Печатное    
Глава 19. Драконий Фотоаппарат
Афоризм Глава 1. Жрица из Генсокё и Очарование Пятнадцати Томов (часть 1) Глава 2. Жрица из Генсокё и Очарование Пятнадцати Томов (часть 2) Глава 3. Иллюзорная птица Глава 4. Изысканное и Совершенное Чаепитие (часть 1) Глава 5. Изысканное и Совершенное Чаепитие (часть 2) Глава 6. Печь Моросящего Дождя (часть 1) Глава 7. Печь Моросящего Дождя (часть 2) Глава 8. Дом Летних Ливней (часть 1) Глава 9. Дом Летних Ливней (часть 2) Глава 10. Паучьи Лилии из Муэнзуки Глава 11. Ультрафиолетовый Свет Глава 12. Инструмент Богов Глава 13. Призрачный Свет, Снег на Окне Глава 14. Бесцветная Сакура Глава 15. Камень Без Имени Глава 16. Неработающий шикигами Глава 17. Цена Бумаги в Лояне Глава 18. Луна и Каппа Глава 19. Драконий Фотоаппарат Глава 20. Чудесные Цикады Глава 21. Божественное Саке Глава 22. Увиденная Ёкаем Вселенная Глава 23. Заразный Бог Глава 24. Очаровательный Месяц Глава 25. Храмовые Благословения Глава 26. Ночь Бесчисленных Туч Глава 27. Механизм Фортуны Послесловие автора Послесловие переводчика


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
sinko
1 г.
Эммм... Не ожидал что есть печатная работа.
тишка гарны
2 г.
Спасибо.
Вечный
3 г.
Неплохо. Спасибо)

Глава 19. Драконий Фотоаппарат

История, основанная на серии додзин-шутеров тохо, что привлекла к себе внимание великого множества фанатов, отныне будет выпускаться в нашем издательстве.

Написанная самим создателем серии, Зуном, и иллюстрированная многообещающим художником Гендзи Асаем, она приглашает читателя в мир Генсокё… Оцените эту историю по достоинству!

Звенящая трель весенней пташки раздавалась в зале магазина.

Зима, наконец, подошла к концу, и цвета вернулись в Генсокё. И когда белый цвет снега сменился яркими красками, весёлые феи и люди начали праздновать приход весны. Такое ощущение, словно внезапный поток свежего воздуха ворвался в удушливый мир, расширяя и расчищая всё вокруг, словно такие свежие и ясные дни существуют только для этого. Сколько же времени прошло с тех пор, как в этом году был настолько же ясный день?[✱]Раньше в Японии Новый Год праздновался весной, когда расцветает сакура. Поэтому не удивительно, что то, что было до зимы, Ринноске считает тем же годом.

Я делал записи в своём дневнике, когда мне внезапно пришло в голову увековечить красоту этого дня на бумаге. Нарисовать картину было бы неплохо, но в Генсокё для этого есть более подходящая вещь. Фотографии.

— Чем это ты занят? На улице такой хороший день, а ты в хламе копаешься.

У входа послышался голос. Я ещё раз окинул взглядом товары, которые раскиданы так, будто в магазин ворвался вор. Это я так ищу один предмет, хотя я даже не знаю, как его использовать.

— А, Мариса. Давно ты там стоишь? Я знаю, что тут небольшой беспорядок, но прошу, не трогай тут ничего. Это всё товары на продажу.

— Даже если ты так просишь, я тут без троганья чего-нибудь развернуться не смогу.

— …А-а, вот она! Наконец-то я нашёл, что искал.

— Хм? Это же одна из тех штук, что тенгу постоянно с собой таскают?

Вещь, которую я искал, называется «Фотоаппаратом», и, как можно понять по его имени, он нужен, чтобы делать фотографии.

У меня есть способность, позволяющая узнать название и назначение предмета с одного взгляда. И Кориндо я основал для того, чтобы применять её как можно чаще. К сожалению, с её помощью невозможно узнать точный способ использования чего-либо.

— Я подумал, что хорошо бы добавить несколько иллюстраций себе в дневник. Хотя этот фотоаппарат у меня уже давно, мне пришлось его отложить, так как я не имел ни малейшего понятия, как им сделать фотографию.

— Но тенгу же запросто ими фоткают, разве нет? Они это делают как-то так… Смотрят в фотик и нажимают кнопку. Но я никогда не видела, чтобы фотографии выходили из него, поэтому не знаю, как они их делают.

— Наверное, это и есть та самая кнопка. Но сколько бы я её не нажимал, всё без толку.

