Том 8    
Глава 1: После женской школы — After School of Angels

Глава 1: После женской школы — After School of Angels

1

— Вот что только что случилось, Онэ-сама.

В средней школе Токивадай есть три ванных комнаты.

Одна из них — душевая, вспомогательная (?) для школы. Её называют «Купальня Henie» (?) и построена она исключительно для того, чтобы ученики могли привести себя в порядок. Душевую заполнял белый пар. Ширай сказала эту фразу, обливаясь довольно тёплой водой. Вода стекала по её нежной коже, смывая пузырьки мыльной пены с ее груди на живот.

— А, вода долетела даже то того места, где вы стояли? Стоит ли в самом деле поднимать такую суматоху из-за этой величины силы? Я изо всех сил старалась держать себя в руках. Если бы я использовала свою силу на полную, даже бассейна не хватило бы, чтобы сдержать её.

Микото сухо ответила из соседней кабинки. Эта душевая занимала площадь размером примерно с пять классных комнат, и в ней было около девяноста душевых головок. Все они были отделены друг от друга белыми разделительными перегородками и сдвижными дверями. Дверь была меньше по высоте, чем перегородки. Учитывая рост обычной ученицы средней школы, дверь могла прикрыть её только от бёдер до груди. Если девушка была слишком высокой, она не смогла бы соблюдать правила, и была вынуждена сгибаться, чтобы не выставлять себя напоказ.

— Кроме того, если бы я хотела «остановить», я бы попробовала уладить дело мирным путём. Это и не особо важное дело, и я знаю, какие способы атак выбирать в зависимости от того, кто мой противник. Единственный человек, на котором я могу попробовать мою полную силу — это тот идиот.

Ощущение покоя, выраженное в последней фразе, заставило брови Ширай задрожать. От мыльной пены, стекающей с живота на бёдра было щекотно. Ширай не могла не подумать:

«Снова этот идиот, ну вот снова Онэ-сама упоминает его…»

Одна из бровей Ширай продолжала кривиться в то время как она положила руку на верх сдвижной двери. Именно там она повесила ленточки для волос, которыми обычно подвязывала свои косички.

Ширай бросила одну ленточку на пол. Поскольку тёплая вода из душа стекала по мраморному полу, как только ленточка оказалась на полу, её понесло течением неглубокой воды, и она скользнула через щель в соседнюю кабинку.

— Аххх! Ну я и растяпа! Подумать только, я упустила ленточку, и её унесло на запретную территорию Онэ-сама!

— Перестань использовать это как предлог для того, чтобы телепортироваться сюда!

Ширай действительно думала воспользоваться телепортацией, но Микото только закричала и сильно стукнула по стенке. Другие девочки, которые были в душевой и болтали друг с другом, испуганные этим звуком, замолчали.

Из-за звуковой помехи телепортация Ширай не удалась. Когда она телепортируется, ей нужно определить три координаты при помощи теории одиннадцатимерного пространства, и использовать получившиеся значения чтобы пересчитать и переопределить их. Процесс исключительно сложный, и иногда может сорваться из-за внезапного беспокойства или удивления.

— Хо-хо, похоже, меры противодействия были хорошо продуманы и это доказывает, что мы с Онэ-сама мыслим в унисон. Хо… хо-хо-хо!

— Я не хочу играть с тобой в такие умственные игры… Забирай свою ленточку.

Влажная, но нежная рука Микото протянулась поверх перегородки; с её пальцев свисала мокрая ленточка для волос. Ширай поблагодарила Микото, забрала тонкую ленточку, и почувствовала, что от той идёт поток чуть тёплого воздуха.

Ширай ощутила своё тело сверху донизу, смыв остаток мыльной пены и выключила душ.

— Ах, да, Онэ-сама, у тебя есть какие-то планы после школы?

Ширай сказала это, обернувшись к перегородке между ними. Вода, которая стекала с её ключиц на грудь, капала на пол.

— Ага, у меня и в самом деле есть планы проспать целый год.

Микото небрежно ответила, и в то же время послышался лязгающий звук. Похоже, она рылась в своей сумочке для душа, разыскивая небольшую бутылочку шампуня.

— Если это не шутка, возможно, у меня был бы шанс, пока ты спишь…

— Хватит вздыхать и говорить об этом так серьёзно; у меня просто мурашки по коже от этого. Тебе что-то нужно от меня после школы?

С другой стороны перегородки донёсся шум воды, выжимаемой из мыльной мочалки и донёсся сладкий аромат шампуня. Похоже, после этого Микото включила воду посильнее, поскольку душевая головка издала ещё более громкий звук.

— Ну, на самом деле это не так уж срочно.

Ширай прислонилась к перегородке.

— Тем не менее… насчёт этого… я просто подумала, не сходить ли с Онэ-сама за покупками, поесть пирожных. В последнее время работы у Правосудия прибавилось, так что у меня не было времени погулять с Онэ-сама. Честно говоря, я немного устала. К тому же, разве Онэ-сама не говорила, что она хотела кое-что купить?

— Куроко…

Голос, доносившийся из-за перегородки, стал немного мягче.

— Да… давай! Сегодня Куроко не отступится так легко. Я знаю, что Онэ-сама заботится о Куроко несмотря на упрямство и ласкается в её руках, хо-хо… хе-ха-ха-ха-ха-ха…!

