Том 9    
Пролог: Стадия подготовки вид от третьего лица — Parent's View Point

Пролог: Стадия подготовки вид от третьего лица — Parent's View Point

Дайхасейсай.

Это семидневное мероприятие, которое проходит в Академгороде с 19 по 25 сентября; в сущности оно представляет собой грандиозное спортивное соревнование. На него собираются все школы города, и в этом месте, расположенном на западе Токио, где исследуются экстрасенсорные способности, и где 80% от общего населения в 2,3 миллиона человек составляют ученики, к подобному событию нельзя относиться несерьёзно.

Сегодня девятнадцатое сентября, первый день праздника.

Хотя было раннее утро буднего дня, город уже заполнили семьи участников праздника. Если бы совет директоров, планируя, как справиться с наплывом посетителей, не запретил передвижение на автомобилях, пробки в городе тянулись бы на десятки километров. Поскольку в таком случае быстрее было бы просто идти пешком, они временно увеличили число поездов электричек и метро, а также подготовили беспилотные автобусы-челноки по всему городу. Удивительно, что при таком столпотворении просто не хватало водителей, чтобы поспеть повсюду.

Хотя куда ни глянь, вид был как на платформе станции метро в час пик, это было лишь доказательством претензий Дайхасейсай на место одного из важнейших событий.

Поскольку доступ в Академгород открывается для публики всего несколько раз в год, это было необычное время, особенно если учесть, что участники соревнований будут использовать экстрасенсорные способности, которые обычные люди видели только в фильмах. Хотя здешние соревнования должны были быть такими же, как и на других спортивных праздниках, для тех людей, что могли сказать о себе: «Ну, я такое видел по телевизору, но вживую — никогда», возможность непосредственно ощутить таинственные силы, известные как экстрасенсорные способности, казалась как раз той захватывающей и завораживающей вещью, которой они могли бы гордиться.

Ну, предположительно.

Мужчина и женщина шли вдвоём по этому футуристическому городу.

— Ох, ну и ну. Сколько вижу его, а всё равно он поражает, этот Академгород. Напоминает тот огромный мир, который я рисовал цветными карандашами в детстве. Если бы только тут были поезда, бегущие по туннелям и летающие скейтборды, он был бы идеален.

Тем, кто говорил это, был Тойя Камидзё, отец одного парня. Он был одет в однотонные свободные брюки и офисную рубашку с рукавами, закатанными до плеч. Его неудобный галстук, похоже, чей-то подарок, был распущен, а рабочие туфли топали с немилосердным шумом.

В противоположность Тойе…

— Ну и ну! Не думаю, что это место хотя бы отдалённо напоминает то, как я себе представляла будущее. Никаких галактических боевых кораблей, войн против союзов или империй гуманоидов, или красных и синих лазерных лучей, летящих сквозь пространство со звуками «пиу-пиу», хотя там вроде бы и должен быть вакуум, верно? А ещё я хочу увидеть эти мечи, которые светятся как лампы…

Той, кто ответила, была Шиина Камидзё, мать одного парня. Она выглядела вдвое моложе, чем Тойя и даже одежда у них совершенно не сочеталась. Она была одета в платье из шёлка или какой-то другой тонкой ткани, которое выглядело исключительно гладким и доходило ей до лодыжек. Поверх него был накинут кардиган. В руках она держала за ручку корзину, в которой, вероятно, были их бенто. На голове у неё была широкополая шляпа и казалось, женщина излучает исключительную ауру высшего класса.

Они были скорее похожи не на мужа и жену, а на молодую дочь аристократа и её шофёра. Они шли на арену соревнований, где их сын должен был участвовать в церемонии открытия.

— Думаю, ты говоришь не о ближайшем будущем, а об очень далёком будущем. Хотя, если тебе нужно что-то вроде светового меча, наверное, в этом городе его можно найти… Ну ладно, хватит этой пустой болтовни. Разве ты не согласна? Такое хорошее настроение. Давай не будем портить его разговорами о руинах и разрушениях, хм?

В небе вспыхнули фейерверки, оставлявшие за собой белый дым. Повсюду сновали вертолёты, по-видимому, от новостных агентств. Поскольку во время Дайхасейсай доступ в город был в общем открыт, были разрешены даже телевизионные трансляции. Для комментаторов устроили места, и в разных частях города появились временные телестудии. Потенциальные рейтинги были на уровне трансляций Чемпионата мира, так что телевизионщики вероятно, просто обезумели, подумал Тойя как бизнесмен.