Сказав это, я нажал на неё, и в самом деле, ничего не произошло. Даже при том, что моя способность говорит, что это самый настоящий фотоаппарат, которым делают фотографии.

— Я всегда думала, что деланье фотографий – это такое особое умение тенгу. И даже понятия не имела, что для этого есть отдельный инструмент.

Тенгу – загадочные существа, у которых есть великое множество своих секретов. Поскольку они живут на горе, куда люди и другие ёкаи никогда не ходят, их своеобразное общество и их удивительные умения по большей мере скрыты. И всё, что можно с ними сделать – это читать их газеты. Но даже при том, что их способность к фотографии так и остаётся тайной, покрытой мраком, их мастерство печати просто поражает. Ни у кого кроме тенгу нет технологий, позволяющих выпускать тиражи, сравнимые с тиражами внешнего мира.

Кстати говоря, каппы тоже живут в горах, и, можно сказать, что технологии у них развиты настолько же хорошо. Каппы специализируются на точных технологиях. Может быть, именно они делают фотоаппараты для тенгу. Вещи, сделанные каппами, воистину будоражат воображение, и, как хозяин антикварного магазина, я очень в них заинтересован.

Но оставим размышления о технологиях капп на потом, и вернёмся к фотоаппарату.

— Да уж, он и вправду бесполезен. Я даже не знаю, откуда фотографии должны появиться.

— Кстати, с чего это ты решил делать фотографии? Что, хочешь сделать свою газету, как у тенгу?

— Газету, говоришь…

Было бы интересно выпускать свою газету. Если бы я мог писать статьи, которые люди читали бы, то я мог бы исправить множество пробелов в обеспечении общества достоверной информацией.

Но с этим есть большая проблема. Даже если бы я разобрался, как фотоаппаратом делать фотографии, я всё равно не смог бы самостоятельно справиться с набором текста и его печатью.

— Нет, сделать свою газету не так-то и легко. Просто весной на улице так красиво, что я решил заснять частичку этой красоты, чтобы она всегда была рядом со мной.

— Она всё равно вернётся в следующем году.

— Не пойми меня неправильно, я не хочу фотографировать только то, что обычно не могу увидеть, или то, что хочу видеть всегда. Я всего лишь хочу увидеть своё привычное окружение с другой точки зрения.

Если бы я мог делать фотографии, то я бы регулярно использовал их для того, чтобы смотреть на вещи. Таким образом, я бы смог увидеть всё вокруг с другой точки зрения. Рассматривать вещи с разных углов – очень важное дело в жизни хозяина магазина.

— Тогда выпей побольше саке, и тогда ты точно увидишь те же вещи по-другому. Ладно, это не суть важно. Но мне всё равно интересно, как делаются фотографии.

— В этом нет ничего сложного. Основы создания изображений из того, что ты видишь перед собой, очень просты и понятны.

— Правда? Но если заснять какой-нибудь настоящий вид на фотографию, то это ведь всё равно, что сделать два таких вида. И если фотография очень большая, то её невозможно отличить от вида издалека, так? Но на самом-то деле вид на гору издалека может быть лишь один. Чего же тогда становится меньше, когда фотографий становится больше?

— Меньше становится не вида, а кое-чего другого. Например, если ты поставишь зеркало перед горой, и встанешь между ними, то что ты в нём увидишь?

— Себя.

— Нет, забудь о себе, смотри на отражение горы за собой… Вид в зеркале будет отражён так же, как и в фотографии. Другими словами, изображение может отражаться в зеркале даже тогда, когда этого никто не видит, и это отражённое изображение можно запечатлеть в какой-нибудь момент времени. Именно это и делает фотоаппарат. Выходит, что сам вид не вырезается, и не копируется, а вырезается только это мгновенное отражённое изображение.

— Хм, это как-то трудновато понять… Но раз фотографии существуют, то это, должно быть, правда. В таком случае, из-за того, что зеркало плоское, фотографии тоже можно делать только плоскими.

— Нет, лично мне кажется, что с должным уровнем разработки фотографию можно сделать и осязаемой тоже.

Я ещё раз окинул взглядом магазин. И вправду, беспорядок тут жуткий. Но мне хотелось найти один предмет, чтобы показать Марисе, что объёмные фотографии тоже можно делать, и я снова начал в нём рыться.

— А, вот она. Да, это она.

Я достал маленькую коробочку с узором в виде дракона. Когда я её открыл, в ней оказался кусок стекла толщиной в палец. Я достал это стёклышко и показал его Марисе.

— Посмотри.

