Том 2    
Часть 2. Ята но Кагами


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
odalety
3 г.
О... не долго же ждал. Ну я еще подожду. И прочту полностью.
saniok medved
5 л.
Спасибо большое!
После событий первой книги я даже опасался, что сюжет ослабеет.
{{S|Хиккикомори теперь может выходить из дома, многие проблемы разрулены. Все жили долго и счастливо?}} Но читать по-прежнему интересно, повороты крутые и неожиданные. Получил море удовольствия от прочтения!
Мне это не мешало читать, но в тексте первой части есть ошибки и опечатки. Помочь с их обнаружением или без сопливых разберётесь?
Alex3719
5 л.
Спасибо большое!
Alex3719
5 л.
Да ради Цуруги-сан этот том можно ждать вечность!
saniok medved
5 л.
Ждём-с. Первый том был шикарен!
Anon
5 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 37.151.35.109:
херово. мне 1-й том так понравился что уже готов аниме посмотреть чтобы узнать как там что дальше. а судя по коментам первого тома аниме по сравнению с оригиналом небо и земля

Часть 2. Ята но Кагами

Глава 8. Лучший друг

После уроков в Академии Конохана Сакуя.

Сразу после дневных занятий, сконцентрированных на простых занятиях, когда чувство лености так и витает в воздухе.

— Кагами.

Я тщательно уложила вещи, от нечего делать сходила в туалет, посмотрелась в ручное зеркало, в общем изо всех сил тянула время.

Но та, кого я ждала, Кагами, не выказывала абсолютно никакого желания пойти домой. Напротив, она развалилась на парте и спала мертвецким сном. Я собрала всю свою волю в кулак и подошла к ней.

Если бы Кагами уходила сразу после уроков, я могла бы просто использовать отговорку «Ах, не буду беспокоить её, раз она так спешит, тогда скажу ей завтра».

Как неосмотрительно с её стороны.

— Кагами, Кагами.

— М?..

Я, словно куклу, потрясла за её плечо, и она подняла голову, с подозрением уставившись на меня.

Выглядит ужасно сонной... впрочем, как и всегда.

— Уняа. Что такое, Сасами-сан? Я так сладко спала...

— Прости-прости. Я хотела кое-что попросить у тебя.

Учитывая мои те ещё навыки общения, я обычно страшно зажимаюсь, если кто-то сердито на меня смотрит.

— Кагами, из-за чего ты вечно спишь? Не высыпаешься дома? Или дома просто не спится?

— Дома? Спишь?

Проснись же.

— Ты разбудила меня только ради этой болтовни?

Она более менее выпрямилась, по крайней мере, достаточно, чтобы нормально выслушать меня.

— Ты же понимаешь, что я занята? Если это какой-нибудь пустяк, я могу и рассердиться.

Занятые люди не спят.

— Э-эм, ну... ух, это не так уж важно, но...

Блин, даже для меня как-то слишком. Я начала заламывать пальцы.

Естественно, Кагами ещё больше засомневалась, а я вся залилась краской.

— Ну, знаешь...

— Пожалуйста, стань моим другом! — выпалила я.

Дьявольская тишина наполнила комнату.

Кагами посмотрела на меня с огромным сомнением, будто я пришелец какой в маскировке. После она со сосредоточенным видом достала причудливую подушку из ящика парты и уткнулась в неё лицом.

Она снова начала посапывать, и я в отчаянии потянула её за ухо.

— Не спи! А ну не спи! Пожалуйста, послушай! Я серьёзно!

— Уняа... я чую что-то утомительное... просто дай мне поспать... я не хочу ввязываться в это...

Кагами правда выглядела утомлённой. Я начала взывать к ней, слёзы навернулись на глаза.

Ну, назвал груздем, полезай в кузов. Я всё ей объясню!

— Подумай, я ведь начала ходить в школу в феврале, довольно странное время, да?! И вдобавок к тому, что я сестра учителя, глупый братик намекнул о моём грустном прошлом: «Сасами-сан была хикикомори... бедная и бедная девочка...», и теперь всё просто избегают меня!

Это всё из-за брата.

— Ну, не избегают, скорее, все слишком деликатные, относятся ко мне, словно я распухну от одного только прикосновения, стоят в сторонке и наблюдают... и почему-то они все вежливо со мной говорят! Так я не смогу ни с кем подружиться! Ну они отвечают, когда я обращаюсь, но выходит только какой-то деловой разговор. Все слишком хорошие, это неестественно!

Знаю, это эгоистично, но я не могу больше терпеть!

Я не какая-то бедная девочка!

— Я хочу вести обычную школьную жизнь! Всегда хотела этого: завести друзей, вступить в школьный клуб... смеяться и плакать... понимаешь?! Но все так далеко от меня, мечта всё ещё только мечта!

Единственный мой разговор вне класса за сегодня был со старостой. «Ээм, я заполнила этот анкету о карьере... т-так правильно?» (я приложила все усилия, чтобы раздуть разговор). «А, да. Спасибо за работу» (2 секунды, разговор окончен). И всё!

Я не трусливый зайчик, но так я умру от одиночества!

— Ах...

Кагами смотрела на меня сонными полуприкрытыми глазами и слегка склонила голову набок.

— Ну, я понимаю о чём ты говоришь и могу посочувствовать, но всё равно не улавливаю, почему ты просишь меня стать твоим другом, — как и всегда, голос Кагами звучал бесстрастно. — Все ещё просто не знают как говорить с тобой, Сасами-сан, они немного запутались и всё, не думаешь? Если продолжишь пытаться заговорить, то со временем всё разрешится.

— У меня нет времени! Уже скоро март! Остался лишь месяц до конца первого года!

Наверное, это какая-то корректировка (моё желание не остаться на второй год и перейти в следующий класс в какой-то степени исказило мир), но по крайней мере я смогу перейти во второй класс старшей школы.

Не сильно уверена, но, вроде бы, во втором классе будет перегруппировка учащихся. Но почему бы не расширить круг друзей из уже более-менее знакомых людей, чем пытаться завести их с нуля?

Ради счастливой жизни в старшей школе, мне кровь из носу завести друзей.

Но если я споткнусь в самом начале, то останусь в одиночестве до самого выпуска.

Даже думать об этом не хочу.

— Сейчас все считают меня «бедной девочкой», и сколько бы времени не прошло, мне не разрушить лёд между мной и остальными... поэтому сначала нужно подружиться с Кагами какой-нибудь, и мы будем вместе смеяться и болтать! Это одновременно и создаст образ «весёлой и жизнерадостной девушки», и ещё и практика «жизни обычной старшеклассницы», а потом я наконец смогу свободно общаться со всеми!

— Во всей этой карусели я уловила «Кагами какой-нибудь»...

Я со слезами на глазах крепко схватила руку Кагами, та сострила неприятную мину.

— Хотя бы, только для вида! Пожалуйста! Я не хочу больше обедать в одиночестве! Я не хочу, чтобы на уроках английского или физкультуры мой партнёр посмотрел на меня и сказал: «Эээм, Цукуёми-сан, п-приятно познакомиться...», словно он может ранить меня только дыхнув на меня!

Не иметь друзей невыносимо, настолько, что я почти не хочу больше ходить в школу.

— Я хочу, чтобы обо мне думалу, что я весёлая! Я не хочу быть в центре внимания, просто хочу самую обычную, но весёлую школьную жизнь!

Да, это первый шаг к этой цели.

Я проживу счастливую и совершенно обычную жизнь.

— Но я совсем не знаю, что делать... до этого у меня не было ни одного друга! Поэтому я хочу отрепетировать это с тобой, Кагами, и научиться быть «нормальной»! Ты знаешь о моей жизни, и я не вызову слишком много проблем, по-моему, это будет отличная возможность для практики! Ты будешь что-то вроде друга напрокат, пока я не заведу настоящего!

— Ты вообще понимаешь, что сейчас говоришь? Слышать такое от человека...

Кагами глубоко вздохнула и мрачно смахнула мою руку.

— Ну, думаю, школа — место, где люди учатся функционировать в группах. Может, я сформированная личность и могу делать всё идеально самостоятельно, но для такого незрелого ребёнка как Сасами-сан, пребывать в одиночестве может быть очень трудно.

Она хочет подраться со мной?

