Том 10    
Глава 6: Окончательное возобновление погони — Accidental_Firing

Глава 6: Окончательное возобновление погони — Accidental_Firing

1

— Ну в самом деле! Именно из-за Химегами учительница потеряла Камидзё из виду!

Комоэ-сенсей шла по району, где было множество студенческих общежитий, выговаривая идущей рядом с ней девушке.

В отличие от неё, девушка с чёрными волосами, одетая в спортивную форму, следовавшая за своей учительницей, Айса Химегами, держала пластиковый стаканчик с фруктовым соком. Она была на удивление спокойна, говоря:

— Но сенсей, скоро уже начнётся следующий матч.

— Хмф! Я знаю. Вот почему я хотела быстро это уладить, отчитать его, и привести его обратно к другим ученикам.

Парочка шла по территории, расположенной возле границы седьмого района. Кроме парка, из которого только что сбежали Камидзё и Стейл, здесь было много зданий, вроде торговых улиц и студенческих общежитий. Эти здания настолько различались по высоте, и выглядели как зубья расчёски.

Возможно. Это место было несколько слишком далеко от школ — или, можно сказать, от стадионов — поскольку люди здесь были заняты поисками сувениров. Несколько туристов странно смотрели на магазины, торгующие брелками для ключей и головоломками. В общем-то жители этого города на такие вещицы и не посмотрели бы.

Комоэ-сенсей вздохнула.

— Я знаю, давай предположим, что Камидзё уже ждёт нас там. Химегами, поторопись-ка!

— Ммм.

Химегами ответила, отпив немного фруктового сока. Её голос звучал так, словно у неё было что-то на уме, и Комоэ-сенсей склонила голову.

— … Химегами, тебя что-то беспокоит? Сенсей хочет услышать о твоих проблемах!

— Это не совсем проблемы

Химегами оторвала губы от стаканчика.

— Камидзё-сан выглядел немного странно. Словно он был рассеянным.

— Хм. Раз уж ты заговорила об этом, он действительно выглядел немного обеспокоенным. Но разве это не от того, что начинается следующий матч?

— … Но, это чувство…

Химегами сделала небольшую паузу.

Лично она уже чувствовала раньше эту особенно напряжённую атмосферу. Это было тогда, когда некий парень всего лишь со сжатой в кулак рукой противостоял алхимику, обладавшему почти божественными силами, пытавшемуся его убить. Ради тех, кого он хотел защитить, ради победы, он даже дал отсечь себе правую руку, чтобы превратить её в орудие победы.

Но…

— Может быть, у меня просто разыгралось воображение.

— ??? И что бы это значило?

Химегами посмотрела на озадаченно выглядевшую Комоэ-сенсей, и подумала довольно раздражённо:

«Но если это просто по поводу Дайхасейсай, этого не должно случиться».

Комоэ-сенсей пристально посмотрела вверх, на девушку с чёрными волосами, утонувшую в собственных мыслях. Она потянула за низ рубашки Химегами и сказала:

— Другими словами, ты беспокоишься о Камидзё.

— .

Химегами неожиданно застыла.

Фруктовый сок, стаканчик которого был в её руке, чуть не пролился, когда она с редким выражением испуга на лице, перехватила его.

— Это правда, но то, как вы это сказали, слишком прямолинейно и может вызвать недоразумение.

— Разве это не так?

— … Тогда, заботится ли Комоэ-сенсей о Камидзё-сан?

Комоэ-сенсей чуть не упала на землю, хотя споткнуться тут было не обо что. Миниюбка её чирлидерской формы задралась, но к счастью, ничего не показалось из-под неё. Комоэ-сенсей напряжённо взглянула вверх.

— Что… что ты такое говоришь, Химегами! Как классный руководитель Камидзё сенсей должна его обучать! Да..дадаже если я о нём забочусь, это потому что меня беспокоит его будущее. То, как ты сказала это, может вызывать недоразумение вместо…

— Вот это я и имела в виду.

— …

Комоэ-сенсей замолчала. Химегами протянула свободную руку и взяла тонкую руку Комоэ-сенсей. Она убедилась, что упав, Комоэ-сенсей не поранилась, и, сделав это, похоже, почувствовала облегчение, поскольку прищурила глаза.

— Тем не менее, лучше не говорить так. Мои отношения с Камидзё не настолько близки. Если возникнет недоразумение, у Кмидзё будут проблемы.

Э? Лицо Комоэ-сенсей немного изменило выражение.

— Ха-ха, значит, из-за того, что Химегами так думает, ты избегала разговора о ночной прогулке при Камидзё? Ты уже внимательно прочитала выданный путеводитель. В определённой степени, ночная прогулка это захватывающая война для студентов, сравнимая с дневными соревнованиями.

Во время Дайхасейсай проводится большое световое шоу, который начинается после заката, с использованием неоновых огней и лазеров. К тому же, после соревнований будет красочная процессия на машинах и передвижных сценах. Поскольку Дайхасейсай принимает спонсорскую поддержку от телевидения, размах этой процессии нельзя недооценивать. Ещё, в ней примут участие несколько артистов.

Совет директоров Академгорода обычно запрещает гулять по ночам, и всё дорожное движение прекращается, когда школы закрываются. Но на сегодня они даже запланировали ночные экскурсии. Хотя это и не события такого масштаба. Как на Рождество или День святого Валентина, всё равно это событие пользуется большой популярностью у учеников.

Но…

— Это невозможно.

Химегами решительно отвергла это.

— Если даже такая как я вдруг пригласит его, Камидзё-сан будет удивлён. Это не подходит. Так что, полагаю, я не должна его приглашать.

Когда её глаза немного прищурены, Химегами выглядит довольно мягкой. В то же время она выглядела немного подавленной.

Что касается Комоэ-сенсей, ей нравилось видеть учеников с таким озабоченным выражением лица.

— Это вовсе не так. Камидзё может быть, немного удивится, но нэто будет приятный сюрприз. Камидзё будет счастлив увидеть тебя счастливой, и расстроится. Если ты будешь грустить. Такой уж он ребёнок. Сенсей в этом абсолютно уверена.

Она посмотрела снизу вверх на ученицу, которая была намного выше её ростом.

— Так что, если ты пригласишь Камидзё на праздник, на котором ты будешь чувствовать себя счастливой, он тоже будет счастлив, и если ты скажешь, что это будет ночная прогулка, не должно быть никаких проблем.

Услышав это, Химегами моргнула.

На её обычно бесстрастном лице появилось удивлённое выражение.

Химегами осторожно встряхнула прозрачный стаканчик с фруктовым соком. Затем она посмотрела прямо на Комоэ-сенсей и прищурила глаза, отчего на её лице появилась хорошо различимая улыбка.

— Нет, я не хочу.

— Хмф! Сенсей старается изо всех сил подбодрить трусливую Химегами-сан, почему ты такая упрямая?

— Как бы там ни было, я не буду приглашать его.

Увидев, что Комоэ-сенсей покраснела от злости, Химегами безмолвно отпустила её плечо.

2

Тома Камидзё и Стейл бежали по улицам.

На разных стадионах проходили разные соревнования, репортажи о которых неслись отовсюду из громкоговорителей и с больших экранов. Школа Камидзё должна была вот-вот начать соревнование: «Только для ребят: Кавалерийские войны, предварительная группа А». Как жаль, что он не может выкроить время, чтобы поучаствовать в этом матче.

— Тома Камидзё! Если мы бежим к автобусной остановке, быстрее будет срезать по этому переулку!

— Нет, я проверил расписание автобусов. Будет быстрее на метро! Если сядем на автобус, будет много остановок, и хотя нам придётся подождать отправления поезда, когда он отправится, то перегонит автобус!!!

Так, громко перекрикиваясь, оба свернули в проход и побежали вниз по лестнице, ведущей в подземелье. Проходя по узкому бетонному туннелю на станцию, Камидзё поднёс свой телефон к перегораживавшему его автоматическому турникету. Сейчас в Академгороде обычное дело видеть телефоны, служащие как удостоверения личности и кредитные карточки.

Однако этот автоматический турникет реагирует только на телефоны из Академгорода. Стейл закусил язык, кинувшись к автоматам по продаже билетов. Причина, по которой он не прорвался через турникет силой, заключалась в том, что он чувствовал — в этой ситуации лучше не поднимать шум. Похоже, он считал поиски мелочи раздражающими, засунул в автомат 1000-иеновую банкноту, сгрёб сдачу и билет и вернулся.

Наконец, Стейл прошёл через турникет.

Поезд в туннеле был готов к отправлению, слышно было электронный звонок. Камидзё, первым добравшийся до платформы, вбежал в вагон, а подбежавший позже Стейл успел сунуть руку в дверь как раз когда та закрывалась. Благодаря системе безопасности дверь раскрылась, и Стейл проскользнул в вагон. Персонал станции похоже, смотрел на него, но он не беспокоился об этой бесполезной вещи.

Поезд медленно тронулся.

Камидзё прислонился к двери вагона и сказал:

— … До станции «Холм Сейбу», о которой говорил Цучимикадо, две остановки.

Камидзё посмотрел на электронное табло и пробормотал. Стейл, который засовывал монеты в кошелёк, вдруг порылся в своей одежде и вытащил новую пачку сигарет.

Камидзё воскликнул:

— Да сколько же у тебя этих пачек?

— Не твоё дело.

Не обращая внимания на Камидзё. Стейл вытащил сигарету из пачки.

— А! Нельзя курить в вагоне. Поезд остановится, если датчики засекут дым.

Кмидзё поспешно остановил его, и Стейл разочарованно щёлкнул языком. В обычных обстоятельствах он бы проигнорировал слова Камидзё, но поскольку он знал, что нужно срочно выследить Ориану, он, нахмурившись, засунул сигарету обратно.

После этого он вытащил из пальто ещё одну пачку. Размером она была с коробку для сигарет, коробку, сделанную из старого дерева. Стейл что-то вытащил из неё, и начал жевать, как сигарету.

— Это жевательная сигарета.

— … Ты в самом деле любишь курить, ага?

— Мир без никотина и дёгтя ничем не отличается от ада. Как такой благочестивый человек как я может попасть в ад?

— Прежде чем говорить это, возможно тебе следовало бы задуматься о своей жизни.

Пока они препирались, поезд прибыл на следующую станцию. Некоторые пассажиры вышли, и новые пассажиры, которые вошли в вагон, были шокированы видом Стейла.

Дверь вагона закрылась и поезд тронулся.

Осталась одна станция.

— Далее…

Ориана Томсон была в пятом районе и говорила довольно беззаботным голосом.

Она знала, что внимание прохожих сосредоточено на ней. На Дайхасей сай приехало много иностранных туристов, поэтому светлые волосы и зелёные глаза тут не редкость. Что привлекало их внимание, так это замечательная симметрия её тела, и подходящая одежда, которая подчёркивает её красоту. Хотя мода в этой стране в нынешние времена довольно либеральна, всё же довольно редко можно увидеть, как чьи-то красивые ноги просвечивают из-под юбки, в которой сделаны вертикальные разрезы. Также довольно редко можно видеть кого-то, кому приходится носить саронг не поверх купальника.

Но Ориана не обращала внимания на людей, которые смотрели на неё.

Для человека, которого преследуют, это довольно неестественно.

«Ну… может быть, нам потребуется потратить больше времени. Ничего, это я возложу на Лидвию. Так, что же делать этой сестрёнке. Хммм…»

Похоже, что продолжая идти по улице, Ориана хотела привлечь к себе внимание.

