Том 2    
1

1

В этот день в старшей муниципальной школе экзорцистов перед обедом собирались проводить общее собрание.

Все были заняты, особенно в старшей школе, потому подобное случалось редко.

Однако первогодки успели расслабиться, потому учителя вполне могли решить всех отчитать.

Всех построили в спортивном зале, и вокруг было довольно шумно.

— У, ну и фантазии у него... Уа, сенсей всё продолжает своими аморальными делами заниматься...

— Мисаки-дзё! Не трать способности попусту! Лучше посмотри на Кудзуноху-сама или красоток класса S, выясни их развратные секреты и сообщи мне!

— На расстоянии сложно что-то увидеть... И, Аой-тян, ты слишком шумишь, неужели хочешь, чтобы снова наказали?

— Несправедливо! Я просто хочу удовлетворить своё здоровое мальчишеское любопытство!

Моя группа не была исключением, и измотанная своими глазами суккуба Соя разговаривала с погрузившейся в свои сексуальные фантазии Карасумой.

А что до меня...

— Фуруя-кун, ты чего всё из телефона не вылезаешь? И у тебя ещё мешки под глазами.

— А? А, да нет, просто. И закрой уже глаза, Соя.

Сколько раз я проделывал это со вчерашнего дня? Проверял почту, не пришли ли ещё сообщения от Сакуры.

Когда она написала, я сразу же ответил: «Во сколько? Ты знаешь дорогу? Встретить тебя у станции?», но она мне не ответила. Я начал переживать, не случилось ли с ней чего, и даже поспать толком не смог.

— Мисаки-дзё. Ничего ты не понимаешь. Фуруя тоже парень. Если попадается какая-нибудь убойная эротическая фотка, от неё не оторваться.

— По себе не ровняй!

— А разве есть ещё причины, чтобы теребить телефон или свою промежность помимо эротических фоток?

Есть. Например когда за сестру переживаешь.

Но об этом я не сказал. Не хотел, чтобы кто-то узнал о том, что Сакура придёт.

Почему? Очевидно же.

Да потому что вокруг меня лишь те, кто могут оказать на неё дурное влияние!

Ребята из класса сразу начнут болтать о том, что я домогаюсь, Карасуму вообще обсуждать не буду. И я не хочу, чтобы Соя своими глазами суккуба смотрела на Сакуру.

И ещё рядом была та, кто с сегодняшнего дня снова начала в школу ходить...

— Это, можно мне к вам?

— А, Нагумо-сан?! Ты и правда перевелась к нам! Да, конечно, вставай.

... Явилась.

Кендоистка с хвостиком Нагумо Мутсуми поздоровалась с Соей и встал рядом.

Ух, эта Нагумо. Утром вроде меня избегала, так чего теперь задумала?

— Ух. Запах Мутсуми-дзё поблизости... Успокойтесь, мои внутренние тестикулы...

Я старался спрятаться в тени хватавшейся за сердце дуры Карасумы.

— Й-йо, Фуруя.

Поздоровавшись с Соей, Нагумо обошла Карасуму и приблизилась ко мне. Ещё и за рукав потянула. Ч-чего это она? Неужели тут хочет, чтобы я оргазмовый экзорцизм использовал?

— Фуруя, ты это, прости за то, что тогда было! — прошептала она. Но чувствовалось, что она серьёзно, после чего Нагумо поклонилась... А?

— Мне Кудзуноха-сан рассказала, что тогда было. О том, что к твоей силе не стоит привлекать внимание. Я понимаю, что доставляю тебе проблемы, но когда появился шанс увеличить грудь, я не смогла сдержаться... Прости!

— Это...

Из-за её комплекса случился духовный инцидент шестого уровня, так Нагумо большую грудь хотела, и всё же ей все восхищаются и она свой парень (девушка).

Каеде ей всё объяснила, и Нагумо поняла, что была не права.

— Ну, главное, что ты поняла.

— Слава богу... Хороший ты парень, Фуруя.

Хотя бы её не придётся подальше от Сакуры держать, уже легче.

— ... Но, — тут Нагумо тихо заговорила. — ... Если мы оба не против, то ведь никаких проблем, если мы тайком это сделаем?

— Вот уж нет! Ничего ты не поняла!

Нет, она ничем не лучше.

Ух, похоже придётся держать с ней ухо востро.

... Хвать.

— М?

Тут меня потянули за одежду сзади, и я обернулся.

— А?

Почему-то Соя озадаченно смотрела на мою руку.

— А, это, скоро собрание начнётся, давайте тише.

Разволновавшись, она отпустила меня, а Карасума тут же стала беситься: «Фуруя, гад! Я терплю, а ты тут с Мутсуми-дзё сблизился!» — пришлось отпихнуть её, и она наконец успокоилась.

«Почему так?» — подумал я, а потом собрание началось, и мы все встали в ряд.

