Том 7    
Глава 1. То, что лежит за благородной целью


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
чёрный плащ
2 д.
Благодарю за перевод.
hasenov@gmail.com
2 д.
Все-таки раздражает, что гг даже после случая со святой даже не пытается предположить, что кто-то еще может помнить о прошлом мире.
anvi
16 д.
Ну... Однозначно жду новых глав.
Спасибо за труды.
чёрный плащ
1 мес.
Спасибо за перевод, хотелось бы знать что было в 6 томе.
isaak2
1 мес.
6 том и 5 том вебки одно и то же
psychxo
1 мес.
Спасибо за перевод!
Отредактировано 1 мес.
pivcheg
2 мес.
Спасибо за перевод :)
warspoon
2 мес.
Летисия специально не узнала Кайто получается?
loisok007
2 мес.
Наверное. Думаю она не захотела втягивать его в свою месть, как и он её. Тем более, было бы странно, что герой и святая смогли вернуть воспоминания(даже ещё один перерожденец), а владыка демонов - нет.

Глава 1. То, что лежит за благородной целью

Золкия — утопающий в зелени город в пустыне, расположенный на границе Страны Зверолюдей Гирмс и Теократии Лунарии. Легендарное место, окружённое небольшими песчаными дюнами и дремучим, состоящим из различных растущих причудливым образом деревьев лесом, в глубине которого, по слухам, находился сказочный сад, в котором обитали феи. Город служил важным перевалочным пунктом для Страны Зверолюдей, соединяющим её с Теократией.

Так же как и в Королевстве, где укрепилась идеология расового превосходства людей, с усугублением межгосударственной конфронтации распространявшаяся внутри Страны Зверолюдей идеология превосходства расы зверолюдов теряла своё влияние по мере удаления от столицы и приближения к приграничью. Оба государства, лишившись общих границ в результате разрастания Империи, за исключением тех районов, где правящим элитам ничто не мешало насаживать расовое превосходство, попали под влияние доктрины «всеобщего равенства за исключением монстров и демонов» Теократии и пришедшей из Империи идеи «мощь и способности превыше всего в этом мире», что привело к сокращению расовой дискриминации.

Будучи стратегически важным транспортным узлом между двумя государствами, экспортирующим древесину (которую я обозвал фэнтезийной), а также городом, имевшим в своём распоряжении высокоуровневое подземелье «Арена случайных битв», это место превратилось в прифронтовую базу снабжения, обеспечивающую живой силой и материальными ресурсами передовую, на которой происходило сражение с наступавшими из-за моря демонами. Отличавшийся торжественной атмосферой город был охвачен необычайным оживлением, вызванным высоким ростом запросов в связи с возрастающими потребностями фронта.

Именно сюда мы прибыли после нашего возвращения в этот мир и сейчас продолжали покорять находившееся в управлении города подземелье «Арена случайных битв».

Внутри подземелья, при виде сверху, каменные стены формировали несколько секций наподобие пчелиных сот. В каждой из них вас встречали различные типы сред — луга, ледяные поля, песчаные почвы, либо каменистые породы. Также там были установлены экраны, на которых высвечивалось изображение какого-нибудь монстра, а под ними — гигантские ячейки с барабанными счётчиками и несколько рычагов.

Если взглянуть наверх, вместо потолка обнаруживалось ясное синее небо, даже если снаружи было облачно. Но стоило вступить в подземелье, вход в которое напоминал пещеру, над нами сразу же засияло яркое солнце. В таких подземельях, которые я называл мультипространственными, среда снаружи и внутри различалась кардинально.

В одной из таких секций на песчаной почве в окружении каменных деревьев Юто сражался с монстрами.

— Кх, чёрт.

Его противником был «древесный медведь» — монстр с будто вырезанной из огромного дерева фигурой медведя и магическим камнем в груди, который по классификации находился выше прочих монстров ранга B из-за своей свирепости.

Секач Юто застрял на полпути, вонзившись медведю в плечо, после чего на Юто обрушился яростный удар лапой разъярённого монстра. Быстро отпустив оружие, тот отскочил назад, чтобы увеличить дистанцию, в опасной ситуации решив не рисковать и не продолжать атаку.

Неплохое решение.

— Юто, не забывай вкладывать свой вес, когда наносишь удар. В такой ситуации, если не отрубить конечность сразу, ты лишаешься преимущества. Выбери момент и перехвати инициативу, — окликнул я его с каменной стены, разделяющей секции.

— А... хах… Толку-то... Кх, проклятье! Н-на-а!!!

Улучив момент, когда монстр слишком широко размахнулся, Юто ударил по застрявшему секачу ногой, отрубив медведю лапу. Оружие упало, вонзившись в песчаную почву. Древесный медведь, словно не замечая боли, бросился на Юто, но потеря конечности, разумеется, не могла не сказаться на его равновесии.

— Услышь зов звериного пиршества, «Поглощающий демон-мимик»!

Не теряя времени, Юто, превратив свою руку в такую же медвежью лапу, ударил заострённым кончиком секача по зелёному магическому самоцвету в груди монстра. Древесный медведь, лишившись своей силы после того как его магический камень был разбит, окаменел и повалился на землю. Цифра на встроенном в каменную стену счётчике, показывающая количество оставшихся монстров, поменялась с «5» на «4».

Тело Юто засветилось — это была сила «Поглощающего демона-мимика», полученная после заключения со мной контракта. Данная способность позволяла ему впитывать энергию разбитых магических камней, извлекая силу монстров.

— Фух… Уа-а?!

— Ну же, не отвлекайся. Всё время следи за окружающей обстановкой. Чувствуй направленную на тебя жажду крови.

— Да что значит «чувствовать жажду крови»?.. Аргх, дерьмо!!!

Юто ввязался в бой с очередным набросившемся на него древесным медведем, который не дал ему перевести дух.

Что ж, здесь проблем вроде нет.

— А как там Май...

Я повернулся и посмотрел на сестрёнку, которая вопреки, — я бы даже сказал, превышая все мои ожидания, — всё больше и больше становилась привычной к сражениям.

— А, нии-сама. Я со всеми справилась. Что дальше делать? — невозмутимо поинтересовалась Май. Позади неё на мраморном полу лежала стая изрубленных ламий.

Лезвие нагинаты, которую она держала в руке, было объято плотным магическим вихрем. Часть порезов на монстрах была обуглена, часть заморожена, другие окаменели, вздулись и разорвались изнутри, либо приобрели темноватый оттенок из-за жуткого проклятия.

Ламии были монстрами ранга C, нижняя часть тела которых была змеиной, а верхняя — человеческой, однако благодаря их сильным магическим способностям и умелому групповому взаимодействию, уровень угрозы целой стаи поднимался до ранга A.