Она выглядела уверенной в себе.

Её не заботило, не заметят ли её преследователи.

Поезд снова остановился.

Вторая станция.

Они наконец-то прибыли на станцию «Холм Сейбу».

Когда двери с обоих сторон вагона открылись, Камидзё и Стейл выбежали на платформу. Они немедленно рванулись к ближайшему выходу. Стейл, который задержался на полдороге, чтобы выплюнуть жевательную сигарету в мусорную корзину, сказал:

— Чёрт побери, где Цучимикадо? Мы не можем использовать эту поисковую «матрицу всеохватывающей реальности», если его не будет здесь, чтобы подготовить набор!!!

Он выкрикнул это, возясь с телефоном. Хотя они были под землёй, возможно, из-за близости к базовой станции, телефон соединился.

— Цучимикадо!!!

— Ня, прошу прощения. Я в автобусе возле станции… тут похоже, проходит забег на 10 километров. Из-за изменений в расписании это соревнование перенесли. В данный момент автобус застрял в пробке.

Стейл закусил язык, не пытаясь скрыть это.

— Как далеко ты?

— Если мне придётся выйти из автобуса и бежать, это займёт десять минут.

Камидзё подумал, что это плохо.

Три минуты прошло с того времени, как Цучимикадо связался с Камидзё, чтобы сказать, что нашёл Ориану. Ещё пять минут ушло на то, чтобы добраться до этой станции. Тогда им придётся ждать ещё десять минут прежде. Чем они смогут начать готовить поисковое заклинание. Трудно себе представить, где она может быть сейчас. Он уже слышал от Цучимикадо раньше, что поисковое заклинание, которое используется для поисков Орианы, «матрица всеохватывающей реальности», имеет радиус действия три километра. Если Ориана узнает об их перемещениях, может закончиться тем. что они снова её упустят.

Цучимикадо вероятно, понимал это, потому что сказал резким тоном:

— Стейл, ты ещё помнишь, как выглядела моя «матрица всеохватывающей реальности»?

— Невозможно.

— Сможешь нарисовать её, если я буду давать указания по телефону?

— Это невозможно. Для меня бесполезно изучать процедуры, если я не понимаю стоящей за ними теории. У меня совершенно нет знаний концепций восточной магии. Особенно учитывая то, что «матрица всеохватывающей реальности», которую ты готовишь, использует пульсирующий поток места и пространства; западная и восточная магия очень сильно отличаются. Как бы то ни было, я не тот ребёнок. Уж не хочешь ли ты научить меня сущности инь-ян за один присест?

— … Тогда собираешься ли ты использовать для поиска свои западные методы?

— Даже если так, я попрошу тебя сделать это. Я в этом полный дилетант.

— Так… ничего, ты прав.

Из микрофона донёсся резкий вздох, отчего возник шум.

Почувствовав некоторую озабоченность, Цучимикадо сказал:

— Ладно, я активирую «матрицу всеохватывающей реальности» отсюда.

Услышав это, Камидзё был шокирован.

— Чего ты боишься? Десять минут пешего хода могут привести к фатальной ошибке. Вместо того, чтобы терять время на то, чтобы бежать к станции, мне в любом случае следует это сделать. Ориана может сесть на метро или автобус ня. Лучше если мы выполним поиск до этого.

Прежде чем Камидзё смог что-то сказать, Цучимикадо подытожил:

— Позже я сообщу вам результаты поиска при помощи «матрицы всеохватывающей реальности» по телефону. Стейл, Ками-ян, догоните Ориану. «Апостольский Крест» может быть не у Орианы, а у Лидвии. Если получится, схватите её живой.

— Подожди…

Услышав это, Камидзё не мог больше терпеть ни минуты.

— Секундочку, Цучимикадо! Ты снова можешь использовать магию?

Мотохару Цучимикадо не может использовать магию.

Говоря точнее, хотя он может её использовать, при этом его внутренние органы могут взорваться, поскольку он и маг и экстрасенс в одном лице. Поскольку тело экстрасенса устроено иначе, чем у обычного человека, если он использует магию, «предназначенную для обычных людей», это вызовет сильное отторжение.

Он же не может не знать об этом.

Он уже использовал магию сегодня, из-за чего у него началось кровотечение.

И прямо сейчас он говорил, что собирается использовать «матрицу всеохватывающей реальности». Использовав магию один раз, он может оказаться в критическом состоянии, если использует её дважды.

Но он не ответил на беспокойство Камидзё.

Цучимикадо не ответил, и даже Стейл не ответил.

Похоже, что Стейл хотел, чтобы Камидзё заткнулся, поскольку он громко сказал Цучимикадо:

— … Ты уверен, что можешь это сделать?

— Я не знаю; почему ты беспокоишься обо мне ня? Я маг, специалист, который умеет пользоваться магией? И, Ками-ян, если у тебя есть жалобы, я тебя выслушаю, лёжа на больничной койке. Если будешь навещать меня, пожалуйста, захвати немного нектара и яблок.

— Цучимикадо!!!

Когда Камидзё закричал, телефон отключился.

Стейл положил телефон обратно в карман.

— Хм. В следующий раз этот парень позвонит после активации «матрицы всеохватывающей реальности». Мы не можем позволить, чтобы его усилия пропали впустую. Давай сейчас обойдёмся без ненужных мыслей, Тома Камидзё.

— Чёрт!!!

Когда Стейл говорил это, Камидзё не смог сдержаться и ударил кулаком по бетонной стене.

— Это излишне.

Стейлу похоже, не нравилось то, что он сказал, доставая ещё одну сигарету из пальто.

Минуту спустя телефон Стейла зазвонил.

Звонил Цучимикадо.

Содержанием этого разговора было то, что он найдёт место, где никого не будет, и активирует «матрицу всеохватывающей реальности».

Плечи Орианы задрожали.

«Ох — это… такое же заклинание, что использовалось раньше. Они что, насмехаются над этой сестрёнкой, которая не может использовать одно и то же заклинание дважды?»

Она подумала это, идя по середине улицы в пятом школьном районе.

Вражеский метод поиска заключался в том. чтобы использовать карточку Орианы, чтобы выяснить её местоположение — точнее говоря, это был неустойчивый «оригинал» магического текста, который был, возможно, самой маленькой рукописью в мире, которую она могла придумать, чтобы написать одним махом.

Но что касается Орианы, она изменила активацию и деактивацию заклинания на «активацию и самоуничтожение неустойчивого оригинала». Поскольку тут нужна была личная магическая сила Орианы, и карточка обладала функцией «распознавания приказов Орианы», они могли проследить, где она находится при помощи обратного процесса.

Если так,

«Эта карточка сестрёнки… как они называют её там? Неважно, как бы там ни было, она связана с магической силой этой сестрёнки, так что когда враг делает что-то с карточкой, эта сестрёнка может почувствовать эти изменения».

Думая это, Ориана ускорила шаги.

Существуют заклинания, для которых неважно расстояние. Наёмные убийцы в особенности высоко ценят такие атаки, от которых невозможно ускользнуть даже если убежать на край мира

Но…

«Это другой случай».

Когда шар вспыхнул пламенем, она почувствовала, что её преследователи в страхе отпрянули от неё. Если это заклинание может игнорировать расстояние и производить глобальный поиск, тогда не будет проблем, если она будет идти медленно.

«Если так, лучшим методом было бы уйти подальше… даже так это всё равно хлопотно. Насколько далеко должна уйти эта сестрёнка, и в каком направлении?»

Ориана, склонив голову, проходила через людские волны, одну за другой.

«Ну и куда мне сейчас идти?»

Она подумала об этом, глядя на плывущий по небу дирижабль.

Камидзё и Стейл побежали по лестнице, ведущей на поверхность,

Пятый школьный район отличался от седьмого, в котором жил Камидзё тем, что тут было много колледжей и университетов. Хотя ряды за рядами зданий действительно производили похожее ощущение утончённости, рестораны и магазины выглядели более по-взрослому, чем в других районах. Для старшеклассника Камидзё это была незнакомая атмосфера. Словно его занесло на исполнение всемирно известной симфонии, на которое он не собирался приходить.

Но в данный момент у него не было времени на то, чтобы обращать на это внимание.

Камидзё и Стейл бежали, разрушая всю атмосферу этой улицы.

Телефон Стейла показывал, куда им нужно направляться.

Он продолжал бежать изо всех сил.

— … Ориана… она почувствовала это. Её движения внезапно изменились… сейчас она направляется на северо-запад. Расстояние от 300 до 500 метров… подождите-ка, скоро я установлю автоматический захват.

Голос несколько раз прерывался, но не из-за проблем со связью. Их собеседник, Цучимикадо, возможно, истекал кровью, и терпел сильную боль, используя магию.

Стейл слегка запыхался.

— 500 метров? Кажется близко… но нам будет тяжело, если мы собираемся догнать и поймать её. Подтверди мне, ты всожешь использовать этот артиллерийский удар, «Красное заклинание»?

— Невозможно ня… если мне придётся это сделать, мне придётся остановить «матрицу всеохватывающей реальности» и сосредоточиться на «красном заклинании». Но если так, мы не сможем уследить за продолжающей бежать Орианой, и точность значительно снизится.

— Что более важно, мы не можем взваливать на плечи Цучимикадо ещё и эту ношу!!!

Камидзё сказал это на бегу, и Стейл бросил на него раздражённый взгляд. Он передвинул сигарету во рту и сказал:

— Радиус действия «матрицы всеохватывающей реальности» около трёх километров. Мы проиграем, если она продвинется ещё на два с половиной километра. Даже если нам придётся увеличить чью-то ношу, нам придётся сократить расстояние.

— Да знаю я!!!

Крича друг на друга, они бежали по дорожке на краю улицы. Они забежали в маленький переулок, и побежав по его зигзагам, выбежали на другую улицу, пробежали по надземному мосту и сбежали по ступенькам на противоположной стороне.

— … Ответ получен… от того места, в котором находится Кми-ян, Ориана… всё ещё в северо-западном направлении.. рсстояние сейчас от 309 до 433 метров… как бы там ни было, похоже, что она движется по прямой… чтобы ускользнуть от наблюдения ня… поспешите, осталось ещё около 1,7 километра радиуса действия.

Словно марафонец, хватающий бутылку с напитком, Камидзё выхватил бесплатный путеводитель, который протягивала участница из Правосудия.

— Северо-запад, от 303 до 433… УА!

Читая путеводитель на бегу, Камидзё чуть не врезался в цилиндрического охранного робота. Камидзё отчаянным движением уклонился от него, в то время как оставшийся сзади робот издал предупреждающий сигнал.

— Может быть, вот это…? Примерно в 800 метрах отсюда станция монорельса. Он проходит через весь пятый район. Если она туда доберётся, то легко преодолеет три километра.

Хотя для них это было 800 метров, Ориане оставалось всего 400-500 метров. Если учесть время, нужное на то, чтобы купить билеты и сесть в поезд, то сколько минут у них останется? Поскольку траснпортная компания наверное, увеличила количество поездов в связи с Дайхасейсай, следующий поезд может прибыть через две минуты.

Но на другой стороне их разговора Цучимикадо неожиданно сказал нечто странное:

— Нет, секундочку… Ориана вдруг изменила направление.

Послышался шорох страниц. Цучимикадо, должно быть, сверял результат заклинания с путеводителем по Дайхасейсай.