— К тому же сестрица дала мне строгий наказ следить за тобой, так как мы с тобой в одном классе, так что, думаю, если мы станем «друзьями», то можем делать всё вместе и это будет удобным и для меня.

Лицо Кагами затем приняло несколько озадаченное выражение.

— Ты же всё ещё обладаешь силой Всевышней? Если ты пожелаешь, то можешь просто скорректировать чувства окружающих и сделать их своими друзьями. Разве это было бы не куда проще, чем идти сквозь боль стараний и падений в разговорах с ними?

— Да, но я не могу этого.

Хотя это довольно заманчиво. Всё-таки я ленива по натуре.

Но сила Всевышней не «я».

В это меня втянули в святилище Цукуёми... в этом ужасном месте.

Мико Цукуёми поручена эта сила, и их долг и обязанность использовать её.

Но я выбрала путь лени, и поэтому обычная Цукуёми Сасами не может использовать эту силу для своего личного удобства.

— Я должна вырасти или ничего не изменится.

— ...

Кагами лишь посмотрела на меня пустыми глазами. Как и всегда, понятия не имею о чём она думает.

— Уняа.

Наконец она зевнула и снова уткнулась лицом в подушку.

— Ну, я поняла... тогда постараемся над этим. С радостью жду нашей дружбы, Сасами-сан. И ты должна быть внимательной к чувствам своего нового друга и дать ему поспать.

— Л-ладно! Ихихи... мы друзья, поняла! Сладких снов!

— Слишком громко. Потише.

— Ладненько. Ихихи...

И таким образом,

В этот день я завела своего первого друга.

@@@

На следующий день.

Начался перерыв на обед... весёлые голоса голодных учеников, закончивших трудные утренние уроки, наполнили класс.

— Кагами, Кагами.

Когда я посмотрела на Кагами, она уже спала. Тогда я просто подождала подходящего времени, прежде чем заговорить.

Я осматривала ничем не примечательный водопад волос Кагами, пытаясь излучать ауру «Эй! Посмотрите какая я весёлая! Я совсем не мрачная девушка с тёмным прошлым!» по всем классу.

— Обед! Просыпайся, Кагами. Мы собирались пообедать вместе, помнишь?

— Брр, что ещё...

Кагами подняла голову с раздражённым выражением лица и поглядела меня, а я слегка подпрыгнула от волнения.

— Ах... да, мы же «друзья»? Это обернулось неоправданно тяжёлым бременем... обед, говоришь?

В словах Кагами не чувствовалось почти никакого чувства дружбы. Она моргнула несколько раз.

— Если честно, я могу поддерживать функциональность своего организма и без еды. Так что я бы предпочла использовать обеденный перерыв как возможность хорошенько подремать, чтобы никто на меня не сердился.

Действительно, Кагами же вроде духовный робот или что-то такое?

— Ээм, Сасами-сан, ты же принесла обед из дома? Я собираюсь поспать... так что, пожалуйста, просто сходи и поешь. Ну, ты можешь придвинуть наши столы, и мы сможем сидеть по разные стороны, лицом друг к другу.... всё будет как в жизни.

— Один человек ест, а другой уже заснул... звучит одиноко...

Но хах.

Я предугадала, что Кагами так мне ответит.

— Я сегодня не принесла бенто. В школе же есть кафетерий? Пойдём вместе. Кагами, ты же можешь что-нибудь съесть? Давай поедим вместе.

— Уаа, ты так разд... а, ладно, пойдём вместе. Мы как никак друзья.

У меня такое чувство, что она перебила свои настоящие мысли...

Мы встали и вышли вместе, бок о бок.

Наша школа довольно старая, но её построили в благодатное время, так что здание само по себе очень красивое.

Хоть дизайн и казался несколько старомодным, но из окон лилось много света, и внутри было довольно уютно.

Класс правосторонних первогодок и кафетерий находились на первом этаже, так что они достаточно близко друг к другу.

Однако Кагами по-прежнему пошатывалась при ходьбе, словно ей тяжело сходить даже на такое небольшое расстояние.

— Меня подташнивает от одной лишь мысли, что я буду должна ходить в кафетерий каждый день...

— Тогда может я буду покупать сама что-нибудь? И тебе куплю, конечно! Или может мне приносить обед из дома? Я скажу братику, чтоб он делал и для тебя!

— Ты определённо не против прибавить учителю забот, Сасами-сан... а, так то странноватое причудливое бенто, что ты приносишь каждый день, делает учитель? У учителя может быть и мировосприятие слуги, но, знаешь, если ты будешь излишне его эксплуатировать, когда-нибудь его любовь угаснет. Ты перестанешь ему нравиться.

— Ахаха, я никогда не разонравлюсь братику.

— Но разве хорошо заставлять своего старшего брата готовить тебе каждый день обед? Разве ты не хотела жить обычной жизнью?

Ох. Она задела больное место.

— Как насчёт делать хоть изредка самой? Я могу научить тебя готовить, если хочешь... это не очень сложно, и иногда ты можешь делать бенто даже учителю. Уверена, он обрадуется.

— Ээ? Кагами, ты умеешь готовить?

— На мне все заботы по дому в нашей семье.

— Ах, думаю, я и правда не могу представить Таму или Цуруги занимающихся домашними делами... но это так удивительно. Вообще, тебя есть за что уважать. Стирка, уборка по дому... я всегда зависела от других в этом. Я не умею ничего из этого. Не умею таких обычных вещей...

— Раньше я была такой же, — Кагами выглядела по-прежнему довольно бесстрастно, но, могу поклясться, я заметила слабый отблеск эмоций в её глазах. — Я была куклой. Просто куклой без самостоятельной воли. И я привыкла к этому... эффективно уничтожать нарушения. Я была всего лишь инструментом, используемым ради человечества и мира.

Кагами — отрезанная часть тела Всевышней, которую прибрала к рукам организация злых людей.

Она стала духовным оружием.

Надо же, Кагами не так уж и отличается от меня. Всё-таки меня воспитали с единственной целью — быть мико в святилище и делать мир удобным для людей.

— Но сестрица забрала меня... и я начала такую занятую жизнь, что даже не оставалось времени на скуку. В разгар этого я обнаружила в себе проявляющуюся человечность. Она всё ещё далека от совершенства, но впервые внутри себя я нашла эмоции и чувства. Я была так счастлива... это словно чудо. Простая кукла вроде меня смогла найти счастье.

Кагами улыбнулась, и мне открылось, какой красивой при этом она бывает.

Красота кропотливо сработанной куклы.

Или нет, это красота девушки, что изо дня в день боролась изо всех сил, чтобы выжить.

— Уверена, с тобой, Сасами-сан, также. Ты как никак благословлена большим чем я. Ты человек, переполненный эмоциями, и стараешься самосовершенствоваться. Твоё счастье... твоё спасение... они обязательно придут. И в ближайшем будущем.

В этот момент Кагами закашлялась и неловко отвернулась от меня.

— Это слишком непривычно для меня... должно быть мой язык испортился. Меня тошнит.

Воу, такой момент испорчен.

— Это кафетерий?

За разговором мы прибыли к нашей цели.

Удивительно, как быстро летит время, когда ты не одна.

Кафетерий Академии Конохана Сакуя обставлен довольно современно.

Рядами стоит множество столов.

Меню написано классической прописью.

За огромными окнами предстал аккуратно подстриженный сад, нам открылись весёлые лица учеников, одетых в красновато-розовую форму академии.

— Э-эм... и дальше?

— Купи карточку на еду вон в том автомате и передай его той женщине, — решительно направила меня Кагами.

Она раньше ела в кафетерии?

Я послушно последовала словам Кагами, когда вдруг заметила кое-что.

В центре кафетерия стеной стояла толпа, и оттуда доносился шум.

«Давай, давай!», «Ух, мой маленький Космо!..», «Не проиграй! Нельзя! Ты не можешь так проиграть!», «Десять против одного... почему мы не можем выиграть?! Наша чиби-сенсей настоящий монстр!..», «Бо-больше не!..». Среди них оказалось множество учителей.

Похоже у них соревнования по еде.

Гулп гулп гулп.

Цуруги располагалась в центре этого веселья и уплетала миску риса с говядиной словно воду.

— Фух! Бабушка, добавки!

Цуруги выглядела довольной, несколько зёрен риса осталось у неё на щеке.