Куроко Ширай незаметно похотливо улыбнулась, и поскольку перегородка заслоняла её от ничего не подозревающей Микото, та лишь нежно сказала своей кохай:

— Ты всегда бежишь в кондитерскую, чтобы побаловать себя каждый раз после работы в Правосудии; неудивительно, что твой небольшой животик не исчезает, сколько бы ты ни сидела на диете.

Секунду спустя.

С похотливой улыбкой Куроко Ширай телепортировалась в кабинку Микото Мисаки.

Точнее говоря, точно на неё.

Как женщина, она знала, что проиграет, но она должна была дать противнику пинок, который мог отправить её в полёт.

2

«Школьный сад», состоящий из пяти школ — это город в миниатюре.

«Может быть, он похож на базу американского флота, расположенную в Японии?» — подумала Ширай. Конечно, такое сравнение могло показаться странным, но ведь и здесь был большой барьер, преграждавший доступ посторонним. Огороженная территория была разделена на различные участки вроде экспериментальных лабораторий или жилых кварталов. Тут были даже магазины, в которых продавались повседневные товары, кафе и магазины одежды.

Ширай и Микото прогуливались по этому «городу, в котором есть всё».

Хотя это место было огорожено от посторонних, тут всё же ходили автобусы, управляемые водителями-женщинами. Толпами бродили ученицы в школьных формах пяти разновидностей, и если посмотреть на них, все они были юными девушками, что делало это необъяснимым. Этот «Школьный сад», выложенный камнем, с белыми зданиями, выглядел как старинный городок где-то в Средиземноморье. Здания были построены в западном стиле, но крыши у них были плоскими, словно с них сорвали треугольные крыши — уникальный дизайн зданий, исключительно для местностей, где мало осадков. Хотя здания были современными, их пропитывал оттенок старины.

Тем не менее, по сравнению со сценой, которую можно было бы видеть на улицах западного города, в «Школьном саду» не хватало двух вещей:

Во-первых, церкви.

Во-вторых, памятников выдающимся людям.

Первое в объяснениях не нуждается. Что касается второго, то поскольку большинство памятников ставится великим религиозным деятелям или святым, здесь их и не было видно.

Улица в западном городе без одной из этих вещей выглядела бы странно, поскольку большинство городов на Западе разрастались от места или площади религиозного поклонения.

Здесь его заменяет школа.

Если взглянуть на это место с высоты птичьего полёта, можно было бы чётко всё рассмотреть. Многочисленные улицы расходились от пяти школ словно паутина. Эти пять паутин переплетались друг с другом, образуя при этом многочисленные перекрёстки.

Другими словами, дороги в «Школьном саду» довольно узкие. Таков результат сооружения слишком многих экспериментальных лабораторий на ограниченном пространстве. Поэтому передвигаться по нему приходится как по лабиринту.

И именно в этот момент…

Две девушки шли бок о бок по одной из этих чудесных улице после школы.

Куроко Ширай и Микото Мисака.

Как для кумиров всех девушек в Академгороде и принцесс средней школы Токивадай, волосы у этой парочки были довольно растрёпаны. Это, разумеется, было следствием крупномасштабного сражения.

Микото устало причёсывала волосы расчёской, зажатой в руке, и говорила:

— … Как бы там ни было, не слишком ли это — наносить удар в лицо в прыжке, ничего на себя не одев? Я увидела то, что не должна была отчётливо видеть; и это перепугало меня чуть ли не до смерти.

— Хо-хо-хо. Я ожидала этого, Онэ-сама. Сражаться лицом к лицу с сильнейшим повелителем электричества определённо было бы глупо, но в душевой, где повсюду вода, Онэ-сама не захотела бы, чтобы пострадали посторонние, и потому не стала бы использовать электричество. Единственным моим просчётом было то, что навыки Онэ-сама в боевых искусствах настолько ужасающи.

Ширай криво улыбнулась, словно признавала поражение. Такой вид не подобает ученице средней школы Токивадай, миссия которой «создавать таланты мирового уровня при помощи обучения».

Затем Ширай засмеялась и дёрнула свою измятую сумку. Похоже, она снова обрела свой боевой дух. Микото с усталым видом сказала Ширай:

— Если подумать, ты в самом деле собираешься сбросить вес?

— Почему Онэ-сама не придаёт диетам никакого значения и всё равно сохраняет такое совершенное тело? Не говори мне, что ты освоила способ использования электричества для сжигания жира в твоём теле?..

— Ничего подобного и перестань смотреть на меня таким яростным взглядом… Хватит! Разве я не сказала, что ничего подобного нет? Перестань трясти меня за плечи! Я понимаю твои чувства, но разве ученицам нашей школы не запрещено сидеть на диете?

Слишком сильное увлечение диетами может помешать школьницам нормально развиваться, и это касается и их эсперских способностей. Поэтому некоторые школы запрещают учащимся сидеть на диете.

Услышав это, Ширай перестала рыться в сумочке и вздохнула.

— Хотя способности важны, действительно ли нужно пожертвовать ради них девичьим счастьем? Я не хочу стать телепортирующейся повсюду особой, набитой жиром,.