— Направляясь к этой станции монорельса… она свернула за угол… Похоже, Ориана не направляется на станцию…!!! Что, на самом деле она увеличила скорость…!!!

Что? Камидзё нахмурился, продолжая бежать.

Стейл, который бежал сзади, прислушался к звуку, доносившемуся из телефона, который он держал в руке.

Вокруг было довольно шумно, топот их ног и тяжелое дыхание тоже были довольно громкими, но Камидзё почувствовал, что в ушах у него стало тихо.

На другой стороне телефонного разговора стало тихо. Возможно, Цучимикадо контролировал заклинание, поскольку был слышен звук скребущих по асфальту пальцев. Монотонный голос создавал впечатление, что время искривилось.

— Чёрт, куда она направляется… больно! Чёрт, подумать только, в тот самый момент…

Похоже, от попытки контролировать заклинание, боль Цучимикадо усиливалась. Как раз когда Камидзё собирался что-то сказать, Цучимикадо сказал:

— Нет… проблем, Ками-ян… положение Орианы, я его скоро получу… эй, НЕ МОЖЕТ БЫТЬ?!

По тону голоса было похоже, что он скорее удивлён.

— Этот путь… чёрт, так вот оно, значит, как. ЭТА ОРИАНА, ТОЛЬКО НЕ ГОВОРИТЕ МНЕ, ЧТО ОНА…!!!

После восклицания Цучимикадо, из телефона послышалось клокотание. Из динамика донёсся звук растираемой разделочной доски, и с этим неестественным шумом телефон замолчал. Казалось, что радиосвязь была прервана по необходимости.

Камидзё занервничал. Без указаний Цучимикадо они не могли сказать, куда направляется Ориана. Даже если им казалось, что они могли сократить расстояние, была вероятность того, что в конце концов разрыв увеличится.

— И что теперь: Эй, Стейл, как насчёт антенны телефона?

— Как это получается, что теперь я не могу позвонить? Стой, Тома Камидзё.

Стейл внезапно схватил Камидзё за воротник. Удерживаемый так, Камидзё, который только что бежал за Стейлом, мог только упрямо остановиться. Стейл проигнорировал Камидзё, который яростно кашлял за ним, и сказал:

— Нас обманули.

— Кхм! Ты… что ты делаешь, идиот!

— Даже если Ориана обнаружит, что её выследили при помощи поисковой магии, она вероятно не знает, «как далеко ей следует бежать». В такой ситуации она не может разработать тактику того, куда ей бежать. Что же тогда она сделает? Она, должно быть, довольно скоро найдёт ответ.

— Эй.

У Камидзё было плохое предчувствие.

Неестественное окончание разговора и крики Цучимикадо необъяснимым образом зазвучали в его ушах.

— Именно так, как ты представил себе, Тома Камидзё. Чтобы ускользнуть от этой поисковой магии, Ориана решила не увеличить расстояние, а уменьшить его… уничтожить человека, находящегося в его центре, Цучимикадо, что тоже принесёт ей победу.

— Секундочку, неужели она?!

— Никаких «неужели», есть вероятность 80-90 процентов, что она направляется к Цучимикадо.

— Тогда мы должны поспешить и добраться туда! Он же заставил себя использовать магию, и теперь его тело почти сломлено! Где Цучимикадо?!

— А я откуда знаю?

Глядя на то, как кричит Камидзё, Стейл ответил честно.

Затем он добавил ещё фразу.

— Вот почему я сейчас его ищу.

3

— Гх…гх…?!

Мотохару Цучимикадо два или три раза перевернулся на похожей на мрамор поверхностии. От удара телефон вылетел из его руки и врезался в ближайший столб.

Он был на проходе, соединявшем несколько подземных переходов. Он был восьми метров шириной, и 100 метров в длину. Поскольку был хорошо известный подземный переход, обычно использовавшаяся чтобы срезать путь, в том числе и владельцами магазинов, здесь почти никого не было. Большие цилиндрические столбы разделяли его на северную и южную части и скрытые стороны столбов образовывали мёртвую зону для камер слежения.

Автобус, на котором ехал Цучимикадо, застрял в пробке из-за забега на десять километров. Цучимикадо в спешке отыскал место, где бы не было людей, и активировал поисковое заклинание «матрицы всеохватывающей реальности».

Раздался резкий звук.

Матрица всеохватывающей реальности, которую он нарисовал на полу, была растоптана и разбросана в стороны.

— Нельзя быть таким беззаботным, знаешь ли. Ты хотел найти, где находится эта сестрёнка при помощи принадлежавших мне вещей. С другой стороны, похоже, ты забыл, что эта сестрёнка тоже может тебя почувствовать. Эй, парней, которые всё делают по-своему, могут ненавидеть, знаешь ли?

Дразнящий тон голоса.

И в то же время, противник с такой мощной силой.

Ориана Томсон.

Выглядела она не так, как раньше. Она уже сменила свою рабочую одежду, и теперь была в тёмном мини-топе и светлой длинной юбке, разрезанной, как занавесь, вертикальными разрезами. Поскольку эта юбка не могла функционировать как нормальная юбка, вокруг талии был обёрнут саронг, которым обычно прикрывают купальник. Но её пушистые светлые волосы и красота, это прекрасное впечатление от сладких изгибов, которое словно таяло во рту как сахар, невозможно было скрыть, просто переодевшись.

Она игралась с набором карточек, нанизанных на металлическое кольцо.

— Из всех людей, кого я встречала раньше, ты, похоже, самый проницательный, и в то же время, самый опасный. Так что эта сестрёнка пришла, чтобы позаботиться о тебе.

— Кхе…

Встав, Цучимикадо убрался с расположенной в центре круглой платформы.

Если бы он не знал, что атаки врага могут быть сорваны чем-то, преграждающим им путь, стены и столбы стали бы для него препятствием.

— … Всё будет в порядке, если ты сейчас же отдашь «Апостольский Крест» и сдашься вместе с Лидвией, или ты хочешь стать моллюском, у которого переломаны все кости?

— А, даже если бы я сказала тебе, что не заинтересована в схватке, эта сестрёнка любит играть в возбуждающие игры. Я поиграю с тобой, пока не сломаю тебе спину.

Ориана отвечала со счастливым видом, но на самом деле она высчитывала расстояние до Цучимикадо. Цучимикадо заскрежетал зубами в то время, как Ориана определяла его положение.

«Ками-ян и Стейл…»

От виска до поясницы, включая конечности, из его тела сочилась кровь. Это сделала не Ориана, а реакция отторжения его тела, случающаяся каждый раз, когда он использует магию.

«… Не могу на них полагаться. Хотя до них всего 10 минут пешком, я не сказал им, где именно нахожусь. Кроме того, я выбрал такое место, куда никто не придёт».

Он осторожно сжал и разжал пальцы, стараясь, чтобы Ориана этого не заметила. Может быть, это вызвано повреждениями внутренних органов. Движения Цучимикадо были скованными, как у марионетки. Хотя в настоящей битве он не мог использовать всю свою силу… плохо и то, что он упал на пол из-за беспечности. Можно было почувствовать обеспокоенность в его хладнокровном и собранном мышлении.

Даже так…

«Как я могу…»

Цучимикадо стёр кровь, которая текла из его глаз, и посмотрел перед собой.

«… отступить сейчас?»

Он слегка пошевелил пальцами, движения которых были слегка нескоординированными.

«Чтобы преследовать Ориану, Стейл подвергся удару противозаклинания. Из-за Британских пуритан, Ками-ян оказался втянутым во множество неожиданных происшествий».

Он сжал кулак.

«Так как же я могу отступить? Я, который заманил их на поле боя, как я могу уступить? Даже если ситуация не выигрышная, даже, если всё моё тело будет в крови, всё нормально. Я не могу позволить, чтобы добрая воля этих идиотов, помогавших этому предателю пропала впустую!!!»

В его глазах, скрытых солнечными очками, пылала страсть.

— … Фаллере825, «ударяющий ножом в спину» — запомни, это моё магическое имя.

Когда Ориана услышала это, на её губах появилась лёгкая улыбка.

Будучи сама магом, она понимала решимость человека, который объявил своё имя.

— Хо-хо, тогда было бы неуважительно, если бы эта сестрёнка не назвала своё имя.

В глазах Орианы появилось серьёзное выражение.

Это её сущность как мага.

— Моё имя Базис104. "From the foundation to carry." … теперь, когда я его объявила, я должна победить. Всё это представление должно быть проявлением хороших манер, соответствующим твоей решимости.

Цучимикадо не ответил.

И Ориана больше ничего не сказала.

Похоже, что начать битву побыстрее было бы самым большим уважением к «врагу».

Два мага немедленно сцепились друг с другом.

Мотохару Цучимикадо покрыл расстояние в 10 метров одним рывком, сократив расстояние между ними до нуля.

За это время Ориана Томсон засунула в рот карточку, и прикусила её.

Из ничего на её руках появились толстые верёвки. Верёвки переплетались друг с другом, и словно сеть, обычно используемая на полосе препятствий, обернулись вокруг её рук.

Как раз когда Ориана собиралась использовать эту сеть, Цучимикадо выбросил вперёд свой кулак.

Он подумал, что удар его правого кулака будет заблокирован, и потому сделал ложный выпад, направленный в грудь, чтобы когда его противник замрёт, ударить хуком слева, чтобы сломать запястье, служившее защитой. В тот же момент он собирался наступить ногой на ногу Орианы. Это была тактика, используемая для мгновенного вывода из строя конечностей противника, и лишения их всякой подвижности.

Но,

Ориана похоже, распознала его намерения, поскольку отступила назад правой ногой, на которую должен был наступить Цучимикадо. Своей рукой она блокировала первый удар Цучимикадо, и, воспользовавшись неустойчивостью, вызванной ударом и её шагом назад, повалилась назад, и увеличила расстояние между ними.

Хук слева, которым Цучимикадо собирался сломать запястье Орианы, промахнулся.

Лёжа на земле, Ориана махнула правой рукой, покрытой верёвками.

Возник порыв ветра.

В этой сети, образованной множеством верёвок, послышался звук воздуха, словно надувались пузырьки.

Но на этот раз наружу появились не мыльные пузыри, а острые лезвия, способные резать камень.

— !!!

Лезвия, общим числом около двадцати, летели в сторону Цучимикадо.

Оказавшись перед этим градом лезвий, вылетавших, словно из дробовика, Цучимикадо уклонился в сторону и упал на пол. Несколько столбов за ним были сбиты, и с потолка на него посыпались осколки лампочек. Стена и наклеенные на ней рекламные плакаты были изодраны, а мраморный пол выглядел, словно его вспахали.

Цучимикадо остался на четвереньках, и словно дикий зверь прыгнул на Ориану. На таком близком расстоянии это могло сэкономить время. нужное чтобы подняться и побежать.

— Ха-ха, эта сестрёнка не возражает против проявления такой яростной юности!!!

Лёжа на полу, Ориана не могла уклониться, но пнула ногой навстречу приближающемуся Цучимикадо. Правой рукой Цучимикадо схватил её за пятку, а левой — за голень. Если он сможет скрутить лодыжку под нужным углом, победа будет за ним.

— Хо!!!

Цучимикадо вдохнул поглубже, готовый выкрутить лодыжку.

