Том 4    
Глава 5. Мини-усилитель; водонапорная башня; Le Tango Perpétual

Глава 5. Мини-усилитель; водонапорная башня; Le Tango Perpétual

— Стоп! — прокричала Чиаки из-за барабанной установки, подняв руки с крепко сжатыми палочками. Я перестал дергать струны и вытер пот со лба.

Сэмпай и Мафую сжали правыми ладонями гриф, чтобы заглушить еще колеблющиеся струны. Зажигательная мелодия, наполнявшая репетиционную комнату кружка изучения народной музыки секунду назад, превратилась в болезненно-безрадостный ушной звон.

Три девушки одновременно посмотрели на меня. Не в состоянии вынести заинтересованный взгляд Мафую, дразнящий — сэмпай и эмоциональный — Чиаки, я вынужден был смотреть на бас в своих руках.

— Скажи ему, товарищ Аихара. Полагаю, мы все думаем об одном и том же, но ты единственная, кого молодой человек сейчас будет слушать.

Чиаки кивнула и указала палочкой в мою сторону.

— Хватит постоянно липнуть ко мне!

Я чуть не выронил гитару из рук от потрясения. Меня выбили из колеи её слова — хотя она имела в виду их музыкальный смысл, разумеется.

— Я намеренно снизила темп, чтобы создать безмятежный настрой! Но всё будет впустую, если ты тоже сыграешь в моей манере — безмятежность превратиться в скуку! Бас и барабаны имеют разный ритмический узор, поэтому тебе нужно играть немножко живее!

— Э-э…

Слова Чиаки задели меня за живое, потому что я очень хорошо осознавал её правоту.

— Похоже, тебе недостает практики, молодой человек. Ты думал, что я не замечу, как ты шаришься по её импровизации, подыгрывая в унисон?

Зловещая ухмылка на лице сэмпай придавала ей вид, словно она дразнит кошку — я весь сжался в ответ.

— Ты пытаешься все запороть, чтобы мы провалили прослушивание?

— Н-ни за что!

Я скрестил руки, решительно отрицая обвинения. Однако улыбка сэмпай не исчезла.

— Ну же, товарищ Эбисава. Тоже отчитай его немножко.

— Э-э? — волосы Мафую вздрогнули из-за неожиданной реплики сэмпай. Но сапфирового цвета глаза продолжили пытливо глядеть на меня. Когда я собирался отвернуться, Мафую заговорила.

— …Трус. Почему ты не можешь выразить всё ясно?

Этому я удивился больше всего — до того, что даже нечаянно отключил питание бас-усилителя. Эм, она ссылалась на звучание моей гитары, верно? Сэмпай громко рассмеялась.

— Давайте передохнем! Молодому человеку нужно время, чтобы все осмыслить.

— Надолго? Уже пять, времени осталось немного.

Пальцы Мафую беспокойно ерзали по струнам гитары.

— Может, пока задремавший молодой человек не проснется?

— Этого придется ждать до следующего года! До прослушивания осталось лишь несколько дней! Кстати, когда точно оно будет? — спросила Чиаки.

— Это еще не определено. Достаточно много групп зарегистрировалось на мероприятие. Я думаю, скоро с нами свяжутся.

— Мы будем исполнять эти же песни на прослушивании? — прервала Мафую. — Нам нужно определиться с их порядком. Есть довольно много композиций, которые я хочу сыграть.

— Эй, что думаете, если вставим несколько рождественских напевов в конец выступления, которые аудитория смогла бы спеть с нами? Я хочу сказать, это ведь Сочельник.

— Я думаю, нам стоит нацелиться на прослушивание с уже знакомыми нам песнями. Это позволит…

Я слушал их разговор, немного отдалившись. Затем я вытащил шнур из комбика и вставил его в мини-усилитель.

— … Я поупражняюсь немного один.