В этот момент кто-то пересек их путь.

Верхом на автоматическом патрульном боте, похожем на барабан, сидела девочка в форме горничной. Похожая на продавщицу-разносчицу на бейсбольном стадионе, она держала перед собой поднос, поддерживаемый перекинутым через шею шнурком.

— Эй, бенто от горничных, не хотите знаменитый бенто, приготовленный горничной Академгорода? Кто-нибудь хочет бенто из Института домашнего хозяйства Рёран, ну, на самом деле приготовленное ученицей горничной?

Пока пара ошеломлённо смотрела на странную рекламу товара, патрульный бот, на котором сидела горничная, тихо отъехал. Более того, хотя она и называла это бенто от горничных, оно скорее напоминало бенто в стиле тосикадзу.

Со словами «Подумать только!», Шиина схватилась за лицо.

— … И правда в Академгороде куча разных школ, да?

Продолжая движение, Тойя одновременно смотрел на горничную (ученицу если быть точным), исчезавшую из вида.

— Ну, в конце концов тут на одной территории собраны разные учреждения со всего мира. Полагаю, у них должны быть и вещи типа изучения домашнего хозяйства разных народов. Но этот город действительно нечто, если у них горничные ходят по улицам словно ниче… Ай, ух!

Отвлекшись, Тойя с кем-то столкнулся.

— Кяя! Ох, простите, что налетела на вас .

Извинявшаяся женщина выглядела как студентка колледжа. На ней была блёклая серая деловая рубашка и длинные чёрные свободные брюки.

Они были простого покроя, но с одного взгляда можно было понять, что это брендовая вещь которая не смотрелась бы неуместно даже на президенте компании на деловой встрече. Однако, по контрасту с одеждой, не то, чтобы женщина излучала особо суровую ауру, но каким-то образом она производила впечатление хулиганки, которую заставили прилично одеться для особого случая. Она была полной противоположностью Тойи, который постоянно носил деловую одежду и в рабочие и в будние дни.

Женщина, с которой столкнулся Тойя, дружелюбно улыбнулась.

— Ох. Похоже, я заблудилась. М-м-м, извините, вы не знаете, как отсюда добраться до средней школы Токивадай?

— Хм… Э, подождите минутку, пожалуйста.

Порывшись, Тойя вытащил брошюру. Академгород был огромен и разных школ в нём тоже было немало, поэтому брошюра была толщиной с путеводитель по какой-то зарубежной стране. Безуспешно попытавшись сразу найти школу на карте, Тойя открыл индекс в конце книги.

— Токи, токи… Не вижу. Похоже, в списке нет средней школы Токивадай. Может быть, они именно это имели в виду во введении, когда говорили, что официальный путеводитель не в состоянии охватить всё?

— Ой! Правда? Тогда, где же эта Микото может быть?! И это после того, как я сказала ей, что пропущу занятия в университете чтобы приехать сюда!

Микото, это что, имя её младшей сестры? Тойя раздумывал об этом, листая путеводитель, как вдруг она придвинулась поближе. Коснувшись Тойи плечом, женщина смотрела на страницу, которую он открыл.

— То, то, то, токи, токи, токи — Ой! Её и правда здесь нет! Что же мне делать?!!

По-видимому, они не договорились о месте встречи (поскольку вот-вот должна была начаться церемония открытия, сотовый её сестры, вероятно, был отключен). Женщина застонала от отчаяния. Её беззащитные щёчки казалось, вот-вот коснутся небритой физиономии Тойи. Её мягкие волосы нежно щекотали его ухо. Сладкий запах распространялся от этих мягких прядей.

Тойя быстро отвернулся, как вдруг:

— Подумать только, Тойя-сан. Опять?

— М-мамочка? Ч-что ты имеешь в виду под «опять»?

В то время как Тойя невольно ответил, Шиина поднесла руку к щеке и издала печальный вздох, который шёл из самых глубин её души. Даже так он чувствовал как внутри неё расползается тьма.

— Фу, Тойя-сан. Подружился со случайно столкнувшейся с тобой женщиной, затем создал такое хорошее настроение при помощи скромных слов и действий. Который это уже раз? Думаю, я со счёта сбилась. Подумать только, дорогой. Ты так меня рассердил, может быть, ты мазохист, Тойя-сан?