Перед ней громоздилось несметное количество мисок, наставленных друг на друга и скрывающих последствия ожесточённой битвы.

Куча стонущих учителей с набитыми животами валялась рядом с ней, а мой брат вгрызся в миску риса, используя её же, чтобы прикрыть лицо.

Но каким странным бы он ни был, мой брат всё ещё обычный человек и его желудок имеет свой предел, и вскоре он повалился на пол лицом вверх. Миска осталась на его лице.

«Ах, Цукуёми пал!», «П-придурок! Цуруги-тян обещала, что поцелует нас в щечку, если мы победим!», «Хохо... дураки... всё будет моим!», «Агх! Миски, которые закончила Цуруги-сенсей! Ты хочешь получить нечестный поцелуй?!», «Сволочь! Ты собрался нарушить Договор Альянса Любви Цуруги-сенсей?!», «Слюна чиби-сенсей попусту растратится на тебя! Отдай это мне!», «Я не люблю сражаться. Я просто люблю побеждать!». Учителя начали ещё один отвратный бой с мисками.

— Ох, я так объелась.

Цуруги, не обращая внимания на развернувшийся вокруг неё хаос, ковырялась в зубах зубочисткой как какой-нибудь работяга с завода.

Кагами и я стояли, наблюдая очень и очень грустными глазами за тем, как наши любящие повеселиться учителя снова валяют дурака. Цуруги наконец заметила нас и радостно подняла руку в приветствии.

— Хохохохо! Как неожиданная встреча! Вы, ребятки, сегодня тоже обедаете в кафетерии? Давай твоя сестрёнка угостит тебя! Все учителя пообещали, что оплатят мою еду, если я выиграю в этом сорев...

Цуруги продолжала радостно разглагольствовать, но вдруг её глаза округлились.

— Кагами, берегись! Сзади!

За некую долю секунды, прежде чем Цуруги успела закончить эту фразу...

Молоденькая работница кафетерия (которую Цуруги, однако, зовёт «бабушкой») подошла с добавкой, которую заказала Цуруги, но вдруг споткнулась на пустом месте.

Неестественно.

Словно кто-то дёрнул её за ногу...

— Ух-ё?!

Бабушка вскрикнула, и поднос, который она держала, а также миски риса с говядиной, мисо-супов и маринованных овощей взлетели в воздух.

Вжж.

Всё это опрокинулось прямо на Кагами.

— ...

Мясо, рис, сырые яйца и другая еда полностью измазали лицо и форму Кагами. Она впала в призрачное молчание и обернула лицо к бледной бабушке, трясущейся на полу.

— Э-эм... пр-прости...

Бабушка съежилась, но не похоже, что она сделала это со злым умыслом, так что Кагами лишь вздохнула.

— Не нужно извинений. Это случайность... прошу меня простить, Сасами-сан, но мне нужно постирать форму и сменить блузку... пожалуйста, пообедай одна.

И Кагами ушла со своим обычным бесстрастным выражением, лишенным даже слабой тени эмоций.

— …

Цуруги смотрела на свою младшую сестру, и редкое выражение мрачности отразилось в её глазах.

Глава 9. Багряная луна

Тот же день, после уроков.

Я маялась бездельем в клубной комнате Производственного Клуба, ожидая пока брат не закончит работать.

Так я убила какое-то время, вскоре брат пришёл за мной, и мы вместе отправились домой.

Когда у меня не хватает сил дойти домой самой, брат отвозил меня на велосипеде.

В такие дни мы останавливаемся в торговом районе по пути домой и ужинаем там.

Сегодня мы зашли в кайтен-суши.

— Понятно. Подружилась с Кагами-сан...

Я сидела бок-о-бок с братом за стойкой и рассказывала, что произошло за сегодня.

Наверное, мне просто хотелось поделиться с ним своей радостью.

— Мне может стать немного одиноко, но, думаю, хорошо, что ты подружилась с ней. Кагами-сан хорошая девушка, и она может помочь тебе с учёбой.

— Думаешь?.. Благодаря корректировке я смогла перейти во второй класс, но вот знаний совсем не прибавилось.

Если честно, знаний вообще практически нет.

Всё-таки я столько времени бесполезно тратила жизнь, не выходя из своей комнаты.

Я не всезнающа и не всемогуща.

— А, братик, возьми лосося. Ещё сарги и угря.

Я указывала на суши, которые лениво прокатывались перед нами, и брат быстро ухватил всё, что я попросила.

— Я столько не съем, разделим пополам. Пополам.

— Ладно.

— Соевый соус только на рыбу, попадёт на рис, прибью.

— Знаю, знаю.

— Ненавижу васаби. Убери, убери.

— Конечно... скажи «а-а».

— А-а...

Чомп. Чавк-чавк.

М-м. Вкуснота.

— Странно, что оценки по тестам у Кагами высокие, не похоже, что она вообще что-то записывает. На уроках она вечно спит, откуда у неё такие оценки?

— Я слышал, что Кагами-сан может запомнить весь учебник, один раз прочитав его. К тому же она с лёгкостью совершает арифметические действия с семизначными числами в уме, так что её способности гораздо выше, чем у обычных людей.

Посетители наблюдали за нашим совершено обычным ритуалом ужина со странными выражениями на лицах, но я не обращала на них внимания и просто продолжала наполнять живот.

— Братик, ещё чаю, пожалуйста. Чаю.

— Конечно.

— Он горячий, подуй на него, подуй.

— Осторожно, не обожги язык. Открой ротик.

— М-м...

Гулп-гулп.

Ах, всё-таки зелёный чай к суши просто необходим.

— Ну, я подружилась с Кагами не для того, чтобы она помогала мне с учёбой, я просто рада, что у меня появился друг. Я знакомилась с людьми в интернете, но в реальной жизни это мой первый друг.

Я улыбнулась, в то время как мой брат вытирал мне рот салфеткой.

А потом мне вспомнилось.

Вспомнилось моё одинокое детство.

Когда я так старалась и боролась каждый день.

На меня, ребёнка, возложили огромные надежды, и все либо чуждались меня как жрицы Цукуёми, либо пытались манипулировать мной с возмутительными намерениями.

Меня окружали взрослые, так что не было и надежды поиграть с кем-то моего возраста.

Я упражнялась, валилась от усталости в постель, а затем всё повторялось.

Никакого разнообразия.

Однако люди не могут жить вдали от других людей.

Дети хотят играть с другими детьми, и временами я не могла это больше терпеть.

Я бросала свои суровые тренировки, сбегала из святилища и спускалась в город.

Но мои детские ножки не могли отнести меня далеко, а все близлежащие города находились под контролем людей клана Цукуёми, так что другие дети боялись меня и считали каким-то монстром.

Или скорее они боялись меня как некоего божества и старались не приближаться.

Я звала их, но они сразу же убегали.

Иногда даже бросали в меня камни.

Избитая и изрёваная я возвращалась в святыню...

И, конечно, мама ждала меня.

Моя мама была строгой, достойной страха.

Но она была и гордой, красивой и удивительной женщиной, достойной уважения.

Я любила маму.

Хотела стать как она.

Когда я возвращалась домой в слезах, мама сидела в своём неизменном одеянии жрицы без тени улыбки на лице.

— Сасами.

Её голос всегда звучал скорее грустным, чем злым.

— Жрицы Цукуёми не должны иметь друзей.

Она гладила меня по голове и неуклюже обнимала.

@@@

Меньше, чем через час, мы закончили с ужином.

Брат сел на велосипед, который он припарковал на стоянке, а я прижалась к нему сзади. Привычная наша позиция, когда мы едем вдвоём.

Ещё февраль, так что уже довольно темно.

У нас над головами Луна, словно чьи-то внутренности.

— Ох, я так объелась.

Мы только поели, так что двигались довольно вяло.

Я чувствовала как ветерок обдувает мои щёки.

— Но братик... я-то всегда ем немного, но сегодня и ты мало съел.

— В обед у нас было огромное соревнование с Цуруги-сэнсэй по поеданию... К тому же, твой счастливый вид насыщает меня не меньше еды.

— Хм, по крайней мере это ничего не стоит.

Мне вспомнилось как брат приревновал оттого, что я слишком много говорю о Кагами, запрыгнул полуголый на стол, разложил суши на груди и радостно призывал: «Съешь меня! Я могу любить Сасами-сан больше всех!».