— ...Тут можно даже не беспокоиться.

«Всемагическое лезвие ветра». Эта способность позволяла покрыть носимое оружие псевдоатрибутом огня, воды, земли, света и тьмы — сила, которую Май получила, заключив со мной контракт. У каждого атрибута был свой уровень, который повышался с каждым поверженным им монстром, за счёт чего росла его эффективность. Благодаря тренировкам в школьном клубе, её уровень владения телом находился на достаточном для новичка уровне. Сила же, которую она развила, испытывая свою способность в сражениях с противниками, была просто невероятной, с учётом того, что прошло всего полмесяца с момента с прибытия в этот мир, и находилась на уровне, позволявшем тягаться с первоклассными авантюристами.

«...Впрочем, подобный бой закончится поражением. Так-с, и что же с этим делать?»

Скорее всего, в бою с противником одного с ней ранга или чуть выше, если тому уже приходилось сражаться не на жизнь, а насмерть, ей не выстоять. Вины Май тут нет, ей просто не хватает опыта.

— Нии-сама?

— …Нет, ничего, просто задумался. Теперь опусти последовательно красный, синий, красный и зелёный рубильник.

Как следует из названия подземелья — «Арена случайных битв» — внутри секции появлялась стая из случайного числа монстров случайного вида, и соответствующе менялось окружение. В общем, настоящее раздолье для помешанных на битвах бойцов, где можно было вволю сражаться, этакий дом с монстрами.

— Так, так, так и вот так... да?

Она потянула рычаги, и на экране один за другим стали переключаться изображения монстров, а барабанные счётчики, на которых выстроилась линия из трёх нулей, начали вращаться. Вскоре вращение прекратилось; изображение остановилось на «огненном льве» — похожем на льва монстре ранга B с пылающей гривой, а счётчики показали цифры «0», «1» и «3».

В этот момент мраморный пол обратился в вулканическую породу, каменные деревья исчезли, а на их месте выросли скалистые образования размером в половину человеческого роста, из вершины которых изливалась раскалённая магма. Дверь в следующую секцию, открывшаяся после победы над стаей ламий, снова закрылась, а затем из-под земли поднялись огненные львы, и Май тотчас же начала с ними сражаться.

«Блин, вот обидно же, да? Даже с учётом того, что я их "паровозил", так раскачаться за такое короткое время… Тут и уверенность в себе потерять недолго».

Чтобы обеспечить им определённый уровень безопасности в этом мире, быстрее и проще всего было набрать побольше очков опыта и поднять уровень. С другой стороны, с такой турбо-раскачкой поспевать и осваивать должным образом свои способности они не могли, и этот метод мною не приветствовался. Но так как война с демонами уже началась, выбирать не приходилось, поэтому многого я от них не ждал. Тем не менее, вопреки ожиданиям, их способности к овладению полученной ими силой по сравнению со мной оказались просто поразительны.

Пока я потихоньку фрустрировал на тему того, насколько всё-таки талантливы красавчики и красотки в отличие от заурядности вроде меня, на горизонте показались новые монстры.

«...А, ну и хрен с ним. Сегодня я всё равно собирался их паровозить».

В этом подземелье дверь в другую секцию открывалась только тогда, когда была уничтожена находящаяся в ней стая монстров, за счёт чего можно было продвинуться дальше. Однажды один маг, специализирующийся на магии левитации, решил схитрить и преодолеть таким способом стену, в результате чего лишился нижней части своего тела, и с этой работой ему пришлось распрощаться.

Вдалеке я заметил группу приближающихся низкоуровневых драконов. Они атаковали любого, кто пытался пройти подземелье нечестным путём. Кроме того, пока нарушитель находился выше уровня стены, эти драконы, даже если их уничтожить, оживали и продолжали нападать.

В отличие от Гленна, ручного дракона Летисии, зловещего дракона и остальных, они были обычными, не обладающими интеллектом летающими ящерами, но тем не менее, несмотря на то, что считались низкоуроневыми среди своей расы, всё же являлись драконами и были сильнейшими созданиями ранга A лишь за счёт одной своей физической силы. Более того, в отличие от прочих монстров, от них не оставалось ни магических самоцветов, ни трупов, — один только опыт, так что заработать денег на них не получилось бы. Поэтому, собственно, никто и не пытался перебраться через стену.

Как бы там ни было, сейчас это было не важно — в данный момент я просто хотел разделить с членами своей группы побольше очков опыта. И для меня здесь было раздолье для фарма этого самого опыта.

— Тридцать восемь. Хорошо, что после каждого уничтожения их число увеличивается.

Я призвал «Плачущий клинок громового копья».

— Прогреми слезами упавшими милосердного Императора Грома. В мире постоянной печали пролей эти слёзы. Даже зовом на рёв не в силах откликнуться, даже один оставшись, даже в мгновение ока исчезнув.

Клинок с семью синими полумесяцами трещал и искрился всё сильнее по мере вливания в него маны. Эта длинная форма заклинания, которой я обычно не пользовался, усиливала его мощь.

Снизу раздались голоса других покорявших подземелье авантюристов: «Эй, снова этот парень...», «Да ладно! Откуда он вообще взялся?», «Чёрные волосы, черные глаза… Разве среди высоких рангов есть такой?», «Херасе давит-то…», «Почему о нём никто не знает?..»

«Отлично, просто отлично. Ловись рыбка большая и маленькая».

Многие авантюристы ушли на фронт, однако в городе всё ещё оставалось несколько групп, спускавшихся в подземелье. И сейчас все они, за исключением тех, кто был занят битвой с монстрами, пристально следили за тем, как ко мне приближается стая драконов, уже представляя, что произойдёт дальше.

— Подобающий глас печальный тьмой облачается, недостижимой трагедии занавес сумерками покрывается.

«Да, давайте, смотрите. Смотрите и запоминайте».

Я уже и счёт потерял, сколько раз повторял это действие. Направленные на меня поначалу холодные и безразличные взгляды, по мере того, как я раз за разом продолжал убивать драконов, проникались уважением, переходившим в восхищение.

— Греми, Император Грома! «Император Грома — Всенощная чёрная молния»!

Влитая до предела мана преобразовалась в раскатистые грозовые разряды чёрного цвета, ударившие по летевшим ко мне драконам. Грохот удара длился менее секунды, и драконы, издав предсмертный крик, были полностью уничтожены этой подавляющей силой. Цвет их чешуи, которой соответствовал определённому магическому атрибуту, одинаково окрасился чёрным. Превратившиеся в угольки трупы, словно притянутые, попадали на землю и без следа исчезли.

Внизу раздались восторженные голоса: «Да сколькими заклинаниями он владеет?», «Сначала огонь, потом лёд, а прямо перед этим — земля?», «Это ведь не может быть обычной магией? Неужели врождённая способность?», «В любом случае, хрен найдёшь арьергард такого уровня».

