Том 10    
Глава 7: Враг которого обязан победить, человек которого обязан защитить — Parabolic_Antenna

Глава 7: Враг которого обязан победить, человек которого обязан защитить — Parabolic_Antenna

1

— ЧЁРТ!!!...

Видя открывшуюся перед ним картину, Тома Камидзё не мог не выругаться.

На автобусной остановке никого не было.

Была как раз половина четвёртого, и дневная жара начала ослабевать. Перед ним была только простая автобусная остановка с жестяной крышей, одиноко стоящая у дороги. Никто не сидел на скамейке, никто не стоял в очереди. Прохожие не смотрели на автобусную остановку так, как если бы на ней стоял потерявшийся ребёнок.

— Ха.

От представшей ему ситуации он слабо рассмеялся.

Камидзё просто стоял.

В обе стороны не было видно никаких следов автобуса, никаких зацепок тоже не было. Можно забыть о том, чтобы выяснить, на какой автобус села Ориана, он даже не был уверен, что она вообще села на автобус на этой остановке.

Во-первых, если им не удастся поймать Ориану за три минуты, она ускользнёт.

Они потеряли довольно много времени когда Химегами подверглась атаке. Если подсчитать расстояние и время, станет понятно, что они не смогут догнать Ориану.

С точки зрения здравого смысла этого и следовало ожидать.

Но…

«Куда эта Ориана сбежала?!!...»

Оказавшись лицом к лицу с такой реальностью, Камидзё не мог не почувствовать, что у него голова кругом идёт. Как бы он ни клялся, что бы он ни думал, если цели нельзя достичь, это значит, что её нельзя достичь. Хотя не может быть, чтобы всё шло так, как кому-то хочется, такой простой факт сразил Камидзё наповал.

Он больше не мог догнать Ориану.

Что касается Лидвии, то на неё даже половины зацепки не было.

Если всё и дальше так пойдёт, им не удастся помешать ей использовать «Апостольский Крест».

«И что теперь?»

Камидзё вытащил телефон и набрал номер Мотохару Цучимикадо. Он нажал кнопку вызова и несколько секунд подождал. Похоже, Цучимикадо ожидал звонка, поскольку тут же ответил. Камидзё сказал без предисловий:

— Извини, Цучимикадо. Я потерял Ориану на автобусной остановке. Химегами была ранена одной из её магических атак, так что полагаю, она всё ещё где-то рядом. Есть какой-нибудь способ это выяснить?

— Нет… насчёт этого, это немного сложно, ня.

Цучимикадо сказал это слабым голосом.

— «Матрица всеохватывающей реальности» действует только в пределах расстояния в три километра в любом направлении. Она не будет эффективной… с того места, где я нахожусь, а Стейл не может установить «матрицу всеохватывающей реальности» самостоятельно… в данный момент даже если я подъеду к Стейлу на автобусе, если Ориана села на автобус… она сможет полностью ускользнуть из зоны действия.

И что теперь? Камидзё огляделся по сторонам.

Зацепок всё ещё не было.

— … Ты знаешь, на автобус какого маршрута скорее всего сядет Ориана, ня?

— Знаю.

Камидзё посмотрел в путеводитель по Дайхасейсай.

— … Похоже, что этот маршрут идёт петлёй вокруг седьмого школьного района, но я не знаю, где Ориана выйдет из автобуса. Если оценить прошедшее время, автобус должен был пройти четыре остановки, так что она всё ещё может быть в автобусе.

— Ориана, она… должна изо всех сил стараться убежать как можно дальше… так что наиболее вероятно, что она всё ещё в автобусе.

— Но, возле второй остановки есть станция метро, а на четвёртой станции терминал, где останавливаются и другие автобусы. Где-то здесь она может пересесть на другой транспорт.

— …

Мотохару Цучимикадо замолчал.

Вокруг Камидзё были самые разные люди: ученики, проводившие своё свободное время, поедая мороженное, зрители, спешившие на следующий стадион, родители, которых дети донимали просьбами купить фруктовый сок. Предполагалось, что его окружают самые разные шумы и звуки шагов… но Камидзё слышал только тишину.

В данный момент они были в тупике.

Они не могли предвидеть перемещения Орианы.

Села она на автобус или нет?

В сущности, куда она направляется?

— … Секундочку, Цучимикадо?

Камидзё поднял голову и сказал это тихим голосом.

Услышав эти слова Камидзё, Цучимикадо напряг своё израненное тело и ответил:

— Что ещё… Ками-ян?

— Позволь спросить тебя, почему Ориана только что была на улицах?

— Э? Всё потому что… мы гнались за ней, так что для того, чтобы сбежать…

— Нет, я имею в виду перед этим.

Камидзё прервал его.

— Причиной, по которой началась эта погоня было то, что я врезался в Ориану, когда был с Фукиёсе-сан. Так с какой целью Ориана разгуливала там?

Камидзё медленно выстраивал свои мысли.

— Если Ориана и Лидвия и не собирались продавать «Апостольский Крест», она ведь не могла встречаться с кем-то на улицах. Так почему же она там была? Какая у неё была цель? Разве она не могла избежать такого риска?

— Я понял ня.

По голосу Цучимикадо чувствовалось, что он восстановил свои силы.

— По крайней мере утром у Орианы не было… «Апостольского Креста». Несмотря на это, она всё равно действовала… что означает — нужна была причина для того, чтобы она работала в одиночку.

— Какая причина?...

Когда Камидзё спросил, Цучимикадо застонал, по-видимому, не в состоянии выдерживать боль.

— Я не знаю ня… понятия не имею об этом. Но… «Апостольский Крест» ещё не был активирован. Причина… может быть связана с этим. Эта Ориана, возможно ли, что она… искала условия для использования «Апостольского Креста»…

Условия, сказал Цучимикадо.

Маги чувствовали, что это могло быть зацепкой, которая приведёт их к Ориане. Ещё не зная этого ответа, из-за того, что Цучимикадо использовал систему безопасности Академгорода для поисков Орианы, поскольку у них было преимущество при её преследовании, до сих пор они всё время откладывали это…

— Критерии поиска?... Другими словами, нельзя использовать его без наличия определённого окружения? Ориана должно быть, ходила, выискивая подходящие условия.

— … Проникнуть в Академгород без всяких гарантий… и теперь они в спешке разыскивают подходящие условия? Это может быть довольно странно… и надо же, чтобы именно в это время Стейлу просто пришлось выключить телефон!

Теперь, когда Цучимикадо упомянул об этом, Камидзё вспомнил, что Стейл обменивался информацией с кем-то из Академгорода. Стейл действительно упоминал об этом раньше…

— Ах да, он уже говорил о комнате для хранения «Апостольского Креста».

— Что? Ками-ян, даже если это что-то банальное… всё в порядке, просто подробно скажи, что тебе об этом известно.

— Ну, похоже, работа в Лондоне продвигается не очень гладко. В данный момент нам известно, что окна комнаты для хранения должны быть запечатаны, и должны быть двойные двери.

— Хммм… двойные двери?... Вроде того как в герметичных лабораториях?

— …Нет, а на что они похожи?

Камидзё чуть кивнул.

— А, верно, похоже, цель в том, чтобы на него не попал солнечный свет.

— Свет, ага… «Апостольский Крест» это мощное духовное орудие, наверное они не хотят, чтобы оно случайно активировалось ня…

Цучимикадо промолчал.

Было слышно его слабое дыхание, наверное потому что дышал он неритмично.

Такая тишина означала, что он серьёзно обдумывает всё это.

Эта тишина, возникшая, когда Цучимикадо старался не издавать ни звука, действовала на нервы Камидзё ещё сильнее. Его лоб, по которому стекал пот, наморщился, когда он тоже стал размышлять. Безопасное хранилище, условия использования его, двойные двери и комната без окон. Чтобы не дать свету попасть на него, а это означает, что свет…

— Будут ли какие-то проблемы если уж свет коснётся «Апостольского Креста»?

— … Я так не думаю… если бы это было так, не нужно было бы беспокоиться о времени и месте, верно? Даже сейчас… солнце всё ещё высоко. Если бы для того, чтобы активировать «Апостольский Крест» нужно было бы только это… они бы сделали это с самого начала. Если бы всё было так просто, им только нужно было бы прорваться в Академгород… и использовать «Апостольский Крест» до того, как их схватят… разве этого было бы недостаточно? Это вроде игры в прятки с выбиванием жестянки… но если это духовное орудие активируется… каким-то светом, полагаю, это возможно… Около 2000 лет назад, христианство в то время… до того как разделилось на римских католиков или британских пуритан, было довольно много… заклинаний, в которых использовался свет. В центре крещения три окна, и светящий в них свет образует три вида света. Это представляет… Троицу ня.

— Ну, так что это имеет общего со светом, необходимым для активации Креста…?

Камидзё высказал сомнения, роившиеся в его голове. Цучимикадо не ответил; похоже, он тоже не знал.

— Слушай, Ками-ян… это вся… вся информация, которая у тебя есть?

— Да, только и всего…

Камидзё прижал телефон к уху, раздумывая. Магическая тема, о которой говорил Стейл, не была его областью работы. Если бы он запомнил информацию, то смог бы повторить её, не понимая принципов, на которых она основывалась, но было много того, что он не мог запомнить. Несмотря на это, он пытался выжать из себя то, что он запомнил.

— А!... Вот оно.

— Что?

— Стейл сказал, что слишком сложно объяснять всё это, поэтому он послал на мой телефон доклад Орсолы, который пришёл по электронной почте.

— … Содержание?

Жар в голосе Цучимикадо ослаб.

— Прости, я не могу его прочитать, потому что оно на иностранном языке. Ты сможешь прочитать, если я перешлю его тебе?

— Откуда мне знать, если… ты не перешлёшь его ня? О каком иностранном языке ты говоришь? Оно не на английском?

Цучимикадо дал Камидзё свой новый электронный адрес. Камидзё прервал разговор, открыл электронную почту и переслал Цучимикадо сообщение Стейла.

Через две минуты телефон Камидзё просигналил о входящем звонке.

— Ками-ян, как бы там ни было… я прочитал доклад. Это… итальянский язык, они не зашифровали эти слова магическим кодом.

— Ну и о чём оно?

— Похоже, что… после приведения в порядок Британской библиотеки… разрозненные записи, просто обычная ерунда. Безопасное хранилище «Апостольского Креста»… организует… его очистку… раз в два года. Эта запись похоже…запись о том… что некоторые работники службы безопасности записали во время очистки ня.

В этом сообщении перечислены несколько правил очистки.

Во-первых, чистить его нужно в определённый день.

Во-вторых, делать это нужно днём.

— Ну… это не особенно важная информация.

— Секундочку, Цучимикадо. Прочитай сообщение ещё раз.

Камидзё на некоторое время прижал телефон к уху. Прошло некоторое время, пока заговорил Цучимикадо.

— Днём? Не ночью? Это странно, они уже использовали двойную дверь, чтобы не дать попасть на него солнечным лучам. Разве днём свет не ярче?

— Похоже, что… тут не только это.

Цучимикадо сказал, что что-то написано на обороте доклада.

На практике такое правило довольно сомнительно, в соответствии с этим докладом хранителя, даже если хранитель забудет почистить его днём, он не станет чистить его ночью. Он скажет: «сделаю всё это завтра утром» и пойдёт домой.

— Этот доклад инспектора, похоже… не будет неподобающим сказать, что поведение хранителей не слишком хорошее ня. К тому же, когда они работали… похоже, было несколько человек, которые… играли с астрологическими гороскопами. Чёрт… в конце концов на самом деле это не особо важная информация. Его … содержание о недовольстве хранителя.

Камидзё почувствовал, что с этим докладом что-то не так.