Как раз когда Ориана должна была оказаться под полным контролем, осью которого была бы её лодыжка, она повернулась всем телом и свободной ногой как молотом ударила сбоку в лицо Цучимикадо.

— Гяяя…аххх!!!

Тело Цучимикадо тяжело откатилось влево.

Ориана встала и оторвала зубами ещё одну карточку.

Её руки испускали неосязаемую силу, двигающуюся к Цучимикадо. Перекатываясь, Цучимикадо скорректировал свою позу, и подскочил, сильно ударившись спиной о стену. Его тело издало странный хруст, и во рту Цучимикадо ощутил вкус крови.

«Чёрт…!»

Цучимикадо продолжал отскакивать в сторону, уклоняясь от потока световых пуль, которыми его обстреливала Ориана. Эти белые шары размером с баскетбольный мяч взрывались при соприкосновении со стенами.

Цучимикадо снова почувствовал ударные волны от этих взрывов, ударившись о пол.

Оказавшийся на полу Цучимикадо медленно встал.

Руками он вытер кровь с губ.

«Хотя это всего лишь мелочь, я двигаюсь… действительно медленно… если бы я был в нормальном состоянии, я бы сломал врагу несколько костей…!»

— Хм? Ты маг и не пользуешься магией. Это твой стиль? Ну, мне не особо важно, как люди играют в свои игры, но такими темпами ты-ум-рёшь.

Ориана с безразличным видом поднесла карточку к своим мягким губам.

— Если это твои истинные способности, тогда от следующего удара тебе не уклониться. Если это и вся решимость, с которой ты объявил своё магическое имя, то эта сестрёнка больше не хочет с тобой играть.

Похоже, она вздыхала о том, что развязка наступила немножко слишком быстро.

Это всё равно, что потратить много времени на подготовку к экзамену, лишь для того, чтобы обнаружить, что вопросы слишком простые. Похоже, что все её усилия пошли насмарку.

— … Ждать, что тебе сейчас придут на помощь, немного глупо. Эта сестрёнка уже применила тактику для того, чтобы разделить силы. В данный момент эта подземная улица защищена барьером. Никто не подумает сюда прийти. И не заметит ничего странного. Что бы тут ни случилось, новости об этом не просочатся наружу. Он не только скрывает потоки магии и магические движения, но даже шестое чувство, на тот случай, если оно работает, отреагирует довольно медленно — даже профессиональный маг не доберётся сюда так просто.

«…»

Услышав эти слова, Цучимикадо посмотрел вверх.

Он чувствовал, что эти слова неверны, но что с того? Даже если есть какие-то противоречия, медленно работающий ум не сможет сообразить, вот что сказал враг. Может быть, это какая-то дезинформация, чтобы напугать его или встряхнуть.

— Так что ты потерпишь поражение здесь. Я заставлю тебя пожалеть о том. что ты объявил своё магическое имя этой сестрёнке с таким уровнем решимости, — сказала она.

Ориана Томсон прикусила другую карточку.

Словно вытаскивала чеку из гранаты.

«… И что теперь?»

Карточка Орианы упала на пол.

«Учитывая, насколько сильно я ранен, я не выдержу, если применю магию ещё раз. Но даже если бы я захотел использовать «красное заклинание», времени на то, чтобы пропеть его, нет!»

Как только карточка упала на пол, за Орианой из-под земли неожиданно появился гигантский молот. Этот пятиугольный молот был метр в толщину и рванулся к потолку.

«Если всё так и есть, в этой ситуации, если я хочу нанести Ориане самый сильный удар…! Чёрт, мне надо поспешить! Надо поспешить!»

Цучимикадо схватил листок цветной бумаги со своей залитой кровью формы.

Со скоростью пулемёта он сложил измятый листок бумаги.

«Всё начинается по этому сигналу! Следуй за светом и резкими звуками!!!»

— Слишком поздно.

В тот момент, когда Ориана сказала это, гигантский молот разлетелся на куски, словно ледяная скульптура.

Эта буря, заполненная миллиардами осколков шрапнели казалось, должна была вот-вот погрести под собой переход, направляясь к Цучимикадо. Похоже было, что она собирается поглотить этого маленького человека по имени Мотохару Цучимикадо, запихнуть его в орудие главного калибра и выстрелить им.

Позже послышался звук снующих вокруг насекомых.

«Я должен сделать э…»

Как раз перед тем, как Цучимикадо смог отправить свой запрос…

Металлическое цунами, уничтожающее всё на своём пути двинулось вперёд, по всему пути до самого конца.

4

Вся улица была разрушена.

Все столбы от того места, где стояла Ориана до конца прохода были разрушены. Похоже, они были просто для красоты, поскольку на самом деле не использовались для того, чтобы поддерживать потолок. Ну, по крайней мере это устраняло опасность того, что потолок рухнет. Стены, потолок, все украшения на полу были содраны как обёртка с подарка, и даже пол выглядел так, словно его вспахали. Перед ней вообще не осталось ровной поверхности. Пол был разбит на куски, а сопла разбрызгивателей в ободранном потолке были все повреждены; вода хлестала, словно кран открыли на полную.

— …

Ориана смотрела на всё это разрушение, которое она вызвала.

«Я повредила камеру слежения? С этого момента меры безопасности станут более жёсткими».

Противостоявший ей маг похоже, сумел уклониться, укрывшись в глухом углу за столбом, и пригнувшись, чтобы избежать дальнейших ранений. Но такой уровень уклонения не смог спасти его от ран. Из спины Цучимикадо, распростёршегося на полу, торчали четыре куска металла, вонзившихся в тело. Каждый осколок шрапнели, длиной в несколько сантиметров, был острым как нож. Несколько обломков щебня от разрушенных столбов тоже ударили по его телу, и каждый из этих кусков бетона был размером с дыню.

— Всё кончено, э?

В обычных обстоятельствах Ориана постаралась бы свести количество жертв к минимуму и быстро покинуть место происшествия, но с магом, который объявил своё магическое имя, дело другое. Ориана думала, что магическое имя — это то, что поддерживает мага в живых; игнорировать его значит наносить сильнейшее оскорбление магу. Неважно, наносят ли его ей, или она сама наносит его другим.

Поэтому, Ориане это не нравилось.

Несмотря на то, что она знала, что должна устранить опасность настолько быстро, насколько это возможно, и убраться отсюда, несмотря на то, что она не любила выкладываться на все сто, она всё же была недовольна тем, что победа досталась ей так легко.

«Следует ли мне деактивировать барьер, который я установила здесь и смотаться? Хотя сестричке нравится оставлять какие-то последние штрихи.»

Прервав свои поспешные мысли и приняв решение, Ориана оглянулась по сторонам. Если она хочет снять этот барьер, ей придётся использовать некий код для его деактивации, и позволить нестабильному «оригиналу» самоуничтожиться.

Однако…

— …?

На лице Орианы появилось удивлённое выражение. Хотя она просто изогнула брови, такого изменения было достаточно, чтобы выдать её скрытые мысли.

Барьер был убран.

Ориана Томсон не давала вообще никаких команд.

«Что происходит? Хоть он и нестабильный, но всё равно это «оригинал». Здесь нет магического вмешательства, так что он вообще не может быть уничтожен. О, неужели прибыли его союзники?...»

Ориана подошла к переднему и заднему выходам, чтобы проверить, но там никого не было. Разрушенный барьер означал то, что его владелец узнал бы, что он разрушен. Поскольку никто не в состоянии неожиданно напасть, если барьер был разрушен, в обычных обстоятельствах используют молниеносную атаку.

Озадаченное выражение лица Орианы стало ещё более очевидным.

Она вдруг подумала об одной возможности.

— Нне… не говорите мне…

Она неожиданно застыла на месте, и затем обернулась.

Она пристально посмотрела на лежавшего на полу мага, в которого вонзились четыре осколка шрапнели. Он был таким же, как раньше, но Ориана вдруг кое-что заметила.

Возле руки распростёртого на полу Цучимикадо лежала кроваво-красная, сложенная из бумаги птичка.

«В тот критический момент он, похоже, накладывал какое-то заклинание… может быть, он хотел разрушить барьер? Но зачем? Противостоя такому удару, почему он не защищался, а сделал такую вещь?...»

Разрушение барьера не привело бы к поражению Орианы, поскольку это была всего лишь контрмера.

Это означает… что его целью было…

— Похоже… это заклинание… которое я могу разрушить.

Ориана была поражена этим голосом.

Этот «враг», который определённо был погребён вместе со своим магическим именем, не был мёртв.

— Я на самом деле не вижу этого… ты можешь выдержать такую сильную нагрузку, э?

Ориана отказывалась признать поражение. Услышав это, вражеский маг, лежавший на земле, чуть шевельнул губами и улыбнулся.

Словно он хотел улыбнуться, чтобы показать, что он жив.

Мотохару Цучимикадо шевельнул окровавленными губами и весело сказал:

— Ориана Томсон, разве ты не говорила, что за этим барьером «никто снаружи не узнает, что случится внутри»? У меня будут проблемы, если дело обстоит так.

— Что…

Ориана внезапно кое-что поняла.

Раз есть враг, которого человек не может победить, о чём этот человек подумает в первую очередь? Разумеется, он позовёт на помощь своих союзников.

Когда она поняла, о чём думает враг, напряжение, сводившее ей плечи, исчезло.

Немножко слишком печально полагаться на это.

— Идиот. Разве твои товарищи не те двое, что гнались за этой сестрёнкой? Они не представляют реальной угрозы. Даже если они будут работать вместе, я и не запыхаюсь.

— Я не их имел в виду.

— Что?

Ориана не могла не задать этот вопрос.

В данный момент она видела только трёх непосредственных противников.

— Ты действительно идиотка. Мы представляем Британских пуритан, религиозную силу целой страны. Ты думаешь, тут нас будет только трое? Если так, то не слишком ли твой разум прост и спокоен? Они что, могли с тем же успехом омочить свои руки в золотой чаше магического мира и пойти торговать цветами? Просто подумай, сколько здесь членов «Несессариуса»? Мы, от которых ожидается, что мы будем скрывать свою личность, как мы можем позволить властям страны, которые живут такой мирной жизнью, что почти отупели, осознать это?

Ориана сделала вывод, что это неправда.

Ориана приехала сюда не достопримечательности осматривать, так что она не изучала расписание Дайхасейсай, но до того она действительно изучала вопрос вместе с Лидвией, и потому знала о тонком равновесии сил между научной стороной, центром которой является Академгород, и магической стороной. Академгород, в особенности во время Дайхасейсай, просто не может пустить к себе слишком много магов, принадлежащих к одной и той же организации. Если они так поступят, отношения между научной и магической стороной ухудшатся.

В этот раз план состоял в том, чтобы нацелиться в трещину в отношениях этих двух сторон и установить «Апостольский Крест». Поэтому она просто не могла поверить в то, что было сделано исключение, о котором говорил Цучимикадо, особенно для Британских пуритан, на которых возлагалась ответственность за безопасность магического мира.

Пожтому Ориана не могла ответить с доверием.

Но она не знала этого с абсолютной точностью — то, что она задумалась о словах Цучимикадо выдавало, что она чувствовала себя немного уязвимой.

— Если это правда, то у этой сестрёнки будут проблемы. Но это невозможно. Британские пуритане и Академгород не допустят, чтобы случились такие глупости.

— А зачем нам нужно их разрешение?