Мафую была удивлена этим — она собиралась снять ремень с гитарой с плеча. Я развернулся и распахнул дверь. Меня встретили предзакатные лучи холодного зимнего солнца.

Крыша, которую я обычно посещал, расположена прямо над репетиционной, поэтому я поднялся на другую, которая находилась на другом конце школы. Солнце уже практически скрылось за горизонтом. Пока школьное здание заволакивало темнотой, я разглядел маленькие силуэты бейсбольной команды, приводящей в порядок игровое поле.

Сбоку от ступенек на выступ крыши была лестница, ведущая наверх к большой водонапорной башне. Я закинул бас на спину и начал карабкаться по ней. Когда я сел и оглядел пейзаж передо мной, то увидел усеянную огнями улицу напротив школы. Это куда больше походило на звездное небо, чем оно же настоящее над моей головой.

Я поставил мини-усилитель рядом с собой, положил бас-гитару на ногу и начал перебирать струны. Я играл одну тему снова и снова вполовину медленнее оригинального темпа.

Однако я не мог погрузиться в музыку. Как будто струны могли читать мысли — они словно отвергали мои пальцы.

Слова сэмпай звенели в моих ушах: «Ты пытаешься все запороть, чтобы мы провалили прослушивание?»

Я этого не хотел. Но я совру, если скажу, что такая мысль не приходила мне в голову, после того как сэмпай упомянула о прослушивании.

Почему обязательно двадцать четвертое? Было бы замечательно, если бы оно проводилось в другой день.

Что сбивало с толку еще больше — Мафую, которая невероятным образом увлеклась этим. Я знаю, что неправ, принимая все близко к сердцу, но даже если так…

Нельзя этому поддаваться. Я опять буду бременем для девчонок — это чувство начало тяготить меня еще с выступления на школьном фестивале. Мои навыки улучшились по сравнению с теми, что были полгода назад, но девчонки — особенно Чиаки — прогрессировали с еще большей скоростью. Теперешний я, даже дергая струны на пределе возможностей, неспособный показать умения на их уровне, точно останусь далеко позади. Я должен просто забыть о нас с Мафую. Не похоже, что у меня получиться пригласить её куда-то в Сочельник.

Мои мысли вернулись к моменту, когда мы с Мафую были одни в комнате, перед тем как внутрь вторглась сэмпай.

Было бы здорово, если б я смог хотя бы озвучить вопрос.

Мои пальцы остановились, когда я вернулся к реальности. Я издал исковерканный смешок. Я разве не практиковаться сюда пришел? Почему я позволяю своим мыслям блуждать где попало?

— …Наоми?

Голос, раздавшийся из темноты, стал для меня сюрпризом — я забыл о том, что сижу на уступе башни, и чуть не вскочил от неожиданности. Фух, едва не упал.

Поглядев вниз, я пересекся взглядом с Мафую, которая высунула голову из двери на крышу. На секунду мне захотелось найти уголок, где можно спрятаться. Однако места на башне едва хватало на одного сидящего.

— Эм-м…

Я тут же покрепче схватил бас, чтобы создать видимость усердной репетиции, в то же время пытаясь придумать тему для разговора. Мафую повертела головой вокруг и её взгляд зацепился за лестницу.

— По-погоди.

Мафую не обратила внимания на мой нервозный оклик и схватилась за лестницу. Но она почему-то использовала лишь левую руку. Она прижималась грудью к перекладинам и неуклюже карабкалась. Я перегнулся и протянул руку, чтобы подтянуть Мафую.

Она поднялась на тесную площадку рядом с водонапорной башней и, тяжело дыша, крепко вцепилась в мою руку. Её лицо было мертвенно бледным.

— Т-ты в порядке?

— … Все хорошо, просто немножко испугалась.

Тогда зачем лезла? К тому же…

Мой взгляд устремился к правой руке Мафую, которой она держалась за край моего пальто.

— Твоя правая рука… ты что… опять не можешь ею двигать?

— Э? А, всё не так.