— … «Апостольский Крест» это довольно важный артефакт римских католиков, верно?

— Это верно ня… и из-за этого для них это священный предмет, который они даже могут оплакивать… или даже стать на колени перед ним.

— Тогда при обычных обстоятельствах, позволят ли они с такой лёгкостью заботиться о нём другим?

— Хм. Я тоже чувствую, что эти ребята… не оставят этого просто так. Хранители «Апостольского Креста» это, похоже, определённая элитная группа… запись инспектора, он лишь отлучился на время… так что он мог лишь… написать такую запись. Что происходит?

— …

— Во время происшествия с «Книгой Закона»… хотя расшифровка провалилась, анализ информации… Орсолы Аквинской… уровень опасности… был таким, что вся… Римская католическая церковь почувствовала, что это слишком опасно. Хотя Стейл похоже, подумал, что это ерунда, раз Орсола… выбрала это для доклада, это может означать… что здесь есть некоторые несоответствия ня…

— Похоже на то.

Камидзё ответил Цучимикадо, тщательно обдумывая события, которые произошли до этого времени.

В безопасном хранилище заделаны окна, и на входе стоит двойная дверь, чтобы полностью исключить попадание света.

Несмотря на это, уборщики проводят уборку только днём, но не ночью.

И в докладе даже сказано, что хранитель, который забыл почистить его, не стал делать это ночью, но сказал, что сделает это на следующий день и пошёл домой.

Другими словами, главное тут…

— Цучимикадо, что касается света, который как полагают, должен активировать «Апостольский Крест», может быть, это свет, который появляется только ночью, а не днём? Потому что из действий этого хранителя следует, что даже если он проигнорировал первое правило о проведении чистки в определённый день, то правилу «его нужно чистить только днём» он должен был подчиниться, верно?

При выборе между этими двумя правилами, даже если исключить одно, соблюдение второго должно быть приоритетом. Значит, должна быть причина, по которой они выбрали приоритетом соблюдение другого правила.

— Хм… в этом есть смысл… ня.

Слова Цучимикадо не были ясными, когда он говорил:

— Но этот ночной свет… что это может быть? Может ли это быть… лунный свет? Например, свет полной Луны… если его можно активировать в определённой фазе лунного цикла… если это условие такого рода, лунный цикл и календарная дата… будут различны. Даже если они уже решили это… дата будет отличаться из-за лунного цикла, так что они не смогут принять решение о … «безопасной дате».

Цучимикадо предположил, что если тут используется «лунный свет», не связанный с фазой Луны, то нет необходимости устанавливать точный день для чистки. Вроде Пасхи или Рождества. Они могли бы провести её, просто выбрав определённый день.

Он сделал вывод, что раз нет необходимости выбирать дату, за ней должен скрываться определённый религиозный смысл. В такой ситуации дата была бы тесно связана с условиями, которые нужно выполнить, чтобы активировать «Апостольский Крест».

— … Ночной свет…ага?

Камидзё, держа в руке телефон, погрузился в глубокие размышления.

«Дело не в том, что Ориана не собиралась использовать «Апостольский Крест», дело в том, что они не могут его использовать».

Камидзё перебрал всю информацию, которая у него была в голове.

«Нужно использовать определённый вид света, когда хочешь воспользоваться «Апостольским Крестом».

Факт, которому он сам был свидетелем, информация Стейла из Британской библиотеки, и ещё предположения Цучимикадо. Он внимательно вдумался в них заново.

«Это не дневной свет, а ночной свет».

Камидзё посмотрел на стену дома. Там было много электронных объявлений, образованных светом.

«Нет, это неверно. Раз он был доступен несколько тысяч лет назад, это не должно быть что-то вроде лампочки или светодиода, это что-то, что есть только в ночном пейзаже.»

Он медленно отвёл взгляд от объявлений.

«Присутствующий в природе свет…»

Держа в руке телефон, он всё глубже погружался в свои мысли.

«К том же, этот свет имеет отношение к календарю…»

Тома Камидзё похоже, понял это, потому что взглянул на небо, нависшее над Академгородом.

Цучимикадо действительно упоминал это, когда некоторое время назад читал доклад Орсолы.

Хранители «Апостольского Креста» не были серьёзны.

Многие из них игрались с астрологией.

Но…

Что если астрология важна?

— Возможно… созвездие?

— Это… довольно вероятно ня…

Похоже, Цучимикадо кивнул, потому что молчал некоторое время, а затем сказал:

— Духовное орудие… которое использует созвездия, не так уж редко встречается… связанное с созвездием заклинание это основа основ, для призыва Ангела нужно соответствие сезонному созвездию.

Цучимикадо добавил, что в отличие от лунного цикла, основанного на месяце, цикл созвездий основан на годе. Например, если весеннее созвездие является ключом к активации «Апостольского Креста», нужно чистить его в то время года, когда видны осенние созвездия. Вот так просто можно отметить «безопасную» дату в календаре.

— Это означает, что хранители… не вели себя плохо… они могли… использовать созвездие чтобы собрать… всю информацию, необходимую для их работы ня…

Цучимикадо похоже, согласился с этим, но лишь одно было не особенно ясно.

Поэтому, Камидзё честно спросил:

— Для активации «Апостолького Креста» нужна сила, но для использования какой нужен тип?

— В сущности… используется 12 зодиакальных, 28 северных и 48 южных созвездий, одно из которых требуется для использования магии. Другими словами… в данной ситуации зодиакальные созвездия Овна и Скорпиона не имеют никакой силы сами по себе… звёзды, которые расположены в виде созвездий, хотя они кажутся очень близкими… на самом деле расстояние до них довольно большое, ага? Включить их все до одного… довольно сложно.

— … Это в самом деле так?

Хотя Камидзё не был особенно знаком с созвездиями, он знал, что люди верили в них несколько тысяч лет назад. Есть ли способ рассчитать расстояние между звёздами? Честно говоря, мог ли кто-то в те времена точно выяснить строение Вселенной?

Когда Камидзё выразил свои сомнения…

— Вот поэтому им приходилось его использовать, Ками-ян.

— Что?

— Старая Вселенная… нет, в сущности, мы называем её небом… все думали, что… это небо… окружает Землю как гигантская тарелка… ну, это чем-то похоже на небесную карту… ня?

Цучимикадо продолжал:

— … Магия созвездий использует такую небесную карту… она не связана с истинной мощностью звёзд или расстоянием. Это нечто отображающее неподвижную картину… которая появляется… на ночном небе… в магическую матрицу. Картина сама по себе очень простая, но это… крупномасштабная сила. Сама по себе картина не запутанная, так что как правило, её можно использовать в нескольких заклинаниях… но такое полезное заклинание… их должно быть много ня.

Цучимикадо сказал, что когда они были на морском курорте, и Архангел использовал «силу Бога», для развития этой магии созвездий использовалось ночное небо, «небо, благосклонное к заклинателю». Камидзё не мог точно сказать, насколько крупномасштабными были заклинания, для которых требовались созвездия, на магической стороне. Тем не менее, для него было шоком узнать, что это заклинание было некоторым образом связано с заклинаниями, которые использовали Ангелы.

— Тогда, эта Ориана…

— Это… могут быть возможные условия, которые требуются для активации «Апостольского Креста». Поскольку им нужно собрать свет ночи… на… этот крест, стоящий на земле, и для достижения этой цели может быть, им придётся установить какого-то рода антенны для поглощения света ночи, и затем использовать связь… требуемую для активации заклинания. Причина, по которой Ориана бегала по улицам… была вероятно связана с тем, что она… искала наилучшее место для установки этой антенны.

Цучимикадо сказал, что не все заклинания, использующие звёзды, следуют этому правилу. Как например копье Тлауискальпантекутли, которое использовал ацтекский маг. Магия такого рода, использовавшая силу Венеры, не имела ничего общего с ночью, она просто сильно зависела от текущего положения «Венеры».

Но, «Апостольский Крест» вероятно не следует такому же правилу, поскольку если бы это было так, Ориане не нужно было бы искать подходящую возможность. Если бы он использовал определённый источник вроде солнечного света, они могли бы быстро активировать «Апостольский Крест» и незамедлительно подчинить себе Академгород.

Поэтому, похоже, что «Апостольский Крест» был духовным орудием, которое использовало «видимость созвездия», его картину.

Причина, по которой Ориана перемещается, в том, что она ищет место, где сможет использовать видимость созвездия. Даже если так, по какой причине она бродила по улицам? Из-за того ли, что места, которые она до сих пор обследовала, не подходили для активации «Апостольского Креста», или же потому что она искала наилучшее место?

— … Тем не менее, чтобы Ориана действительно собиралась… использовать силу Созвездия… активировать «Апостольский Крест»… это довольно типично…

Цучимикадо сказал это, завершая своё объяснение.

— Это довольно типично? Что ты имеешь в виду?

— Это предположение… хотя довольно основательное, имеет несколько… противоречий, которые нужно разрешить ня.

Что бы это могло быть? Камидзё нахмурился.

Цучимикадо сказал напрямик:

— Слушай внимательно, Ками-ян… так называемый «Апостольский Крест» это нечто… очень тесно связанное с Петром… одним из двенадцати апостолов… «первоначальной церкви», которую Сын Божий создал, когда умер. Разумеется, римляне… использовали эту силу для того, чтобы создать Римскую католическую церковь, и событием, которое привело к тому, что это случилось… была «смерть Петра» или что-то последовавшее после неё.

Цучимикадо сказал, что Пётр был казнён в конце первого века нашей эры, а император Константин впервые признал христианство в начале 4 века, и франкский король Пипин Короткий отказался от этой земли в 8 веке. Между этими событиями прошло довольно много времени.

Несмотря на это, именно после смерти Петра люди сначала возвели «Крест, чтобы увековечить Петра» и заявили, что «эта земля является наследством Петра», что привело к долгой дороге, в конце которой были два миллиарда верующих, образующих ядро католической церкви.

— Что касается этого, первоначально «Апостольский Крест» был крестом, установленным на могиле. Это должно было быть нечто, завершенное до строительства определённого собора. Что тут не так?

— Дата, в которую используется «Апостольский Крест»… и созвездие важны, я согласен с этими двумя пунктами. Но… Пётр умер… 29 июня. Это другое время года, небо тоже другое… ты должно быть, слышал об этом… летние и зимние созвездия, верно? К тому же, из-за широты и долготы… в Японии видны не те созвездия, что в Ватикане. Небо над Ватиканом 29 июня… отличается от неба над Японией в конце сентября. Если они не сумеют разрешить эту проблему, то не смогут использовать созвездия ня…

Другими словами, в это время года они не смогут использовать «Апостольский Крест»?

Камидзё слегка нахмурился.

— Но, что случилось бы, если бы они не обращали внимание на времена года и использовали «Апостольский Крест»?

— Ками-ян, подумай об этом… мы используем в наших бритвах постоянный ток… что, если мы вместо того используем переменный ток?

— …

— Я не знаю до какой степени эта вещь… будет разрушена, но по крайней мере… они не смогут успешно выполнить свой план. Если не с этой целью, разве не было бы бессмысленно то, что они… специально эти важные… «условия использования» ня?

— Тогда зачем бы им тащить духовное орудие, которое они не могут использовать…?

— Я не знаю, ня… может быть условие… позволяющее это преодолеть ня. Чёрт, не хватает времени… подумать об этом как следует.

Время.

Теперь, когда об этом зашла речь, Камидзё заново переосмыслил все ограничения.

— Если принять, что Ориана и Лидвия ждут, чтобы появились ночные созвездия, поскольку хотят использовать «Апостольский Крест», ограничением на его активацию всё ещё остаётся закат, верно?