— Что это?

— Этот кусок стекла называется «призмой». Он используется для раскраски воздуха.

— Раскраски воздуха? Ты опять несёшь какую-то чушь.

Я поднёс призму к окну, и поднял её к освещённому солнцем месту. Призма поглотила свет и разукрасила его лучи в семь разных цветов.

— Ого, похоже на маленькую радугу.

— Этой небольшой призмой можно разукрасить воздух. Ты спросишь, почему же из неё выходят семь цветов радуги. Это потому, что все три совершенных и семь несовершенных цветов имеют отношение к богам…

— Такие подробности можно и не объяснять. Расскажи лучше, как этой призмой делают осязаемые фотографии.

— …Если расположить три призмы так, чтобы они с трёх разных позиций отражали цвета, то можно получить настоящее изображение. Тогда остаётся лишь создать инструмент, который сохранит состояние воздуха в этот момент. Инструмент, обездвиживающий воздух.

— Погоди-погоди, ты опять перепрыгиваешь с темы на тему. Каким это образом можно получить настоящее изображение, отражая цвета с трёх разных позиций?

Мариса взяла призму и внимательно осмотрела её со всех сторон.

— Если смешать красный и зелёный, получится жёлтый. Если смешать красный и синий, получится фиолетовый. А с другими сочетаниями можно получить практически любой цвет. Таким образом, если правильно смешать радуги, можно получить все цвета. И чтобы сделать осязаемое изображение, ему потребуются ширина, длинна и высота. Таким образом, по крайней мере тремя радугами можно восстановить его вид с трёх разных точек обзора.

— Я что-то не совсем понимаю… Но рисовать на воздухе? Интересный получается инструмент. Но он более похож на недостижимую мечту, по сравнению с теми, которые могут создавать только плоские картинки.

Да, это более-менее так. Даже если ты понимаешь теорию, она не осуществится, если технология ей не соответствует. Никто ещё не сделал такого инструмента, который мог бы рисовать картинки в воздухе или останавливать его[✱]Очевидно, всё это время речь шла о чём-то вроде голограмм. Конечно, физически это не голограммы, но с таким сравнением легче понять тему разговора.

Но если мы не придумаем ничего нового, то все передовые технологии в Генсокё будут принадлежать тенгу или каппам. Вот почему я буду их придумывать. Это – моё решение не только как хозяина магазина, но и как человека.

Динь-дилинь

— А, вот ты где. Уже почти пора идти любоваться цветами, если ты помнишь.

— О, Рейму? Как ты угадала, что я здесь?

— Мест, где ты можешь быть, не очень-то и много, Мариса. Однако, ну тут и беспорядок. Выглядит так, будто сюда ворвался вор… Или он ещё здесь, этот вор?

Под вором она имеет в виду Марису. Та даже не стала этого отрицать, только по-кошачьи ухмыльнулась. Она что, собирается украсть призму?

— Ой, из него исходит маленькая радуга. Что это?

Рейму, зайдя в магазин, окинула взглядом беспорядок, и остановила его на призме, которую Мариса держала в руках.

— Это призма, что-то вроде инструмента для раскраски воздуха. Есть её нельзя.

— Да уж, выглядит она твердовато для этого, – сказала Рейму. Мариса согласилась и направила радугу на пол, а затем мне на лицо.

— Что это за техника такая, Ринноске? У неё внутри, вроде, ничего нет…

Рейму и Мариса только что задали вопросы, совсем над ними не подумав. Логичнее было бы самостоятельно обдумать ответы на них, и поделиться своими наблюдениями с остальными… Но они всё ещё дети, поэтому я решил не обращать на это внимания. Кроме того, это всё равно было лучше, чем не думать даже над вопросами.

— В призме не обязательно должно что-то быть. Тут роль играет её треугольная фигура.

Число «три» олицетворяет совершенство и гармонию. С тремя ногами можно держать равновесие даже на кривой поверхности, хотя то же можно делать и с четырьмя, и с большим количеством ног. Однако, как в случае с змеёй, лягушкой и слизнем[✱]Змея, лягушка и слизень – это трёхсторонний цикл, вроде камня, ножниц и бумаги. Змея побеждает лягушку, лягушка – слизня, и слизень – змею., в трёхстороннем цикле все стороны уравновешиваются, и между ними не может произойти разногласий. Но когда сторон две, четыре, или даже больше, они могут начать ссориться.

— Три головы думают лучше, чем одна. Три такта музыкального ритма. Три Императорских Символа. Император на три дня. Нет другого такого уравновешивающего числа, как три.