Их реакция заставила меня усмехнуться.

Да, любуйтесь, удивляйтесь, восхищайтесь. Пусть город слухами полнится, пусть обо мне услышат. Направляясь к выходу из подземелья, я оглянулся на провожавших меня взглядами авантюристов.

«Вы уж постарайтесь, ладно?.. Моя замечательная наживочка».

***

— Наконец-то выбрались наружу, а погодка ни к чёрту.

После долгого пребывания в мультипространственном подземелье снаружи оказалось довольно облачно и сыро, в отличие солнечного синего неба внутри. Для меня важно, чтобы после тренировки была хорошая и ясная погода — это позволяло чувствовать себя более раскованным.

— Ну, а теперь давайте отправимся куда-нибудь перекусим… — Как следует потянувшись, я оглянулся и увидел измотанных Юто и Май, которые не могли скрыть свою усталость. — Или нет.

— Нии-сама, неужели ты настолько безнадёжен, что даже не дашь своей любимой сестрёнке времени переодеться и привести себя в порядок? — возмутилась Май.

— Ха-ха-ха… — поддержал её Юто. — Мне бы тоже не помешало немного передохнуть.

— Эх, ладно. Тогда в гостиницу. Не беспокойтесь, я уже обо всё позаботился — в западном районе города есть гостиница «Ангельский сон», которую держит один увлекающийся роскошными кроватями дед. Правда, еда там настолько паршивая, что готовить придётся самим.

Они оба без возражений последовали за мной.

По городу туда-сюда сновали зверолюды разнообразных видов. Впервые посетив этот город, я с любопытством осматривал, его, считая крайне необычным, но сейчас такую роскошь позволить себе не мог.

Спустя какое-то время показалась гостиница.

— Свободная комната будет?

— ...Да, располагайтесь. Комната на троих в конце коридора на втором этаже.

На стойке регистрации сидел старик — ящер-зверолюд с характерными вертикальными зрачками и видимой по краям лица чешуёй. Когда я в качестве предоплаты положил ему в руку несколько серебряных монет, он широко улыбнулся.

Комната, которую мы сняли, имела неприхотливый вид, и только выставленные в ряд три роскошные, украшенные балдахином кровати, которые ну совсем не вписывались в общую обстановку, своей белоснежной белизной придавали ей некоторую элегантность.

— О-о, мои ожидания полностью… — прежде чем я успел закончить, Юто с Май, не долго думая, подошли к своим кроватям, расположенным с правой и с левой стороны соответственно и, повалившись на них, тотчас заснули мертвецким сном.

— Эй! Вы!

Похоже, они и правда очень устали.

— Да уж… Будить их, пожалуй, будет слишком жестоко.

Юто и Май усердно развивали свою силу, да и я, признаться, заставил их сделать гораздо больше, чем планировалось. Поэтому, несмотря на то, что за окном день всё ещё был в самом разгаре, я решил: пускай отдохнут немного.

— Ну что ж, а теперь, прежде чем убедиться, действительно ли кровати здесь такие удобные, посмотрим, что мы имеем.

Я присел на оставшуюся кровать возле окна, самую дальнюю от входа.

— Открыть «Статус».

Характеристики этих двоих были на уровне первоклассных воинов, лучших из лучших. Уровни усиленно росли благодаря разделению между ними получаемых мною очков опыта с помощью контракта «Священного меча Отмщения». Возможно, такой экстраординарный рост характеристик и уровней был обусловлен и тем, что они иномирцы. Впрочем, их техники всё ещё были неуклюжими, а навыки и использующий их стиль боя, которые необходимо было прокачивать самостоятельно, не достигли необходимого уровня мастерства. Тем не менее, с такими характеристиками, уровнем и силой, я пока что мог быть за них спокоен.

— Они осваиваются быстрее, чем ожидалось, так что теперь всё зависит от того, насколько у них получится вырасти, прежде чем они достигнут своего потолка.

Пожалуй, этой прокачки будет достаточно.

— Так, а что там у меня?

Я открыл свой «Статус», чтобы оценить собственные возможности на данный момент.

Я поднял уровень, отказавшись от обычной стратегии, которой придерживался с моего второго пришествия в этот мир — не повышать уровень, чтобы иметь возможность побольнее уязвить зацикленного на уровнях и прокачке Леона. Я посчитал, что особых проблем не возникнет, однако этот просчёт вышел мне боком, и меня принудительно отправили в мой мир и лишили воспоминаний.

Конечно, здорово, что в результате я воссоединился с Юто и Май, но ведь всё могло закончится иначе. Короче говоря, я чуть не погиб.

— ...Я хоть и не достиг своей лучшей формы, но процентов восемьдесят моих характеристик и навыков вернулись.

С помощью огромного количества очков опыта, заработанного в подземелье, я разблокировал все имеющиеся в моём списке духовные клинки. Несмотря на то, что уровень поднялся лишь на 30% от прежнего, мои характеристики изначально зависели от духовных клинков, так что этого было вполне достаточно. На данный момент для меня представляла угрозу только встреча с сильнейшими демонами снаружи Великого барьера, однако после его падения, когда лучшие мастера континента обретут свою изначальную силу, несладко придётся и в сражении с ними.

Великий барьер препятствовал полномасштабному вторжению демонов извне и значительно подавлял магические способности тех, кому удалось проникнуть внутрь. Являвшийся естественной преградой для демонов, он был воздвигнут Священным кристаллом, черпающим силу рождённых на континенте людей, поэтому после его разрушения жителям континента больше не придётся отдавать часть своей силы на поддержание Великого барьера, и их изначальные характеристики восстановятся. Правда, в полной мере использовать это внезапное повышение характеристик смогут немногие, но тем не менее, найдутся и такие.

— Со «Статусом» разобрались, теперь звания.

После моего возвращения в этот мир у меня добавилось несколько новых званий: «Возвращенец», «Повторно явившийся», «Разрушитель», «Обладатель божественного ключа», а звание «Главный мститель» повысилось до «Повелитель мести».

С «Возвращенцем», «Повторно явившемся» и «Разрушителем», вроде всё было понятно — судя по тому, что я видел, они повышали мои характеристики, как и остальные звания. Вопросы вызывали оставшиеся два.

Первое — «Обладатель божественного ключа».

Попытавшись узнать о нём подробности с помощью «Оценки», я увидел лишь искажённый текст, который невозможно было разобрать. Меня беспокоило наличие неизвестного звания, и судя по названию, причиной его получения был услышанный в промежутке между мирами голос, что тоже не вызывало особого восторга.

Ну и другое звание — «Повелитель мести».