Вот ведь. Вокруг меня одни люди, которым я не могу позволить с Сакурой увидеться, хотелось вчера сказать ей, чтобы она не приходила в мою школу... Но она почему-то не отвечала.

Я правда переживал за Сакуру, но когда началось совещание, я перестал дёргать телефон, в душе была всепоглощающая печаль... И тут.

... А? Что за гнетущая атмосфера?

Ученики притихли, а среди учителей, ожидавших в углу, повисло напряжение. Даже я ощутил эту духовную силу, что уж говорить об остальных, и жаловавшаяся до недавнего времени Карасума нахмурилась.

И вот перед микрофоном встал учитель и сказал: «Что ж, начнём весеннее собрание», — а следующие его слова оказались поразительными: «Но перед этим. Нам бы хотелось, чтобы наши ученики лучше осознавали, что владеют силой, и относились к ней более внимательно, потому мы пригласили специального инструктора».

А? Специального инструктора?

Это было слишком неожиданно, потому начали перешёптываться не только первогодки, но и ученики второго и третьего годов. И когда инструктора пригласили на трибуну, шуметь все стали только громче.

— А? Что за девочка? Она же одного возраста с нами. И на ней наша форма.

— А она милашка. С расстояния видно плохо, но сиськи вроде тоже ничего...

Вокруг разносились голоса, и Карасума выдала странное «harasho[✱]Ну здравствуй, великий и могучий.»... А я дара речи лишился.

Стоявшая перед нами девушка была одного с нами возраста. Сбоку у неё развивался длинный хвост, своим уверенным взглядом она осмотрела нас всех. Она успела вытянуться, и грудь тоже выросла, пока мы не виделись. Но это точно была она.

— ... Сакура?

За трибуной стояла девушка, с которой я много лет жил под одной крышей, Фумидори Сакура.

«Рада познакомиться. Я была направлена из департамента надзора ассоциации экзорцистов, и с этого дня я приступаю к работе в этой школе в качестве специального инструктора. Фумидори Сакура».

Услышав её слова, все вначале притихли.

— А? Такая молодая, а уже в департаменте надзора... Это шутка? И вообще департамент уже за школами следит?..

— Вот чего учителя такие напряжённые... Ува, тяжко нам будет.

— Да нет, она ж инструктор, будет перед занятиям всяких странных типов в школу не пропускать...

Услышав про департамент надзора, все сразу же разволновались.

Но вокруг меня была совсем иная атмосфера.

— Э-эй, Фуруя-кун... Эта Сакура, неужели...

— Брат! Доверь мне свою сестрёнку! Я на всё готова!

Соя поражённо посмотрела на меня, а Карасума резко скользнула на колени и упёрлась головой мне в носки. А ещё умудрилась заглянуть под юбку Сое.

А, блин, расшумелась, дура! Прошу! Веди себя тише!

Кажется, я уже больше не выдержу!

«Причина, почему меня отправили сюда из департамента надзора... Потому что начали распространяться слухи о непристойных изгнаниях среди учащихся».

«М!»

Я, Соя и Нагумо одновременно вздрогнули.

— А? Раз департамент надзора расследует, значит эти слухи правдивы?

— То есть департамент здесь из-за Фуруи?..

Только все забыли про слухи, и вот они разгорелись с новой силой.

Все взгляды были направлены на нашу команду... А потом все разом расступились.

Стойте! Не смотрите так, будто я мерзость какая-то!

Х-хотя руки у меня и правда мерзкие, но самая мерзкая тут одна только Карасума!

Но мой крик души не достиг окружающих... А безжалостное представление Сакуры продолжалось:

«Меня отправили сюда для наблюдения и исправления текущего положения дел в школе экзорцистов. Для удобства я буду в первом классе D, остановлюсь в четыреста седьмом номере общежития. Если заметите недобросовестное использование силы или что-то странное, сразу извещайте меня. На этом всё», — Сакура поклонилась. А потом спокойно сошла с трибуны.

... Это, а где класс D? И где-то я про четыреста седьмую комнату слышал.

Что-то информация в голосе совсем не усваивается.

— Человек из отдела надзора в классе S должен быть. А она в классе D оказалась...

— Четырёхсотые комнаты в общаге — это же корпус парней?

— Точно! Четыреста седьмая до вчерашнего дня была моей комнатой! То есть она рядом с Фуруей жить будет! Почему все милашки ему достаются?! — поражённо закричал Кобаяси.

Точно решаясь добить нас, все стали ещё дальше от нас отходить.

Смотрели на меня так: «А, значит это по его душу надзор пришёл».

Только Карасума продолжала кланяться, а Соя прищурилась: «М-м-м, с расстояния не разглядеть...»

— Э-эй, я что-то не очень поняла, но неужели это из-за нас?! — Нагумо затрясла моё плечо и тихо спросила. — Ух, я же не хотела доставлять тебе ещё больно хлопот, и на тебе... Но как мне теперь разжиться большой грудью?!

Да силикон себе вставь и всё...

Так я подумал, всё ещё находясь в замешательстве.