— Однако, я слышала, что когда сидишь на диете, в первую очередь исчезает жир в груди. К тому же, если ты переусердствуешь с диетой, твоя кожа обезжирится, и станет сухой и шершавой. В конце концов и волосам твоим не хватит питательных веществ, и они будут легко выпадать.

— ААААА…!!! Я НЕ ХОЧУ СЛЫШАТЬ ТАКИЕ БАНАЛЬНЫЕ МЕДИЦИНСКИЕ СОВЕТЫ, КОТОРЫЕ МЕНЯ РАССТРАИВАЮТ!!!

Ширай заткнула уши и яростно затрясла головой.

Если бы это происходило в любом другом месте Академгорода, такое поведение выглядело бы странным. Но здесь, девушки, подслушавшие разговор этой парочки, испытывали такие же чувства, и не смотрели подозрительно. Одна девушка, которая только собралась положить в рот кусочек картошки-фри, напряжённо улыбнулась, и вернула кусочек обратно в упаковку.

Ширай подумала, что даже Микото наверное не стала бы говорить о вещах вроде лишнего веса или косметики в другой обстановке. Даже сохраняя неприступный вид, она бы всё равно не смогла бы не обращать внимания на то, что на неё смотрят парни. Однако находиться в «Школьном саду» это почти то же самое, что находиться в женской школе, так что здесь им можно говорить всё, что угодно.

Вдвоём они шли через эту искусственно созданную обстановку в западном стиле.

В «Школьном саду» нет больших магазинов вроде универмагов или супермаркетов. Для каждого товара, необходимого для занятий или школьной жизни, вроде спортивной формы или канцтоваров был собственный магазинчик. Поэтому улицы были заполнены маленькими магазинами, специализировавшимися на продаже отдельных товаров. Что касается немногочисленных больших зданий, они принадлежали исследовательским компаниям.

Словно тропа в лабиринте, повсюду были торговые улицы.

Ширай посмотрела на вывеску одного из магазинов, потянула Микото за руку и вошла в него.

Увидев, что было внутри магазина, Микото вздохнула и сказала:

— Так вот за чем ты сюда пришла?

— Ой, ну да; это же предметы первой необходимости, — небрежно ответила Ширай.

Это был магазин женского белья.

В маленьком, но загромождённом магазине, интерьер которого был в основном из дерева, царила атмосфера, похожая на атмосферу антикварного магазина или магазина подарков. Через окно внутрь проникал оранжевый свет заката, вместе с лампами создававший мягкое освещение. Было видно, что дизайнер хотел создать расслабляющую и мирную обстановку.

Однако здесь было выставлено женское бельё разных цветов, с различными кружевами и узорами. На самом деле оно не соответствовало спокойной атмосфере магазина. Возможно, этим старались добиться того, чтобы товары ещё сильнее бросались в глаза и производили на покупательниц более глубокое впечатление?

— Честно говоря, я думаю, что это место не подходит для того, чтобы тусоваться тут с друзьями. Если станет известно, какое бельё я предпочитаю, это будет не так уж и хорошо.

— При наших нынешних отношениях, не нужно об этом переживать. Онэ-сама любит розовое и детское бельё; я это тщательно проверила — Оу-оу-оу! Перестань тянуть меня за ухо, Онэ-сама!

— … Телепортация и в самом деле надоедливая способность. Скажи, Куроко, где ты прячешься каждый день, когда подглядываешь, как я переодеваюсь?

— Это… это не важно. Верно, Онэ-сама? Разве я не показываю своё бельё Онэ-сама каждый день?

— Я на него не по своему желанию смотрю! Кто просит тебя носить такие прозрачные шёлковые пижамы?! Я думаю, ты специально демонстрируешь его мне?!!

— А-а, Онэ-сама, я действительно думаю, что эта твоя любовь к розовым детским свободным пижамам нечто… Ай-оу-оу! Онэ-сама, ты хочешь быть королевой в этом году… ОУ-ОУ-ОУ!

Хотя Ширай тянули за ухо, она выглядела неподдельно счастливой.

Эта парочка продолжала устраивать суматоху, но это не привлекало внимания посетителей. Кроме них в магазине было три ученицы из других благородных школ, и старенькая хозяйка магазина и искусная кружевница, которая, казалось, долгие годы провела за прилавком, но похоже, никто не замечал, что девушки устраивают сцену. Хозяйка продолжала читать газету на английском языке. Здесь, в «Школьном саду», где учатся только девушки, такого рода перепалки были в порядке вещей.

— Ах, Онэ-сама, вот эта комбинация похоже, тебе подойдёт.

— Как ты можешь спокойно советовать мне, когда тебя тянут за ухо… Ва! Откуда у них вообще это прозрачное на 80% кружевное бельё?! Оно что, для смеха тут?

— Это же магазин белья, вполне нормально, если они продают такое высококлассное бельё.

— … Похоже, ты в этом деле эксперт.

— Я эксперт в том, чтобы заставлять Онэ-сама краснеть от смущения… оу-оу-оу! Ой, блин, похоже, я ещё больше возбудилась. Хо-хо… хо-хо-хо. В этот яркий день видеть, как Онэ-сама тянет часть моего тела — это особое наслаждение.