Блин, мой брат такой придурок...

Ему нужно просто взять и умереть.

— Хм?

Я вдруг ощутила озноб.

— Что?..

Мы уже покинули шумный торговый район и катились по безлюдному жилому району.

Уличные фонари зловеще освещали наш путь, словно блуждающие огни. Я чувствовала: что-то не так.

Город выглядел как и всегда.

Но...

Пахнет кровью.

— Что такое, Сасами-сан?

Может мой брат и не способен чуять духовные аномалии, но он очень чувствителен к переменам во мне. Он тут же остановил велосипед и поглядел на меня с тревогой.

— Может, не надо было ехать на велосипеде после еды? Тебе укачало?

— Нет, просто... братик?!

Чувствуя головокружение, я слезла с велосипеда и побежала.

Рядом с проржавевшими дорожными знаками и брошенными мешками мусора проходила дорожка.

Никто бы обычно туда не посмотрел, в сумерки, скрывшие этот прекрасный город.

В свете фонарей и окрашенной красным луны...

Сидела окровавленная Кагами.

Присела в тени телефонного столба.

Её чёрные волосы, бледная кожа и школьная форма... всё окрасилось кровью.

Длинные вымученные выдохи, обращающиеся облачками белого пара, говорили не о простой усталости.

Я моргнула.

Понятия не имею, что тут творится... но это совсем не нормально.

— Кагами?! — вскрикнула я.

Кагами заметила меня и подняла голову.

— А-а...

Ситуация слишком странная.

— Я спала, — сказала она как обычно.

Я кинулась к Кагами и дотронулась до неё.

— Ты в порядке, Кагами?! У тебя такие раны!

— О, Сасами-сан... какая неожиданная встреча. Точно, ты ведь живёшь неподалёку? Почему ты гуляешь одна в такой час? Девушки твоего возраста не должны…

— Кагами-сан?!

В этот момент подбежал и мой брат. Кагами моргнула.

— О, здравствуйте, учитель... а, Сасами-сан ещё в форме? Вы идёте домой из школы?

Почему она говорит словно всё в порядке?

— Плевать, что мы делаем... Кагами, ты в порядке? Н-нам нужно отвезти тебя в больницу... братик, что нам делать?! Кагами...

— Не беспокойтесь обо мне.

Кагами некрепко поднялась, даже не взглянув на меня.

У неё по всему телу шли раны, но лицо оставалось абсолютно спокойным.

— Мы намного прочнее вас, эти раны скоро затянутся. Уже поздно... мне пора возвращаться, иначе сестрица начнёт волноваться.

— Эй, Кагами?!

Кагами отодвинула меня и попыталась уйти по дороге.

Естественно, я не могла просто так оставить её одну в таком состоянии и схватила за рукав.

— Что случилось, Кагами? Расскажи мне... мы же друзья?

Она не могла получить такие раны, если просто упала.

— Тебя это не касается, — выплюнула Кагами, вытерев струящуюся кровь тыльно стороной ладони. — К тому же, разве ты не просила быть «другом» только в школе? Ты хочешь научиться быть «обычным» человеком, а я всего лишь кто-то для практики, верно? Не уверена, что неправильно поняла эти условия, но если ты будешь липнуть ко мне, это не очень хорошо.

Кагами скинула мою руку и раздражённо провела рукой по волосам.

— Я не могла не согласиться, потому что сестрица мне так сказала. Кроме того, буду признательна, если ты сведёшь наше взаимодействие к минимуму. Просто совет... но если ты хочешь жить «нормальной» жизнью, то тебе лучше не связываться с такими как мы.

Она права.

Я всего лишь обычный человек, хранящий силу Всевышней.

А она... другая.

Она всё поняла правильно...

— Кагами.

Я смотрела в землю, сдерживая слёзы, и лишь звала её... как маленький ребёнок.

Кагами не ответила, лишь развернулась и начала медленно уходить.

«Ахаха. Думаешь я расстроилась?»

«Извини, что заговорила с тобой, когда ты не в духе».

«Пока-пока. Увидимся завтра в школе».

Я должна просто сказать что-то такое беззаботное.

— Кагами!

Но я лишь кричала её имя.

И так Кагами ушла.

Глава 10. Жмурки

Две недели прошли быстро.

И я оказалась в совершенно нежелательном положении.

Я ожидала, что дня за три обучусь навыкам хорошего друга и обычной старшеклассницы, все начнут считать меня весёлой, и за неделю я сброшу клеймо девушки, которую нужно жалеть.

После уже и новые друзья не за горами, а затем меня бы ждала чудесная жизнь и опыт, что который и не светит хикикомори.

Ну, не всё идёт по плану.

Ничего удивительного, тем более я же решила не злоупотреблять силой Всевышней.

Немногим больше чем через неделю закончится мой первый год в старшей школе, и я уже начала отсчитывать дни до церемонии окончания года. Меня охватила паника и даже недоумение.

А?

Что?

Разве всё не должно стать лучше?...

Я должна быть счастлива... должна больше веселиться...

Это странно. Просто странно. К тому же очень раздражает.

По сравнению с моей маленькой комнатой дома, где каждая мелочь проходила так, как мне того хотелось, это совершенно другой опыт.

Вполне естественно, что не всё будет работать по плану.

Но всё-таки я просто в шоке.

Это реальность? Это и означает жить «реальной» жизнью?

Понятно. Думаю, я немного недооценила эту «реальную жизнь».

Эхехе, мой косяк.

Я просто подожду ещё немного, попытаюсь научиться на своих ошибках и когда-нибудь привыкну к этому...

Тогда же всё сработает?

— Кагами.

Я была оптимисткой. Или может, просто прятала глаза от реальности. Всё равно, из-за этого я не старалась.

Что случится, то случится.

Со временем я смогу выполнить свои цели.

Я так поверила в это, что совсем перестала думать и пытаться стать лучше.

Или может, просто боялась.

Боялась реальности, что не выслушает и единого моего слова.

— Эм, Кагами.

После уроков.

Кто-то написал «до церемония окончания 6 дней!» на доске под датой. Эти слова пронзили мою грудь огненной стрелой.

После окончания года классы перемешиваются. Другими словами, осталось меньше недели прежде, чем мы больше не увидим тех же людей в своих классах. Из-за этого чувство концегодового одиночества пронизывало класс.

Но на самом деле я чувствую не то же, что и остальные.

К этому времени я уже должна перестать быть аутсайдером...

Должна шагнуть вперёд, обратиться к другим ученикам и раскрыться.

Но не было ли это всё иллюзией? Может... я только притворялась, что стараюсь?

Может, я совсем ничего не изменила?

— Уняа.

Когда я потрясла её за плечо, Кагами устало поглядела на меня. Как обычно она спала.

— Сасами-сан, что такое?

Совсем не похоже, что она хочет говорить со мной.

Понятно. Она устала играться с этой дружбой, так ведь? Извини...

Я слегка вздрогнула от её слов и просто глядела на неё. Меня покинула вся уверенность.

Даже после того вечера, когда я нашла её без сознания и всю в крови, после того, как она меня отчитала холодными словами, её отношение ко мне не изменилось.

Если я говорила с ней, она отвечала обычно.

Но я чувствовала расстояние между нами, и мои попытки общаться с ней стали всё более и более неловкими.

Нет, это не правда.

Мы друзья.

Даже если только в школе, Кагами — мой друг. Так что...

— Эм, вот.

Если вложу больше усилий в дружбу с ней, если я постараюсь изо всех сил, то, уверена, я смогу найди счастье.

Однако я понятия не имею каким образом я должна стараться изо всех сил.

— Я-я выиграла билеты в кино в конкурсе магазина...

В магазине сёдзё манги, которую я обычно читаю.

Может, это из-за силы Всевышней, но я часто выигрываю всякое.

— Если хочешь, может, сегодня... может, сходим вместе?

— ...

Кагами зевнула и уставилась на билеты, которые я протянула ей.

Немного помолчав, она начала бормотать ответ, не выказывая ни грамма эмоций:

— Прости. На сегодня у меня уже есть планы.

— А, понятно.

Я ожидала подобного ответа.

Но я не сдамся.