Мафую помотала головой. Её каштановые волосы коснулись моей груди.

— Это просто старая привычка… сама не замечаю, как делаю что-нибудь только левой рукой.

Не заставляй себя. Я с интересом посмотрел на правую руку Мафую, которую она спрятала у меня на груди. Когда она заметила это, то, покраснев, быстро её убрала. Но мы все равно вынуждены были сидеть бок о бок, касаясь друг друга плечами, потому что места у водонапорной башни было мало.

Поэтому мы вдвоем смотрели вниз на школу, стены которой были погружены во тьму. В то же время мы считали удары сердец друг друга. Я хотел превратить дыхание в речь, но мой голос застрял в горле. Рукав зимней униформы, что тесно прилегал ко мне, кружил голову, не давая говорить.

Опять. Всегда то же самое. Каждый раз, когда Мафую садится рядом, моя голова пустеет из-за её тепла. Разочарование, изводившее меня ранее, тоже исчезло. Почему же?

Если припомнить, Мафую и я касались друг друга бесчисленное количество раз, с тех пор как мы познакомились. Но болезненный и волнительный трепет, который я сейчас испытывал, был вызван осознанием собственных чувств.

Болезненный. Да, болезненный.

— Эм-м.

Наконец Мафую вновь заговорила. Её голос больше не дрожал.

— М-м-м.

— Ты не сердишься?

Я не мог не посмотреть на Мафую. Половина её лица была скрыта в тени.

— С чего бы… нет, не сержусь…

Я не сердился. Просто потерял себя.

— Но было похоже… что тебе противна репетиция.

— Мне она не противна!

Я чуть не упал из-за того, что резко повернулся.

— Уа-а!

— Кья-я!

Я крепко вцепился в опору башни, а Мафую ухватилась за мое плечо. Мне удалось удержать равновесие.

Когда я оправился от шока, то оглянулся посмотреть на Мафую. Хотя её лицо стало пунцовым, она не ослабила хватку.

— Я определила по музыке. Твой бас пытался сбежать от моего Стратокастера.

Я был потрясен. Не думал, что музыка так запросто выдаст мои чувства… похоже, она не всегда на моей стороне. Я крепко схватился за гриф бас-гитары, покоящейся на моем бедре. Просто мысль — если наступит день, когда я овладею инструментом на совершенно ином уровне, смогу ли я хладнокровно играть на нем, не обращая внимания на сомнения и путаницу в собственном сердце?

— Ты что-то планировал на Рождество? В тот раз ты…

Она задала вопрос.

Я сделал глубокий вдох, кивнул и мысленно подготовился. Потом я повернулся к сапфирно-синим глазам, в которых отражалось звездное небо.

— Я раздумывал над тем, какой подарок мне стоит сделать.

Синие ледяные стены в глазах Мафую безмолвно растворились.

— Ты знаешь Артюра Онеггера? Это французский композитор. Сперва я планировал подарить тебе запись «Рождественской кантаты», сочиненной им. Эм, у меня есть друг, который будет исполнять эту композицию на сцене на Рождество. Это действительно замечательная песня, поэтому…

Мое пересохшее горло готово было разорваться.

— Сперва… я планировал… посетить концерт… вместе… с тобой. Но… потом… сэмпай сказала, мы примем участие в прослушивании… к этому выступлению.

Я чувствовал, как к моему лицу все больше приливает жар, пока я признавался. Я боялся, что мой взгляд соскользнет на колени, поэтому напрягся и продолжил:

— Сперва я хотел… чтобы ты и я… провели Рождество вместе. Но…

— Почему?

Мафую вдруг повысила голос. Я отодвинул голову назад от неожиданности.

— Почему ты не сказал мне?

Свет в её глазах мерцал, как на поверхности воды.

— Н-но, но сэмпай уже утвердила грядущее выступление!

— Это ничего не меняет! Ты должен был сказать мне все равно!