— …

— Ты забыла моё магическое имя? Мне следовало попросить тебя запомнить его. Я тот, кто может ударить в спину; какой стороне я нанесу удар в спину в первую очередь? Государству Британских пуритан? Государству Академгорода? Ну и что? Ты думаешь, что мой разум настолько спокоен и туп, что я упущу из вида мелочи и позволю победе ускользнуть?

Ориана почувствовала, что её окружает довольно раздражающая тишина.

Она медленно выдохнула.

— Я могу сделать что угодно просто для того, чтобы победить. Я могу сделать всё, что угодно просто для того, чтобы скрыться во тьме. Пока я могу подкрасться к врагу, я буду думать о чём угодно для того, чтобы победить, невзирая ни на что. Гляди, Ориана Томсон. Если бы я хотел, я мог бы защититься от всей этой металлической шрапнели, неважно сколько бы её ни было. Но этим я не добился бы победы, поэтому я использовал более крупную козырную карту. Вот и всё.

— … Ты думаешь, что я поверю в этот блеф? Если у тебя куча товарищей, почему ты работаешь в одиночку? Когда ты использовал ту поисковую магию, ты бы собрал больше людей, чтобы они защищали тебя, верно? Даже если дело было бы не в этом, вместе работали бы по крайней мере двое.

— Если ты любишь поговорить, я составлю тебе компанию. Что касается меня, я смогу выиграть этим немного времени. Когда барьер был разрушен, я уже послал сообщение. У твоего врага не уйдёт много времени на то, чтобы появиться здесь. А поскольку это серьёзный человек, она не станет колебаться, и объявит своё магическое имя просто для того, чтобы не дать кое-кому умереть.

Цучимикадо вытянул залитую кровью руку, которая только что лежала на полу.

В его руке был простой клочок бумаги.

Это была бумажка по форме похожая на талисманы, которые продаются в храмах. Посредине ровной строчкой были написаны слова на восточном языке. Было похоже, что они не написаны чернилами, а выжжены на бумаге.

— «Запечатанный Манускрипт» на первый взгляд похоже на какой-то синтоистский талисман, но в терминах инь-ян, это на самом деле проклятое орудие. Оно заставляет кого-то вдалеке галлюцинировать, создавая внутренний конфликт в личности… если я уменьшу его силу, его можно будет использовать в мирных целях. Это…

— Только не говори мне, что это средство связи?

— В яблочко! Эта штука сделана в виде сумки, и внутри неё находится кусочек дерева с написанным на нём именем. Очень классически, э?

Цучимикадо ухмыльнулся.

— Если подумать, в такой ситуации с кем я скорее всего свяжусь?

Он медленно сказал это.

Хотя он был весь в крови, похоже было на то, что он шантажирует свою жертву.

— Это бы не получилось, если бы той вещью, которую ты перевозишь, был «Пронзающий Меч». Поскольку мы знаем, что это не так, мы можем без колебания позволить ей присоединиться к битве. Или, мне следует сказать, что раз «Пронзающего Меча» нет, то нет и необходимости держать её в резерве. Кроме того, её самая большая слабость исчезла.

В горле Орианы неожиданно пересохло.

Она слышала об этом раньше.

В департаменте «Несессариус» Британской пуританской церкви была Святая, выдающаяся среди всех двадцати Святых мира. Она обладала чудовищной силой, и взмахнула бы своим мечом для того, чтобы кого угодно спасти от смерти. Ориана Томсон была британкой по происхождению, и главным полем её деятельности была Британия, так что она знала о Святых. Стоит ей только встретить Святую, и она проиграет; говорят, что только настоящий Бог или Ангел могут победить этих чудовищ.

— Всё верно, это Каори Канзаки.

В глазах Орианы Томсон появился резкий блеск.

Она облизала свои пересохшие губы.

— Поскольку я знаю, что у тебя «Апостольский Крест», а не «Пронзающий Меч», ты не должна удивляться, если обдумаешь масштаб этой ситуации, да? Канзаки была центральным персонажем в конфликте между Британскими пуританами, Римскими католиками и католиками Амакуса, который произошёл десять дней назад. Разве не может она ещё оставаться в Японии? К тому же, в Академгороде живут её знакомые. Её можно считать особым гостем, и даже если новость о её пребывании здесь просочится наружу, проблем не возникнет.

Цучимикадо продолжал:

— Тебе следует знать, что у Канзаки есть должок передо мной. Подумай, когда она впервые прибыла в Англию, кто о ней позаботился? Разумеется, для этого подошёл приятель-японец. Для меня это довольно пустяковое дело. Но она довольно чувствительна к таким вещам. Если она узнает, что происходит что-то такое, она немедленно рванётся на помощь.

«Тьфу…»

Ориана начала свои собственные расчеты.

Видя её такой, Цучимикадо, похоже, обращался с ней, как с идиоткой, и продолжал:

— Ах, да. Только не говори мне, что ты собираешься уничтожить «Запечатанный Манускрипт». Дай-ка я скажу тебе, что это невозможно. Эта штука вроде сигнала тревоги, как только она посылает сигнал, всё кончено.

Сказав это, Цучимикадо похоже, захотел доказать, что это не обман, поскольку ухватил кончиками пальцев самодельный талисман, который он использовал для связи.

— …

Ориана перевела дух.

В данный момент она не могла сказать, придёт сюда «Каори Канзаки» или нет. Даже если бы эта Святая прибыла, Ориана не думала, что проиграет. Если она сможет разработать эффективную стратегию, и будет готова пожертвовать своими конечностями, она вероятно, сможет убить в битве одного-двух Святых. Но это не годится. В отличие от простой битвы один-на-один, Ориана Томсон должна достичь более высокой цели и не ранить никого ещё.

Раз так…

В любом случае она решила убить Цучимикадо, который использует поисковую магию, и быстро убираться отсюда.

— Хуу!!!

Цучимикадо, лёжа на полу, выжал последние граммы своей силы, вытащил из щебня брус и кинул его на разрушенный пол. Серая пыль поплыла вокруг как занавесь.

Видимость стала нулевой.

— !

Ориана неожиданно кинулась туда, где упал Цучимикадо, и топнула по полу с такой силой, словно собиралась сломать лодыжку.

Но она почувствовала только твёрдый пол.

«Он хочет выиграть немного времени?! С чего ему так стараться…»

До сих пор здесь не было «фиг с ним». Враг всё ещё может сражаться, хотя и немного сложно нанести ответный удар в этой пыли. Судя по тому, как шли дела, Ориане придётся потратить немало времени, прежде чем ей удастся убить Цучимикадо. Другими словами, есть только два варианта.

Если она предположит, что Каори Канзаки не появится, она потратит время на то, чтобы сокрушить Цучимикадо.

Если она предположит, что Каори Канзаки появится, она должна бросить Цучимикадо, и быстро уносить отсюда ноги.

Она могла развеять пыль перед собой при помощи карточки. Но если в конце концов это окажется сигналом к началу битвы, ей придётся остаться и сражаться, пока Цучимикадо не умрёт.

Не то, чтобы Ориана не знала, что выбрать.

Дело в том, что она пожалеет независимо от того, какой вариант изберёт.

«В любом случае, эта сестрёнка уже разрушила поисковое заклинание, мою цель. Оно того не стоит, если я буду ранена из-за того что я сражалась с этим беспокойным парнем…»

Ориана Томсон втянула язык и побежала к выходу из подземелья.

Если он говорил правду, Святая Британских пуритан, «Каори Канзаки» присоединится к битве. Ориана подумала, что если это так, ей следовало ещё сильнее использовать слух о том, что у неё «Пронзающий Меч». Если она сможет разработать стратегию, она может быть, сумеет победить Святую, но Святая не из тех, кого можно победить, не получив ранений.

Разумеется…

Она не хотела признавать поражение.

— Она… — пробормотал брошенный в одиночестве в разрушенном подземном переходе Цучимикадо.

Когда Ориана ушла, он убедился, что враг не оставил никаких карточек с заклинаниями.

Пыль рассеялась.

Цучимикадо растянулся там, где Ориана нанесла свой первый летящий удар. Теперь, тяжело раненый, даже приложив все свои силы, он мог преодолеть только это расстояние. Другими словами, он устранил видимость врага, использовав это для того, чтобы вызвать беспокойство у Орианы, сделав её неспособной «спокойно убедиться в этом» и едва ускользнул из этой опасной ситуации.

— Я могу использовать для связи «Запечатанный Манускрипт» и призвать Каори Канзаки, когда попал в неприятности, ага?

Цучимикадо безучастно уставился в потолок.

Он шевельнул губами, смеясь над собой.

— Было бы здорово, если бы такая штука действительно существовала ня…

Разумеется, никаких подкреплений не ожидалось. Во всём Академгороде Ориану и Лидвию преследовали всего три человека: Цучимикадо, Стейл и Камидзё, только они трое.

Он посмотрел на сложенный из бумаги талисман, который он сделал.

— Этот талисман и духовное орудие, «Запечатанный Манускрипт» — забудьте об инь-ян, его вообще на свете не существует. Цучимикадо сделал вывод о том, что Ориана не разбирается в восточной магии, поэтому просто сложил листок бумаги. Разумеется, у него нет магического значения, и внутри нет кусочка дерева с именем Канзаки.

«Печать» и «манускрипт» имеют значение «любовное письмо»… в любом случае это что-то вроде проклятия, серьёзно влюбиться похоже на то, чтобы быть проклятым ня.

До этого Стейл удручённо заметил, что «я вообще не знаю восточной магии, поэтому не могу её использовать». Подумать только, что это сейчас пригодилось.

Другими словами, Цучимикадо сделал ставку на вероятность того, что «Ориана не знакома с заклинаниями инь-ян», так что он просто с уверенным видом показал ей бумажку, на которой были написаны иероглифы.

Но…

«Если враг поверит в это, он по крайней мере замедлит свои действия, но вероятно, они их не отложат. Было бы здорово, если бы я смог отомстить…»

Цучимикадо лежал на полу, разглядывая опустошённый подземный переход.

«Магическая матрица разрушена, карточка пропала, и даже мой телефон сломался. Ну и как мне теперь восстановиться ня… Честно говоря, я не смогу активировать «матрицу всеохватывающей реальности» ещё раз».

Он хотел встать, но всё тело у него по-настоящему сильно болело.

Оно болело так сильно, что ему хотелось кататься на полу, но он только понял, что сил нет даже на это.

Его тело такое холодное, но такое тяжёлое.

Даже если он дышит, ему может не хватать кислорода.

— Во-первых…

Цучимикадо подумал о силе, которая существует в нём как в жителе Академгорода.

Авторегенерация нулевого уровня.

Это процесс самовосстановления, при котором создаётся тонкая плёнка на разорванных сосудах.

— С таким повреждённым телом я должен что-то придумать ня?..

5

Мотохару Цучимикадо наконец-то позвонил. Из-за того, что звонок был с другого номера, Стейл сначала взглянул на экран с подозрением. Похоже, Цучимикадо звонил с нового телефона.

По словам Цучимикадо, на него определённо напала Ориана. В конечном итоге, его телефон и заклинание «матрицы всеохватывающей реальности» были уничтожены. В данный момент он был в таком состоянии, что не мог использовать магию два раза подряд. Что было ещё важнее, карточка Орианы, которая была нужна для «матрицы всеохватывающей реальности», была уничтожена.

— …

Хотя Цучимикадо сказал, что он в порядке, если бы он в самом деле был в порядке, магическая матрица не была бы разрушена до основания. И, слушая слабый голос Цучимикадо, можно было почувствовать его боль.