— Ну, а когда освободишься? Хочешь где-нибудь прогуляться? Если и не фильм, я на самом деле не очень хорошо знаю окрестности, так что может, ты покажешь мне…

— Извини. Ты можешь не просить меня о таком какое-то время?

Безэмоциональные слова Кагами ударили меня прямо в сердце, и я почувствовала слёзы на глазах.

— Эм... я... раздражаю тебя?

Она действительно выглядит уставшей от меня.

Так я думала.

Понятно.

Я так старалась заставить Кагами быть моим другом.

Я сказала, что это лишь временно, что я лишь использую её как друга напрокат, что она лишь практика... но это всё, чтобы скрыть смущение. И даже так, я должна сжать каждый грамм своего мужества, чтобы спросить её.

Но Кагами не знала ничего из этого.

Она согласилась быть моим другом лишь из-за чувства обязанности.

Я не хочу этого... я почувствовала как слёзы потекли по щекам.

Я словно ребёнок.

Что за чёрт?..

— Нет, — Кагами даже не бровью не повела. — Есть ли ты, Сасами-сан, или тебя нет для меня это не играет никакой роли. Твоё существование совершенно не влияет на мою жизнь. Возможно, ты слишком чувствительна, Сасами-сан?

С этими медленными неторопливыми словами, рушащими мой мир, Кагами поднялась.

Взяла портфель и прошла мимо меня, и ни единого намёка на привязанность не отразилось на её лице.

— ...

Она остановилась и немного поколебалась, открыла и закрыла рот несколько раз.

Но потом её взгляд упёрся в землю, и она просто бесстрастно пробормотала.

— Ну, до завтра.

— Плевать... — я выкрикнула в отчаянии. — Мне теперь плевать!

Кому я это крикнула и что я имела ввиду?

Я потёрла глаза, оттолкнула от себя Кагами и вылетела из класса.

Я всё бежала и бежала и бежала, дышать становилось всё тяжелее, но так никуда я и не пришла.

@@@

Впервые за долгое время я бежала столько, так что неожиданно на меня навалилась усталость, и я направилась передохнуть в клубную комнату Производственного клуба.

Я достала мобильник и позвонила брату, но он сказал, что сегодня на весь день застрял на совещании и немного припозднится, и пара минут ушло на поливание его бранью для разрядки.

Брат заволновался и предложил ускользнуть с собрания и пойти домой вместе, но мне как-то не хочется, чтобы его увольняли, поэтому я собралась с силами и решила пойти домой одна.

Свет уже выключили для экономии энергии, я брела по тёмному коридору.

В Академии Конохана Сакуя немного клубов, так что сейчас народу немного. Я начала переобуваться около входа в школу как вдруг заметила кое-что.

Кагами.

Она шла вместе с нашей одноклассницей, которую я раньше уже встречала.

Она ведь говорила, что у неё дела.

Я думала, у неё действительно какие-то важные дела.

Но что за чёрт? Она просто гуляет с другой одноклассницей и вообще никуда не спешит.

Мой разум затуманился.

Всё побелело, перед глазами метались огни и дыхание затруднилось.

— М-м...

Я лишь предположила...

Просто предположила, что у Кагами нет друзей.

Что она такая же как я.

Что с ней будет легко подружиться. Но я лишь обманывала себя.

У Кагами есть дела изо дня в день, наверное, она каждый день веселится со своими друзьями, а я просто мешаюсь. Она просто старается изо всех сил, чтобы вытерпеть меня.

— Не могу больше выносить этого...

Я перестала быть хикикомори, старалась изо всех сил и рискнула выйти.

Решила жить обычной жизнью, стоять на своих ногах и когда-нибудь стать счастливой... ни на чём не основываясь, я верила, что смогу достичь всего этого.

Но ошиблась.

Сделала огромную ошибку.

— Я не могу... выносить это больше... уже нет...

В этот момент Кагами и другая девушка исчезли.

Я успокоилась и поспешила домой как можно быстрее, стараясь ни на кого не смотреть.

@@@

Я сломлена.

Для других это, наверное, довольно жалкая история.

Я невредима.

Меня никто не пронзил ножом или ещё что, моя жизнь очень удобна.

Окружающие добры ко мне, и я живу в благополучной стране, свободной от войны.

Было бы эгоистично утверждать, что я несчастна.

Но я всё равно ненавижу это.

Всю жизнь меня оберегали и баловали, так что хватает даже такой мельчайшей неудачи, чтобы разбить мне сердце.

Меня выбили из колеи отказ Кагами и её холодные слова.

Я не лучше избалованного ребёнка.

Слёзы текли по моим щекам, пока я шла.

Шла домой одна.

Если бы я пришла домой в таком состоянии и вернулась в свою комнату, полную знакомой теплоты и спокойствия, то, наверное, решила бы никогда больше не стараться, а потом... возможно, снова закрылась бы.

Но я избалованный ребёнок.

Когда у меня проблемы или депрессия, всегда кто-то приходит мне на помощь.

— Уахахахахаха!~~

Сама не заметила как оказалась в парке неподалеку от дома.

Солнце уже почти село, но соседские дети ещё радостно резвились в парке.

Они побросали свои рюкзаки на землю и весело бегали.

В центре группы, возвышаясь над другими детьми, стояла Тама — третья из сестёр Ягами.

У неё такое шикарное тело, что довольно сложно представить, что она учится в младшей школе. Вдобавок, несмотря на холод, на ней была лёгкая одежда, и почему-то её глаза закрывала повязка, добавляя ей какой-то жуткости.

— Они, они[✱]Они — ёкаи японской мифологии. В данном случае вода в жмурках., я зде-есь!

— Иди за мно-ой!

— У-у-ух! Вы где все? Вы здесь? Тама съест ва-ас!

— Ой, она поймала меня!

— Хм-хм... этот запах... это Саттин! Приятного аппетита!

— Ай?! Не ешь меня на самом деле, Тама-тян!

— Эй, только Сато?! Так нече-е-е-естно.

— Съешь и меня!

— Тама-тян в повязке... Тама-тян в повязке!..

Почему-то они забили на правила, и все мальчики навалились на беззащитную Таму.

— О-о-ох?.. Что такое? Ах, не трогай Таму там... ихи-хи, они проиграл! Но Тама низший они! Даже если вы побьёте Таму, есть ещё второй и третий они... бугага! Не ешь меня! Это Тама должна есть тебя!

Хм, честно говоря, мне это видится не больше, чем сексуальные домогательства младшеклашек к взрослой девушке...

Я видела один хентай, который начинался абсолютно так же...

— Хм? О? Я чую Мамарин!

Пока ещё не достигшие половой зрелости дети продолжали наваливаться на Таму, всё больше охватываясь этим новым для них волнением, та энергично поднялась и стряхнула их с себя.

Она вычислила меня и уверенно прыгнула, даже не сняв повязку.

— Ух! Это Тама! Э-эм, Тама, знаешь, Тама слишком хорошая в обычных салках, так что мы играем в жмурки! Тама очень быстрая! Быстрее всех в классе!

Тама продолжала болтать без умолку о себе, крепко прижав меня к себе.

— Хмм? Мамарин, это же ты? Почему Мамарин совсем не говорит? Может, это не Мамарин?.. Хмм, ну... лизь... Нет, на вкус Мамарин!

Не лижи меня, чёрт подери.

— Хм? Мамарин плачет?

Может, я была на вкус солёная, но на лице Тамы изобразилось недоумение, а затем она быстро сняла повязку.

У меня глаза красные и опухшие.

От этого уже не отвертишься.

— А, прости, у меня дела, — выпалила я и попыталась убежать, но Тама удержала меня всей своей невероятной силищей.

— Погоди, Мамарин! Хочешь поиграть с Тамой?

Её голос звучал отчаянно.

Жутковато как-то.

— Сестрица Цуруги сказала Таме... она сказала Таме, что когда ты грустная это очень опасно. Так что давай поиграем? Когда тебе грустно ты начинаешь думать о всяком разном, да? А когда Тама и Мамарин и другие как мы думают слишком много, то все боги вокруг стараются порадовать нас и изменяют мир! Так.. так...

Сейчас Тама даже почти плакала, умоляя меня всеми силами.

— Когда Мамарин плачет, у Тамы всё так сжимается в груди... Тама дурочка, и она не знает, что к чему... но Таме нравится когда Мамарин улыбается...

Я пала не так низко, чтобы отвергнуть это искреннее предложение, исходящее от Тамы.