— Куроко, я собираюсь оторвать тебе ухо, если ты не перестанешь, ага?

Микото улыбалась, оттягивая ухо Ширай, но милый вид Микото, которая покраснела и отвернулась, когда увидела бельё, которое порекомендовала ей Ширай, не ускользнул от взгляда Ширай. Она увидела в профиль смущенное лицо Микото и улыбнулась счастливо как никогда.

Неожиданно Куроко увидела, что Микото выглядит потрясённо и серьёзным взглядом смотрит на нечто другое.

— Э?

Куроко подозрительно проследила взглядом, на что смотрит Микото.

Мир за окном, выходящим на улицу, был уже окутан закатом. Далеко в небе медленно проплывал дирижабль. С него свисал большой экран, и в данный момент на нём транслировались новости.

Отсюда можно было увидеть заголовки: американцы успешно запустили космический челнок. На экране прокручивались кадры шаттла, снятые с разных углов.

Микото совершенно забыла о белье, серьёзно глядя выпуск новостей. От этого Ширай, которая была рядом, заскучала.

— Много их в последнее время. Похоже, на прошлой неделе Франция, Россия и Испания запустили свои. В этом месяце Китай и Пакистан тоже готовятся к запуску. Наш учитель частенько упоминал об этом на лекции по второй экономике (?), говоря о плюсах и минусах развития аэрокосмической промышленности.

Ширай сказала это, дотронувшись пальцем до мочки уха Микото.

— УАА! Куроко! Что ты делаешь?!

Микото яростно повернулась к Ширай.

— Это… это верно, Академгород тоже запустил челнок на прошлой неделе. Если подумать, зачем ты выбрала такой бесполезный курс… перестань тыкать мне в ухо… ты… и перестань гладить меня!

Средняя школа Токивадай известна как элитное учебное заведение, и её философия состоит в том, чтобы «создавать таланты мирового уровня при помощи обучения». Поэтому учебная программа в ней отличается от обычных средних школ.

— В прошлом многоступенчатые ракеты и космические челноки требовали для запуска больших стартовых площадок, так что лишь немногие страны или организации имели достаточно денег и технологий для их использования… Я должна сдать доклад на этой неделе, так что я выяснила некоторые факты.

Ширай сказала это, небрежно выбрав чёрную кружевную комбинацию и сунув её Микото.

— Честно говоря, на самом деле мне кажется, что учить третью экономику (?) бесполезно, но раз уж ты сдаёшь доклад, я тебе кое-что скажу. Сейчас самой современной технологией является подвешивание ракеты под самолётом и запуск её прямо в полёте. С того момента как была разработана эта технология, число ограничений для ракет снизилось, так что подобные вещи не найдёшь в старых справочниках. Тебе следует иметь это в виду, когда собираешь информацию.

Выражение лица Микото не изменилось, когда она кинула чёрное кружевное бельё назад Ширай и вздохнула. Затем, похоже, она в самом деле заинтересовалась бледно-жёлтым бельём.

— О… Онэ-сама… не слишком ли оно детское?

Микото недовольно взглянула на Ширай, но та, по-видимому, не собиралась отступать. Кажется, Микото уловила какой-то сигнал, глядя на напряжённое выражение лица Ширай, и смогла лишь с недовольным видом повернуться к другому комплекту белья. Но Ширай и это бельё казалось всё ещё слишком детским.

— Эх… раз уж ты об этом заговорила, когда основная информация в справочнике редактируется, общую информацию становится сложно интерпретировать, это так напрягает. Но я не могу просто так отбросить старые справочники. Кроме того, некоторую информацию можно получить только из них.

— Разве умение судить о достоинствах и недостатках старой и новой информации не является частью того, чему мы должны научиться? Кроме того, если ты возьмёшь всё это сейчас, всё станет запутанным, когда развитие аэрокосмической отрасли усложнится, и это наверняка ошеломит тебя. С того момента как в игру включился частный сектор, вся отрасль кипит, не только ставятся новые рекорды, но и хронология регулярно обновл… УА! СЕКУНДОЧКУ, КУРОКО! А НЕ СЛИШКОМ ЛИ ЭТО…!

Ширай держала комплект белья, у которого были очень низкие защитные характеристики, настолько низкие, что Микото была ошеломлена.

— Мгх? Онэ-сама, ты что-то сказала?

— Э… ни… ничего, у каждого свои вкусы. Только постарайся не попасться учителям или коменданту общежития.

Микото старалась не смотреть на устрашающий комплект белья в руках Ширай, и постаралась выровнять дыхание.

— Тем… тем не менее, ситуация сейчас действительно напряжённая. Те организации, что изначально располагали стартовыми площадками, не хотели, чтобы пришли новички и смешали все карты, когда отрасль развивается. Однако организации с новой технологией хотели доказать миру, что она намного дешевле и безопаснее старых ракет и самолётов. Старая и новая технология, одна из них получит поддержку, а вторая уступит место. Вот почему все запускают ракеты в космос, чтобы доказать спонсорам их надёжность.

Хотя Микото изо всех сил старалась не смотреть на бельё в руках Ширай, она всё равно не смогла сопротивляться желанию подсмотреть. Она пробормотала: «Вместо того, чтобы носить такие вещи, могла бы и вообще ничего не носить».