Само по себе оно немного повышало мои характеристики, но эффект «Священного меча Отмщения» тоже соответствующе изменился. Условие равенства в контракте было изменено и ставило меня выше остальных. Если умираю я, умирают все. Но если умрёт кто-то другой из принявших контракт, я не умру.

— М-да, а я ведь об этом и не просил…

Не очень-то мне нужно было быть «равнее» моих сообщников. Я лишь хотел контракт, в котором наши жизни были бы связаны кровью, и от которого нельзя было отказаться.

Вздохнув, я услышал, как что-то постукивает в окно.

— Хм? А, это вы.

Закрыв «Статус», я подошёл и открыл его, запуская внутрь порыв сухого ветра.

— Йо, с возвращением, ребятки.

— Кьюпи-и!

— Пи-и!

Лизун с Шушиком проскользнули внутрь.

Как только мы сюда прибыли, я отправил их собирать в городе информацию. Об этой гостинице, кстати, тоже узнал от них, пока мы сражались в подземелье.

— Вот молодцы. Простите, загонял вас совсем. А теперь кушайте и отдыхайте.

Вытащив из сумки собранные в подземелье магические самоцветы, я отдал их Лизуну, а Шушика наградил большим куском его любимого высококачественного сыра. Глядя, как они с радостью принялись за еду, я проанализировал информацию, которую они раздобыли.

Судя по всему, в этом мире прошло примерно столько же времени, сколько я провёл в своём. Однако, насколько я знал, до начала полномасштабной войны должно было пройти ещё некоторое время, и более того, главный удар изначально должна была принять Страна Зверолюдей, но в этот раз основным театром боевых действий стала Теократия.

«Значит, ни Летисии, ни Лилии в городе нет… Хотя время отличается, они наверняка уже успели проникнуть в стан врага».

Среди услышанной информации я отметил имя выдвинувшегося на передовую командующего армии демонов, «Воспламеняющего демона» Ардириуса. Это был один из врагов, которых преследовала Летисия — тайный организатор вызова зловещего дракона, убившего её старшего брата, предыдущего Повелителя демонов. Судя по тому, что случилось тогда, Летисия была нацелена именно на Ардириуса, который возглавил провоенную фракцию и вёл ожесточённое наступление. В моё первое пришествие, сразу после того как Ардириус разрушил Священный кристалл, Летисия внезапно напала на него и вырезала все три его сердца.

Чтобы получить эту возможность, Летисия воспользовалась конфронтацией между фракцией Повелителя демонов и фракцией командующего армией демонов, и даже использовала позицию умеренных сил, чтобы свершить свою месть. Скорее всего, она будет действовать так же и в этот раз. И в это время, пока моя цель, Лилия, остаётся одна, я собирался с ней разобраться, однако это произойдёт чуть позже. Поэтому первым в списке будет он — Благородный боец, Леон Гайруд. В данный момент возглавляемый им отряд ожесточённо сражался на передовой, и если верить полученной информации, вчера Леон должен был прибыть в этот город с какой-то целью.

— Будет замечательно, если он заглотит наживку… Но если не сработает, то и ладно.

И наконец, то, что больше всего меня тревожило — Минарис и Шурия. Вернувшись в этот мир, — нет, даже раньше, — я почувствовал, что между нами всё ещё сохраняется слабая связь. Не знаю, каким образом им удалось спастись, после того как меня вернули в мой мир, но я был уверен, что они живы. Однако проблема в том, что мне было неизвестно, ни где они, ни что с ними.

«Их схватила Метерия?.. Но тогда почему она до сих пор их не убила? У неё нет причин оставлять их в живых… Может, им удалось сбежать?»

Слишком мало информации. Строя догадки одну за другой, только больше запутаюсь. Да и о самой Метерии я мало что знал. Пожалуй, придётся продолжать по крупицам собирать информацию и дожидаться, пока с мной не выйдут на связь сами девчонки, которые могли от неё убежать и сейчас скрываются.

В городе также мало что было известно и об объявившемся отродье магического древа. С другой стороны, Летисия в полном порядке, а значит, появилось оно каким-то другим, не связанным с ней образом…

— ...Чёрт, информации недостаточно.

Ладно, это бесполезно, пока не буду об этом думать.

Я вдруг заметил, что успевшие съесть свои магические самоцветы и сыр Лизун с Шушиком преспокойно дрыхнут, устроившись на краю моей кровати. При виде их на меня навалилась усталость. Похоже, я также изрядно вымотался, хоть и не заметил этого.

— До вечера-то ещё далеко…

Ну и пусть, подумал я и, стараясь не разбудить спящих рядом фамильяров, улёгся на кровать.

Предстоит много над чем подумать. Но сейчас лучше посплю. Чтобы унять возбуждение от осознания того, что здесь скоро соберутся враги, которых я хочу убить. И чтобы не упустить возможности им отомстить, даже если что-то пойдёт не так.

Чтобы избавиться от этой усталости, засну крепко-крепко, не думая ни о чём.

Затем я молча закрыл глаза, стараясь не слышать, как мой собственный голос шепчет мне: «Всё равно не видать тебе спокойного сна».

***

Я видел давний сон. Казавшийся нереальным, собранный из отрывочных воспоминаний сон. Наваждение, где смешалась грань между абстрактностью и объективностью, и постепенно терялось осознание, что я нахожусь внутри сна.

«Этот мир полон отвратительной лжи и обмана».

Узнав о существовании «Повелителя демонов», или скорее, что есть «Повелитель демонов» на самом деле, я больше не мог считать иначе.

Обычно у демонов внутри тела есть что-то вроде магического камня. В зависимости об обстоятельств, демон с сильными регенеративными способностями способен восстановить даже сердце, но он умрёт, если находящееся в его теле магическое ядро будет уничтожено.

У того, кто стал Повелителем демонов, помимо обычного магического ядра было ещё одно подтверждавшее его статус особое ядро, называемое «магическим ядром Повелителя демонов» — содержащее в себе скверну семя Мирового древа, которое, наделяя демона огромной мощью, обращало его тело в магическое древо. Когда Повелитель демонов становился магическим древом, оно начинало распространять эту скверну вокруг себя, и в течении сотни лет, что жило магическое древо, росла мощь демонов и активизировались монстры.

Вот почему Герой должен был победить Повелителя демонов. Уничтожить единственное появившееся в этом мире ядро Повелителя демонов и очистить скверну — очистить её был способен лишь Герой. И защитить мир, выиграв время, пока это ядро вновь не появится у какого-нибудь демона.

...Я не смог этого сделать.

Превращение в магическое древо занимало немало времени, но в случае Летисии всё было по-другому. Она не превратилась в магическое древо, и ядро Повелителя демонов не было уничтожено — Летисии, которой оно передалось от предыдущего Повелителя демонов, оставалось недолго.

