя такая тёплая ручка…

— Что-то ещё? Что-нибудь хочешь?

— Ничего… Ничего не надо… Просто побудь со мной… нии-сама… Не хочу... быть одна.

— Угу, ладно, я буду рядом.

Будучи ослабевшей, Май становилась по-простодушному избалованной. Сжимая мою руку, она постепенно уснула.

Сестрёнка, которая не могла оставаться одна, была для меня невообразимо милой. Хотя обычно, когда Май нездоровилось, с нею оставались мама или папа. Но сейчас их здесь не было.

Ухаживая за ней, я мнил себя взрослым. То, что дикая и непослушная сестрёнка становилась такой искренней и кроткой, чрезвычайно льстило мне. Я чувствовал нечто вроде превосходства, желания монополизировать по отношению к моей сестре, к этой ситуации, в которой я был единственным, на кого она могла положиться.

С тех пор я только и делал, что совершал ошибки. Я никак не мог разобраться, что же было для меня самым главным. Вот почему я, оставив спящую сестру одну, вышел на улицу. Сжимая в руке несколько монет, я отправился в ближайший магазинчик, чтобы купить для сестрёнки её любимый яблочный йогурт.

Представив, как Май, проснувшись, обрадуется, я так просто нарушил своё обещание.

Даже не подумав, что действительно хочет Май, я оставил сестрёнку совсем одну.

Обещал, что буду рядом, и ушёл.

Когда Май проснулась и никого рядом не обнаружила, она вышла меня искать и попала под машину.

— Боженька, пожалуйста, спаси Май...

Когда скорая увезла Май, мне показалось, будто я уже никогда её не увижу. Никогда бы не подумал, что одному в пустом доме может быть так холодно и одиноко. До чего же я жалкий и отвратительный брат, раз заставил её это испытать.

Будто закрывшись в маленьком ящике, я сидел и дрожал, обхватив коленки руками.

***

Проснувшись, я почувствовал себя лучше. В голове прояснилось, хотя после сна оставалось дурное послевкусие.

— Блин, уже стемнело... Угораздило же меня проснуться.

Похоже, сон оказался менее глубоким, чем ожидалось. На светящемся в темноте больничной палаты дисплее отражалось время — девятый час с небольшим.

Отдельная палата, в которой раздавался лишь однообразный писк медицинского оборудования, без людей казалась какой-то искусственной. Лишённая душевного тепла тишина напоминала пустой дом, где я в одиночестве ждал возвращения Май.

Это была та самая больница, куда её отвезли после аварии. Возможно, поэтому мне приснился тот давний сон. На столике рядом с кроватью лежала записка: «Увидимся завтра, я привезу тебе сменную одежду. Когда проснёшься, тщательно съешь всё, что тебе принесут, затем молча ложись на бочок как дохлый карасик и отдыхай».

...Ох уж эта Май, не может обойтись без своего ехидства.

— ...Пить хочется.

Почувствовав жажду, вдруг захотелось и кушать. Разве в больнице нет ужина? Об этом было упомянуто и в записке, оставленной Май, — может быть, еду унесли, пока я спал?

— …Вызывать медсестру будет слишком, да чувствую себя вроде неплохо. Пойду поищу буфет и чего-нибудь перекушу.

Так я и собирался сделать, когда вдруг заметил, что денег-то у меня нет. Я пошарил в тумбочке рядом с койкой, но там не оказалось ни кошелька, ни мобильника.

— Гу-у-у… Чёрт, как есть-то хочется.

Мысль о том, что придётся оставаться голодным до утра, ещё сильнее разбередила голод. Подумав немного, я вздохнул и покинул палату. Раз уж так вышло, поищу медсестру и узнаю, не найдётся ли чего-нибудь пожевать.

В коридоре никого не было, за исключением нескольких людей — по-видимому, пациентов. Идя по крытому линолеумом полу, оставшимся неизменным с того времени, когда сюда привезли Май, я искал информационный стенд, полагаясь на свои смутные воспоминания об этом месте.

И когда я уже собирался завернуть за угол, услышал разговор.

— Это просто кошмар! Тот пациент в отдельной палате на третьем этаже. Говорят, он был среди тех пропавших людей.

— А-а, тот мальчик? С одной стороны, жаль его, а с другой — боязно как-то. Слышала, что случилось недавно с теми людьми? Даже если он тут ни при чём, всё же, знаешь ли...

«Пропавшие люди? Они обо мне говорят?»

— Надеюсь, теперь его младшей сестре полегче станет. Ей ведь не на кого было положиться, бедняжка сама до сих пор со всем справлялась.

«Не на кого положиться?..»

Постепенно меня охватило какое-то неуютное чувство. Неужели что-то случилось? Сердце сжалось в предчувствии чего-то недоброго. Казалось, если я продолжу слушать этот разговор, то пожалею, но уйти был не в силах.

— Она умничка, но ей всего шестнадцать.

— Да, ты права. Сколько, говоришь, она по страховке получила-то? Тот случай, когда одни деньги счастья не принесут.

— Отец с матерью скончались, а ещё тётя и бабушка пропали без вести…

Я услышал, как щёлкнул замок, запирающей Май одну-одинёшеньку в пустом и холодном доме.