— Прости… — хотя я понятия не имел о причинах её гнева. — Эм, ну, если мы не выдержим отборочный этап, мы сможем…

— Придурок!

Мафую сильно дернула мой галстук. Больно.

— Мы пройдем его! Я не прощу никого, кто посмеет специально его завалить! Даже тебя, Наоми!

— Нет, прости. Не волнуйся. Я никогда такого не сделаю.

— Мы сможем выступить на сцене вместе, после того как выдержим прослушивание, разве не так?

Меня ненадолго оглушили её слова.

Я смогу посетить рождественский концерт вместе с Мафую, хотя мы будем в числе выступающих. Точно. Плюс ко всему, я сэкономлю на билетах. Но тогда…

— Я хочу выступить на сцене, — пробормотала Мафую, прижав ладони к моей груди, пока смотрела на мой бас, который слился с ночным небом.

— Я хочу стоять на одной сцене вместе с тобой… Чиаки и Кёко. Веки вечные.

Слова Мафую шли от самого сердца. Её чувства давили, словно обжигали меня.

— … Тебе настолько сильно нравится выступать?

Я сам того не желая озвучил этот глупый вопрос. Мафую медленно кивнула.

— Я печалюсь каждый раз, выходя на сцену.

— Э-э?..

— Потому что это скоро закончится.

Слова Мафую покрылись инеем и рассеялись в небе.

— Придет день, когда все закончится, и оттого грустно — если бы только это могло длиться вечно.

Мафую положила пальцы на мою руку, которые в беспокойном темпе танцевали на воображаемых клавишах. Я знал откуда этот отрывок, хотя не слышал ни одного звука. Музыка появлялась после контакта с пальцами Мафую, когда они нажимали на мою руку. Эрик Сати. «Вечное танго».

— Раньше, когда фортепиано было для меня всем, я никогда не думала, что буду ощущать подобные чувства.

Я молча кивнул. То же относилось и ко мне. Раньше, когда я лишь слушал чужую музыку, то не подозревал о существовании такой страсти и пульсации.

— Я хочу продолжить играть. Хочу, чтобы Кёко пела, хочу двигаться вперед вместе с Чиаки… и я хочу слушать звук биения твоего сердца.

— …М-м-м.

Вспоминая о том, как я тогда поддался эмоциям, мне стало очень стыдно. Мои размышления были глупыми, по сравнению с незамутненными чувствами Мафую к группе.

Но затем Мафую притихла и отвернулась.

— …Поэтому, я извиняюсь.

— …За что?

— За Рождество. Мы не сможем… провести его только… вдвоем.

— Э? А, ну, — я был взволнован. Она видит насквозь мои намерения? — Всё нормально, я не переживаю.

— Нет? Почему?

— Я все равно не успел купить билеты… Больно, больно! Мафую, отпусти меня!

Почему-то Мафую вонзила ногти, которые покоились на моей руке, глубоко в кожу. Почему она вышла из себя после моих слов?

Не понимаю. Было бы лучше, если бы я переживал?

— Я говорю не о билетах! Тебе разве не жаль?

— Нет, разумеется, жаль. Но я ничего не могу с этим поделать, верно?

— Даже если ты ничего не можешь… — Мафую несколько раз ударила меня по рукам. Это опасно! Мы можем упасть! — Это всё ты виноват! Все бы получилось, если бы ты сказал о своих планах на Рождество раньше!

— Э-э… извини.

Мафую была права. Это моя ошибка, что я не поведал ей о своих намерениях, поэтому сэмпай думала, что мы свободны для выступления… Э?

До меня дошло кое-что. Я тогда узнавал у Томо стоимость билетов на рождественский концерт — знала ли об этом сэмпай? Похоже, она заинтересовалась происходящим, но кто рассказал ей? Нет, постойте, она бы не запланировала выступление в случае, если уже знала о нас. Возможно, я просто слишком сильно вдумываюсь в это.