— Хм? Почему Онэ-сама старается на меня не смотреть?

Ширай выбрала несколько комплектов белья, которые ей понравились, и сказала подозрительно:

— Академгород сам по себе не исключение, в нём есть и старые и новые технологии, так что это не такая уж проблема. И при том, что японское правительство является самым крупным спонсором, они должны чувствовать себя в порядке… эх…

Прежде чем Ширай договорила, она пощупала пальцами свои губы.

Похоже, губы потрескались. Увидев это, Микото сказала:

— Хочешь бальзам для губ? Из-за кондиционера воздух в магазине довольно сухой.

— Нет. Они потрескались ещё вчера.

В общем, средняя школа Токивадай запрещает ученицам пользоваться косметикой. И правила эти строгие — забудьте об ярких губных помадах или туши для ресниц, даже полезные вещи вроде бальзама для губ и крема для рук находятся под запретом.

Так что для них «лёгкий макияж, который едва можно заметить» стал традицией. Если не присмотреться поближе, никто и не заметит, что губы Микото и Ширай немного поблёскивают и испускают слабый аромат. Тем не менее, это тактика последнего средства, и всё же сейчас она стала небольшой модой, сформировавшейся в средней школе Токивадай. Все знали название этого смехотворно напыщенного метода макияжа: «дамские церемонии».

— Ладно…

Микото порылась в своей сумочке, и вытащила тюбик бальзама для губ со словами:

— Потом надо будет зайти в аптеку, чтобы купить ещё бальзама, так что, если не возражаешь, можешь пока этим попользоваться, ладно?

— ЧТО?!

Куроко Ширай изумлённо смотрела на то, как Микото небрежно достаёт обычный бальзам для губ.

Её глаза расширились, всё её тело задрожало.

«Ба… бальзам для губ! О.. Онэ-сама… Онэ-сама… Онэ-сама, тот самый бальзам, которым она смазывала свои драгоценные губы! Ха… хаааа… Куроко… хааа… Куроко этого больше не выдержит…!»

— Погоди… погоди секундочку, зачем ты выкручиваешь весь тюбик? Тайм-аут! Тайм-аут! КУРОКО, ЗАЧЕМ ТЫ ТАК ШИРОКО ОТКРЫВАЕШЬ РОТ?!! ТЫ ЧТО, СОБИРАЕШЬСЯ СЪЕСТЬ ЕГО ВЕСЬ??!!

— АА… слишком возбудилась, чуть не съела его…

— Догадываюсь, что у тебя на уме, но этот бальзам продаётся в наборе из трёх тюбиков, так что вот этим я ещё не пользовалась. Нормальные люди даже не подумают пользоваться бальзамом для губ, которым кто-то пользовался до них, верно?

— Э… ты им не пользовалась? Хех… какая жалость. А! Но я воспользуюсь им, и верну его Онэ-сама!...

— Не нужно мне его возвращать. Как бы там ни было, у меня их три, так что ничего страшного, если один я отдам тебе. СТОП… ПРЕКРАТИ! ПЕРЕСТАНЬ ТЫКАТЬ ЭТИМ БАЛЬЗАМОМ, КОТОРЫЙ ТЫ УЖЕ ИСПОЛЬЗОВАЛА, В МОИ ГУБЫ!

Словно Ширай и Микото жили в голливудском фильме, в котором хороший парень и плохой парень сошлись в схватке за пистолет. Неожиданно Микото замерла.

Ширай обнаружила, что Микото смотрит не на неё, а на что-то за её спиной.

Она обернулась, с удивлённым видом.

Подушечки для груди.

Они предназначены, чтобы девушки носили их под бельём, когда не уверены насчёт своей груди, уловка, предназначенная для того, чтобы защитить их гордость и достоинство. На самом деле, в «Школьном саду», где были только девушки — а значит, некого было соблазнять — такие вещи не были популярны, и могли только распространять вокруг себя ощущение печали из-за плохих продаж.

Ширай немного подумала и кое-что вспомнила.

Микото действительно только что, когда они шли по улице, говорила:

— Но я слышала, что когда сидишь на диете, в первую очередь сокращается жир в груди.

— Ха-ха, так значит, Онэ-сама переживает из-за этого? Выбирая между большой грудью и стройной фигурой, Онэ-сама предпочитает первое?

— Что…?

Лицо Микото немедленно напряглось.

— Нет, это неправильно… Онэ-сама не нужно слишком переживать из-за размера груди. Если это так, это означает, что это абстрактное желание, вроде того, что Онэ-сама хочет иметь зрелое тело взрослой женщины, чтобы к ней не относились как к ребёнку? А, Онэ-сама потеряла голову от страсти! Кто тот счастливый мужчина, сделавший Онэ-сама столь упорной? Должно быть, он старше, чем Онэ-сама, да? Если подумать, в последний день летних каникул разве не встречалась Онэ-сама кое с кем за пределами общежития? И разве тот человек не выглядел, как ученик средней школы?

Сделать такое провокационное заявление в такой критический момент…

Ширай уже приготовилась быть избитой, настолько, что даже подумала о том, что хочет сказать после того, как её побьют.