Итак, я играла с младшеклашками, пока вороны не заплакали[✱]Т.е. до позднего вечера.

@@@

Не успела я и опомниться, как солнце уже полностью село.

Все детишки радостно потопали по домам, но в отличие от них у меня не безграничные запасы энергии, потому я просто рухнула на парковую скамейку.

Я… что-то перестаралась...

Но я впервые делала это.

Салки. Прятки. Кулачки...

Довольно известные игры.

Но опыта у меня не хватает, и можно даже сказать, что я больший ребёнок, чем эти младшеклашки.

Ну да ладно.

Я. Так. Устала.

— Было очень весело, Мамарин.

Почему-то Тама осталась со мной и села рядом, похлопывая ногами.

Она вдруг начала заглядываться на прилавок, продающий запечённый картофель, полными желания глазами, так что я дала ей сбегать и купить немного.

Тама крепко сжала монеты и радостно помчалась туда, вернувшись со свежезапечённой картофелиной.

— Ух, у-ух. Мамарин такая хорошая. Картошка, картошечка, картолюсечка.

— Спасибо, Тама.

Пока Тама напевала свою таинственную песню, мне вдруг захотелось подразнить её. Я взяла из пакета картошку и начала есть её сама.

— М-м, вкуснота.

— Э?.. Э?..

Тама не поняла, что я её дразню, и просто глядела на меня переполненными надеждой глазами.

Блин, какое разочарование.

Сердце просто разрывалось от взгляда в этих чистых огромных глаз, так что я разделила картофелину пополам и положила одну половинку в рот Тамы.

— Ам... чавк-чавк. Ещё, пожалуйста!

— Так быстро! Прости, Тама. Втора половина моя… Ай! Не надо красть её прямо из моего рта губами! Ты можешь украсть кое-что поважнее картошки!

Тама дюйм за дюймом приближалась к моему лицу своим в то время, как я всеми силами отталкивала её от себя.

В конце концов я просто отдала ей оставшееся.

— На этот раз ешь помедленнее, — предупредила я.

— Круто-круто.

Тама сидела рядом с сияющим лицом, а я поглядела в ночное небо.

Сегодня, должно быть, худший день в моей жизни, но благодаря Таме я чувствую себя куда лучше.

Я вдруг осознала, что больше не чувствую той тяжести.

Но это не значит, что всё разрешилось.

Всё ещё оставалась проблема в моих по-прежнему трудных отношениях с Кагами. И вина этого, скорее всего, лежит на мне.

Я должна измениться. Должна вырасти.

Но... я понятия не имею как.

— Давай когда-нибудь ещё поиграем, Мамарин. Тама с остальными всегда бываем в парке.

Не, сегодня я играла с тобой и ребятами, потому что слишком расстроилась... но обычно было бы немного неловко девушке моего возраста играть с младшеклассниками.

Но когда я посмотрела на Таму и увидела выражение лица девочки, которая даже в самых смелых фантазиях не могла вообразить, что кто-то ей откажет, то смогла лишь выдавить: «Ну-у... Ладно, как настроение будет».

Я вытерла рот Тамы носовым платком (всё это время она мычала и всячески извивалась).

— Эй, Тама...

Я чувствовала бессилие, лёгкое чувство зависти билось в моей груди.

— Как ты заводишь друзей?

Я вот не знаю.

Идея, конечно, не очень просить научить заводить друзей младшеклашку, но сейчас я готова ухватиться за любой шанс.

В учебниках и в интернете хранятся тонны информации, но важные в реальной жизни знания подобны сокровищам, за которыми приходится охотиться каждому человеку самостоятельно. Уровень сложности реальности слишком высок.

И иногда нужно просто сдержать стыд и попросить помощи у людей лучше тебя.

Даже если она такая... Тама всё-таки бог.

— Хм? Почему ты спрашиваешь такое у Тамы?

Тама искренне удивилась.

Словно не поняла, что значит мой вопрос.

Я, сдерживая смущение, поднялась и купила две бутылки чая в близлежащем автомате.

От картошки запершило в горле.

— У тебя, Тама, так много друзей. У меня вот нет... так я о том... это немного странно, но... думаю, я завидую.

— Но разве Мамарин с сестрицей Кагами не друзья?

Моё сердце заколотилось.

Тама не заметила, что я замерла, и радостно продолжила.

— Раньше, когда мы ужинали, сестрица Кагами молчала... а сейчас она столько рассказывает о школе! Говорит об обедах, как работает в парах с Мамарин на физкультуре или английском... на лице сестрицы Кагами никогда не появляются э-мор-ци-и, но она на самом деле радуется! Тама знает!

Радуется...

Она?

— Сестрица Кагами две недели назад сказала «я сегодня завела друга» и устроила нам тако-ой праздник. Но сейчас сестрица Кагами выглядит немного грустной, так что, Мамарин, позаботься о ней, хорошо? Сестрица Кагами иногда слишком старается и заставляет Таму волноваться.

Если о тебе беспокоится Тама, то ты делаешь, что-то ужасно неправильное...

Так Кагами завела друга...

А, так она действительно думает обо мне как о друге...

— Тама и другие — боги, так что мы всегда сомневаемся.

Тама посмотрела прямо на меня с неожиданно просиявшим лицом.

— Мы боги, поэтому иногда, если мы захотим что-то, мы корректируем мир, чтобы он стал лучше для нас. Даже если не хотим. Люди низкие, и если Тама захочет, она сможет откорректировать их и заставить быть её друзьями. Это страшно.

Люди молятся богам.

Они доверяют им свои желания и надежды.

Но если так, то на кого должны рассчитывать боги, когда они встревожены?

Они должны решать свои проблемы самостоятельно?

В каком-то смысле жизнь бога куда строже жизни человека.

— Даже если Тама завела друзей и много с ними играет, и они говорят Таме, что любят её... может, это просто из-за того, что Тама заставила их так сказать. Это страшно... Тама постоянно боится... но Мамарин и сестрица Кагами — боги. Вы должны быть настоящими друзьями, не из-за каких-то там сил... Тама завидует.

Я передала ей бутылку с чаем, Тама окрутила крышку и отпила.

По её подбородку потекли капли чая.

— Уф... вы настоящие друзья, поэтому иногда будете делать друг другу больно. Сестрица Кагами тоже много плачет и беспокоится. Тама волнуется, но ещё она завидует.

Тама приблизилась ко мне и мягко сжала мою руку.

А затем, хоть она и сама бог, она посмотрела на меня словно в мольбе.

— Пожалуйста, позаботься о сестрице Кагами.

Её слова тронули меня... и я наконец всё поняла.

— Всё должно скоро закончиться. Просто подожди, или если можешь, то помоги ей. Сестрица Кагами старается изо всех сил... «всё закончится не позднее конца учебного года». Тама и сестрица Цуруги хотели помочь, но она отказалась. «Сасами-сан мой друг, именно я должна это сделать», так она сказала...

Глава 11. Личные заметки сестёр Ягами (2)

Приготовления к битве завершены.

Талисманный автомат заряжен. Духовные ракеты загружены. Имперский Щит Пламени Кагуцути[✱]Японское божество огня., установлен на уровень B. Ята но Кагами помещено в состояние повышенной боевой готовности. Уязвимости и повреждённые функции удалены. Чувства и эмоции установлены в спящий режим.

По показаниям радара, если принять мою божественность за 100, то божественность злых богов, расположенных в Академии Конохана Сакуя, — 2, 4, 6, 11, 12… один на один я им не проиграю, но их объединение вызывает сложности. Хотя, если не забывать, что сегодня последняя сессия зачистки, то не так уж и тревожно.

До церемонии закрытия шесть дней.

У нас лишь неделя, чтобы оставаться первогодками старшей школы.

Я могу не успеть. Может я и бог, но достаточно паршивый. Всё-таки я не могу воплощать ничьи молитвы. Но кое-кто послал мне молитву. Кое-то пожелал чего-то от меня. Или нет, скорее... кое-кто попросил меня о чём-то как у своего друга.

Так что я истрачу на это все свои силы.

В далёком прошлом я была куклой.

Куклой без своей воли.