Что более важно — мне нужно подыскать другой подарок. Я все еще могу преподнести ей запись Онеггера, но я уже сболтнул о ней. Я считаю, что по возможности подарок должен быть сюрпризом. Будет неинтересно дарить то, что хотел изначально.

Плюс ко всему, если мы станем исполнителями, то наверное будем готовиться за кулисами и пропустим выход группы Томо. В этом случае будет бессмысленно дарить Мафую «Рождественскую кантату». Словно шестое чувство мне подсказывало, что мы выдержим прослушивание, хотя я не имел тому доказательств — Мафую хочет пройти, и ко мне это тоже относится. К тому же, гитарные навыки Мафую становятся лучше с каждым днем. Не потому ли, что она наконец дала выход своей страсти?

Мечта Мафую — не имеющее конца выступление.

— А…

До меня вдруг дошло, какие глупости я творил. Я схватился за голову и согнулся от смятения.

— А-а-а…

— …Что случилось? Прости, очень больно? — с беспокойством поинтересовалась Мафую и прекратила дубасить меня по руке.

— Э? А, нет, я не поэтому.

Я свесил руки, но голова все равно покоилась на коленях.

— Просто я понял, что должен тебе подарить…

Это была действительно неглупая мысль — для меня, во всяком случае. Мафую была бы ему рада. Но я уже подарил его Чиаки. Это был битловский «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера». И это должна быть британская версия виниловой пластинки. Понятия не имею, удастся ли мне найти еще одну.

— …Прости, ничего. Я обязательно найду способ заполучить её ко дню рождения.

— Ко дню рождения… моему?

— Угу.

Это ведь не доставит ей проблем? Я просто передам тайком на школьных занятиях.

— Оно будет в воскресенье.

— Э? А-а-а! — я не обратил на это внимания. Самое неподходящее время. Я вновь уткнулся головой в колени. Но следом Мафую сказала нечто совершенно неожиданное.

— Не хочешь… прийти ко мне… домой?

Э?

Я все правильно расслышал? Когда я поднял голову, то увидел пунцовое лицо Мафую. По её дрожащим губам было очевидно, что она изо всех сил старается не отвести взгляд.

— Ты не против прийти ко мне домой в день рождения? Если… ты… не занят чем-нибудь. И если ты хочешь.

— Э? А, эм-м, ага. Приду. Ты серьезно? Можно?

Я все еще мне мог поверить. Прийти в гости к Мафую? Но тогда, не помешает ли нам Эбичири? Всё ли получится?

— Папа собирается репетировать, так что его не будет.

После этого Мафую наконец поддалась смущению и устремила взгляд в тьму ночи.

Однако, несмотря на мрак, я все равно мог разглядеть, что её щеки пылают.

— Я тоже хочу… кое-что тебе подарить. Что-то, что нельзя унести.

Она хочет что-то подарить мне?

И это нечто нельзя унести?

Мое лицо по ощущению напоминало бардового цвета шарик. Я не припоминаю, о чем мы говорили после этого. Когда я заглянул в телефон, то в календаре обнаружил уже записанное время предстоящего визита.

— Почему тебе всегда удаётся найти Нао?

Мы столкнулись с Чиаки, когда спускались вниз по ступенькам обратно к репетиционной. Похоже, они с Мафую разделились, чтобы найти меня.

— Я просто услышала звуки бас-гитары, — деликатно пояснила Мафую.

Кстати да, у неё очень острый слух. Не удивительно, что она смогла найти меня в месте, где я обычно не бываю. Чиаки надулась, переместила взгляд с Мафую на меня и зарядила своим кулаком мне в живот. Ай!

— Ну ладно, давайте возвращаться скорее. У нас осталось не так много времени! Сэмпай все еще ждет.

Чиаки потянула меня за руку, а Мафую подталкивала в спину. Мне пришлось бежать вдоль по коридору, сжимая бас-гитару в своих руках.