Однако…

Эспер пятого уровня Академгорода, известная всем как Туз Токивадая, Микото Мисака только покраснела, опустив голову так, что она не смогла сказать ни единого слова.

— А, э? О-онэ-сама?...

Ширай невольно побледнела.

Лицо некоего парня появилось в сознании Ширай с глубоким сожалением в сердце в то время, как она кусала носовой платок. Как раз когда Ширай была готова разорвать его в клочья, Микото наконец пришла в себя, и изобразила на лице незаинтересованное выражение, однако исподтишка поглядывала на подушечки для груди, бормоча: «Подумать только, некоторые люди используют такие штуковины». Хотя она пыталась выглядеть равнодушной, она практически признала свою вину.

— Так значит, выпускают подушечки для груди разных типов и текстур, да? Уа, это практически шарик, наполненный фруктовым соком.

Хотя Ширай была сильно задета этим огромным интересом Микото, она не могла притвориться, что не слышала её слов. Она могла только подавить своё чувство ревности, тихо вздохнуть, и сказать:

— Хм, я слышала, что при хирургических операциях по увеличению груди в неё просто вставляют пластиковый пакет, наполненный гелем. Может быть, это придаёт больше упругости.

— Упруго…? Хо… но ведь размер может быть разным.

— Это потому что все люди разные. Ах, вырастут ли милые груди Онэ-сама до такого размера, когда она станет взрослой?

— Перестань тыкать пальцем! Тут и другие посетители есть!

Микото яростно отвела вниз пальцы Ширай, но её глаза оставались прикованы к тому товару, на который показывала Ширай. Как наблюдатель, Ширай невольно вздохнула. Если вообще возможно упаковать такую большую подушку в лифчик, будет неудивительно, что это будет выставлено напоказ.

На мгновение Микото похоже, забыла кое о чем, продолжая смотреть перед собой на подушечки для груди. Через некоторое время она пришла в себя, наклонила голову и сказала:

— Но даже если бы я носила такие штуки, разве это не обнаружилось бы, когда я сняла бы одежду?

— …! О-Онэ-сама! Не… не говори мне, что ты уже подумала обо всём?!

— А? Э? Нет… это не то, Куроко! Я говорю о физкультуре. Когда я переодеваюсь!!!

Микото яростно отрицала это, но Ширай с таким выражением лица, словно её поразило громом, как в манге, как будто приросла к земле.

3

Академгород был окутан закатом.

У зданий «Школьного сада» были белые стены, и обстановка должна была изменяться в соответствии с цветом неба. Скоро должен был прибыть последний автобус, и девушки из пяти разных школ, каждая в особой форме, направлялись к его остановке. Как и Ширай с Микото, они жили в общежитиях за пределами «Школьного сада».

Хотя школа никогда не приказывала ученицам ездить на автобусе, эти девушки были настолько изнежены, что действительно боялись Академгорода, от которого были изолированы. Среди них были и такие, кто никогда не бывал нигде помимо общежития, автобуса и «Школьного сада».

Ширай и Микото неторопливо брели среди этой шумной толпы собирающихся домой девушек.

Однако они шли так не по доброй воле, а потому что не могли ускорить свои шаги. Высохшие и смятые сумки свисали с их плеч, безжизненно раскачиваясь.

— Ты… сколько раз мне тебе говорить… Я говорила о переодевании перед физкультурой и после неё… это… это ничего общего не имеет с… с тем, кто мне нравится… вообще ничего…

— Я… я должна подчерк… раздеваться перед мужчиной… немного слишком рано…

— РРРРР…! КАК ЖЕ ТЯЖЕЛО РАЗГОВАРИВАТЬ С НЕКОТОРЫМИ ЛЮДЬМИ, КОТОРЫМ НРАВИТСЯ ПОКУПАТЬ ТОНКОЕ И ОТКРОВЕННОЕ БЕЛЬЁ!!!

— ТОНКОЕ… ОТКРОВЕННОЕ?! О-ОНЭ-САМА ПЫТАЕТСЯ ВЫГЛЯДЕТЬ МИЛОЙ, НАДЕВАЯ ТАКОЕ ДЕТСКОЕ БЕЛЬЁ! КАК ЕЁ ПОДРУГА, Я НЕ МОГУ С ЭТИМ СОГЛАСИТЬЯ!!!

— ЧТО ТЫ СКАЗАЛА?

— ЧТО?

Микото и Ширай продолжали препираться, но после такой долгой ссоры они совершенно выбились из сил. Наконец, обе они вздохнули и успокоились.

Они не собирались ехать назад автобусом, так что их не заботило, во сколько будет последний рейс. Краем глаза Ширай увидела как магазин закрывается поскольку ученицы направлялись по домам, и сказала:

— Ах, да, Онэ-сама, мы можем докопаться до правды позже, но куда мы пойдём сейчас? Мы слишком много времени потратили на спор. Я планировала, что после покупок мы куда-нибудь пойдём и перекусим.

— Точно, мы можем уладить это недоразумение позже. Но разве сегодня уже не слишком поздно? Особенно учитывая, что магазины в «Школьном саду» закрываются очень рано.

— Эх, но если мы выйдем из «Школьного сада», там будет ещё много открытых магазинов. Может быть, нам пойти и заказать десертный набор из «Зала чёрного мёда» (?)…

— А-а-а, Куроко, как всегда ты не можешь устоять перед искушением. Не удивительно, что некоторые части твоего тела настолько… эх!