Однако... я нашла семью. И, наверное, друга тоже. Этот друг — легкомысленная дура, невежа, непонимающая даже, что говорит, и она достаточно раздражает... но если её желание — жить обычной, непримечательной школьной жизнью и заводить обычных друзей, то я уничтожу всё, что встанет у неё на пути.

Я не прошу благодарностей. Я и так счастлива.

Я бы хотела сделать это так, чтобы она не несла на своих плечах груз вины или сожаления. Пока она не видела, я приняла это на себя, чтобы работать в тени своего удовлетворения.

Я бесчисленное количество раз окроплялась кровью ради «обычной непримечательной жизни».

Подобно Пиноккио, я пересеку безжалостное бушующее море с невероятным желанием в сердце.

Я бог, и никто не выслушает моих молитв. Я могу рассчитывать лишь на себя.

Таким, как я, нельзя молиться, но…

Если мои молитвы могут сбыться, то, всевышние боги, я...

Глава 12. Вместе с тобой в зазеркалье

К тому времени, как я добралась до Академии Конохана Сакуя, всё уже было кончено.

Должна сказать, я была поразительно беспечна. Но, наверное, мне просто не хватило уверенности в своей идее, в своём выводе, и мои сомнения заставили меня сначала попробовать спросить Кагами, что же всё-таки происходит.

Я не смогла до неё дозвониться, и на смс она не отвечала, потому я в конце концов пошла с Тамой к ним на квартиру (она располагалась недалеко от моего дома, в здании под названием Труп Ахакихары). Уже наступил вечер, однако Кагами всё ещё не вернулась домой.

Цуруги была дома, но не похоже, что она собирается вмешиваться.

— А, у меня чё-то не очень с таким дерьмом, так что не могла бы ты смотаться и справиться с этим за меня? Благодарю, — кинула она мне с зубной щёткой во рту и выставила за дверь.

— Не задерживайся, ладно?! — крикнула Цуруги вслед Таме, и тогда я решила прекратить бегать с места на место.

Я нашла решение.

Если я не ошибаюсь, то Кагами в Академии Конохана Сакуя.

Мы же «друзья только в школе», да, Кагами?

— Брр...

Пустое здание школы ночью выглядит словно дом с привидениями, но, пробравшись в него, я поняла, что «дом с привидениями» это ещё мягко сказано.

Я чуяла кровь. Достаточно, чтобы сбить дыхание.

Не знаю, из-за какой-то корректировки ли или ещё чего-то, но мой путь ничего не преграждало. Ни школьные ворота, ни двери в школу оказались незаперты, и я вошла в здание без каких-либо проблем.

Я переобулась в сменку, стоящей в шкафчике для обуви, и пошла по тихому коридору.

Кружится голова.

Нечто подобное я чувствовала, когда была хикикомори и пыталась выйти наружу.

Такая тошнота приходила, когда я пыталась выйти в мир, ужасно и эгоистично скрученный другими богами и их корректировками.

Такое чувство словно я надела слишком сильные очки и пытаюсь идти по палубе раскачивающегося корабля.

Всё, что я видела, всё, что слышала, всё, чего касалась...

...потеряло очертания и просто крутилось вокруг меня водоворотом злой воли, нападая на меня.

Это неправильно.

Совершенно неправильно.

Мой перекрученные ощущения тошнотворно мелькали перед глазами.

— Уээээ...

Я ринулась в ближайший туалет и меня стошнило в унитаз.

— Уээ, эээ, оээээ...

Когда мой желудок полностью очистился, я снова поднялась.

Я промыла рот в фонтанчике и ударила себя по щеке, чтобы вернуться к реальности.

Я должна постараться.

Должна постараться...

— ...

Чувствую себя совершенно опустошённой после недавнего, но это не такая уж проблема.

Я вышла из туалета и пошла по школе, убеждаясь, что всё кончено.

Кругом валяется множество странных монстров, совершенно неуместных в этом вполне обычном здании школы.

Большинство монстров выглядят как увеличенные версии зверей или рептилий, но попадаются и чудища, вроде огромного глазного яблока, окружённого кучей мяса. Ещё я заметила гимнастического коня и барьеры для бега у которых проросли руки и ноги. Абсурд да и только.

Все они боги.

Некоторые ещё двигаются.

Я изо всех сил сдерживала силу Всевышней, так что, возможно, они видели меня как обычную девушку. Некоторые скорчили страшные рожи и грозно надвинулись на меня.

Забавно.

Они не знают кто я?

— Не...

Я старалась не разозлиться.

Неважно насколько это детское чувство, я должна установить приоритет этого над всем остальным.

Если я не смогу сдержать силу Всевышней, то мир скорректируется.

Если разозлюсь, расстроюсь, обрадуюсь...

Я должна взять все свои эмоции под контроль и управлять ими, минимизируя эффект, который могу оказывать на мир.

Это мой долг.

Но.

— Не... злите... меня… — выдавила я из себя, собрав каждый грамм своего терпения.

И сразу же после неё все боги вокруг испарились.

Убежали.

Испугались великого гнева Всевышней.

— Хм, а если подумать, это было довольно легко, — пробормотала я, шагая по коридору.

Понятия не имею, где находится Кагами.

Возможно, она уже ушла домой.

Мне хотелось увидеть её, но я не знаю как посмотреть ей в глаза.

Но мне нужно рассказать ей свои чувства.

Я хочу извиниться... и, по крайней мере, рассказать ей правду.

Рассказать правду своему неуклюжему и неловкому другу.

— То же самое и что в день Трагедии Дня Святого Валентина, все боги пытаются снискать благосклонность Всевышней. Всё-таки чем больше Всевышняя любит и ценит тебя, тем выше твоя божественность.

Все боги подчиняются Всевышней.

Всевышняя — глава страны, так сказать.

Для других богов она абсолютный закон. И таким образом их амбиции и попытки лести были бы замечательными.

Но сейчас Всевышняя это такая дура, как я.

Я забыла, что обладаю силой Всевышней, и пожелала завести друга.

А затем я выбрала девушку, Ягами Кагами, как своего друга.

Тогда боги начали завидовать.

Если человека получит привязанность Императора, то это равносильно катастрофе.

Человеческая история доказывает это раз за разом.

Бедная душа, которая станет объектом привязанности Всевышней, будет окружена завистью, злобой и интригами.

Уверена, Кагами ломали как могли, пока я не видела.

Просто я не замечала.

Мне вспомнилась бабушка из кафетерия, которая споткнулась буквально на ровном месте и опрокинула всю еду с подноса на Кагами.

Это было началом.

Это всё объясняет.

После этого Кагами пала жертвой подобных неудач и даже больших бедствий.

Она не подвергалась нападению людей, но скорее Мириада богов, из которых построен этот мир.

Можно сказать они и есть сам мир.

Горшки с цветами падали ей на голову, когда она проходила мимо; собаки и кошки беспричинно нападали на неё... при прогулке мимо строительной площадки разорвавшаяся труба обливала её водой или сама стальная рама падала на неё.

Кагами словно оказалась главным героем дешёвой комедийной манги. Всё и вся в мире устраивало ей неприятности.

Они все старались стащить её с позиции «друга Всевышней».

Нет, на самом деле её жизнь была в опасности.

Мне вспомнилось, когда я увидела её окровавленной однажды ночью.

Она сражалась.

Снаружи она вела себя как ни в чём не бывало и дружила со мной в это «нормальное», счастливое время, но внутри она боролось против всех.

И понятно, почему она хотела быть моим другом только в школе.

Это был предел Кагами.

Это наилучший компромисс, который пришёл ей в голову. Если бы я ничего не осознавая начала относиться к Кагами как другу и на улице, то весь мир ополчился бы на неё.

Все силы Кагами уже уходили на поддержку покоя в школе.

Она не ненавидела меня и не отвергала меня.

Наоборот Кагами неловко приняла совершенно неблагодарную роль, стараясь скрыть всё от меня, такой маленькой и наивной, чтобы я на меня не давило чувство вины.

Ей это не нравилось и очень раздражало, но она всё равно старалась изо всех сил.

@@@

— Кагами...

Я просто шла куда глаза глядят и наконец свершилось.

В классе правосторонних первогодок, таком важном в моей повседневной жизни, хоть и останется таким чуть меньше недели.

В центре класса Кагами сидела за своей партой.

Лунный свет, струящийся изо окна, очёрчивал её куклоподобную фигуру.

Она была вся в крови.