Несколько лет жизни.

Летисия протянула мне руку, предлагая провести это время вместе в мире и спокойствии. С полным одиночества и отчаяния лицом, она смирилась со своей участью. Она хотела разделить мир надвое, чтобы люди и демоны больше не сражались друг с другом. Влив всю нашу силу, силу Повелительницы демонов и Героя, создать непроходимый барьер, а затем провести то недолгое время в промежутке, разделяющим его стены, вместе со мной.

...Я не смог с этим смириться.

Я решил найти способ безопасно удалить ядро Повелителя демонов из тела Летисии. В битве против зловещего дракона, внезапно появившегося на передовой, и люди, и демоны понесли катастрофические потери. Несмотря на то, что мы с Летисией в конце концов одолели зловещего дракона, ни одна сторона больше не могла продолжать войну.

Доверив ослабленную в битве со зловещим драконом Летисию её старшей сестре, Лилии, и мастеру боевых искусств, благородному и беспристрастному Леону, я отправился в путешествие. Я неустанно искал способ спасти Летисию, пока наконец его не нашёл. От живущих в этом мире с незапамятных времён истинных вампиров я получил информацию о сокровище, называемом «Книгой Мудрости», содержащей в себе все знания мира.

В глубине древних руин я узнал от них о подземелье, в котором она могла быть. В поисках «Книги Мудрости» я спустился в находившееся в глубине эльфийского леса запечатанное подземелье, населённое ужасающими зверодемонами. Пробиваясь сквозь орды высокоуровневых монстров, каждый из которых был сравним с боссом обычного подземелья, я раздобыл необходимые знания, спустившись примерно на пятьсот этажей. Знания, которые позволили бы извлечь и уничтожить ядро Повелителя демонов, сохранив Летисии жизнь.

Да, я нашёл его. Способ спасти Летисию. И вернулся. Я вернулся!

Летисия… Я не взял твою руку, чтобы сдержать обещание.

Так… почему же?..

— Почему, чёрт возьми?!.. Почему так быстро?..

Тело Летисии было захвачено магическим древом.

***

Я сражался с Летисией, превратившейся в магическое древо.

Колебаться времени не было. Сознание Летисии полностью отключилось, а магическое древо в поисках пищи создало отродий и принялось поглощать всю окружающую жизнь, сея хаос и разрушения. Ни люди, ни демоны — ни у кого не осталось сил остановить неистовствующее магическое древо, и если бы я не взял себя в руки, количество жертв продолжало бы расти.

Бой длился три дня и три ночи. Противник был сильнее всех, с кем мне пришлось сражаться, и я отчаянно продолжал цепляться за желание каким-то образом спасти Летисию. Однако я знал, что это невозможно. Когда магическое древо прорастёт, возможности отделить от него Летисию уже не останется — это мне было известно благодаря знаниям, которые я с таким трудом раздобыл.

...И всё же способ спасти Летисию был. Вместо разрушения ядра магического древа, можно было вытянуть находящуюся внутри скверну и развеять по миру. Если бы только мне удалось найти спрятанное в магическом древе ядро Повелителя демонов, я смог бы это сделать с помощью полученных мною знаний и навыков. Но во время битвы я не смог его обнаружить. Нет, даже найдя его, я всё равно не мог так поступить. Потому что я был Героем. Потому что знал о прекрасной стороне этого мира. Потому этот мир, в котором мы повстречались с Летисией, мне полюбился.

Скверна, извлечённая из ядра Повелителя демонов, не будучи очищенной, охватит мир так плотно, что даже демоны, способные её поглощать и усиливать себя, не смогут с ней совладать. Я также знал, что Летисия не хотела, чтобы мир превратился в безлюдную апокалиптическую пустыню, где бы мало кто выжил. Поэтому я продолжал и продолжал колебаться, даже когда загнал в угол поглотившего внутрь себя Летисию чернодревого монстра. Даже когда заметил, что магическое древо стало саморазрушаться, я всё ещё не мог решиться сразить его. Это привело к тому, что продолжая затягивать бой, я потерял концентрацию и оказался в опасности. И когда я уже был на волосок от смерти, меня спасла пришедшая в сознание Летисия.

«Я и правда решила уничтожить мир как Повелительница демонов. Неважно, кто победит, кто проиграет», — с этими словами очевиднейшей лжи мой меч вошёл в спину, пронзив служившее ядром сердце Летисии, и положил конец этой битве.

Всё было кончено.

— Летисия…

— Хи-хи, что за жалкий у тебя вид, ты же держишь в руках такую красавицу.

— Почему… так быстро?.. Дура, надо было держаться, я… Я ведь нашёл… нашёл способ спасти тебя, я правда его нашёл, слышишь? Я же обещал, что мы вернёмся в мой мир. Что я познакомлю тебя со своей семьёй, что ты будешь моей невестой.

Я знал, что её жизнь угасает. Держа Летисию в своих объятиях, я понимал, что она рассыпается и исчезает.

— Очень жаль, но, похоже, вернуться в твой мир вместе с тобой я не смогу. Что ж, это тоже неплохо. В конце-концов, я всегда только брала у тебя, Кайто. Так что теперь мы квиты. Я ведь говорила, что всегда возвращаю долги.

Она продолжала смеяться как и прежде.

— Вернись в свой мир, домой, к своей семье. Вернись обязательно. А-а, только вот обидно будет, если ты сразу же меня забудешь. Поэтому поскорби обо мне хоть немного. Сделай мне шикарную могилку, да поплачь над ней, вспоминая меня. Ты же только и делаешь, что думаешь о своём мире, да о своей семье. Так что на этот раз я заберу тебя у них на какое-то время! Ку-ку-ку! Ах, если подумать — теперь и смерть кажется довольно забавной штукой.

Продолжала всё также подтрунивать надо мной.

— И вот ещё что. Живи так, чтобы не осталось ничего, что ты хотел бы сделать, но не сделал, когда пробьёт твой смертный час. Я отдаю тебе свою жизнь, и если вздумаешь безответственно махнуть рукой на свою собственную, я тебе этого не прощу. Будь готов к тому, что я всегда буду следить за тобой. Посмей только подумать об этом: я перерожусь и приду, чтобы врезать тебе так, что мало не покажется! Или обращусь призраком и буду преследовать до конца твоих дней!

Всегда колкий, поддразнивающий нерешительного меня голос, сейчас был до боли мучительным.

— Летисия…

— Ну что ты, что ты... Собрался здесь все слёзы выплакать? Боже, сказала же: неважно, кто победит, кто проиграет — без обид. Давай, улыбнись, у-лыб-ни-ись!

Вытянув ослабевшие руки, она ущипнула и растянула мне щёки.

— Ай-й… Что... ты делаешь? Жестокая...