— Это будет не сразу. Что касается созвездий, мы можем отчётливо различить их только когда станут видны звёзды от первой до третьей величины. В данный момент время…

Может быть из-за того, что этот разговор был очень длинным, время уже подходило к четырём часам. Закат в конце сентября обычно приходится на семь часов вечера. Поскольку первая звезда станет видна до заката, в соответствии с нынешней ситуацией, будет очень трудно, если они будут действовать после шести вечера.

Другими словами, они должны найти Ориану в ближайшие два-три часа. Нет, «Апостольский Крест» может и не быть в руках Орианы. В этой ситуации они только смогут заставить Ориану выдать местоположение Лидвии и схватить её.

Времени немного.

Нет гарантии, что они вообще смогут поймать Ориану, и к тому же, им нужно найти ещё и Лидвию.

— Я чувствую, что нам не хватает решительного удара… как бы то ни было, давай возьмёмся за работу. Я двигаюсь… вдоль мест, по которым проходила Ориана, и ищу общие точки в этом звёздном заклинании … если у нас получится… может быть, мы узнаем, куда направляется Ориана…

— Подожди… секундочку! Ничего, что ты будешь действовать в таком состоянии?

— В этой… ситуации? … Ками-ян, как ты думаешь, в каком я сейчас состоянии?

Говоря это, Цучимикадо притворялся спокойным.

По ту сторону связи, теперь на экране, был идиот, который всё ещё разговаривал, несмотря на все эти повреждения. Помимо магии, Цучимикадо обладал способностью авторегенерации, но это была способность нулевого уровня. Хотя это было лучше, чем ничего, это была не та способность, что стёрла бы его раны, как резинка карандаш.

Камидзё собирался что-то сказать, но он знал, что сейчас было бесполезно о чём бы то ни было говорить.

— … Я знаю. Тогда, что мне нужно делать всё это время?

Что касается этого, как только Цучимикадо собирался что-то предложить…

Сзади от Камидзё раздался другой голос:

— Тома, а что ты здесь делаешь?

2

Автобус был на автобусной остановке.

Как и все пассажиры вокруг неё, Ориана Томсон осматривалась по сторонам.

Это не была обычная остановка, на которой пассажиры выходили из автобуса и садились в него. Поскольку автобус был слишком перегружен, контролировавший его искусственный интеллект немедленно принял решение остановиться. Похоже, из-за того, что в автобусе уже было так много пассажиров, и всё равно в него пытались влезть люди, автобус дошёл до своего предела.

Из динамиков автобуса раздался женский голос. Видимо, это была заранее сделанная запись, поскольку в голосе не чувствовалось совершенно никаких эмоций.

— Приносим извинения. В связи с проблемами безопасности, автобус остановится здесь. За то, что мы причинили это неудобство всем пассажирам…

В сущности, их не проинформировали, как решить эту проблему. Если никто не выйдет из автобуса, ситуация с перегрузкой не уладится. Однако, совсем другое дело, если кто-то решится избавить их от своей обузы.

Ориана решила выйти из автобуса.

Из комфорта прохладного кондиционированного салона на гудроновую дорогу.

Вместо того, чтобы оставаться в автобусе, не зная, когда они стронутся с места, возможно, лучше было выйти и поискать другие средства передвижения.

Затем она пошла по улице. Возможно, поблизости был стадион, поскольку вокруг было много народу. На лотках продавались всякие штуки, которыми пользовались болельщики, вроде мегафонов и круглых вееров.

Ориане совершенно не было видно, что находится за автобусной остановкой.

«Итак, похоже, что Каори Канзаки не появится».

Она легонько вздохнула.

«Теперь, когда я убедилась, что больше никто меня не преследует, карточкой, которая специально предназначалась против Святой, больше нельзя воспользоваться. Эта карточка похоже, не действует против обычных магов… так кто же утолит мою жажду битвы? Ничего, я, вероятно, ещё встречусь лицом к лицу со Святой в этой долгой жизни».

В этот момент Ориана подумала о девушке с чёрными волосами, верхняя часть тела которой была так повреждена, ученице, чья плоть была разрушена вместе со спрятанным крестом.

«…»

Ориана посмотрела на стопку карточек, которую держала в руке.

Она резко оторвала карточку и активировала коммуникационное заклинание. Это было заклинание, которое передаёт мысли одного человека другому человеку, так что Ориана переслала некую сцену, запечатлевшуюся в её памяти.

— Лидвия.

— Я знаю, что ты хочешь сказать.

Её собеседницей была Лидвия Лоренцетти.

Но то, что Ориана услышала не было разговором двух собеседников.

— Девушка, о которой ты позаботилась, была просто обычным человеком.

Такой прерывистый тон.

Бам! Ориана с силой ударила по земле.

Хотя она знала, что такое действие привлечёт много внимания, похоже, это вышло у неё рефлексивно.

«Не один раз, две промашки…!!!»

Этот ледяной тон эхом звучал в Ориане, которая стиснула зубы.

— В сообщении о происшествии с Алхимиком, было имя и фотография. Её зовут Аиса Химегами, и хотя у неё есть важная сила, она не маг. Этот крест Кольта использовался для запечатывания её уникальной силы, и это было просто духовное орудие, переданное ей другим магом, в нём вообще не было наступательных способностей. Чтобы избежать недоразумений, Британские пуритане однажды сделали официальный доклад.

Сообщение о Каори Канзаки действительно было блефом. И подумать только, что девушка, которую она приняла за врага, ничего общего не имела с Британскими пуританами.

— … Наихудший сценарий.

— Это действительно наихудший сценарий. Мы напали на совершенно непричастного к этому делу человека, и вдобавок, дважды. Хотя в первый раз причиной было вмешательство других магов, в этот раз мы несём полную ответственность.

Лидвия сказала это твёрдым голосом.

— Мы предприняли действия против тех, кого мы должны защищать.

Это действительно был голос монашки, которая проповедует тем. кто не знает о христианстве.

— Люди, которым мы должны протянуть руки не святые, у которых высокие моральные принципы, а грешники, которые потерялись и нуждаются в искуплении. Вот что сказал Сын Божий Матвею, мытарю, которого все ненавидели, когда разделил с ним трапезу. Мы пренебрегли этим правилом. Знаешь ли ты, что это значит?

— …

Ориана промолчала.

Слова Лидвии не прерывались, поскольку в словах этих не чувствовалось колебаний. От начала и до конца это был голос, который следовал решению Библии, и голос, который не допускает, чтобы его перебивали. К тому же…

— Мы не можем снова повторить вторую ошибку. Ради этих людей, которым мы причинили вред, мы должны быть особенно внимательны, и использовать «Апостольский Крест», чтобы покорить Академгород.

В тоне её голоса не чувствовалось колебаний.

Неважно, сколько будет издержек, она должна превратить все их в положительные моменты.

Лидвия Лоренцетти продолжала с таким чувством.

Она подвергала это сомнению, и в то же время жалела об этом.

Боль в душе Лидвии должно быть, была ещё сильнее, чем у Орианы.

Но она использует эту боль как пищу для прогресса. Она понимала значение слова «обучение» и неважно, насколько это будет болезненно, она использует этот шанс, чтобы увеличить свой темп.

Поэтому Ориана не остановится.

От рождения до смерти она не остановится.

Ориана почувствовала, как у неё по спине пробежал холодок.

Не из-за разницы во власти, но из-за «разницы» в идеалах.

— В самом деле?

Затем Ориана спросила у этой монашки, которая нисколько не колебалась:

— Так что, всё закончится успешно, верно? Все проблемы будут решены, как только мы подчиним Академгород, верно?

3

— Тома, что ты здесь делаешь?

Камидзё был шокирован.

Он отчаянно обернулся, и перед ним оказалась Индекс, одетая в форму чирлидера. В данный момент в обоих руках у неё были помпоны, и трёхцветный кот, который был между ними, похоже, был не в восторге от ощущения пластикового плюша, поскольку продолжал бороться.

Она слегка наклонила голову.

Её голова наклонилась, но брови изогнулись, показывая, что она злится.

«Чёрт…! Наша школа… будет соревноваться на стадионе поблизости?!»

За пределами Академгорода ждёт множество магов. Они из разных стран и принадлежат к разным организациям. И эти маги установили вокруг Индекс заклинание, распознающее магию, с радиусом действия в один километр.

Как только заклинание засечёт какую-то форму магической силы, они немедленно вторгнутся в Академгород.

И среди них не все считают приоритетом устранение Орианы и Лидвии. Люди, настроенные против Академгорода, используют этот шанс для всякой подрывной работы.

— Тома, почему ты не со своими одноклассниками? Все тебя искали, и сейчас все идут на следующий «стадион».

Похоже, говоря это, Индекс что-то высматривала.

— Мне кажется, утром ты ещё участвовал в матчах, но после полудня тебя на них не было. Почему?

Хотя Индекс говорила несколько отчитывающим тоном, ей недоставало обычной живости и энергии.

Невинный вид этой девочки…

Выдаёт выражение, от которого задумываешься, хорошо это или плохо.

Может быть, это было от опыта вмешательства Камидзё в дела других людей.

«Эта Ориана похоже, удрала далеко. Поблизости не видно ни одной автобусной остановки?!»

Камидзё продолжал думать, желая, чтобы его цель, Ориана, убралась подальше отсюда. В данный момент его беспокоили эти противоречивые мысли.

— …

По ту сторону связи, Цучимикадо тоже молча ждал развития ситуации. Камидзё видел, что ни впереди ни сзади от него на улице нет автобусных остановок.

— Слушай, Тома, куда пошли Аиса и Комоэ? Разве они были не с тобой?

Услышав голос Индекс, Камидзё не мог не застыть на месте.

«Верно, Стейл и Комоэ-сенсей используют магию, чтобы вылечить Химегами…?!»

Его движения были скованными.

До того места было всего около километра. Что теперь делать?

— А…ааа, они услышали, что оргкомитету не хватает рабочих рук, поэтому пошли помочь. Как странно, я думал, они уже сообщили классу по электронной почте.

— По электронной почте?

— Мм, может быть, они за пределами периметра. Электромагнитные волны ещё не добрались до центра? Ох, надо же, они не проверили, сколько здесь кабелей… если это обычный магазин, тут должна быть передающая станция. Зачем? Потому что в новостях сказали, что если на Дайхасейсай слишком много людей будут пытаться связаться друг с другом одновременно, это приведёт к перегрузке кабелей, мощность центрального процессора в этой точке надо будет увеличить.

— ???

Индекс, в форме чирлидера, наклонила голову.

Камидзё планировал создать дымовую завесу, используя информацию о научном мире, с которым Индекс была незнакома, и похоже, это сработало.

Он слегка встряхнул телефон, который держал в руке.

— Я сейчас говорю по телефону, Индекс. Я вернусь позже, так что просто иди туда, куда направляются все. А… алло, алло? Что-нибудь странное происходит снаружи?

— Нет… ничего. Снаружи не происходит ничего странного, расслабься.

Услышав этот голос, Камидзё почувствовал облегчение.

Индекс слегка нахмурилась, когда увидела, как себя ведёт Камидзё.

— Тома, Тома. Я слышала, что следующее соревнование что-то под названием «групповое упражнение»[✱]Участники должны соединить конечности, чтобы изобразить несколько фигур, и в конце концов построить людскую пирамиду и дать самому ловкому участнику взобраться на вершину пирамиды и помахать ленточкой в руке. Ты сможешь прийти?

— …

Камидзё сделал паузу и сказал:

— Я приду. Мне нужно уладить некоторые дела, в которых я должен помочь, так что я поучаствую позже. Сможешь дождаться меня, Индекс?

Только что он дал обещание, которое никак не сможет выполнить.

— Мм.

Индекс без колебаний кивнула.

Она обняла трёхцветного кота, окружённого помпонами.