Стейл шевельнул сигаретой, которая была у него во рту.

— Тогда, что нам делать дальше? Если мы не можем воспользоваться «матрицей всеохватывающей реальности», мы в сущности, понятия не имеем, что нам теперь делать.

— Насчёт этого ня… напротив, я знаю… эта Ориана теперь действует осторожно и захочет уничтожить любые сомнения в своей душе. «Как бы там ни было», возможно, она будет держаться подальше от нас. Теперь она не будет идти пешком. Полагаю, она будет ехать или на автобусе, у которого фиксированный маршрут, или на метро, на электричке или монорельсе… на чём угодно, что доставит её прямо к точке назначения…

Его дыхание было довольно поверхностным, в то время как голос то слабел, то оживал.

— Прямо сейчас Цучимикадо находится в этом подземном переходе…

Камидзё пролистал путеводитель по Дайхасейсай.

Это была карта пятого школьного района. Ближайшим подземным переходом к тому месту, где находился Цучимикадо, всё ещё была станция подземки. Им надо было попасть на одну из линий, идущих из пятого школьного района в седьмой.

— … Поскольку другого указания нет, мы можем проверить только это. Если мы узнаем, какой транспорт выбрала Ориана, мы сможем осуществить поиск с помощью метода получше…

— Вот из-за того, что мы этого не знаем, у нас такие проблемы. В любом случае, поехали, Стейл.

— Ня… я также… проскользну и проверю систему безопасности… если враг обеспокоен, настолько внимателен, что будет проверять камеры слежения… это будет здорово ня.

Все трое сказали, что хотели сказать, и разговор прервался.

Ориана Томсон была в вагоне метро.

«Если я сяду на этот поезд…»

Эта линия подземки шла из пятого района в седьмой. Расстояние небольшое, и если она хочет выиграть расстояние, позже ей придётся пересесть на автобус.

«Нужно ли мне убежать подальше? Или подождать и посмотреть? Или устроить несколько ловушек и посмотреть на реакцию?»

Ориана продолжала раздумывать над несколькими решениями. Хотя, если Каори Кандзаки действительно примет участие в этой битве, это порождало трудности, она вероятно, получит удар в ответ, если не будет внимательна.

«Пока не появится подходящая контрмера, мне бы хотелось найти время и место, чтобы как следует об этом подумать».

В этой подземной обстановке в окна рассматривать было нечего. Ориана втянула свой язык.

Через некоторое время она наконец достигла конечной станции линии, входа в седьмой район.

Когда автоматические двери открылись, она выскочила на платформу, пробежала по лестнице, ведущей наружу, провела своим билетом по турникету и выбежала со станции.

Следующим пунктом её назначения была остановка автобуса, которая была далековато отсюда.

Атмосфера спортивного дня всё ещё царила в Академгороде. Вокруг было много людей, семьи с детьми, держащими воздушные шарики, пожилые пары, приехавшие навестить внуков, всё выглядело так, словно никто не пострадал. Но в мыслях Орианы не было достаточно покоя, чтобы убедиться, что она в безопасности вот просто так.

Чтобы убедиться, нет ли поблизости наёмного убийцы, она должна была следовать особой процедуре.

«Хм, не нужно мне так переживать об этом, если меня так легко провёл тот парень. Но это действительно раздражает. Я действительно хочу с этим разобраться».

Она оглянулась по сторонам и пошла переулком, который был немного далеко от улицы. Поскольку тут сочетались высокие дома и узкие улочки, несмотря на то, что снаружи была отличная погода, солнечный свет сюда не попадал, и можно было даже почувствовать холод.

В данный момент Ориана намеревалась пройти переулком, в котором никого не было, чтобы убедиться, что за ней не следуют наёмные убийцы.

Разумеется, если убийца последует за Орианой в этот переулок, он выдаст ей своё присутствие. Поэтому убийце придётся постараться, например, связаться с несколькими союзниками, чтобы они устроили засаду у выхода из переулка, или активировать заклинание с эффектом слежения. Ориана хотела обнаружить эти слабые «сигналы действия», которые может проявить убийца, и проверить, не преследуют ли её.

«Хм, хотя мы, в сущности, обманываем друг друга, мне придётся придумать новые трюки, если мои действия обнаружат. Разве это не слишком хлопотно?»

Как и Ориана, убийца может преднамеренно послать фальшивый «сигнал действия». Идея заключалась бы в том, чтобы заставить её думать, что она оторвалась от преследования, и захватить её, когда она расслабится. Будучи курьером в магическом мире, преследуя людей и будучи преследуемой, она хорошо знала такие реакции.

Как бы то ни было, даже при малейшем движении, как только будет сигнал, это будет означать, что кто-то следует за ней.

Она выдохнула.

«На завершение подготовки «Апостольского Креста» потребуется некоторое время. Что мне следует делать? Хм, намного интереснее подумать о том, как противостоять заклинаниям Кандзаки. Но тогда, в этой ситуации, в чём смысл «одолеть» эту Святую? Должна ли она сбежать, должна ли она спрятаться… или ей следует пойти и похоронить противника? »

Размышляя об этом, Ориана кое-что проглядела.

От переулка ответвлялся ещё меньший переулок.

Кто-то выходил оттуда.

— Химегами, мы опоздаем, если не срежем путь … АА!!!

— !

Они столкнулись друг с другом.

Маленькая девочка, выглядевшая как ученица начальной школы, отлетела, наткнувшись на живот Орианы, лишь для того, чтобы столкнуться с одетой с спортивную форму девушкой с чёрными волосами, которая шла сзади.

Ориана немедленно приготовилась оторвать карточку, но придержала её. Налетевшей на Ориану была девочка ростом 135 сантиметров, одетая в форму чирлидера.

От столкновения с чирлидером стаканчик, в котором был фруктовый сок, вылетел из рук черноволосой девушки. С тихим звуком «ва» он столкнулся с её головой. Сок, который намочил её рубашку, капал на голову маленькой девочки.

— Комоэ-сенсей, любите же вы находить проблемы.

— Из… извини! Но сенсей и сама вся промокла! Ах, эта госпожа, вы в порядке?

Намокшая девочка-чирлидер посмотрела снизу вверх на Ориану, не без лёгкого беспокойства задавая этот вопрос.

«Подкрепления магов… возможно и нет».

Ориана просто сделала предположение по одежде и действиям девочек.

Она улыбнулась обычной улыбкой.

— Ах, эта сестрёнка в порядке. Наоборот, я больше за вас беспокоюсь. Если вы так и пойдёте по улицам, это вызовет оживление.

— А! Химегами тоже промокла.

— И Комоэ-сенсей тоже. У вас что-то на груди выпячивается.

Комоэ-сенсей отчаянно прикрыла свою плоскую грудь обоими руками. Увидев, как покраснела Комоэ-сенсей, черноволосая девочка снова посмотрела на её грудь.

В этот момент Ориана это и увидела.

Грудь черноволосой девочки.

Тениска с короткими рукавами теперь просвечивала из-за вылившегося на неё фруктового сока. Можно было видеть, что на ней надет розовый лифчик с узором в виде зелёной бабочки.

Но это её не заботило.

Под спортивной формой было что-то ещё. Тонкая цепочка, свисающая с шеи выглядела как ожерелье. Эта цепочка была под спортивной формой. К её низу был прикреплён большой серебряный…

— Крест Кольта, который был усовершенствован Британскими Пуританами.

Ориана не знала, что делает этот крест.

Также она не знала, какими способностями обладала эта черноволосая девушка.

В этой ситуации она знала только одно.

«Маг, связанный с Англией?!»

В Академгороде могли быть поддельные кресты, продаваемые как украшения. Некоторые дети могли носить серёжки и ожерелья с крестами, не понимая их значения. Поэтому сами по себе кресты не были редкостью.

Но…

Это не было странно для известных во всём мире римских католиков, но чтобы крест Британских пуритан был в Японии, где даже их церкви не было, это уже само по себе было совсем другое дело. Для того, чтобы специально ввезти его в Японию, нужны были необычные обстоятельства. Как правило, обычные люди не обладают духовным барьером какого-то рода. Кроме того, этот барьер называется…

«Переносная церковь Британских пуритан?! Подумать только, что у неё тот же тип защитного механизма, что и у этой Индекс Либрорум Прохибиторум? Это чудовище…!!!»

Её руки немедленно начали действовать.

Ориана прижала ко рту карточку, крепившуюся к тонкому металлическому кольцу. Она прикусила её и оторвала одним движением. На бумажке появились красные слова ‘Soil Symbol’, в то время как нестабильный «оригинал» магического текста начал активировать свою магию.

БУУМ!!!

Раздался громкий взрыв.

6

Камидзё и Стейл выбежали наружу из станции метро.

На оживлённой улице не было никаких признаков того, что жара вскоре спадёт. Камидзё вытер пот со лба, торопливо просматривая путеводитель по Дайхасейсай.

— … Ближайшая отсюда пересадка… автобусный терминал в 300 метрах к северу.

— 300 метров…?

Стейл вытащил сигарету и резко ответил.

— Следующий автобус прибудет через 10 минут! Если поторопимся, можем успеть на него!

Оба они вскрикнули, вбегая в толпу. Между ними и Орианой был разрыв в семь минут, ситуация была крайне неотложной.

— Я надеюсь, у нас получится схватить хотя бы Ориану. У нас нет абсолютно ничего о Лидвии Лоренцетти!

Стейл преодолевал расстояние, глядя вперёд.

Хотя до их цели было 300 метров, дорога перед ними тянулась и влево и вправо, и здания преграждали им взгляд.

Зелёный сигнал светофора возле пешеходного перехода продолжал мигать. Камидзё и Стейл одним рывком перебежали на другую сторону улицы.

Здесь на их пути было гораздо больше людей, чем раньше.

Ряды за рядами зданий выглядели как гигантская стена; если они хотели добраться до автобусной остановки, им нужно было пройти через узкий проход между домами. Иначе им пришлось бы идти кружным путем.

Камидзё и Стейл начали высматривать проход между домами, продолжая бежать по исключительно сильно заполненной толпой улице.

— Ты сказал, что нет никаких зацепок, их на самом деле нет? Разве ты не говорил с кем-то по телефону только что, когда мы были в парке?

— А, звонили из Лондона. Я попросил несколько человек из Британской библиотеки кое-что проверить для меня.

Оглядываясь по сторонам, они не могли найти вход в переулок. По сравнению с тем, чтобы бежать по прямой, действительное расстояние могло быть на удивление большим. Было бы здорово, если бы Ориана была в таком же положении.

— Они ищут информацию об «Апостольском Кресте»?

В этот момент Камидзё увидел, что поблизости собирается толпа.

— Да. Но… особого успеха они не достигли, потому что информации слишком мало. В данный момент мы знаем только то, что для хранения «Апостольского Креста» нужно подземное хранилище, запечатанные окна, две двери и не должен проникать свет… это всё, что нам известно.

Стейл выпустил изо рта клуб сигаретного дыма.

— И это всё?

Камидзё ворвался в толпу.

Стейл ответил ему:

— Не зли меня. Позже…чёрт.

Стейл неожиданно закашлялся. Должно быть, это не от бега, а от того, что он очень много курил.

— Это так сложно объяснить. Скажи мне свой электронный адрес. Я перешлю тебе сообщение Урсулы. Ты сможешь прочитать его, когда у тебя будет время.