Летисия продолжала быстро превращаться в песок. Её тело было не в состоянии выдержать осквернённое магическим древом ядро, получившее чудовищную магическую силу Повелителя демонов.

— Ну же, улыбнись. Я хочу, чтобы ты улыбнулся.

— Хф… вот так?

— Пу-пу, до чего же уродливая у тебя харя. Ты точно облысеешь.

— ...Д-дура, чёрта с два я облысею. Глаз нет, что ли? Не видишь мою шевелюру?

— Хм-хм, мои предсказания довольно точны, ты не знал? Ку-ку-ку.

Как обычно дурачась, она улыбалась вымученной, готовой в любой момент исчезнуть с её лица улыбкой. Принуждала себя улыбаться, не думать о неизбежном, но внутри ей было невыносимо больно.

Её конечности практически исчезли. Времени почти не осталось.

— Блин, ты... Даже сейчас…

— Ку-ку, ку-ку-ку. А-ах… И правда, кого я обманываю?

Лицо мучительно исказилось.

— Не хочу... Я не хочу умирать.

— Летисия…

Словно кашель, слова слетали с её губ.

— Ещё, ещё... Мне нужно ещё… Почему... почему всё так вышло?

— Летисия… Летисия!..

Отрывистые и разбитые.

— Нет… Я хочу быть с тобой... Кайто, я… я…

Как мыльные пузырьки, они лопались и исчезали.

— Я люблю тебя. Так люблю, что не могу ничего с собой поделать... люблю...

Будто пробудившись ото сна, в котором отчётливо запечатлелось лишь её заплаканное лицо...

— Да, и я люблю... Слышишь, Летисия? Я тоже... так тебя люблю...

...Я тихо плакал, продолжая сжимать в руках потерявший теплоту песок.

***

Чертовски, ужасно, невыносимо холодно.

Был ли этот мир таким холодным?

Был ли этот мир таким бесцветным?

Руины заброшенного поселения на побережье.

Весь покрытый ранами я лежал на нагретом солнцем песке, примостившись за выброшенным на берег деревом. Обильная кровопотеря снизила температуру тела, на меня был наложен негативный эффект после внезапной атаки ядовитым порошком, и сбежать с помощью телепортации я не мог из-за воздействия проклятия яда.

Небо было безоблачным и ясным, но даже бьющий в глаза ослепительный солнечный свет казался мне холодным и мёртвым. Почти как в то время, когда я пришёл в тот мир: гнетущее ощущение, что всё вокруг давит своей чуждостью; чувство, словно мрачный, призрачный монстр пытается всё сильней и сильней опутать мне ноги, пока я продвигаюсь вперёд, увязая в болотной трясине. Я бежал и бежал, потому что если не сбегу от этого монстра, он утащит меня вниз, на самое дно, где я не смогу дышать, в мир безо всякой надежды внутри птичьей клетки.

— ...Ха-ха-ха, нет, это куда хуже, чем тогда.

Потому что тогда созданные мной из тревоги и одиночества стены были разрушены Летисией. Потому что тогда я узнал, что этот мир — вовсе не птичья клетка.

— ...Пожалуй, этого и следовало от тебя ожидать, Кайто.

— Иметь несчастье угодить в ловушку и суметь выжить после нашей неожиданной атаки… Не думала, что ты доставишь нам столько проблем.

Поэтому эти люди передо мной выглядели ледяными монстрами.

Один из них — Леон, лев-зверолюд, облачённый в одеяние мастера боевых искусств, что предпочитает сражаться голыми руками. Другая — красавица-чародейка Лилия в демонстрирующей её статус похожей на платье пурпурной мантии.

Эти двое, которым я доверял настолько, что оставил на их попечение Летисию, выглядели сейчас совершенно чужими людьми.

— Проклятие яда, настолько мощное, чтобы не позволить мне использовать телепортацию… Плюс негативный эффект, превосходящий мою сопротивляемость… Где вы такое достали?!

— Это «Проклятие яда Королевы фей», — не скрывая, ответил Леон, вероятно, считая, что это конец. И открывшаяся в его ответе правда вновь заставила моё сердце сжаться.

— Ясно. Значит, ты лгал, когда говорил, что убил эту крылатую гадину.

Королева фей — та, что правит всеми феями.

Феи — вовсе не те милые создания из сказок. Люди для них просто игрушки. То, что они творили, даже и близко не назовёшь озорством. Заморить голодом до смерти заблудившегося человека, натравить на него стаю монстров, изрядным образом незаметно попортить экипировку — для них это так, затравочка. Похитить младенца и, забавляясь с ним как с игрушкой, убить. Стереть человеку память, чтобы тот позабыл о своих близких, и сделать его своей марионеткой. По своей прихоти, без каких-то на то причин превратить человека в безмозглого овоща. Чтобы продолжать делать так и дальше, эти твари промывали мозги людям, ставших свидетелями их больных забав. Сознание всех, кроме жертв, искажалось так, что они считали это естественным, будто ничего этого не было, а пострадавший сам виноват в своих бедах. Лишь немногие были способны им противостоять, и поэтому мало кто знал правду о них.

— Верно... Поэтому ты так безрассудно рвался убить её сам.

Когда-то один человек по прихоти феи потерял всё. Мужчина, который вёл обычную тихую жизнь, внезапно лишился воспоминаний о своих родителях, жене и детях. И когда фея, словно это само собой разумеещееся, сказала ему: «Будь моей игрушкой, пока не умрёшь», тот отказался. Тогда разгневанная фея лишила его возможности видеть правым глазом, пользоваться левой рукой и забрала почти весь срок его жизни.

Я случайно наткнулся на него во время моего путешествия. Мужчина, которому не исполнилось и тридцати, с изборождённым морщинами лицом, вцепившись в выбеленные сединой волосы и плача, испустил передо мной последний вздох. Он оставил после себя дневник, в котором поведал эту похожую на горестный крик историю.

Прочитав тот дневник, я — нет, мы, — мы уничтожили деревню фей, чтобы раз и навсегда избавиться от источника этих бед. Пока я сеял хаос, выполняя роль приманки, Леон прикончил главную виновницу — их королеву.

Такая вот история.

Но сейчас говорить об этом не было смысла. Было что-то, что волновало меня куда больше, чем причина, почему он оставил в живых Королеву фей.

— Она ведь всегда о вас беспокоилась. Излишне переживала.

С чувством, как теряя тепло, рассыпается в моих руках. С ощущением торчащих изнутри обеих рук лезвий, впивающихся в тело всё больше и больше.

— Скажите, чего вы хотели этим добиться, Леон, Лилия?

...С отчаянным, холодным вздохом, заставившим всё перед глазами застынуть, причина.