Подсмеиваясь над Ширай, Микото вдруг ощутила ужасающую убийственную ауру.

Ширай, которая шла рядом, опустила голову, чтобы скрыть выражение лица, и что-то бормотала.

— Куро… Куроко… Я собиралась добавить: «Но ты можешь есть больше при условии, что будешь достаточно тренироваться»…

— Онэ-сама, а тебе и правда нравится говорить такие слова, разбивающие сердце юной девушки. Я могу дойти до того, что телепортирую твою одежду у всех на виду, а?

Ширай чувствовала себя неловко, говоря это. Её эсперские способности были практически худшим врагом всех девушек. Как только её рука коснётся чего-то, неважно, юбка это будет или бельё, она сможет телепортировать это прочь. Другими словами, останется ли Микото раздетой полностью или наполовину, будет зависеть только от неё.

Оказавшись лицом к лицу с этой нависшей угрозой, Микото не могла не задрожать от страха. К счастью, раздался телефонный звонок, разрядивший эту напряжённую ситуацию.

По звуку Микото определила, что звонит не её телефон.

— Куроко… почему тебе вечно нравятся такие навороченные многофунуциональные и совершенно непрактичные телефоны? Какой смысл в увеличении числа рингтонов?

— Хе-хе-хе, и не только это. У этого телефона много недостатков — он маленький, его легко потерять, кнопки трудно нажимать, экран мутный.

Ширай тихо засмеялась, вытягивая телефон.

Дизайн её телефона был совершенно особым — это был похожий на тюбик помады цилиндр пять сантиметров в длину и сантиметр в диаметре. Нажав верхнюю кнопку, она приняла звонок, и вытащила сбоку телефона прозрачный, похожий на бумагу лист. Это и был «корпус» телефона.

— Выглядит как в научной фантастике, но им так трудно пользоваться. Действительно обманчивый вид.

— Не нужно переживать за меня, Онэ-сама, я люблю вслепую покупать последние новинки технологии. Хочу как-нибудь прокатиться в поезде в прозрачной трубе (?)… а, извини.

Ширай повернулась к Куроко спиной, посмотрела на экран, и поднесла телефон к уху.

Звонивший был в адресной книге её телефона.

На экране был офис связи сил правопорядка Академгорода, «Правосудия».

«Правосудие» напоминает полицию; оно ответственно за разбирательство с делами, связанными с неправильным использованием эсперских способностей. Ширай была одним из членов «Правосудия».

— Ширай слушает. Наконец-то я выбралась за покупками с Онэ-сама, и обстановка довольно приятная. У тебя что-то действительно важное, что ты побеспокоила меня?

— УА! Тогда я сохранила девственность Мисаки-сан? Какое облегчение.

Собеседница тоже была из «Правосудия». У неё был такой сладкий голос, словно рот её был набит конфетами, но услышав это, Ширай в самом деле захотелось прервать разговор.

— Ширай-сан, тут сейчас происходит кое-что, с чем я как новичок не могу справиться, так что если Вы свободны, я бы хотела спросить Вашего совета как старшей.

— Только если я свободна?

— Да.

— Знаешь ли ты, что моё желание провести время с Онэ-сама наконец-то исполнилось?

— Да, это так здорово совпало, что я сама поражена. Похоже, Небеса хотят, чтобы я издала победный крик. Уа-ха-ха-ха!

Ширай сжала телефон, и осторожно постучала микрофоном по стене ближайшего магазина.

— УГУАА! Ушам… ушам больно! Что это за странный звук…

— Если ты скажешь что-то беспокоящее, я дам тебе послушать звук гвоздя, царапающего по стеклу, ладно?

— Ла-ладно, как бы там ни было, пожалуйста прибудьте в 177-й участок в течение 30 минут. Ситуация ухудшается.

Её собеседница положила трубку.

— Хззз…

Куроко Ширай, с виноватым видом держа в руке телефон, сказала Микото Мисаке.

— Прости, Онэ-сама, не знаю даже, как извиниться перед тобой. Это «Правосудие» взвалило на меня работу, совершенно не понимая ситуации…

— Без проблем, без проблем. Я отпускаю тебя с широкой улыбкой.

— … Ты даже не скажешь ни единого слова утешения. Мне просто плакать хочется… ну ладно, тогда я пошла. Береги себя, Онэ-сама.

Ширай повернулась и направилась к автобусной остановке. Чтобы выиграть время, она решила поехать последним автобусом.

Однако на полдороге Микото неожиданно сказала:

— Куроко, я знаю, что твоя работа от тебя не зависит, но советую тебе прийти домой пораньше. Сегодня может пойти дождь.

— А, я забыла посмотреть прогноз погоды, не знала об этом. Спасибо, что напомнила, Онэ-сама. Увидимся позже, в общежитии.

Ширай повернулась к Микото и поклонилась ей, потом развернулась и побежала к автобусной остановке. Шаги Микото за её спиной становились всё тише и тише, и наконец их стало совсем не слышно.

Ширай немного беспокоилась из-за погоды, поэтому она посмотрела вверх, на вечернее небо. Никаких признаков скорого дождя не было.