Подумать только, Стейл и Урсула в самом деле пользуются электронной почтой… Камидзё был впечатлён и дал Стейлу свой электронный адрес. Если подумать, разве, Индекс, которая вообще не умеет пользоваться электроникой, не странная?

Камидзё продолжал бежать, поглядывая на пересланный ему текст.

“Vi riporto qua le informazioni che ha trovato nella Biblioteca Britannica…”

«Кто… да кто это сможет прочитать?!!!»

Глядя на эту стену текста он чувствовал, что она написана на каком-то другом языке, не на английском, но не мог сказать точно. Спрошу позже у Цучимикадо, подумал Камидзё, закрывая экран.

Стейл, который бежал за ним, раздражённо сказал:

— Тьфу, забудь о грамматике и языке. Просто приблизительно ухвати идею произношения… не читай это, если не можешь, ничего важного тут всё равно нет.

— … Ничего, в сущности, мы в довольно затруднительном положении, ага. Чёрт.

— Это верно, вот почему нам нужно найти Ориану Томсон, чтобы она указала нам путь. Вот так просто — э?

Стейл нахмурился на бегу.

Он посмотрел на толпу перед ним. Толпа, в центре которой была группа учеников, загородила им дорогу. Все они смотрели не на Ориану, а в сторону тёмного проулка, отходившего от улицы.

— Похоже, это тот проход, который мы ищем… У меня плохое предчувствие.

— Что?

Глядя на удивлённого Камидзё, Стейл шевельнул сигаретой во рту.

— Это запах. Это плохой запах. Когда группа людей нервничает и возбуждена, ощущения распространяются как запах. И это… запах человека, который видит свежую красную кровь.

Когда Камидзё услышал эти устрашающие слова, волосы на его голове начали становиться дыбом.

Не зная, идти вперёд или вернуться, Камидзё и Стейл достигли края толпы. Затем они подошли поближе, к людям, некоторые из которых вытянули шеи, чтобы видеть, что происходит, а некоторые даже подпрыгивали.

«Что…?»

Камидзё нахмурился. В данный момент у него не было времени на выяснение. Он слегка приналёг, чтобы протиснуться через стену людей и попытался войти в тёмный проулок.

В этот момент на другой стороне толпы послышался неожиданный голос.

— ПОЖАЛУЙСТА… ПОЖАЛУЙСТА ОТОДВИНЬТЕСЬ! ВСЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ОСВОБОДИТЕ ПРОХОД! ХИМЕГАМИ? ТЫ В ПОРЯДКЕ, ХИМЕГАМИ?!!!

— ОТОЙДИТЕ!!!

Камидзё внезапно рванулся в толпу и пробился сквозь неё вперёд. Большая часть толпы отступила в сторону, и хотя атмосфера была довольно сердитой, Камидзё, не обращая на это внимания, продвигался вперёд.

Камидзё не замедлил ход, вбежав в тёмный проулок.

Там он увидел…

Кровь.

Узкий переулок.

Из-за сочетания высоких и низких домов, хотя был разгар дня, солнечный свет сюда не проникал. Сырой переулок казался чёрным, и здесь царил застоявшийся запах.

Этот тёмный проулок…

… был выкрашен в тёмно-красный цвет.

— Ка… Камидзё!!!

Знакомый голос принадлежал Комоэ-сенсей.

Но эти маленькие руки и это милое личико, и чирлидерский топ без рукавов и мини-юбка, они полностью окрасились в тёмно-красный цвет. Слёзы текли из её больших глаз, и, смешиваясь с кровью, стекали по её подбородку.

Но это была не её кровь.

Возле Комоэ-сенсей лежала девушка. Девушка с чёрными волосами. Айса Химегами лежала в луже крови. По сравнению со свежей красной кровью, её лицо и конечности выглядели мертвенно-бледными.

Верхняя половина её рубашки была изорвана.

Вся верхняя часть её тела была перевязана. От ключиц до пупка… всё тело было покрыто повязками. Перевязка была сделана довольно неплохо как для любителя, но просачивающаяся жидкость продолжала окрашивать повязки в красный цвет. Первоначально гладкие изгибы тела девушки теперь казались немного неровными.

— …!!!

Камидзё хотел узнать причину, но немедленно пожалел об этом.

В луже крови был кусок плоти с кусочком кожи, который выглядел как недоочищенное варёное яйцо.

Химегами лежала без движения.

Может быть, он вообразил себе невесть что, поскольку он всё ещё слышал лёгкое дыхание.

Камидзё ощутил сильный толчок в голову.

Он это уже видел.

Это чувство.

То же самое чувство, которое возникало, когда Акселератор нападал на Сестрёнок.

— Почему, как… Химегами, она…? Сенсей, что случилось? Кто это сделал?!

— Я… я не знаю.

Комоэ-сенсей, всё ещё дрожа, огляделась.

— Сен… сенсей столкнулась тут поблизости с женщиной… затем сенсей извинилась же перед ней. Она улыбнулась, простив меня. Но вдруг лицо у неё стало очень страшным, и в тот же миг… Химегами…!

— Это Ориана, верно?

Стейл выплюнул эту исключительно длинную сигарету, и, в раздражении, расплющил её о стену.

— Раз она сделала это в такой ситуации, существует большая вероятность, что это её… эта особа, она действительно делает недостойные вещи.

— Почему?

Камидзё выглядел сбитым с толку.

— Почему она это сделала? У неё не было причин нападать на Химегами! Химегами никак с этим не связана!!!

— Из-за этого.

Стейл показал на землю сигаретой.

В луже крови лежат забрызганный кровью крест. Это был небольшой барьер, который прислали Британские пуритане, чтобы она носила его в виде украшения, запечатывающего её способность «Тёмной крови»

— Эта «переносная церковь» — духовное орудие, которое также дали мне, Цучимикадо и Кандзаки. Увидев его, Ориана, что неудивительно, предположила, что перед ней маг такого же уровня важности, как и Индекс Либрорум Прохибиторум. В Академгороде, где главным предметом является наука, само по себе странно иметь духовное орудие Британских пуритан. Ориана должно быть, подумала, что за ней гонятся могущественные преследователи, так что она хотела принять упреждающие меры.

Камидзё знал, что это означает, и мышцы его лица стали подёргиваться.

— Она… совершила ошибку…?

Его голос странно срывался.

— Только… и всего? Она пошла на такое, и довела Химегами до такого состояния; и причина в том… что она совершила ошибку?... Ч…то … она… какого чёрта…!!!

Камидзё не мог сдержаться и ударил кулаком по стене. Комоэ-сенсей всё ещё плакала, и её плечи неудержимо вздрагивали.

Стейл выдохнул со скучающим видом и вытащил из пальто несколько рунических карт. После того, как он подбросил их в воздух, они начали прилипать к стене, словно там были магниты.

— Пусть это место будет скрытым.

При этих словах толпа, которая перегородила тёмный переулок, отодвинулась назад на улицу, словно вытащили затычку.

Это должно быть заклинание Стейла «Рассеять посторонних».

— Чтобы оказать экстренную помощь вы, вероятно, вызвали скорую помощь. Если так, лучше подождать у входа в переулок. Если вы останетесь здесь, санитары вас не увидят. Но по крайней мере это лучше, чем позволить посторонним стоять тут повсюду.

Стейл направился вглубь тёмного переулка, чтобы преследовать Ориану. Если она хотела добраться до автобусной остановки этим путём, она должна была продолжать двигаться вперёд.

Поэтому Стейл без колебания двинулся дальше.

Он шагнул мимо Айсы Химегами, лежавшей в луже крови.

— СТОЙ, ГДЕ СТОИШЬ!!!

— Что, чего ты ещё ждешь теперь? Ты собираешься остаться здесь и вопить, или продолжишь преследовать Ориану Томсон и побыстрее закончить дело?

— Она из-за нас пострадала! Как мы можем просто оставить Химегами лежать здесь, и не позаботиться о ней?

— Камидзё?

Комоэ-сенсей посмотрела снизу вверх, говоря мягким голосом.

Она явно была одной из затронутых сторон, но поскольку никто не сказал ей, что происходит, она не могла понять, о чём они говорят.

— Ну и что ты можешь сделать?

Стейл стоял возле Химегами, которая совершенно не двигалась, и глядел прямо в глаза Камидзё.

Затем он протянул руку, на каждом пальце которой были кольца.

— ПЕРЕСТАНЬ СТРОИТЬ ИЗ СЕБЯ НЕВЕСТЬ ЧТО, ДИЛЕТАНТ!!!

Внезапно он схватил Камидзё за волосы и пригнул его голову вниз. Перед Камидзё, в луже крови, чуть дыша, лежала девушка.

— Посмотри на эту раненую девочку, что дилетант вроде тебя может сделать? Даже специалист вроде меня не может сделать ничего. НИЧЕГО! От того, что ты останешься с ней, её раны излечатся? От того, что ты будешь держать её за руку, её боль утихнет? Если ты в это веришь, отлично, сделай это, прямо у меня на глазах! За это время холодная и жестокая реальность только отнимет у неё силы! В данный момент мы можем делать только одно — преследовать Ориану! И если мы должны делать это, мы должны пройти мимо этой девочки! Если ты не хочешь, тогда просто оставайся здесь и ной, сколько тебе угодно!!!

Стейл резко отпустил волосы Камидзё.

Камидзё отступил на несколько шагов.

— … Ты думаешь, ты один тут злишься, Тома Камидзё? Кто угодно почувствовал бы злость, просто взглянув на это. Даже если бы это был Магнус Стейл, он бы это почувствовал. Девочка, спасая которую из частной школы Мисава, я рисковал жизнью, сейчас так тяжело ранена, ты думаешь, что я могу оставаться спокойным?!

Стейл указал вниз указательным пальцем, на котором было сверкающее кольцо.

— Перешагни через это, Тома Камидзё. Перешагни через неё и преследуй Ориану! Таков наш мир. Ужасно, верно? Мы не можем вылечить эту девочку: этот факт не изменится. Если ты хочешь защитить других, стисни свой кулак. Прежде всего есть предел тому, что мы можем сделать. Твоя правая рука обладает способностью разрушать иллюзии, с каких это пор она обзавелась способностью их защищать?

— … Чёрт.

Камидзё опустил голову, и чёлка закрыла ему вид. Он стиснул челюсти так сильно, что чуть не треснули коренные зубы.

Это скрытое сожаление, было ли оно направлено на Ориану, или же на факт, что он не может ничего ответить?

— Эта… сволочь…!!!

Камидзё издал рычание, прозвучавшее, словно он собирался заплакать. Затем он поднял ногу, дрожащую ногу, которая собиралась сделать первый шаг. Вместо того, чтобы остаться присматривать за Химегами, он выбрал преследование ускользающей Орианы.

— …

Маг, Магнус Стейл, прищурил глаза, глядя на происходивший перед ним ритуал.

Как раз когда нога Камидзё должна была шагнуть мимо тела Айсы Химегами…

Священник увидел это.

Это была Цукиёми Комоэ, которая была чуть поодаль от Айсы Химегами, вся промокшая от крови.

Её руки, лицо, одежда, все были окрашены кровью в тёмно-красный цвет. Комоэ-сенсей сидела на земле, не обращая внимания на юбку или землю, поскольку её яголицы непосредственно касались земли.

Но не это привлекло его внимание.