— Скажи мне, Леон. Разве ты не мог подождать то недолгое время, что ей осталось? Может, ты совсем в меня не верил? Хотел удостоиться чести победить Повелительницу демонов? Думал, в такой ситуации этим можно остановить войну? — спросил я Леона, взиравшего на меня с мрачной угрюмостью.

— Скажи мне, Лилия. Летисия же так тебя обожала. Так почему, почему ты перешла на другую сторону? Ответь мне, чёрт подери! Зачем, зачем, мать твою, ты так поступила?! — спросил я смотревшую на меня с непроницаемым спокойствием Лилию.

Их холодные фигуры молчаливо возвышались надо мной.

— Я думал, ей просто осталось меньше, чем ожидалось. Думал, была какая-то причина, почему вас не было рядом, что вы могли пострадать, когда она вышла из-под контроля… Но чёрт возьми! — скрежетнув зубами, отчаянно воскликнул я. Крик растерянного, сжимающегося от боли сердца, вопрошавшего «скажите же мне, скажите»:

— Почему ядра Повелителя демонов не оказалось в магическом древе?! Лилия, почему я ощущаю его силу в камне, установленном в твоём магическом посохе?!

В ушах, будто разрастаясь, что-то пульсировало. «Мне больно, мучительно, невыносимо», — пронзительно кричала отмирающая оболочка моего сердца.

— ПОЧЕМУ ВЫ ПРЕДАЛИ НАС С ЛЕТИСИЕЙ?! ЛЕОН, ЛИЛИЯ?!

Рвущийся из самой глубины голос обжигал глотку.

— ...Ты ничего не знаешь, Кайто. Ни Герою, ни Повелительнице демонов нельзя существовать в этом мире, — слегка приоткрыв рот, произнёс Леон. — Я сожалею, что так с тобой обошёлся. И мне жаль, что с юной Летисией случилось такое несчастье. Но если каким-то образом не сломать эту «систему», этот нелепый фарс будет повторяться и дальше, и постепенно нарастающее искажение однажды принесёт гибель этому миру. Даже если мир заполнит скверна, она рано или поздно будет очищена, а разрушенный мир восстановить уже не получится.

— Что… О чём ты говоришь?

— Мы работали над тем, чтобы этот мир принадлежал его жителям, задолго до того как ты здесь появился. И взять на себя эти грехи решились уже давно. Чтобы мы не потеряли, даже если для этого придётся сойти с пути человечности и идти по пути предательства, — Лилия отрицательно покачала головой. — С того самого дня, когда я забрала жизнь своего брата и стала братоубийцей, для меня не было пути назад.

— Б-брата?.. Стой, но ведь твоего брата… Он уже…

Летисия уже должна была ему отомстить.

Однако Лилия, словно не желая больше об этом говорить, продолжила:

— Всё это в прошлом. Это был единственный способ спасти мир. Одно время я раздумывала над этим, но всё же ни Повелительница демонов, ни Герой не могут выбиться из сценария. Поэтому магическое ядро Повелителя демонов — «Божественное ядро» — совершенно необходимо. Как и сила «Божественного предела» внутри тебя, Кайто.

— Да что вы такое несёте, я нихрена не понимаю!!!

Не понимаю, не понимаю, не понимаю.

Словно запутывающая всё больше и больше несусветная чушь, их бессмысленные слова вызывали у меня раздражение.

— Ни Герой, ни Повелительница демонов не должны существовать. Летисия разрушит этот мир. Ради его спасения вы оба должны умереть.

Ради этого мира? Вы убили её, потому что Герой и Повелительница демонов не должны существовать?

— Иди к чёрту!!! Летисия уничтожит этот мир? Та, кто сама просила меня её убить, прежде чем она превратится в магическое древо, потому что хотела, чтобы люди больше не умирали?! И вы всё равно это сделали?!

— Это бессмысленно… — ответил Леон. — Само существование Повелительницы демонов — всего лишь проедающая этот мир декорация. Вместе с тобой, Героем, вы инородные тела для него.

— Такими темпами мир однажды будет съеден до основания. Лишь для продолжения бесцельной трагедии и фарса на потеху богу... А то, что от него останется, выбросят как мусор.

Декорация? Съеден до основания? На потеху богу?

«Проклятье, столько всего непонятного».

Я нихрена не понимал, о чём они говорили. И всё же смог уловить самую суть — скорее всего, они не лгали. Их глаза не были затуманены жадностью, в них отражалась твёрдая убеждённость. Правда это или нет, они верили, что я и Летисия несём вред этому миру. Как только я это осознал, все сомнения и вопросы стали неважны, и меня охватила слабость.

— ...Всё, хватит. Хватит, просто ответьте: вы стали причиной того, что магическое древо поглотило Летисию намного раньше?

— ...Да, я забрала у неё ядро Повелителя демонов. После его извлечения удерживаемая им скверна сразу же преобразовала её тело в магическое древо, и она вышла из под контроля.

Ах, вот и всё. В этот момент часть моего сердца, кричавшая от боли и растерянности, умерла окончательно. Иначе говоря, я ошибся, доверив Летисию этим людям — людям, которым я доверял. Если эти двое сговорились нас предать, они с лёгкостью могли сделать что угодно с ослабевшей Летисией. Особенно с Летисией, безгранично верившей Лилии.

В кулаке приготовившегося атаковать Леона собралась сияющая золотистым светом магическая сила. На кончике посоха приосанившейся Лилии закрутилось излучающее тёмный свет заклинание.

— ...Я не собираюсь перед тобой оправдываться, Кайто. Я убью тебя и подниму свой уровень. Чтобы спасти этот мир, Герой должен умереть.

— Этому миру не нужны ни Герой, ни Повелительница демонов, ни Святая с Принцессой. Мы не пешки, которыми можно двигать как заблагорассудиться, поэтому мы убьём тебя ради этого мира.

Меня это больше не волнует. Совершенно не волнует. Я устал.

Теперь я, мы, даже не знали, что на самом деле представляет из себя этот мир. Мы старались изо всех сил, стремясь к счастливому финалу, где все улыбаются… чтобы в конце концов нас предали те, кому мы доверяли.

Я почувствовал, как передающая мне что-то важное маленькая жилка на омертвевшей поверхности моего сердца была перерезана.

— Всё, хватит. Теперь... вы…

...Мои враги.

— «Рёв золотого льва»!!!

— Теневой разъедающий острокол!

С огромным напором в меня полетел сгусток ревущей магической силы виде раскрытой пасти свирепого льва и вместе с ним, пронзительно рассекая воздух, бритвенно-острый теневой коготь, разъедающий всё, к чему прикоснётся.

С наложенным на меня негативным эффектом, прямое попадание стало бы фатальным. Если бы я попал под удар.

— Поглоти, «Обжорство».