В то время как лицо Шиины стало напоминать напряжённостью портреты на обороте 1000 или 5000-иеновых банкнот, женщина стоявшая рядом с Тойей, всё ещё держала его за руку, совершенно не замечая, что творится с Шииной, и продолжала говорить:

— Послушайте, вы не знаете, где палатка оргкомитета? Не знаете?

Что касается Тойи…

«Мамочка меня пугает! Н-но, но небольшие приступы ревности мамочки тоже в своём роде милые, так что же мне делать?» — раздумывал он, не зная, разрядить ли ситуацию или наслаждаться ею.

— Подумать только. Разве это не Тома-сан?

Увидев, что внимание Шиины было отвлечено, Тойя тихонько расслабился. «Я спасён. Но, интересно, почему я немного разочарован?» — думал он, прослеживая, куда смотрит Шиина. Женщина рядом с ним продолжала держать его за руку, глядя в брошюру.

Перед ними была толпа. Большую её часть составляли, разумеется, ученики в спортивной форме. Хотя их одежду можно было в общем назвать спортивной формой, у каждой школы она была своя; но у всех на головах были красные или белые повязки.

В толпе они различили своего ребёнка, на лице которого было раздражённое, мрачное выражение. Поскольку он участвовал в Дайхасейсай, разумеется, он был одет в спортивную форму — футболку и шорты. Рядом с ним была девушка в спортивных шортах и форме, подходящей для лёгкой атлетики. Взглянув поверх раскрытой брошюры, женщина указала на девушку с каштановыми волосами до плеч: «А! Это же моя Микото. Как я рада. В университете была такая суета, и мы не договорились о месте встречи и тому подобном», — начала она объяснять.

Было похоже, что из-за столпотворения дети на другой стороне улицы не заметили своих родителей.

Однако они так громко говорили друг с другом, что по крайней мере их слова отчетливо донеслись до родителей.

— Эй, скажи мне, ты за кого — за белых или за красных?

— Что? А, я за красных. Э, ты что, тоже за красных?

— Д-да.

— Ну ладно тогда давай вместе постараемся выложиться на полную.

— Ну, эммм, если есть соревнование, где все красные участвуют вместе…

— Именно! Правда в том, что я в белой команде!

— … ?!

— Взгляни только на мою белую повязку! Она означает нашу решимость не оставить ни одного из вас стоящим на ногах!! Как бы там ни было, мы не смогли бы объединить наши усилия. Подумай о разнице между ученицей средней школы и учеником старшей школы! Мы собираемся выиграть все очки, так что готовься!!

— С чего бы это! Хм, смотришь свысока только потому что мы младше. Мы вынесем вашу белую команду слабаков!!

— Ну да, помечтай! Вообще, если я тебе в чём-то проиграю, почему бы нам не устроить штрафную игру! Выслушаю любые твои предложения!

— Т-ты сам это сказал. Замётано… Всё, что угодно, да? Отлично.

— Ну и хорошо, маленькая мисс Токивадай! Хоть тебе и никогда не победить меня, наверняка ты размечталась! Ну и наоборот, если ты проиграешь, мы тоже устроим штрафную игру.

— Ч-что? Т-тогда, другими словами, это означает в-всё, что ты скажешь…

— Хм? Похоже, ты дрожишь, Мисака-са-а-н. И это вся твоя уверенность в себе, которая у тебя осталась после того как ты только что тут распалялась, мм?

— Хорошо. Так и сделаем. Только потом не плачь!

— Ну да, ну да. На этом праздник неудачников начинается!

— Что ты сказал? — послышался звук электрического разряда. Пока эти двое орали, их родственники, словно поражённые громом, неодобрительно смотрели на своих детей. Похоже, между их идеальными представлениями о своём ребенке была некоторая разница.

Шиина Камидзё прикрыла лицо руками.

— Подумать только… Так разумно говорить, и выдвигать такие безрассудные требования к такой юной девочке, да в кого же это он пошёл, интересно? Ах, дорогой, если подумать, это напомнило мне мою молодость.

Тойя Камидзё выглядел шокированным.

— К-какого… Говоря, что годится всё, что угодно в штрафной игре с ученицей средней школы, что ты собираешься с ней сделать, Тома!!

Что касается женщины рядом с ним, «Это из-за их влияния? Ну, придётся мне поговорить с Микото об этом позже. Такая юная и наивная…» — вот что она думала, вздыхая и прижимая руку ко лбу.

Вот так начался семидневный всеобщий спортивный праздник Академгорода, известный как Дайхасейсай.