— Я поняла. Тома, ты должен туда попасть. Я буду болеть за Тома, и буду как следует делать движения, которым меня обучила Комоэ. Ты будешь в шоке.

С этим радостным лицом Индекс повернулась к Камидзё спиной. Она продолжила идти вперёд, может быть, к следующему стадиону. Поскольку она не свернула с пути, и даже проигнорировала лотки с едой, окружавшие её, похоже, она действительно поверила словам Камидзё.

Тома Камидзё не мог двинуться с мета, наблюдая как исчезает её фигура. Он ждал, пока она не пропадёт из виду, прежде чем начал действовать. Он закрыл глаза, словно кланялся и извинялся.

По другую сторону связи, Цучимикадо сказал:

— … Извини, Ками-ян.

Если бы Ориана и Лидвия не прибыли в этот город, он смог бы веселиться на Дайхасейсай вместе с одноклассниками. Если бы Цучимикадо и Стейл не попросили его помочь, он мог бы и не заметить, что что-то происходит, и в конце концов пошёл бы гулять с Индекс или Химегами. Он просто обычный человек. Даже если маг проскользнул в город, он не должен принимать участие в битве.

Камидзё подумал об этой возможности.

— Нет проблем.

Он твёрдо заявил.

— Улыбаться, ничего не зная, это тоже невыносимо. Я не хочу, чтобы вы, парни, страдали от боли, залитые кровью, пока мы с Индекс развлекаемся.

Это верно. Цучимикадо и сам мог веселиться на Дайхасейсай. Даже Стейл мог приехать в Академгород не из-за того, что должен был участвовать в битве как маг.

Они не принесли с собой невезение.

К тому же, даже если они принесли его, им не нужно было бежать прочь.

— Итак, я подумал. Эгоистично свалить всё, что я ненавижу, на Индекс… действительно глупо. Из-за этого я счастлив, что не хочу, чтобы она в это влезала.

— …

Мотохару Цучимикадо ничего не смог сказать.

В сущности, говорил только Тома Камидзё.

Он просил другого человека позволить ему решить, что делать.

— Давай уладим эти дела и вернёмся к Индекс. Все будем, как идиоты, дурачиться, есть и пить, делать фотографии — и погружаться в эти чудесные воспоминания.

4

4:30 дня.

Приняв за центр автобусную остановку, на которой он потерял Ориану Томсон, Тома Камидзё вёл поиски, описывая круги.

Разумеется, была высокая вероятность того, что Ориана села на автобус и уехала далеко отсюда. Тем не менее, было возможно и то, что она обманула их ожидания и решила не садиться на автобус. Поскольку они не могли выследить Ориану при помощи активных методов, и Камидзё из-за недостатка технических способностей не мог выяснять методы использования «Апостольского Креста», всё, что он мог сделать — исключить возможность этих обычных методов.

Лидер, Цучимикадо, анализировал перемещения Орианы за последнее время, пытаясь определить, где можно активировать «Апостольский Крест». Камидзё мог только лишь позволить квалифицированному магу разбираться с этим, и ждать доклада.

Камидзё продолжал бежать, кожей чувствуя воздух половины пятого вечера.

С полудня до вечера на улицах было ещё довольно тепло, но ощущение солнца, обжигающего кожу, намного ослабло. Единственным, что не изменилось было то, что Камидзё бежал сквозь толпу людей, направлявшихся в магазины, покупающих подарки, или идущих на следующий стадион. По дороге он увидел в толпе кого-то с пушистыми светлыми волосами.

«…?! Нет, нет, это не Ориана.»

Поскольку некоторые ученики красили волосы, к тому же были туристы из-за рубежа, не было ничего необычного в том, чтобы увидеть светловолосых людей.

Чтобы не загораживать дорогу другим людям, которые двигались вокруг, Камидзё отошёл к краю улицы, и ненадолго остановился.

«Непохоже, чтобы Ориана ждала, пока я уйду… однако, если она не в здании, такое может быть».

Он думал об этом, стоя на тротуаре и глядя снизу вверх. Окна разновысотных башен отражали солнечный свет.

«Трудно просмотреть всё за один раз… но всё равно это лучше, чем вообще ничего не сделать. Хорошо, сделаем это!»

Камидзё хлопнул по лицу обоими руками, и направился к башне возле крупного магазина электроники.

По пути…

— «Секундочку», — сказала Мисака в то время как Мисака гналась за ней и смотрела. «Мисака просто хочет взглянуть на сувениры, поэтому не бросай меня», — сказала Мисака в то время как Мисака пыталась спорить, но не имела намерения остановиться.

Он услышал детский голос.

Камидзё невольно обернулся и услышал в толпе кого-то, кого нигде поблизости не должно было быть. Голос был похож на детский голос, она может скрываться в толпе, но Мисака…? Он немного подумал об этом, но в данный момент у него были дела поважнее.

«Сейчас Цучимикадо выполняет главную задачу. Я могу только тихо поддержать его»

Он прошёл через автоматическую дверь и огляделся в просторном и ярком магазину.

Благодаря кондиционерам тут было довольно комфортно, и магазин был достаточно блестящим. Ощущение солнечных лучей, обжигающих кожу тоже было довольно слабым. Камидзё медленно огляделся по сторонам, проверяя, нет ли в магазине Орианы, иногда выглядывая наружу через большую оконную панель.

Сияние солнечных лучей таяло на небе половины пятого вечера. Хотя небо ещё не покраснело, чувствовалось, что голубой цвет слабеет. Через час небо уже будет выглядеть по-вечернему.

Тогда замерцает первая звезда.

Прежде чем занавес ночи полностью опустится, вероятно, проявятся яркие созвездия.

— … Если наша недавняя оценка верна, осталось всего два часа.

Как раз когда Камидзё вздохнул, зазвонил телефон.

На дисплее высветилось не имя Цучимикадо, а неизвестный номер.

Он нажал кнопку приёма. Звонил Магнус Стейл.

— Я спросил у Цучимикадо твой номер, но я не собираюсь его записывать.

Возможно, Стейл курил, поскольку Камидзё слышал звук выдуваемого воздуха.

— Я закончил с той ученицей. Где ты сейчас?

Дыхание Камидзё тут же остановилось.

Он поспешно сжал телефон покрепче.

— ?! Химегами, как она?!

— … Будет непросто, если ты ожидал от меня совершенства. Это метод, с которым я незнаком. Наверное, применяя исцеляющее заклинание нельзя добиться успеха с первого раза. Честно говоря, я бы не хотел использовать такое заклинание ещё раз. Я только воспользовался знаниями обычного человека в качестве отправной точки, внимательно изучал эти неясные слова, чтобы отыскать скрывающееся за ними магическое значение, а затем перекомбинировал их, чтобы получилось исцеляющее заклинание. Это напоминает ходьбу по натянутому канату. Я весь обливался потом, думая, не потеряю ли контроль над заклинанием, и даже сейчас я держу пальцы крестиком, при мысли об этом.

Стейл сказал это расстроенным тоном.

Если уж это говорил настолько гордый человек, значит, операция действительно была опасной.

Камидзё чувствовал что тяжесть упала с его души.

— Как бы там ни было, я уже укрепил её кровеносные сосуды, добавил в них крови, и ослабил её болевые сигналы, чтобы вывести её из шокового состояния. Дальше уж работа врачей… санитары держались довольно уверенно, и сказали, что в соседней больнице есть чудесный доктор, который тем лучше проявляет свои способности, чем более критической является ситуация.

Это звучало так, словно он смутился.

Как хулиган, который спас кота на дороге и был застигнут за этим делом обычным гражданином.

— Ты…

— А? Что это за безжизненный голос? Я несколько раз сказал, что просто не смогу жить с тобой весело… УААА!!!

Бам!!! Из телефона донёсся невероятный голос.

Голос человека, бывшего за Стейлом…

— Ууу! Сенсей тебя ещё не поблагодарила! Уааа!!! Если бы тебя там не оказалось, Химегами… Химегами бы…!!!

— Прекратите… прекратите!!! Чего вы меня обнимаете и плачете!!! Я не давал гарантий, что смогу её вылечить. Если мы не сможем восстановить её силы, в конце концов она всё равно не выдержит… ВЫ МЕНЯ СЛУШАЕТЕ?!!!

Прижав телефон к уху, Камидзё молча волновался (возможно), что Комоэ-сенсей, которая лезла на мага, будет сожжена дотла, но как ни странно, похоже, Стейл не воспользовался своими силами. Похоже, что когда он имеет дело с маленькой девочкой, его бдительность ослабевает.

Он не может говорить о магической битве при Комоэ-сенсей.

Камидзё хотел сказать: «Позвоню тебе позже» и закончить разговор, но…

— Позвони Цучимикадо.

Стейл сказал это посреди всего переполоха.

— Похоже, он нашёл какую-то зацепку. Я доберусь туда как только отделаюсь от неё.

5

Цучимикадо был в одном из углов седьмого школьного района.

Это было то самое место, где Камидзё и Фукиёсе в первый раз встретили Ориану.

Это была обычная улица. Поблизости было несколько крупных магазинов, по улице двигались охранные роботы величиной с газовый баллон, проезжавшие мимо ветряков, вырабатывавших электричество. Ученики в спортивной форме привычно проходили мимо, но туристы, в обычной одежде, специально останавливались, чтобы посмотреть на этих роботов. Это было место, которое легко было найти, но в то же время, в нём легко было затеряться.

Цучимикадо уже сменил свою изорванную спортивную форму на новую, поэтому снаружи намотанные под ней бинты были практически не видны. Несмотря на это, трудно было скрыть бледность его лица. Ветра не было, но он всё время шатался, и дыхание у него было слишком поверхностным и учащенным. Способность нулевого уровня, авторегенерация, могла только починить повреждённые кровеносные сосуды. Но без этой способности он уже давно мог бы свалиться, верно?

Даже в таком состоянии Мотохару Цучимикадо продолжал стоять на углу улицы под огромным солнцем.

Причина была проста: ему нужно было кое-что сделать.

«Использовать на практике мои ноги чтобы проверить кое-что…»

Цучимикадо посмотрел вверх, на плывшие в голубом небе дирижабли и воздушные шары.

«… Я знаю немало. Ориана рискнула выйти наружу и прогуляться по улицам, так значит, причина в этом?»

Он был искусен в главном типе восточной магии — искусстве оммёдзи.

Хотя речь шла об оммёдзи, ему нужно было довольно много практиковаться в заклинаниях, вроде фэншуя, гадания, алхимии, мантр, молитв, клепсидр и так далее, со всякого рода целями и направлениями, включая вычисление времени и выживание страны; в управлении всем этим и заключается настоящее искусство оммёдзи.

Специальностью Цучимикадо был фэншуй, но это было всё, что он изучил.

Можно было понять это, глядя на небо.

Небо загораживали тёмно-зелёные листья деревьев. Но это не имело отношения к делу.

Припомнив дату и координаты, он мог сказать, что за звёзды расположены в голубом небе. Даже не используя небесный глобус или астрологический сайт он мог точно усвоить в своём разуме всё знание о созвездиях и их положениях.

«Если это уровня Индекс, даже если бы кто-то не взглянул на небо, чтобы убедиться в этом, вероятно, этот человек угадал бы ответ, услышав это ня…»

Цучимикадо горько подумал.

Уже само по себе проблема подумать о том, чтобы вообще использовать чистое знание чтобы пойти против этой девушки.

Несмотря ни на что, он всё же смог прийти к выводу.

«Понятно… ня. Используя созвездия… такой вид, похоже, это правильно. Похоже, оно… основано на осенних созвездиях ня… не важно с какой точки… похоже, что можно использовать то же самое магическое значение, стоящее за ним, полностью… анализируя это созвездие… должно быть, это и сделал враг… больно».