Она медленно начала собирать разбросанные камешки и жестянки, и составлять их, словно она играла с игрушечными кирпичиками, выстраивая их. Но она не расставляла их как попало. Это выглядело как неуклюжая миниатюрная модель домов.

— Подожди минутку.

Стейл внезапно сказал это.

Камидзё, который собирался сделать шаг вперёд, потерял равновесие, отступив назад. Стейл совершенно не обращал на него внимания, просто пристально глядя в лицо Цукиёми Комоэ.

— Что… вы делаете?

— В тот раз…

Женщина ростом всего в 135 сантиметров посмотрела на мага покрасневшими глазами.

— … Разве это не сработало для Сестры-сан в прошлый раз? Так что в этот… в этот раз… я … должна … суметь … это сделать. В прошлый раз… у сестры-сан… была рассечена спина, она истекала кровью. Но… если сенсей последует… тому, что говорила… Сестра-сан…

— Не может быть…

Магнус Стейл внезапно подумал об этом.

Когда Индекс в первый раз попала в Академгород, Каори Кандзаки случайно рассекла ей спину. Камидзё отнёс эту раненую девочку в квартиру Цукиёми Комоэ.

Но…

Индекс и Камидзё не могли использовать магию. Проблема была не в технике, а в физике. Тогда, той, кто применил лечебную магию к Индекс была…

— Только не говорите мне, что это были вы…?

Стейл сказал это глухим голосом, который был полон удивления и уважения.

Миниатюрная девочка не заметила этого превращения.

— … Раньше всё было в порядке после того. как я это сделала. Сенсей… помнит это очень отчётливо? Я действительно… следовала… инструкциям… Сестры-сан…! Почему? Почему Химегами не излечилась?!... Химегами… просто говорила мне о ночной прогулке, она хотела пойти с Камидзё. Она ещё несколько дней назад проверила по путеводителю. ПОЧЕМУ… ЭТО ДОЛЖНО БЫЛО СЛУЧИТЬСЯ!!!...

Это был крик души, не обращённый ни к кому конкретно.

И Стейл с Камидзё могли только слушать её рыдания.

То, что делала Цукиёми Комоэ было исцеляющим заклинанием, которое требовало тонкого смешивания сделанного магом хаконива[✱]Хаконива — миниатюрное произведение искусства. Это может быть миниатюрный сад, ландшафт или бонсай. с фиксированным количеством пространства. При использовании этого метода заштопав тряпичную куклу можно исцелить раненого человека. Но если не отделить фиксированный периметр и просто закончить хаконива, эффекта не будет. Не только в физическом смысле, тот, кто применяет заклинание должен обдумать магические символы и способ, которым будет притекать сила Ангела.

Это не простой процесс. И он не каждому магу по силам.

Даже Стейл, который мог гибко контролировать руны и христианство, умел всего лишь излечивать ожоги.

Хотя это исцеляющее заклинание, из-за различия в сектах, правилах и заклинаниях, просто напеть заклинание недостаточно для исцеления. Это подобно тому, как лекарство от гриппа не помогает при переломах: если не выполнить подходящее заклинание, это никак не повлияет на раненого человека.

Более того, если они хотят излечить рваные раны, ушибы, переломы и внутренние повреждения, им понадобится специалист-заклинатель. В присутствии человека со знаниями на уровне Индекс возможно, справился бы и любитель. Но такое совпадение было бы слишком уникальным.

Как он и ожидал, заклинание Цукиёми Комоэ было неполным.

Конечно, это был не тот случай, когда Индекс указывала ей, как активировать магическое заклинание. Но для этого вида «хаконива», которое было сделано когда она знала лишь немного, оно было слишком рыхлым, и магических символов на нём вообще не было. Этого и следовало ожидать, поскольку Комоэ-сенсей, принадлежавшая к научной стороне, не понимала теории, на которой основывалась работа заклинания.

Но она вызвала скорую помощь.

И она оказала первую помощь, насколько смогла.

Цукиёми Комоэ попробовала каждый метод, о котором только могла подумать, но всё это было без толку. В конечном итоге ей пришлось искать помощи со стороны «магии», знаний о которой у неё не было.

Она могла не знать, насколько возмутительным было то, что она сделала.

Она могла также не знать, что делает ставку на такую ненадёжную штуковину.

И даже так, она просто делала это для…

… девочки, которая лежала перед ней, которую она хотела спасти.

— Чёрт…

Магнус Стейл невольно отвернулся.

Женщина по имени Цукиёми Комоэ очень похожа на некую девочку.

Миниатюрное тело, исключительно наивная, та, что сердится ради блага других людей, та, что плачет ради других, та, что обладает познаниями в магии, но не может использовать магию, этот заплаканный вид, когда она облита кровью других людей.

Стейл чувствовал себя несчастливым в глубине души, и не мог не прищурить глаза.

Он вдохнул и отбросил сигарету.

— Нет, это не так.

Э?

Цукиёми Комоэ подняла глаза.

Стейл вытащил из своего угольно-чёрного пальто несколько рунических карт, на которых были нарисованы сложные символы.

— Подобно тому как ведро используют для хранения морской воды, сначала мы должны очертить область «хаконива». К тому же, слишком мало просто подумать об Ангеле. Мы должны установить, куда снизойдёт Ангел и где он останется. Вам нужно просто представить это. Мы на самом деле не призываем Ангела с крыльями, нам просто нужна определённая сила.

Он немедленно нагнулся.

Глядя на Химегами, которая была замотана повязками и могла только слабо дышать.

Он посмотрел на девочку, через которую только что перешагнул.

— Тома Камидзё, иди и догони Ориану.

— Что?

— Я скажу тебе новый номер Цучимикадо. Если и меня не будет рядом, будет тяжело, если ты не сможешь с ним связаться.

— Секундочку. Это значит… ты…

— Не жди от меня слишком многого. Я в этой области довольно-таки дилетант.

Маг, Магнус Стейл сказал это с нерадостным видом.

— Я могу только лечить ожоги; потеря крови и переломы потребуют другого заклинания. К тому же это территория, на которую я раньше не ступал. Чтобы вылечить такие серьёзные раны… даже те, кто специализируются в хирургии могут с этим не справиться.

Но он продолжил.

— … Эта особа похоже знает кое-что из знаний Индекс. Я позаимствую у неё часть этого знания, чтобы подтвердить эту теорию. Я не могу запомнить даже «матрицу всеохватывающей реальности» и «матрицу гадального круга» Цучимикадо. Честно говоря, я немного беспокоюсь… но мы всё ещё можем выиграть для неё немного времени прежде чем отправим её в больницу. После этого мы сможем только полагаться на то, что квалифицированные врачи её вылечат.

— Э, а…?

Цукиёми Комоэ с усилием протёрла глаза.

Увидев её такой, Стейл не мог не отвернуться в сторону.

— Подождите, пока я закончу с инструкциями, затем выйдите на улицу, чтобы позвать санитаров. Тома Камидзё, а ты иди и продолжай преследовать Ориану. Если же ты останешься, эта твоя штуковина, правая рука, полностью разрушит лечебное заклинание. Когда всё закончится, я немедленно переговорю… позволь, я повторю ещё раз, если ты хочешь уладить всё это, поторопись и убирайся отсюда.

— …Понял.

Камидзё посмотрел на лицо Химегами, которая лежала в луже крови.

Затем он напряг пять пальцев своей правой руки.

— Я сделаю, если это всё решит. Так что Стейл, оставляю Химегами на тебя.

— Я должно быть, говорил это раньше, но не ожидай слишком многого.

Стейл тяжело выдохнул, сказав это.

Затем он сказал исключительно раздражённым голосом.

— Я к этому тоже не привык. Хотелось бы мне, чтобы в этом мире я мог использовать магию, не предназначенную для нападения на других.

Между строк

«Почему…»

Айса Химегами, лёжа на ледяной земле, думала безмолвно.

«Почему… всё… закончилось вот так?»

В полдень в эту беспощадную сентябрьскую жару только в этом переулке достаточно холодно, чтобы она почувствовала это сквозь кожу. Может быть, от того, что здесь весь год не светит солнце. Стены и то, что на земле, всё выглядит чёрным.

Она знала, что её сердце ещё бьётся.

Верхняя часть её грудной клетки до низа живота взорвалась.

Боль достигла точки насыщения, настолько, что она начала чувствовать онемение. Поэтому она оглянулась по сторонам, и при виде расплескавшейся крови, и обрывков кожи и плоти, от мыслей и голова готова была взорваться.

Но,

Ещё более болезненной была представшая перед ней правда.

Рядом с ней были два парня. Её помутившемуся взгляду казалось, что они спорят.

— ПЕРЕСТАНЬ СТРОИТЬ ИЗ СЕБЯ НЕВЕСТЬ ЧТО, ДИЛЕТАНТ!!!

Голос, огорчающий людей.

Несмотря на это, в голосе чувствовалась способность быстро восстанавливать силы.

— Посмотри на эту раненую девочку, что дилетант вроде тебя может сделать??

Ты можешь, хотела сказать Химегами.

Но её губы были сухими, и голоса не было.

— Даже специалист вроде меня не может сделать ничего, НИЧЕГО!

От этих слов другому парню стало больно.

Каждый раз, когда она слышала это, она чувствовала, насколько перекошено лицо у молодого человека.

— От того, что ты останешься с ней, её раны излечатся? От того, что ты будешь держать её за руку, её боль утихнет?

Всё в порядке, хотела она сказать.

Её раны не вылечить, её боль не утихнет. Но, она могла сказать, что это не означает, будто нет никакой разницы, это не так.

— За это время холодная и жестокая реальность только отнимет у неё силы!

Почему? — подумала Химегами.

Почему мир должен быть таким жестоким?

Она попросту должна отвергнуть это. Не нужно. чтобы у этого мальчика было такое болезненное выражение лица.

Она не могла открыть губы.

Она не могла пошевелить языком.

Она не могла выдавить из глотки ни звука.

Двое ребят похоже, спорили о чём-то, вернее, один из них напирал на второго. Это форма словесного насилия. От каждого сказанного слова на лице мальчика проявлялась боль, словно с него сдирали его чувства.

Ей не хотелось видеть это выражение лица.

Честно говоря, ей хотелось быть с ним. Не обязательно, чтобы только вдвоём. Ей хотелось участвовать в матчах вместе со всеми, вместе болеть за своих друзей, вместе ходить по магазинам, вместе пойти на ночную прогулку, вместе создавать счастливые воспоминания, вместе счастливо смеяться.

Вот и всё, чего ей хотелось.

— Позволь, я повторю ещё раз, если ты хочешь уладить всё это, поторопись и убирайся отсюда..

Нет, — хотела сказать Химегами.

— … Понял.

Нет, не надо, — хотела она сказать. но она не могла издать ни звука.

— Я сделаю, если это всё решит.

Затем парень переступил через её тело и побежал в проулок. Она не смогла передать свои слова, поскольку другой парень, повернувшись к ней спиной, убегал всё дальше и дальше от неё.

Почему этот мир должен быть таким жестоким?

Неважно, насколько горячо молилась, её мольбы не будут услышаны. Неважно, насколько упорно она старалась, она не могла издать ни звука. С самого начала до самого конца, все её надежды забрал мир…

— Прости, Химегами.

Даже так, она что-то услышала.

— До начала ночной прогулки я зайду к тебе в комнату, так что просто подожди меня там.

В этот момент она почувствовала, что улыбается.