И сегодня на ней живого места не оставили.

Наверное, её ранят изо дня в день.

Её дыхание обращалось облачками пара, весь её вид показывал острую боль, она лежала на парте с закрытыми глазами. Я позвала её.

— Кагами!

Она приоткрыла глаза.

А затем посмотрела на меня с тенью удивления, но заговорила своим обычным холодным тоном.

— О боже, что такое, Сасами-сан? Не слишком ли рано ты пришла в школу?

— А ты? Не призадержалась ли?

Мой лучший друг, с которым я только начала формировать отношения и который обычном показывал мне свою саркастичную сторону.

— Разве у тебя сегодня не дела?

Я медленно зашагала, пока не оказалась прямо перед ней.

У меня слёзы наворачивались, так что я старалась изо всех сил выглядеть страшно.

— Т-ты ведь гуляла с одноклассницей? Я подумала, что ты собиралась с ней где-то прогуляться. Это был твой друг, Кагами?

— Нет у меня никаких друзей, — пробормотала Кагами, и до меня донёсся её смешок.

Звучало довольно неприятно, но её голос отдавался такой слабостью и хрипотой, что я не могла рассердиться.

— Она была одержима злыми богами, так что я изгнала их. Думаю, они планировали поселиться внутри реальных людей, подружиться с тобой, а затем поднять свою божественность... злых богов, я имею ввиду, — голос Кагами звучал жалко. — Они насильно корректировали сознания людей, пытаясь сделать их идеальными друзьями для тебя. А ты просто наивный ребёнок, так что уверена, очень бы обрадовалась.

Её голос сочился сарказмом.

— Наверное, тебя устроили бы и такие поддельные друзья. И глупо соблазнённая злыми богами ты бы медленно корректировала весь мир в ложном направлении. Было бы не очень хорошо.

— Ты ведь беспокоилась за меня?..

— Ты меня слушаешь? Ты реально пустоголовая?

— Спасибо, Кагами.

Теперь я всё поняла.

Всё именно так, как ты и сказала.

Я... действительно... действительно была дурой, Кагами.

Я забыла о силе Всевышней и пожелала иметь друзей, иметь обычную жизнь.

Даже не хочу представить какой эффект мои желания возымели бы на окружение.

Кагами это поглотило полностью... она изранена, и всё из-за меня.

— Прости, прости меня...

Хм? Я не вижу перед собой.

Странно...

— Почему ты плачешь? Ты что, ребёнок? — голос Кагами отдавал паникой. — Не нужно беспокоиться. Всё очищено. Я сказала всем богам внутри школы не делать глупостей, подчинила их и побила тех, кто пытался ослушаться. Боги внутри школы больше не опасно.

На лице Кагами выразилась гордость.

— Отныне если ты заведёшь друзей, то можешь быть уверена, что они не результаты корректировок злых богов. Они будут настоящими друзьями, которых ты приобретёшь своими силами. Так что не волнуйся и наслаждайся своей яркой и весёлой школьной жизнью.

Она совсем не тревожилась.

— Пожалуйста, освободи меня от этой роли. Я вымоталась. Всё это так раздражает. Я наконец высплюсь... знаешь, я совсем не спала. Я уже готова требовать компенсации. Так тяжело потрудиться и без причины... Сасами-сан? Ты меня слушаешь?

— К-К-Кагамииии...

— Ёй?!

Я обняла её и повалила на пол.

Сейчас Кагами настолько ослабла, что попросту упала спиной прямо на холодный пол класса.

Я уткнулась лицом ей в грудь и начала всхлипывать.

Прямо как ребёнок.

Ух, такое чувство, словно внутри плотину прорвало... слёзы не прекращаюсь литься.

Кагами зарделась и попыталась оттолкнуть меня.

— Ты чего творишь?!.. Я тебе не подушка! Эй, хватит давить лицом в меня! Ты измажешь меня соплями! Это мерзко! Сейчас во мне полно дыр… с ранами нужно быть осторожней!

— Кягябиии...

Я не слышала ни единого её слова.

— Прости! Я была такой дурой!.. Ты не должна больше страдать! Я отругаю всех злых богов! Я сделаю, чтобы тебя больше не ранили! Так что, Кагами... пожалуйста... после этого, я хочу... всегда...

— Ух, не ори ты так, паскуда!

Кагами назвала меня самым худшим, что я только слышала.

Но я не отступила.

Я продолжила обнимать её и рыдать у неё на груди.

— Кагамиии... прости... я очень люблю тебя...

— Ух, ты отвратительна. Свинья! Умри!

Уверена, Кагами тоже не знала, что делать.

Из-за своей застенчивости, я сглупила и сказала Кагами кое-что ужасное. Сказала, что она друг напрокат, что мне нужен кто-то вроде «Кагами или типа того», сказала, что она просто для практики.

Я сказала ей, что она не настоящий друг, и я использую её как стремянку, чтобы постепенно завести настоящий друзей.

И Кагами приняла мои слова за чистую монету.

Так что она старалась изо всех не для того, чтобы я не чувствовала себя виноватой в чём-то, не чтобы создать среду в которой я смогла бы завести «обычных друзей».

Она старалась изо всех сил подавить богов в школе, чтобы я осознанно или неосознанно не смогла использовать силу Всевышней, чтобы схитрить и завести друзей не своими силами.

Она подумала, что если это случится, я не обрадуюсь.

Но, Кагами.

Так меня понять, взять на себя мою боль и проблемы...

В мире есть только одно слово обозначающее подобное.

— Кагами.

Я попросила её ещё раз.

— Пожалуйста, будь моим другом.

Кагами прекратила сопротивляться.

Словно сломанная кукла.

Или может, как ребёнок, только появившийся на свет.

Мне действительно нравится эта её сторона.

Она не привыкла принимать похвалу, так что она уклоняется и отворачивается от других, и из-за этого её все принимают как нелюдимую.

Однако она тоже чувствовует себя одиноко и старалась изо всех сил ради других...

Я очень её люблю.

Да, уверена, я смогу понравиться ей больше.

— Я… — тихо пробормотала Кагами, словно говоря сама с собой. — Раньше я была куклой. Безвольной куклой. Я была просто совершенным инструментом, который исполняет любую задачу наилучшим образом.

Её красивый голос возвышенно разносился по комнате.

— Но я всегда чувствовала себя неполной. Моё сердце пустовало. Я была просто безжизненной машиной, и не могла даже плакать. Но я всё равно хотела жить «обычной» жизнью. Вместо превосходной куклы, которая живёт, чтобы убить или быть убитой, я хотела быть обычной девушкой, которая умеет плакать и смеяться.

Я почувствовала как ладони Кагами неловко коснулись моей спины.

— Если мои молитвы смогут сбыться, то, всевышние боги, я хочу быть человеком.

Хоть я и не бог.

Всего лишь безобразная подделка, позаимствовавшая силу бога.

Но я хочу исполнить её желание.

— Я хочу быть человеком. Глупым, слабым, но тёплым человеческим существом.

— Кагами...

Но я дура, и сейчас не могу сделать многого для неё.

Хотя есть кое-что, что я могу.

— Ты уже тёплая.

Я тихонько прижалась к ней.

Прижалась к этой девушке, окроплённой кровью.

В этом пустом классе, освещённом лишь лунным светом.

Нас окутала тьма и тишина, однако ещё и тепло.

— По... нятно...

Кагама моргнула, но затем расслабилась и улыбнулась мне.

Её улыбка оказалась удивительно красивой.

— Смогу ли я когда-нибудь стать человеком? Смогу я... стать твоим другом?

— Сможешь. Давай... теперь стараться вместе, Кагами.

Эта девушка, которую когда-то давно использовали как куклу, наверное, очень устала... она испустила долгий вздох, а затем закрыла глаза, продолжая меня обнимать.

До меня донеслось её спокойное дыхание. Она уснула.

— Сладких снов, Кагами.

Наверное, мне тоже стоит поспать...

@@@

Осталась лишь неделя до конца моего первого года в старшей школе.

Моя юность пролетала мимо меня со скоростью ветра.

Но у меня появился друг, потому я постараюсь изо всех сил насладиться временем с ней на всю катушку.

Я буду смеяться и плакать, спорить и играть.

Вместе с человеком из зазеркалья, который так напоминал меня саму. Вместе с тобой.