«Э?...»

Неожиданно Ширай почувствовала, что слова, сказанные Микото, звучат как-то странно.

Вечером может пойти дождь.

Может быть, звучит нормально, но это же Академгород. У него есть три спутника, и один из них — «Дерево диаграмм» — идеальный симулятор. Другими словами, жители Академгорода вообще не должны использовать слово «может быть» для описания погоды.

«Если это так, Онэ-сама…»

Хотя слова Микото беспокоили Ширай, она решила разобраться с той работой, которая ей предстояла. Последний автобус должен был отойти через десять минут. Ширай крепко сжимала свою высохшую, мятую сумку, и бежала к цели, которую она не видела. Незаметно для неё, незначительное сомнение, зародившееся в её сердце, полностью исчезло.

Между строк

Седьмой район Академгорода.

В углу Седьмого района находится ученическое общежитие, в котором проживает Тома Камидзё. Хотя оно относится к тому же школьному району, что и «Школьный сад», оно совершенно обычное и не выделяющееся.

Разумеется, это мужское общежитие, но одна из комнат является исключением. В ней находится бездельничающая девочка лет 14-15, с серебристыми волосами и изумрудно-зелеными глазами, одетая в белое монашеское платье.

Бездельничающая девочка, Индекс, как раз устроилась перед телевизором.

По телевизору передавали прогноз погоды, и фоном служила большая карта Японии. Одетая в деловой костюм нэ-тян улыбалась, рассказывая о влажности. Раньше сообщали об уровне ультрафиолета, а сейчас ввели эту новинку. По таким мелочам обычный старшеклассник Тома Камидзё чувствовал смену времён года (хотя по прежнему было жарко).

— Тома, Тома. Они просто рисуют круги на карте Японии, откуда им знать, какой будет завтрашняя погода?

Индекс спросила, не поворачивая головы. Разочарованный голос Камидзё донёсся от кухонного стола. Сегодня на ужин были хорошо прожаренные куриные котлеты, и он как раз собирался кинуть маринованную курятину в котелок.

— Индекс, сядь подальше от телевизора, когда смотришь его. Кроме того, эти круги называются изобарами. Зная, как растёт или падает атмосферное давление, ты можешь предположить, будут ли дождевые облака. Однако дождь может идти, когда облака наткнутся на горы, так что не всегда можно судить об этом по давлению воздуха.

— Уааа… э? Подожди… использовать ландшафт, чтобы предсказывать изменения погоды… а! Так значит, в Академгороде научились использовать искусственные методы измерения фэншуя?

— Похоже, от этого ты слишком возбуждаешься, так что я не буду обуздывать твой энтузиазм. Я дам съесть это коту.

При помощи пары металлических палочек Камидзё вытащил кусочек хорошо прожаренной курятины из котелка, и положил его на тарелку, которую поставил на пол. Трёхцветный кот, который лежал, свернувшись, рядом с Индекс, немедленно отреагировал, и со скоростью стрелы рванулся к тарелке. Он осторожно принюхался к курятине прежде, чем покатать её по полу, словно хотел сказать: «Горячо! Но я должен это съесть! Правда, горячо!». Камидзё тем временем взял другую тарелку, налил в неё воды, и поставил на пол. Этот трёхцветный кот похоже, не был настоящим бродячим котом, а может быть, он уже жил в доме раньше, поскольку его не пугало даже шипение котелка.

Увидев это, сидевшая у телевизора Индекс немедленно подскочила.

— Так… так подло! Тома сердится каждый раз, когда я ем тайком от него! Почему Тома добрый только к Сфинксу?

— А? Не то, что бы я не давал тебе есть. Это просто потому что ты всегда съедаешь всё подряд тайком… ПЕРЕСТАНЬ, ПЕРЕСТАНЬ!!! Этот кусок ещё сырой, он только замаринован!!!

Камидзё умело воспользовался металлическими палочками, чтобы преградить путь прожорливой девочке, атакующей в полную силу, и защитил сегодняшний ужин. Во время этого переполоха два кусочка металла обгорели дочерна.

По-настоящему голодная Индекс не могла есть мясо, так что в конце концов она укусила Камидзё в затылок. Неожиданно она наклонила голову и спросила, словно невинное дитя.

— Однако, Тома, почему нэ-тян из прогноза погоды часто ошибается? Разве глупость выглядит выгодным делом?

— Чтобы кто-то вроде тебя сказал подобное, эта нэ-тян из прогноза погоды должна быть по-настоящему жалкой… ОУ-ОУ-ОУ!

Крик парня сопровождался звуком укуса острых зубов.

— По… поскольку прогноз погоды точен не на 100 процентов! Раньше он был таким, но похоже, что вычислительное устройство сломалось.

В голове Индекс должно быть, роилось много сомнений, но Камидзё не собирался вдаваться в дальнейшие разъяснения.

«Дерево диаграмм».

Один из трёх спутников, находившихся в распоряжении Академгорода, суперкомпьютер, который мог точно предсказать движение каждой молекулы воздуха. Однако, его больше нет.

Камидзё уставился в экран.

Прогноз погоды, который потерял свой идеальный инструмент, закончился, и теперь передавали сообщение о состоянии дорожного движения в Академгороде.