— В последнем случае там никакого равновесия нет.

Чтобы понять важность числа «три» в призме, нужно смотреть на её прозрачность. Прозрачность олицетворяет нечто, что нельзя увидеть, другими словами, бога. Прямо как за бамбуковой завесой в храме. Присутствие бога ощущается именно в этом прозрачном пространстве, и храм – это всего лишь место для поклонения ему. И разговор о святилищах храмов опять-таки возвращает нас к «Ама».

— Если перейти сразу к выводам, то число три в призме играет ту же роль, что «три» в святилище: небо, море, и дождь. И вспоминая три «ама», ты уже должна была догадаться, о каком боге идёт речь, Рейму.

— Хм, должно быть, Радуга?

— … О радуге пока речь не идёт. Ты хоть внимательно слушаешь?

— Ты просто как всегда перепрыгиваешь с темы на тему. Не мог бы ты объяснять помедленней?

Рейму сама первая спросила, так как ей было любопытно, поэтому сама должна об этом немного подумать. И у меня нет намерения замедлять своё объяснение до её темпов. Независимо от того, поняла она, или нет, я продолжил:

— Ладно, ты помнишь ту большую кость, которую ты недавно принесла? Я же тогда говорил, что это была кость «Дракона», разве нет?

Только будучи прозрачной и треугольной, призма олицетворяет место жительства драконов.

— Думаю, мне не нужно объяснять, что радуга – это след от полёта дракона. В таком случае, когда что-то проходит сквозь призму, и в этом случае, это свет, тогда появляется радуга.

— Стой, погоди, погоди минуту. В прошлый раз я поверила на слово, но в самом деле, как это так выходит, что драконы оставляют за собой следом радугу?

Плохо дело. Если мне вот так через раз будут задавать вопросы, то моя собственная работа так и не сдвинется с места. А я-то сегодня всего лишь хотел разузнать побольше о способе использования фотоаппаратов… И вообще, разве Рейму пришла не за Марисой? Она и вправду легкомысленна.

Только взглянув на них, ожидающих ответов на свои вопросы, сразу можно понять, что они давно забыли о своих первоначальных целях.

— Понимаю. Ты спрашиваешь, почему драконы оставляют след из радуги? Это будет трудновато объяснить. Предупрежу заранее: ты можешь с первого раза этого не понять.

— Только не надо говорить так, будто я дура, Ринноске. Если ты объяснишь всё по порядку, то я обязательно всё пойму.

— Тогда начну с конца. Поскольку драконы родились из трёх совершенных элементов этого мира, они могут оставлять за собой семь цветов радуги, из которых может родиться всё сущее.

— Да уж, недурно.

— Но, понимаешь ли, драконы – высшие боги Генсокё, и они несут как созидание, так и разрушение. Они «выше» здешних ёкаев на один или два порядка.

В мире идеальной гармонии не существует дыр, из которых могут появиться новые сущности. Дождь льётся с неба, и обогащает море силой небес, затем вода испаряется из моря и превращается в облака. То есть, в таком мире, из трёх элементов «ама» выходит только их собственный цикл.

Драконы же принесли в мир разлад, и из этого разлада родилось всё сущее, и мир изменился. К совершенным «Трём» они добавили радужные «Семь», и мир стал зависеть от «Десяти Сил».

— Поэтому, всё сущее в Генсокё тоже создаётся и уничтожается сочетанием этих десяти сил.

— О, а это я немного понимаю. Это ведь моя специальность же.

— Специальность..? Как она там называется, Мариса? – Я так и не понял, шутя ли Рейму задала этот вопрос, или она всерьёз этого не знает.

— Ну, конечно же, я волшебница. Заметно, разве нет? Это ты здесь жрица, которая на жрицу не похожа.

— Да, знание сущностей и их взаимодействия очень важно для волшебников. И мне также известно, что ты очень любишь изучать эту тему.

— Не совсем изучать. Я просто каждый день читаю книжки и практикую заклинания. А набираться знаний – не значит учиться.

— Ого, я и не знала, что ты так усердно трудишься, Мариса. И как, результат плодотворный?

Все сущности состоят из элементов: дерева, огня, земли, металла и воды. Эти элементы взаимодействуют между собой через силу «десяти», и вместо того, чтобы оставаться в равновесии, они постоянно трансформируются. А под «силами десяти» подразумевается следующее: дерево является топливом для огня, из огня появляется земля, в земле появляются жилы металлов, металл очищает воду, благодаря воде вырастают деревья, деревья корнями сдерживают землю, земля всасывает воду, вода тушит огонь, огонь плавит металл, и металл рубит дерево[✱]Эти пять элементов и их взаимодействия относятся к такой категории китайской философии, как У-син..