Под удивлённые возгласы моих противников, передо мной образовалось нечто похожее на чёрную дыру, после чего, засосав их магическую атаку, та бесследно исчезла.

В руках я держал большой меч цвета ярко-красной плоти — «Меч Смертных грехов — Чудище из ненасытного болота».

Они впервые видели в действии его мечевую, «рабочую» форму, в отличие от человеческой, «высвобожденной» формы. Техника, которую я основательно изучил, чтобы подавить побочные эффекты и повысить его практичность: с помощью неё можно было использовать мечи серии Смертных Грехов как любые другие духовные клинки, не прибегая к длинным заклинаниям и избегая штрафов. С другой стороны, подобная форма не обладала такой чудовищной и невероятной силой как человеческая форма меча в «высвобожденном» состоянии, ограничиваясь низким уровнем как и у прочих клинков. Сила меча серии Смертных Грехов теряла свою исключительную мощь в обмен на удобство её использования, однако для меня в тот момент гораздо важнее было то, что эти двое знали лишь о человеческой форме в «высвобожденном» состоянии.

Влив в меч побольше маны, я полностью поглотил атаку, и пользуясь их секундным замешательством, немедленно задействовал другой клинок.

— Поиграй, «Похоть».

— Чёрт?!

— Угх!

Взмах тонкого клинка в моей руке с переливающимся всеми цветами радуги лезвием — «Меча Смертных Грехов — Озорницы из Кукольного Домика» — и позади Леона с Лилией образовалась коробка, затянувшая их внутрь.

— Отправь их куда-нибудь подальше.

Коробка с моими противниками внутри со свистом исчезла.

Они не погибли. В «рабочем» состоянии силы мечей Смертных Грехов было недостаточно, чтоб убить их, однако они не могли пользоваться телепортацией. Если я не могу использовать телепортацию из-за проклятия яда, то хотя бы отправлю противника подальше от себя. Где они окажутся, со всей силой унесённые в неведомые дали, я и сам не знал.

— ...Надо двигаться.

После использования мечей Смертных Грехов моё местонахождение будет передано Метерии. Мне нужно где-нибудь спрятаться и отдохнуть.

«Герой должен умереть».

«Мы убьём тебя ради этого мира».

— ...Пошли вы все к чёрту.

Я сжал висящий на шее мешочек с магическим ядром Летисии.

Есть те, кто убьёт меня, потому что я стал Повелителем демонов.

Есть те, кто убьёт меня, потому что я Герой.

— Я хочу вернуться… Хочу вернуться домой... — сорвались с моих губ слова, повторённые бесчисленное множество раз.

В ответ — тишина. Лишь шелест волн, солёный морской бриз и яркое солнце.

Но теперь... я не чувствовал даже того, каким холодным был этот мир.

***

— А-а, чёрт, до чего же дерьмово…

В отличие от обычного быстрого пробуждения, такое пробуждение сопровождалось тошнотворным чувством, будто во рту копошится комок липких червей. С очередным приближением мести появляющиеся в моих снах воспоминания о прошлом растравливали раны настолько, насколько реальными эти воспоминания казались.

Лучи утреннего солнца ярко освещали комнату, однако Май с Юто продолжали дрыхнуть как цуцики.

— Фуэ-хе-хе… коленки нии-самы...

— Ммм… консервы… рыбные консервы, они атакуют… Бегите, глупцы…

Да ещё бормотали во сне всякий бред.

— Пришлось, конечно, нагружать вас...

Я убрал прядь волос с лица спящей дорогой сестрицы, на котором отражалось блаженство.

— Но не думал, что вы так легко сломаетесь… Всё-таки, наверное, тяжеловато...

В нашем мире, где убийство человека не является обыденным делом по сравнению с миром этим, они оба перешли черту между «мне придётся это сделать» и «я хочу это сделать». Однако даже если у них хватает духу убить противника, направленный на них всплеск дикой кровожадности и желания убить заставит их тела закостенеть. Чтобы с этим справиться, необходимо их к этому приучать, продолжая воздействовать на них кровожадностью снова и снова.

Во своё время, сходясь с противником в смертельной битве, я не ведал ни бесстрашия, ни решимости убивать, поэтому мне потребовалось время, чтобы привыкнуть сражаться, когда на кону твоя жизнь. Каждый день, ложась спать, я дрожал и не мог заснуть.

— Хотя по сравнению со мной...

Они, пожалуй, чересчур самонадеянны и беспечны.

— ...Так или иначе, пора вставать.

Я направил на них слегка повышенную кровожадность, отчего Май с Юто вскочили как ужаленные, оглядываясь в поисках врага.

— Привет, сони.

— ...Нии-сама, если собираешься забраться ко мне в постель, не мог бы ты это делать, когда мы одни?

— Доброе утро… Знаешь, такой способ будить плохо сказывается на сердце… Хотя это и спасло меня от нашествия консервированной скумбрии.

Что и требовалось доказать — увидев меня, они совершенно расслабились.

Если подумать, сделай я то же самое в первый день нашего прибытия в этот мир, они продолжали бы спать без задних ног, так что можно сказать, многодневный рейд по подземелью того стоил.

Впрочем...

— Тридцать очков. Вы медленно реагируете, нужно успеть открыть глаза ещё до того как почувствуете всплеск кровожадности на себе. Да и последующая реакция никуда не годится. Если у вас есть время, чтобы оглядываться в поисках источника угрозы, лучше потратить его на то, чтобы поменять своё местоположение. Стоять на месте и щёлкать клювом, ощутив направленную на вас враждебность — всё равно что специально подставляться. Вы что, тупые? Или тугие? — ехидно улыбаясь, выложил я без обиняков.

— Это ужасно. Нии-сама, ты слишком строг…

— А… аха-ха… Ты и правда не даёшь спуску…

— Не пытайтесь давить на жалость… — глядя, как эти двое поморщились, я вздохнул. — Точно, когда в следующий раз облажаетесь, я вам лоб разрисую, и будете полдня ходить, пока не дойдёт.

«Ну, забросить этих салаг на поле боя — и они быстро гонор поубавят. Это будет для них идеальной практикой».

Если разбросанная наживка сработает, мы так или иначе скоро там окажемся. Находясь окружении тех, кто хочет тебя убить, восприятие, хочешь не хочешь, оттачивается, а собственные инстинкты — лучшие в этом учителя.

— Ладно, подымайтесь. Пойдём сделаем ещё прикормку, так что держите хвост пистолетом. А после займёмся приготовлениями, чтобы хорошенько разделать пойманную рыбу. Нет времени сачковать.

Я хлопнул в ладоши, и они потихоньку зашевелились.

С помощью мелочёвки привлечём рыбу покрупнее и подбросим такую приманку, мимо которой она точно не проплывёт.