Цучимикадо нахмурился, прижав руку к боку, приводя в порядок свои мысли.

Следуя по выбранному Орианой пути, он кое-что понял.

Откуда бы он ни смотрел на созвездие, оно всё время оставалось одним и тем же.

На первый взгляд, это очевидный вывод, но если соединить его с магическим значением, ситуация станет иной.

Так называемое созвездие на самом деле нечто временное, видимое с Земли. Звёзды кажутся образующими фигуры, но это просто иллюзия, видимая как вблизи, так и издали. В радикальном смысле, если бы кто-то взглянул на видимые с Земли созвездия со стороны, они бы выглядели совершенно иначе.

Говоря ещё более строго, если наблюдать созвездие с немного разных мест, форма созвездия «слегка» изменится. Человеческий глаз этого не замечает. Поэтому несколько магов-новичков, которые неверно это истолковали, потеряли бы контроль над собственными заклинаниями. Для древнегреческих и древнеегипетских магов, которые хотели использовать силу созвездий причиной, строительства гигантских храмов было желание соорудить более замысловатые и изощрённые обсерватории.

Само по себе звёздное небо не странное, поскольку это ресурс, которым каждый может воспользоваться, но на то, чтобы подготовить заклинание для принятия силы созвездия требуется время: такова характерная черта заклинания, требующего использования созвездия. Хотя Цучимикадо уже упоминал, что «созвездие можно использовать во многих заклинаниях», для заклинаний разного типа нужно устраивать разные обсерватории. Примером могут служить политеисты древние греки, которые соорудили «Храм Ареса» и «Храм Гелиоса».

Несмотря на это, Цучимикадо уже прошёл мимо трёх из четырёх обсерваторий, и до сих пор проявившиеся значения были одними и теми же.

«Это не совпадение ня. Другими словами — я могу подтвердить, что Ориана и Лидвия планируют использовать осеннее созвездие для активации «Апостольского Креста»…»

Цучимикадо посмотрел на бескрайнее небо.

Он прищурил глаза, глядя на него сквозь солнечные очки.

«Если это так, как быть с этим противоречием?»

6

— А, Фукиёсе? Тебе уже лучше?

Сейри Фукиёсе позвонила по телефону и сразу же услышала голос Цукиёми Комоэ.

Сейчас Фукиёсе была во внутреннем дворике больницы. Отдохнув некоторое время на больничной койке и затем прогулявшись, она восстановила силы и её подвижность резко увеличилась.

В этом месте для отдыха, под крышей, стояли деревянные скамейки. Кроме Фукиёсе здесь было ещё пять или шесть пациентов, разговаривавших по телефону. На столбе висела металлическая табличка: «Место для разговоров по телефону, запрещается приносить сюда сложное медицинское оборудование», напоминавшая знак места для курения.

Для людей, которые любят звонить по телефону как только выдастся свободная минутка, больница, в которой повсюду запрещено пользоваться телефонами, кажется довольно гнетущей. Но в данном месте они могли пользоваться своими телефонами как угодно.

Фукиёсе прижала телефон к уху.

— Со мной всё в порядке. Что-нибудь не то случилось на Дайхасейсай? Например, эти дураки открыли какие-нибудь воронки?

— А! Случилось! Случилось! Химегами была в критической опасности!

— … Только не говорите мне, что эти идиоты увидели, как она переодевается?!

— Вовсе нет! На Химегами-сан напали, и её отправили в больницу!!! К счастью мимо проходили Камидзё и его друг. Если бы там была только Комоэ-сенсей… если бы там была только я, ситуация была бы по-настоящему серьёзной…

Голос Комоэ-сенсей звучал подавленно, но не чувствовалось, чтобы отчаяние исходило из глубины её души. Возможно, она чувствовала облегчение от того, что им удалось избежать наихудшего сценария.

Но Фукиёсе всё ещё кое-что беспокоило.

«На неё напали?...»

В первую очередь ей в голову пришёл вопрос: кто? И почему?

У переведённой ученицы Аисы Химегами, могли быть некоторые собственные проблемы. Тем не менее каждый год говорят, что люди, которые ненавидят Академгород хотят воспользоваться Дайхасейсай чтобы что-то сделать. Если так…

«Что делали члены Анти-Навыка и Правосудия?..»

Не беря в расчёт членов Правосудия, которые должны были участвовать в матчах, Анти-Навык должен был быть вдвое бдительнее. Чувство открытости Дайхасейсай это только внешняя видимость.

Что они, расслабились?

Или же по улицам бродит кто-то со способностями выше, чем у Анти-Навыка?

И, самое важное:

— Что значит: «если бы не Камидзё и его друг»?

— Именно так. Химегами была тяжело ранена, сенсей не могла справиться с этим сама! Но Камидзё и его друг уладили это безупречно! А, кто же был этот священник с Камидзё? Он убежал раньше, чем я смогла его поблагодарить… а! Может ли это быть тот парень, что проскользнул за угол!!!

По другую сторону связи отчётливо послышались звуки шагов «топ-топ-топ».

— …

Разве это было не то же самое чувство, что и в начале?

Когда она упала в обморок из-за теплового удара, кто среагировал первым и кто о ней позаботился?

Тот парень, что специально прокрался на матч чужих школ.

Если хладнокровно оценить ситуацию в целом, это действительно выглядит странно.

Фукиёсе подумала:

«У меня был тепловой удар. На Химегами напали. Есть ли какая-то связь между этими случаями? Однако, если оба случая связаны с Тома Камидзё…»

Что происходит? Фукиёсе нахмурилась.

«Что происходит в этом городе?»

7

Камидзё выслушал информацию вернувшегося Цучимикадо. Возможно, начала действовать способность авторегенерации, поскольку его голос звучал более энергично. Но, глядя на бледное лицо Цучимикадо, залитое холодным потом, Камидзё чувствовал, что тому нужно идти в больницу на осмотр.

Цучимикадо сказал ему две вещи.

Ориана и Лидвия собирались использовать для активации «Апостольского Креста» одно из осенних созвездий. Каждая из точек «обсерваторий» была основана на этом созвездии. Однако Цучимикадо с подозрением относился к своим собственным результатам.

— Причина перемещений Орианы определённо связана с созвездиями и может быть ключом к активации «Апостольского Креста» — но это в самом деле подозрительно. Может ли это действительно активировать крест Святого Петра? Как бы там ни было, в исторических хрониках случаи, когда активировался «Апостольский Крест» в основном приходились на время видимости летних созвездий. Что бы кто ни думал, сейчас, в конце сентября, на небе должны быть осенние созвездия. В самом деле трудно представить их подходящей заменой… какие-то другие условия, должно быть что-то, о чём мы не знаем.

Цучимикадо был бледен, кожа его лоснилась от пота. Новая спортивная форма, в которую он переоделся, выглядела свежей, но на ней были кровавые отпечатки пальцев.

Похоже, ему было больно, но наверное, он не хотел, чтобы его об этом спрашивали.

— Но Цучимикадо, разве сейчас Ориана не будет избегать риска того, что когда она начнёт искать точки, связанные с этим созвездием её заметят преследователи? Ты знаешь места, в которые Ориана могла не пойти? И где они?

— Хм… но я довольно озабочен к этой «необъяснимой проблемой». По моим результатам, кроме найденных мною есть и другие места, которые можно использовать как «обсерватории» ня. Честно говоря, не хватает времени. Если мы вдруг решим поспешить к «обсерватории», которую мы предсказали, и если Ориана активирует заклинание где-то ещё в противоположном направлении, что дальше? Мы не можем просто упаковать вещи и закрыть магазин ня.

Говоря это, Цучимикадо вытер пот, стекавший по его лицу.

Камидзё посмотрел, который час.

Было около пяти часов вечера.

Верно, даже если они поедут на метро или в автобусе, в данный момент довольно опасно перепутать один конец улицы с другим. То, что они не знают точного времени, делает их задачу ещё сложнее. Если они не будут внимательны, всё может быть кончено через час.

Камидзё посмотрел на часы на дисплее своего телефона.

— Если подумать, то у нас ведь нет даже времени на раздумья! Если мы будем просто стоять, ничего не делая, время всё равно будет идти! Я не хочу, чтобы дело неожиданно пошло на лад только для того, чтобы мы поняли, что не успеем это сделать.

— Я это знаю… чёрт, что этот Стейл делает в такое время?

Цучимикадо тоже знал, что они находятся в критической ситуации и его голос звучал резко.

Собираются ли они начать действовать, не имея никакой конкретной информации?

Или же они начнут действовать после того, как соберут достаточно информации?

Что бы они не выбрали, у них нет необходимого условия для того, чтобы приступить к делу. Мысли порождали тишину, которая создавала огромное давление, и Камидзё чувствовал, что воздух вокруг них становится тяжелее.

Внезапно зазвонил телефон.

Это был не телефон Камидзё.

Цучимикадо с удивлённым видом вытащил телефон, и когда он посмотрел на дисплей, выражение его лица резко изменилось.

— Ками-ян, это от Британских пуритан.

Если подумать, Стейл действительно упоминал, что он запрашивал информацию от работников Британской Библиотеки.

Возможно, у них есть новая информация.

Как бы там ни было, для Камидзё и Цучимикадо, которые хотели получить новую информацию, было неважно, каково будет её содержание. Цучимикадо, хладнокровный в обычных обстоятельствах, слегка запаниковал, принимая вызов. Динамик уже был включён, но Камидзё приблизил своё лицо к телефону Цучимикадо.

В конце концов, голос по ту сторону связи принадлежал…

— О, Боже, могу я спросить, вы мистер Стейл Магнус?

— ПОДУМАТЬ ТОЛЬКО, ОШИБЛИСЬ НОМЕРОМ!!!

Оба они воскликнули это одновременно. Голос женщины из телефона звучал подавленно, она сказала: «Извините»… всё в порядке, действительно, но раз она хотела поговорить со Стейлом, иностранцем, с чего же она заговорила на японском? — подумал Камидзё.

Цучимикадо раздражённо вздохнул.

— А… а… это Цучимикадо. Я сейчас работаю со Стейлом, так что приму сообщение ня… итак, что у вас есть?

— Только это. Я проверила записи в Британской библиотеке, и нашла кое-какую новую информацию об «Апостольском Кресте», так что собираюсь её сообщить, — слышался этот непринуждённый голос.

При его звуках в Камидзё проснулась подозрительность. Где же он слышал этот голос раньше?

— А, не говорите мне, что… вы Орсола?

— Этот голос… а-а. Так значит, это ты. Спасибо за то, что ты сделал за несколько последних дней. Благодаря тебе моё тело теперь совершенно…

— Ня, мы отклонились от темы. Может, продолжим?

Цучимикадо сказал это озабоченным и усталым голосом.

— Мне очень хорошо работается с Британскими пуританами. Два дня назад мисс Канзаки даже представила меня в том магазине японских продуктов, где продаётся чудесная еда… а, верно, я слышала, что они позволяют Амакуса управлять собственной маленькой Японией Лондона.

— Вы с улыбкой на лице игнорируете слова Цучимикадо?! А… сеорее скажите нам, что вы выяснили!!!

Камидзё закричал, и Цучимикадо потряс головой, словно у него была анемия. По другую сторону связи Ориана по крайней мере сказала «А-а», когда она отклонилась от темы.

— Понятно, тогда я лучше начну говорить об информации, которую я получила в Британской библиотеке, в фаст…

— … Даже если вы сказали это, пожалуйста, ничего не говорите нам о местах, где продаётся хорошая японская еда.

Камидзё сказал это мягким голосом. В ответ его собеседница весело сказала:

— Я знаю.

И затем:

— В самом деле, в пяти минутах от станции Ватерлооо есть магазин суши, где продаются действительно хорошие суши.