Все эти силы тесно связаны между собой, не ограничиваясь взаимодействием только между двумя сущностями. Если сила металла слабеет, то дерево становится сильнее, отчего огонь тоже становится сильнее, что в конце концов приводит к тому, что металл тоже вновь становится сильнее. И если металл становится сильнее, то дерево слабеет. И поскольку эти силы никогда не стабильны, и постоянно работают, в результате этой работы всегда появляется или уничтожается несколько новых сущностей.

— Короче говоря, Рейму, я проигрываю тебе только из-за этих десяти сил.

— Похоже на жалкую отговорку неудачника. Но всё равно, почему так?

— Это потому, что Мариса – вода, а ты – дерево. И поскольку деревья растут благодаря воде, это значит, что вода обычно проигрывает в бою с деревом. Но когда вы сражаетесь не друг против друга, а вместе, это не значит, что вы не будете сочетаться, а наоборот, от этого будет только лучше.

— Если я дерево, а Мариса вода… То кто тогда ты, Ринноске?

Только посмотрев на Рейму можно понять, что она – человек весны, и живёт она в храме на самом востоке. Это символизирует дерево. А Мариса любит одеваться в чёрное и живёт в тёмном лесу, подальше от солнца, что означает воду. Что касается меня… то только по моему имени можно понять, что я – тоже вода[✱]Слово «Ринноске» буквально переводится как «Помогающий дождю». «Кирисаме», как уже говорилось ранее, значит «Моросящий дождь»..

— Что-то мы далеко ушли от темы фотоаппаратов. Это всё из-за того, что вы, девочки, задаёте слишком много вопросов.

— Ага. Я ещё много чего не понимаю о драконах.

— Драконы вообще редко появляются. И даже если ты не поняла того, о чём мы только что говорили, то если ты обдумаешь это потом, до тебя всё обязательно дойдёт. Таким образом, ты понемногу поймёшь основы мироздания. Кстати, что там насчёт твоего любования цветами? Ты уже давно пришла, между прочим.

— Ой, я забыла о нём! А у нас ведь сегодня особые гости.

— Особые гости?

— Поскольку погода сегодня такая ясная, к нам прилетят тенгу любоваться цветами. И сегодня мы… Кстати, хоть мы почти каждый день этим занимаемся, иногда надо собираться всем вместе тоже. Ну как, Ринноске? Не хочешь пойти с нами?

— Может, ты даже сможешь спросить у тенгу, как пользоваться фотоаппаратом.

И правда, если мне нужно узнать, как работает фотоаппарат, то самым правильным решением было бы спросить об этом у тенгу. Почему же я раньше не догадался об… Стоп, тенгу?!

— Тенгу, говорите? Нет, спасибо. Извините, но я вынужден отказаться от вашего приглашения.

— Ну и ладно, я так и знала, что ты это скажешь. Но раз там будут тенгу, мы могли бы вместе сфотографироваться на память.

— А я возьму с собой эту призму и предложу им делать объёмные фотографии. Кто знает, может, у них и получится. – Сказав это, девочки ушли.

Так она всё-таки забрала призму. Она игралась с ней всё это время, видимо, она ей понравилась. Призма не была такой уж ценной, но товар есть товар. И я был бы рад получить за него должную плату.

Но всё равно, идти на пьянку с тенгу… Меня такая мысль не очень радует. Тенгу – непревзойдённые пьяницы. Количество алкоголя, которое они могут выпить, не идёт ни в какое сравнение с количеством, посильным даже самому стойкому к алкоголю человеку. Можно даже сказать, что тенгу в этом плане не уступают самим они. Идти пить даже с одним тенгу — это уже безрассудство, а если, что ещё хуже, с более чем одним…

Причина, по которой я не принял сегодня участие в любовании цветами не в том, что я не люблю шум. Просто если бы я спросил у тенгу про фотоаппарат, то они бы, смеха ради, сказали что-то вроде: «Хочешь знать – пей. Не выпьешь – не скажем». И они всё равно заставили бы меня выпить столько, что я ничего бы потом не вспомнил. И, в конце концов, мне нужно прибраться в магазине. А после этого я попробую ещё немного повозиться с фотоаппаратом. Наверное, мне всё-таки придётся разбираться с ним самостоятельно.

Не могу дождаться завтрашних отчётов от тех двоих. Если они запомнят что-нибудь, конечно.