— РАЗВЕ Я НЕ СКАЗАЛ ВАМ НЕ ГОВОРИТЬ ОБ ЭТОМ?! ХВАТИТ МЕНЯТЬ ТЕМУ!!! СКОРЕЕ СКАЖИТЕ ВСЁ, ЧТО ВЫ ЗНАЕТЕ ОБ «АПОСТОЛЬСКОМ КРЕСТЕ!!!»

— Какая жалость… тогда вернёмся к теме, пожалуйста, слушайте внимательно.

В мягком голосе Орсолы почувствовалась некоторая сила.

Камидзё и Цучимикадо с очень серьёзным видом сосредоточили всё своё внимание на телефоне.

— Из разрозненных записей Британской библиотеки нам удалось извлечь условия использования «Апостольского Креста».

Плечи Камидзё слегка вздрогнули.

В данный момент они больше всего хотели узнать информацию об условиях, требуемых для использования «Апостольского Креста».

Орсола сказала им обоим, затаившим дыхание в ожидании дальнейшей информации:

— Я слышала, что «Апостольский Крест» это мощное духовное орудие, которому нужна сила созвездия. Его ставят на Земле, чтобы точно собрать астрономическую информацию. Это механизм, который самостоятельно принимает нужное положение, собирает свет с неба, и помогает заклинателю активировать магический эффект.

— То, что я и говорил. Ками-ян. «Апостольский Крест» — это своего рода параболическая антенна. Но…

— … Насчёт этого. Честно говоря, для нас это не новость.

Камидзё невольно вздохнул, и плечи Цучимикадо просто опустились.

— Вот тебе на, почему вы все так подавлены?

— Нам очень жаль, Орсола, мы благодарны вам за то, что вы так упорно трудились, разыскивая для нас информацию. Мы тоже кое-что выяснили со своей стороны, и в данный момент мы не знаем, что делать дальше.

— Понятно…

Голос Орсолы звучал подавлено, но Камидзё больше не мог об этом беспокоиться.

Хотя Камидзё и Цучимикадо не знали, сколько информации Орсола извлекла из Британской библиотеки, должно быть, её было меньше, чем у них. Если сейчас они не добьются лучшего результата, это будет всё равно, что объявить, что у них нет подходящего ключа в этом тупике.

Камидзё и Цучимикадо выглядели мрачно.

В этот момент Орсола Аквинская, которая находилась по тут сторону связи, сказала:

— Тогда вам должно быть известна и информация, которую отыскали мы с Шерри, о подходящих для использования «Апостольского Креста» созвездиях. «Апостольский Крест» не использует ни летних ни зимних созвездий, и может использовать 88 различных типов созвездий по всему миру.

— А?

Камидзё и Цучимикадо выкрикнули это одновременно.

— Секундочку, Орсола. Что вы только что сказали? Я знаю, что область его использования ограничена, но впервые слышу, что все зимние и летние созвездия нельзя использовать. Только что Цучимикадо беспокоился о том, , что в нынешнее время года невозможно использовать «Апостольский Крест». Если мы разрешим это, все наши проблемы уйдут. Так что я буду действительно благодарен вам, если вы сможете понятно всё это разъяснить.

— … А, ситуация неожиданно изменилась к лучшему. Этому можно порадоваться. Тем не менее, меня всё ещё немного печалит, что не всей информацией можно воспользоваться.

— Прекратите впадать в отчаяние со своей стороны. Скорее объясните это, мисс Орсола. Кстати, Шерри, которую вы упомянули, это та самая Шерри?!!

Камидзё крикнул два или три раза, и по крайней мере Орсола наконец вернулась к теме.

— Этот… святой Питерборо… которого в Англии называют святым Петром, но он широко известен как святой Питерборо. Он был замучен 29 июня. Разумеется, «Апостольский Крест», который использовал Ватикан, был немного позже.

Христианство было признано в 4 веке. В действительности Святой Престол был отмечен как независимая «территория» примерно в 8 веке. Однако время. когда был использован «Апостольский Крест», которое было после смерти Петра, относится к 1 веку. Цучимикадо уже объяснил это.

Орсола вновь предположила, что когда в начале 4 века император Константин признал христианство, когда франкский король Пипин вторгся в Италию и передал землю Папе — эти события, которые были благоприятны для римских католиков, все были вызваны силой «Апостольского Креста».

— ??? … Извините, Орсола, но я тут совершенно не разбираюсь в истории.

— Другими словами. тебе нужно просто запомнить, что время, в которое крест использовался в Ватикане, обычно приходилось на конец июня или начало июля.

Голос Орсолы звучал расслабленно. Тем не менее, Цучимикадо интуитивно спросил:

— … Вы говорите, в Ватикане?

— Да. В истории, «Апостольский Крест» был однажды использован. Как все присутствующие знают, этот крест можно использовать где угодно за пределами Ватикана. Только проблема в том, что…

Она сделала небольшую паузу и продолжила:

— Единственная дата, в которую Крест можно использовать в Ватикане — это 29 июня. Если его хотят использовать в другом месте, там должна быть своя дата. Другими словами…

Орсола снова продолжила…

— Чтобы использовать «Апостольский Крест», заклинатель должен знать детали, особенности и характеристики местности. К тому же, он должен выбрать наиболее эффективные в данной местности созвездия из 88 для того, чтобы завершить активацию. Для этих сложных характеристик местности требуется много знания, хотя оно приводит к ограничению, позволяющему использовать его только раз в год. При помощи этого метода, даже если это целый мир, в конце концов он может быть завоёван римскими католиками.

По словам Орианы, Лидвия Лоренцетти продолжала ездить по миру, чтобы проповедовать грешникам. За это время она могла найти условия, которые требуются для активации «Апостольского Креста», которыми являются соответствующие местности созвездия, и расположение и длительность «обсерватории», которая для этого потребуется. Когда Орсола еще была католичкой, она видела Лидвию со старым биноклем, направлявшуюся на новое место.

— Другими словами, Лидвия однажды проникла в Академгород, чтобы найти места для использования «Апостольского Креста»?

— Эту проблему можно решить при помощи испытания… например, нет необходимости для всех широт и долгот, поскольку их можно записать с помощью Полярной звезды. Если они знали важные вещи до того, как вычислили остальные по таблицам, у них всё получится, даже если они не были в Академгороде.

— Понятно.

Камидзё медленно переваривал то, что ему сказала Ориана.

— Секундочку, разве это не крест, который был сделан из-за смерти Петра? Если это так, почему его можно использовать в даты, отличающиеся от даты его смерти?

— Вот этому я и удивлялась…

Орсола немного поразмыслила и сказала:

— Это духовное орудие… похоже, его изготовили до смерти Петра…

— … Что такое?

— В сущности, Пётр действительно продумал то, где он будет убит. Как вы все знаете, место, где покоится Пётр, сегодня находится в центре Ватикана. Он знал, что место, где его собираются убить, будет впоследствии тесно связано с историей, так что в конце концов так и стало… поэтому, кроме Ватикана… если было другое место, подходящее для римских католиков, он мог выбрать это место для того, чтобы увеличить силу условий, требуемых для использования «Апостольского Креста».

Услышав это, Камидзё проглотил слюну.

Тогда…

— Но, даже если он мог выбрать место, он не мог изменить дату, верно? Как, скажем, не то, когда он собирался умереть, но выбрать дату, чтобы использовать его.

— Это верно. В действительности, Пётр был казнён 29 июня. Это также дата, в которую «Апостольский Крест» можно использовать в Ватикане.

— … Если это так, он собирался быть убитым в этот день, специально позволив себя схватить?

— В этом нет ничего… невозможного ня.

— Пётр в то время не был в хороших отношениях с Римской империей, поскольку он был врагом главного мага империи, Симона Мага, и в конце концов убил его[✱]Легенда утверждает, что маг Симон хотел показать, что его сила превосходит силу апостолов, и потому поднялся в воздух. Когда Симон висел в воздухе, Пётр стал на колени и попросил Бога о чуде. В конечном итоге Симон сразу же упал и погиб. Если он проделывал такие вещи, когда христианство преследовали, можно себе представить, какой его ждал конец.

— И есть много легенд о том, как был казнён Пётр. Помимо указанной есть также знаменитая легенда «Quo vadis?»[✱]Вначале товарищи по вере Петра убедили его покинуть пределы Рима, за воротами которого он встретил Иисуса. Он спросил Иисуса: «Куда ты идёшь?» Иисус ответил: «Я иду в Рим, чтобы вновь быть распятым на кресте». Тогда Пётр понял, что тот имеет в виду, и вернулся, чтобы заплатить за свою веру жизнью. Когда Петра преследовали солдаты императора, его спасли товарищи по вере, убедившие его бежать улицами города. Он уже достиг ворот, лишь для того, чтобы позволить солдатам схватить себя. Далее ему явилось видение Сына Божьего у выхода, и он понял, что пришло время, когда ему нужно стать мучеником.

Орсола продолжала:

— В тот день, когда Пётр был распят на кресте, он попросил: «Я не смею умереть так же, как мой Господь, поэтому пожалуйста, переверните крест». Разумеется, такое предложение исходило от в высшей степени почитаемого христианина, но может быть…

— Может быть, в этом действии был какой-то особый смысл…

Камидзё не мог не пробормотать этого.

Один из двенадцати апостолов, Пётр, должен был знать, что что бы он ни делал, однажды его казнят. Так что он мог использовать свою собственную смерть так, как мог, и постараться извлечь из неё наибольшую пользу, имея в виду даже то, что может случиться несколькими столетиями позже.

После этого было основание Святого Престола.

Ради этой земли, ради человека, которого он должен был безмолвно защищать.

Это отличается от обычного убеждения. Он действительно думал о влиянии, результатах и последствиях того, где он собирается быть убитым, и в какое время, до того как отправился в путь навстречу смерти. Это высшая смесь холодности и милосердия, магия, которая может быть проявлена только в последнем свершении. Это заклинание «Апостольского Креста», который римские католики так редко использовали.

— Для великих исторических личностей не так необычно сделать что-то подобное со своей собственной могилой. Даже принц Сётоку «полностью разрушил» фэншуй своей могилы, где он должен был покоиться вечно, поскольку намеревался разорвать связи с потомками.

Говоривший это с позеленевшим лицом Цучимикадо был наполовину впечатлен, наполовину считал это невыносимым.

Услышав это, Камидзё задал самый важный вопрос:

— Тогда, Орсола. Знаете ли вы… в каких местах в Японии можно использовать «Апостольский Крест» 19 сентября.

— Верно.

Она ответила без колебаний.

— Разумеется, я знаю.

8

Мать и дочь, Мисузу и Микото Мисака, гуляли по улицам.

Это был угол третьего этажа крупного универмага, который соединял станцию метро с поверхностью и надземным мостом с сложной трехчастной дорогой. На третьем этаже, на котором они находились, с обоих сторон было множество магазинов, продававших изделия ручной работы.

До следующего матча с участием средней школы Токивадай ещё оставалось немного времени. Микото сопровождала Мисузу в походе по магазинам, и места, в которые хотела пойти Мисузу были те, что были предназначены, чтобы люди могли сделать покупки.

— Подожди секунду, не нужно тебе покупать эту цилиндрическую вазу, которая стоит как пять миллиардов иен! Она тебе надоест через три дня! Три дня!

— Ох, Микото. Если говорить об Академгороде, нужно купить такую вещь, о которой никто не сможет подумать как о подарке, знаешь ли!

— Что? Если мы используем новейшую и самую продвинутую технологию, мы всё равно не сможем позволить тебе вывезти её отсюда. К тому же, ну что с этой многоцветковой вазой? Тут что сказано: «теоретически, она может воспроизводить поверхность пятого измерения при помощи технологии преломления света», это в сущности ложь! Ты что, в самом деле можешь отправиться в пятое измерение, чтобы это проверить?

— Но именно такая неопределённость делает её такой интересной.

— Настоящим подарком должно быть место для чудесных воспоминаний!

— Уа, говоря что-то вроде места для чудесных воспоминаний, Микото действительно как девочка…

— Замолкни, глупая мама.

Микото потащила маму за руку прочь от киоска. Она пыталась посоветовать маме купить сувенир, который был более того достоин. Как для ученицы средней школы, вступившей в бунтарский возраст, можно было сказать, что у неё были довольно хорошие отношения с членами семьи.

Парочка из мамы и дочери похоже, привлекала довольно много внимания, но их это, кажется, не беспокоило.

— А, сувенир, но я хочу пойти в места, которые можно посмотреть только в Академгороде. Микото, ты знаешь какое-то хорошее место? Мамочка хочет посмотреть гигантский дирижабль.

— … За что ты принимаешь Академгород?

— Тогда я пойду на компромисс и возьму чистую и невинную девочку, которая выглядит как гуманоидное оружие.

— НИЧЕГО ТАКОГО НЕТ!!!

Микото невольно закричала. В этот момент она почувствовала, что кто-то смотрит на неё очень напряженно откуда-то из-за пределов её поля зрения. Это была совершенно другая напряженность чем у толпы, смотревшей на неё.

— Куро… Куроко?

Заикаясь, Микото обернулась. Девочка с волосами, заплетёнными в пару хвостиков, сидевшая в спортивном V-образном инвалидном кресле, смотрела странно. Глаза Ширай Куроко блестели, испуская сияющий свет, и даже особа, толкавшая кресло, миниатюрная девочка с цветочным венком на голове, не могла не вздрогнуть.

Шираи Куроко сглотнула слюну и сказала:

— Это… член семьи… сестрицы? Это… замечательно. Так замечательно, что словами не опишешь! Что это за усиление сияния сестрицы? Чёрт.. чёрт. Раз так, я решила! Куроко не волнует, сёстры они или мама и дочка, я беру их всех!!! МУАХАХАХАХАХА!!!

Мысли блаженствующей в сиянии семьи Мисака Шираи Куроко совершенно смешались.

В глубине души Микото поклялась не дать этой особе узнать о существовании Сестёр.

— А-а, значит интерес Микото склонился в этом направлении?

— О каком направлении ты говоришь? Я всегда иду напрямик!!!

— Ты права. Микото довольно сильно вскружил голову тот парень, так что у неё нет времени на то, чтобы искать другие любовные интересы.

— Э? ПРОСТО УМОЛКНИ!!!

Мисузу проворно уклонилась от нырнувшей Микото. В этот момент краем глаза она увидела знакомого человека.

«Хм? Это… хо-хо, помяни волка.»

В этот момент Микото и Мисузу были на третьем этаже, расположенном на трёхчастной дороге, которая вела вверх и вниз по лестнице. Знакомая личность держалась за поручни, вглядываясь в нижний этаж. Может быть, из-за этого казалось, что он их не заметил.

Это был парень с торчащими во все стороны чёрными волосами. Рядом с ним был светловолосый подросток, на голову выше его, носивший солнечные очки. Они были в похожей спортивной форме, так что видимо, были одноклассниками.

«Однако они оба выглядят серьёзными».

Отсюда ей не было слышно, о чём они говорят, но выражение лиц у этих ребят было таким, какое не часто увидишь даже на важных корпоративных переговорах. Это был вид людей, держащих на своих плечах судьбы других людей. Что заставило этих мальчишек выглядеть так в глазах Мисузу? Мисузу себе этого и представить не могла.

— Эй, Микото, разве это не твой прекрасный принц вон там?

— Да кто бы попался на это… нет, я не понимаю, что ты пытаешься сказать!!!

Залившись краской Микото должно быть, подумала, что мама дразнит её, так что решила не оборачиваться в направлении, в котором показывала её мама. В этот момент ребята исчезли, затерявшись в толпе.

9

Цучимикадо закончил разговор.

— Теперь похоже, что Ориана и Лидвия не могут использовать «Апостольский Крест», который есть у них, когда им захочется.

— Ага. Они могли искать возможные положения для «обсерваторий». В соответствии с объяснением Орсолы, Лидвия могла искать места и интервалы активности этих обсерваторий.

Согласно предоставленному Орсолой Аквинской докладу, Лидвия искала любые возможные места для обсерваторий. Чтобы сделать это, нужно было побывать в разных местах, проверить их, объединить результаты и рассчитать местоположения. Другими словами, она могла и не бывать в «обсерватории» в Академгороде.

— Это значит, что в данный момент Лидвия и Ориана заняты тем, чтобы побывать там самим, чтобы вычислить незначительные ошибки в координатах… или что-то вроде этого.

— Похоже на то. Ориана всё время перемещалась, потому что не могла найти подходящее место для использования магии, или может быть, были какие-то другие причины. Как бы там ни было, оно здесь.

В указанном Орсолой месте, расположенном в Академгороде, помимо мест, которые проверила Ориана Томсон, осталось всего лишь одно, последнее место.

— Хотя добираться туда — неблизкий путь, похоже, что ситуация изменилась к лучшему. Будет здорово, если мы на самом деле добьёмся успеха.

Камидзё посмотрел на небо. Было 5:20 вечера, и голубое небо постепенно становилось оранжевым.

—Единственное место… Как давно мы видели Ориану в последний раз? Может быть, она могла уже проверить это место и двинулась к следующим?

— Не-а. Я уже проверил другие места… с точки зрения созвездий они не выглядят особенно подходящими. Даже несмотря на то, что они расположены снаружи, в двух местах обзор загораживают небоскрёбы, а ещё в трёх — кроны деревьев. Так что должно быть, это исключительно открытое место они используют как пункт своего назначения ня.

— Открытое место — эй! Так вот что ты отметил на карте!

— Верно. Более открытого места просто нет.

Цучимикадо сказал это, давая Камидзё карту, на которой маркером были сделаны пометки. Его ранения были серьёзными; его пальцы дрожали и области были отмечены не очень чётко.

23-й школьный район.

Это особый школьный район, который полностью специализируется на аэронавтике и астронавигации. Кроме международного аэропорта, в который прилетают и из которого улетают иностранные туристы, все остальные части карты были просто белым пятном. Это означало, что место не рекомендуется для посещения. Кроме гражданских самолётов, именно здесь разрабатывали военные истребители, защищавшие Академгород, и беспилотные вертолёты. Система безопасности во время Дайхасейсай должна быть на высоте. Место, которое Цучимикадо отметил на карте маркером, было как раз посреди белого пятна. Глядя на это, действительно можно было сказать, насколько оно отличалось от других улиц.

Увидев озадаченный вид Камидзё, Цучимикадо хихикнул.

— Это Институт авиационных технологий Иронхиде, подчинённая структура аэропорта… он специализируется на разработке коротких взлётно-посадочных полос в Академгороде ня. Для меня, знающего, что происходит внутри, это совершенно другое дело, но для Орианы, которая здесь впервые, должно быть, довольно сложно будет добраться до этого места ня.

— … Но ведь Ориана маг, верно? Она вообще не обратит внимания на системы безопасности, установленные Академгородом. Не думаю, что она такая особа, что заботится о том, чтобы не попасть на глаза камерам наблюдения.

— Тем не менее, все обсерватории, в которых побывала Ориана, находились в местах, где система безопасности была довольно слабой. Если побываешь там, то сразу же поймёшь, что она движется от наименее охраняемых мест к более охраняемым. Ориана и Лидвия похоже, больше остерегаются Академгорода, чем мы ожидали… если бы Ориана вообще не заботилась о безопасности, она не кралась бы в толпе. Ками-ян, подумай о последних битвах с этими магами. Неужели ты думаешь, что Шерри Кромвель вообще беспокоилась о действиях службы безопасности?

Раз уж он заговорил об этом, эти маги… похоже, они шли бы напролом, если бы могли так поступить.

Ориана и Лидвия намеревались использовать хрупкое равновесие между научными и магическими силами во время Дайхасейсай. Они не хотели использовать свои силы, чтобы коренным образом изменить сложившееся положение дел.

За пределами Академгорода множество разных магов ждут своего шанса. Для них невозможно бросить вызов магам и обороне Академгорода.

— Как бы то ни было, мы можем только надеяться, что служба безопасности сумеет как-то подставить ножку Ориане, и что мы сможем поспешить и организовать нашу контратаку. В сущности, они направляются к последней «обсерватории». Как только мы захватим их там, всё будет кончено.

— Что? Хотя по твоим словам это выходит просто, если мы встретимся там с Орианой, мы должно быть, потеряем столько же времени!

Как раз когда Камидзё говорил это, он заметил красноволосого священника, который выглядел довольно банально.

Как раз когда он обернулся с удивлённым выражением на лице, Магнус Стейл подбежал.

— Что ты делал всё это время ня. Не говори мне, что ты наткнулся на Ориану и Лидвию…

— Нет…

У Стейла похоже, испытывал трудности с ответом, так что Камидзё ответил за него.

— Ах, да, этого парня долго благодарила Комоэ-сенсей за то, что он кое-кого спас, сенсей капала ему на мозги, и его это беспокоило. Вот что должно быть случилось.

— Э?! Ты… ты тупой дилетант! Я сбежал от этой женщины как только закончил тот разговор. Даже если бы я использовал заклинание рассеивания посторонних, как только я вышел бы за пределы его действия, меня бы снова поймали. У меня ушло довольно много времени на то, чтобы выбраться.

Стейл разочарованно выплюнул укоротившуюся сигарету и расплющил её, наступив ногой. Цучимикадо наблюдал за Стейлом с холодным выражением лица.

— … Ня, это должно быть, болезнь Ками-яна. В настолько серьёзной ситуации, пока этот господин Цучимикадо истекает кровью, используя «матрицу всеохватывающей реальности», ты влип в такую ситуацию, словно из романтической комедии ня… и подумать только, что мишенью является не Индекс, а Комоэ-сенсей. Вы двое такие странные, вечно такие малодушные. Если ты мужик, ты должен просто сосредоточиться на одной и пройти весь путь!

— Хватит говорить об этой болезни Ками-яна. Такие слова человека, который без ума от собственной сестры, мне не кажутся искренними.

— Не может быть! Кто это влюбился в свою сестру? Я, Цучимикадо, НИКОГДА БЫ… БОЛЬНО!!! Мои раны начинают болеть, когда я кри… кричу…

Цучимикадо прижал руку к пояснице, продолжая дрожать.

Камидзё устало покачал головой.

— Давайте не будем о Майке, в данный момент нам надо сосредоточиться на том, что делать дальше. Безопасность в 23-м районе действительно строгая. Мы даже не знаем, как туда проникнуть.

— … Подожди… секундочку, Ками-ян. Дай-ка элитный специалист в оммёдзи Мотохару Цучимикадо уладит это дело… нам нужно просто воспользоваться той особой привилегией, которая есть у нас, но которой нет у Орианы.

— А? Что за привилегия?

Камидзё удивлённо воскликнул. Цучимикадо хихикнул, возясь с телефоном.

— Мм. Знаешь ли ты о генеральном суперинтенданте Академгорода ня?

10

Ориана Томсон была на последней станции, в 23-м школьном районе.

23-й школьный район отличался от других районов тем, что в нём была только одна станция. Станция, к которой сходились все дороги была огромной, по обширности и сложности её можно было сравнить с международным аэропортом.

Здесь было восемь обычных железнодорожных перронов, пять линий метро, две скоростные монорельсовые линии и ещё четыре полосы для автобусов на автобусном терминале, расположенном сразу за главным входом. Кроме этого, была специальная линия для доставки, и дорожка для VIP-персон, закрытая для обычных людей.

Стоя посреди этого, Ориана беззаботно оглядывалась по сторонам, и бормотала себе под нос.

Система безопасности изменилась.

На терминале было много охранников, скрывавшихся в толпе из множества людей, толкающих одной рукой большие багажные тележки. Однако их расположение изменилось. Точнее говоря, казалось, что они ослабили свою бдительность. Не то, чтобы они вдруг покинули станцию, но они переместились в места, где не было ничего важного. Если так, количество мёртвых зон для них должно было увеличиться.

Стоя на этой выполненной в белых тонах станции, в стенах и потолке которой было множество окон, чтобы пропустить как можно больше солнечного света, Ориана продолжала размышлять.

23-й школьный район это особая область Академгорода. Если не считать дороги, ведущей в международный аэропорт, вся остальная территория его закрыта для доступа. На самом деле, легко добраться до терминала, но сложно сделать следующий шаг. Поэтому она стояла на пути, соединяющем терминал с международным аэропортом, постоянно выжидая свой шанс…

«Шанс определённо здесь есть, но это немного слишком странно».

Она хотела связаться с Лидвией, но если она воспользуется здесь переговорным заклинанием, не обнаружат ли её те, кто следит за магами? Ориана подумала перед тем, как поднести карточку ко рту. Она предположила, что способность врага к выслеживанию не должна быть настолько сильной.

— Лидвия.

Она оторвала карточку и пробормотала.

— Сейчас вы должны быть духовно готовы к началу окончательной подготовки.

Ответ пришёл в виде слов на поверхности её сетчатки, прокручивавшихся сверху вниз, как на экране.

— … Но ведь время ещё не пришло?

— Эта сестрёнка хочет относиться к этому легко, но похоже, те ребята сделали свой ход. Опоздать на один такт в этот напряжённый момент было бы немножко слишком неприятно.

Краем глаза Ориана заметила охранников, которые меняли свои позиции.

— Охрана неестественно изменилась. Может быть, они обнаружили, что мы здесь. Здесь нет заклинания рассеивания посторонних или любых заклинаний, манипулирующих ощущениями. Это должно быть, приказы самого Академгорода.

— Ты хочешь сказать, что Академгород нарушил собственное равновесие, и планирует подавить нас одним махом?

— Напротив. Кажется, что они намеренно отступают, создавая благоприятную атмосферу. Охранники выглядят потерянными. Может быть, они не знают, почему им приходится изменять расположение.

— Если это приглашение от врага, отвечать нам незачем, верно? Как бы там ни было, прежде всего уходи со станции и в другой район.

— Нет…

Ориана посмотрела на огромные часы над платформой.

— Я осмотрелась, и самое подходящее место для его использования всё-таки здесь. Я буду ждать здесь… вероятно, тут я не втяну никого из обычных людей.

— Есть ли какой-то способ выиграть время, послав это?

— Эта проблема будет отличаться в зависимости от числа врагов. Но эта сестрёнка будет упорно трудиться даже если их будет много.

Ориана отвела взгляд от электронного табло и направилась к лестнице, поднимающейся от платформы.

Её шаги были широкими и быстрыми.

— Значит, да будет так.

— М-м. Тогда я буду наготове, Лидвия. В этот раз мы должны покорить Академгород. Как будто мы зарываем в землю невинную девочку, которая не знает, что происходит.

11

С грохочущим звуком поезд метро скользнул к платформе.

Мотохару Цучимикадо даже не взглянул на тормозившую глыбу металла.

Всё его внимание было сосредоточено на товарищах, Камидзё и Стейле.

— Я сказал большой шишке наверху немного изменить статус охраны 23-го школьного района. Несмотря на это, слишком неосмотрительно было бы «снять всю охрану с 23-го района», и этого скорее всего и не позволили бы. Мы можем двигаться только в «щелях», которые возникнут, когда охранники перемещаются из положения А в положение Б.

По словам Цучимикадо, высшее начальство похоже, приказало изменить расположение спутников и обработку снимков. В данный момент они проводят переключение, так что мониторинг с воздуха будет намного более небрежным.

Камидзё вспомнил другого человека, с которым говорил Цучимикадо.

Генеральный директор Академгорода.

«… Алистер?»

Поскольку это был разговор по телефону, Камидзё не слышал голоса того человека. Но для того, чтобы быть на более высоком пьедестале, чем Цучимикадо, который хорошо разбирался в науке и магии, можно себе представить, что тот человек был ещё более далекоидущим. Этого обычный старшеклассник Тома Камидзё не мог ни увидеть ни достичь.

— Если мы используем поверхностное появление созвездия в ночном небе, «Апостольский Крест» вероятно, не будет активирован сразу после захода солнца. Сейчас 5:25, и до терминала 23-го школьного района всего 10 минут ня. В результате мы до сих пор не знаем временных рамок, но похоже, это будет между 6 и 7 часами… когда мы прибудем на станцию, у нас останется примерно 25 минут.

— Цучимикадо. Ты только что сказал, что мы собираемся просочиться в щели в системе безопасности, которые возникнут при смене охраны. Мы задерживаемся на 10 минут. Ты думаешь, что смена позиций ещё будет продолжаться?

— Ками-ян. Изменения в охране затрагивают не одно строение. Невозможно закончить смену охраны за 10 минут. Это вроде школьного учения по эвакуации, чем больше людей, тем медленнее движение — это базовая логика ня. По крайней мере когда мы прокрадёмся в 23-й школьный район в 5:35, мы всё ещё сможем рассчитывать на дыры в охране.

Услышав это, Стейл кинул сигарету в пепельницу в зоне для курящих.

— Позволь уточнить, ты собираешься появиться перед Орианой в таком виде?

— Э? Я и правда хотел бы отдохнуть немного ня, но даже если охрана будет немного небрежной, она ведь не может совершенно отсутствовать. 23-й школьный район не так прост, чтобы вы вдвоём могли просто ворваться в него.

— Понятно.

Стейл ответил небрежно.

Этот вопрос был задан не для того, чтобы выяснить причины, а для того, чтобы убедиться в намерениях.

— С шести до семи, вот наши временные рамки, и в то же время словно серп, висящий над Орианой и Лидвией. Даже если они захотят отправиться в другие районы, время выйдет до того, как они туда доберутся. Разве они не должны использовать «Апостольский Крест» в 23-м районе?

Камидзё слушал их разговор и после этого сказал:

— Преследуемые или преследователи, теперь мы положим этому конец.

— Ориана и Лидвия должно быть, думают о том же самом. И несогласия у нас нет…

После этого постепенно тормозивший поезд, который мчался во всю мощь, наконец остановился.

Когда поезд прибыл, металлические двери раздвинулись в стороны, позволяя пассажирам выйти на платформу. Но Камидзё и компания не обращали внимания на толпу. Похоже, толпа избегала троицу, которая двигалась сквозь волну людей.

— Как только мы ступим в этот поезд, пути назад не будет. Сейчас у нас будет решительная кровавая битва с Орианой и Лидвией. Ты готов, Тома Камидзё?

Услышав голос Стейла, Камидзё промолчал.

Сегодня много всего случилось. Он нюхал кровь и чувствовал её вкус, пробовал на вкус песок, боролся с магом, которая бродила по улицам, попадал во вражеские ловушки, лично видел как перед ним кто-то падал, осознавал свою беспомощность перед ранеными людьми, сжимал зубы, пробиваясь вперёд, и прошёл весь путь до этого места.

— …М-м.

Проглотив всё это, Камидзё кивнул.

— Помни, я не хочу улаживать это, убивая других.

После этого Цучимикадо по-детски хихикнул, а губы Стейла слегка поднялись. Они выражали свои чувства улыбками.

Втроём они вошли в поезд.

Автоматические двери закрылись. Поезд медленно набирал ход, устремляясь в туннель.

Устремляясь к войне, которая их ожидала.

Между строк

Все члены семьи Орианы Томсон были христианами.

Каждое воскресенье, когда они направлялись в церковь, пожилой добрый священник обычно смотрел на эту маленькую девочку и в простой форме повторял одни и те же слова снова и снова.

Он говорил, что она должна быть полезным человеком.

Она всегда думала: что такое полезный человек?

Конечно, в обычных обстоятельствах Ориана была очень добрым человеком. Например, она подбирала пустые жестянки с тротуара, провожала заблудившихся людей, стоявших перед картой метро, упорно трудилась, чтобы доставлять в пункт назначения вещи, которые людям очень хотелось доставить.

Но…

Такие добрые поступки могли и не быть «полезными для людей».

Что, если Ориана подобрала пустую банку с тротуара, а у кого-то, кто хотел заработать немного денег и пристанище за то, что убирал в районе, возникали проблемы из-за того, что ему нечего было делать?

Что, если Ориана помогла бы кому-то благополучно вернуться домой, а этот человек в конце концов убил бы свою собственную семью?

Что, если вещь, которую человек хотел, чтобы Ориана доставила, была проклятым предметом?

Даже если бы она не хотела этого, даже если бы она действительно хотела быть полезной другим, это всё равно могло привести к трагедии. Этот мир наполнен множеством людей со множеством разных мыслей. Как в то время. когда Ориана помогала кому-то с испорченными ценностями, каждое её действие, предпринятое, чтобы помочь другим, могло в конце концов причинить вред кому-то ещё. Это могло в конце концов толкнуть бедные, беспомощные, беззащитные души, которые Ориана хотела защитить, в глубины ада.

Проблема была в том, что она не могла предсказать, не предадут ли её действия её собственные хорошие намерения. Если бы только она знала, что такие действия предадут её хорошие намерения, ей просто не нужно было бы их делать. С другой стороны как только она знала бы, что это действие приведёт к успеху, она решила бы предпринять его без колебаний.

Разумеется…

Ориана знала, что это просто упрямство. Эта логика напоминает игру в рулетку: даже если Ориана поставит на красное сто раз подряд, и даже когда это не связано с собственными мыслями Орианы, шарик всегда попадёт в разные лунки, и при различной удаче и условиях, определит, победила она или проиграла. Гарантирована ли победа, если она поставит на красное, или же она получит то же самое число после ста ставок, простого способа выиграть нет. Такова реальность.

Но…

Что, если в эту игру вовлечены людские жизни?

Даже если она должна победить…

На какую сторону ей следует поставить?

Есть ли кто-то, кто может просто определить результат?

Так же как её попросили помочь…

Её раненная душа слишком боялась протянуть руку. В конце концов, когда она не могла помочь, человек, просивший о помощи, действительно был ранен.

Поэтому ей нужен был эталон.

Она хотела использовать эталон для того, чтобы никого не подозревать.

Метод верного выигрыша в рулетку — было бы здорово, если бы был эталон. Из-за того, что у каждого есть своя позиция, споры приведут к трагедии. Подобно тому, как если зачерпнуть воду руками, вне зависимости от того, насколько упорно она старается, вода всё равно протечёт через щели между переплетёнными пальцами.

«Не имеет значения, даже если это император».

Ориана Томсон надеялась.

«Не имеет значения, король это или президент, или министры, неважно, какие титулы, неважно кто на троне, я буду сражаться за других. Наука или магия — без разницы…»

Размышляя, она стиснула зубы.

«… Я умоляю тебя, выбери правило. Пожалуйста, исполни моё желание, позволь мне иметь ясный эталон и сделай всех счастливыми. Мир, основанный на том наилучшем правиле, что не позволит никому оказаться вовлечённым в никакие разногласия, это может привести к трагедии».

Она думала об этом, но была не в состоянии сказать это.

Причина была проста.

Хотя она говорила, что хочет помочь людям…

В этот раз она в конце концов нанесла людям вред.