Печатное    
Глава 20. Чудесные Цикады
Афоризм Глава 1. Жрица из Генсокё и Очарование Пятнадцати Томов (часть 1) Глава 2. Жрица из Генсокё и Очарование Пятнадцати Томов (часть 2) Глава 3. Иллюзорная птица Глава 4. Изысканное и Совершенное Чаепитие (часть 1) Глава 5. Изысканное и Совершенное Чаепитие (часть 2) Глава 6. Печь Моросящего Дождя (часть 1) Глава 7. Печь Моросящего Дождя (часть 2) Глава 8. Дом Летних Ливней (часть 1) Глава 9. Дом Летних Ливней (часть 2) Глава 10. Паучьи Лилии из Муэнзуки Глава 11. Ультрафиолетовый Свет Глава 12. Инструмент Богов Глава 13. Призрачный Свет, Снег на Окне Глава 14. Бесцветная Сакура Глава 15. Камень Без Имени Глава 16. Неработающий шикигами Глава 17. Цена Бумаги в Лояне Глава 18. Луна и Каппа Глава 19. Драконий Фотоаппарат Глава 20. Чудесные Цикады Глава 21. Божественное Саке Глава 22. Увиденная Ёкаем Вселенная Глава 23. Заразный Бог Глава 24. Очаровательный Месяц Глава 25. Храмовые Благословения Глава 26. Ночь Бесчисленных Туч Глава 27. Механизм Фортуны Послесловие автора Послесловие переводчика


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
sinko
1 г.
Эммм... Не ожидал что есть печатная работа.
тишка гарны
2 г.
Спасибо.
Вечный
3 г.
Неплохо. Спасибо)

Глава 20. Чудесные Цикады

Написанная создателем Тохо, Зуном, с фантастическими иллюстрациями Гендзи Асая, перед Вами предстаёт девятнадцатая глава[✱]Хотя «Ультрафиолетовый Свет» и «Инструмент Богов» вышли как отдельные главы, по сюжету книги они представляют собой одну целую главу, поэтому нумерация сместилась на один.. Какую же историю Ринноске расскажет на этот раз, когда плачут многочисленные цикады?

В утренние и вечерние ветра начала примешиваться прохлада. Плеяды предков, пришедших из Потустороннего Мира чтобы засвидетельствовать праздник Обон, хорошенько повеселились и мирно вернулись назад. Теперь дневная жара будет со временем понемногу спадать.

— Что-то в последнее время цикады очень шумят. Я никогда не слышала цикад с таким странным стрекотанием.

Сказав это, Мариса захлопнула книгу, и прижала к ушам поля своей шляпы. Цикады и в самом деле ненормально шумные, и такое стрекотание Мариса наверняка никогда раньше не слышала. Но я не сильно волновался по этому поводу, поэтому ответил ей, немного повысив голос, чтобы она услышала:

— Да, ведь сейчас год чудесных цикад, чтоб ты знала.

— Хм, вот как? И что это значит?

Мне знаком плач этих цикад. Я слышал его одиннадцать лет назад.

Одиннадцать лет назад, летом, когда я прибирал свои товары, я услышал звук, похожий на низкий крик, исходящий со стороны леса.

Тогда Кориндо стоял у магического леса всего несколько лет, поэтому я не знал многого об этом лесе, и не знал, что этот странный звук был криком цикад.

Но узнал я это всего лишь два дня тому назад.

Два дня назад меня разбудило пронзительное стрекотание цикад. Цикады – таинственные существа, ведь они внезапно начинают свой плач, и столь же внезапно прекращают его. Они уходят в землю, и, будто вспоминая о том, что они всё ещё живы, возвращаются из неё обратно. Из-за этого я великодушно терпел их присутствие.

Однако в этом году цикады не такие, как всегда. Их стрекотание звучит ниже, чем у тех цикад, к которым я привык, и их стало гораздо больше, чем обычно.

Из-за этого шума мне пришлось закрыть окно, несмотря на жару. Однако, с закрытым окном в магазине стало слишком жарко, а это не очень хорошо для товаров. Кроме того, так ночью нормально не поспишь, и покупателям в магазине находиться неуютно.

Я начал раздумывать насчёт того, как бы мне избавиться от цикад, но не вытерпел жары, и, впервые за долгое время, покинул магазин и отправился в деревню. Конечно же, я и тогда не переставал думать, как прогнать назойливых цикад.

Когда я удалился от магазина на некоторое расстояние, я заметил, что стрекотание цикад стало тише. Похоже, они живут только в Волшебном Лесу. И это меня немного успокоило. Ведь в самом худшем случае, если в магазине уже будет невозможно оставаться, я могу отправиться домой к одному человеку, который когда-то давно очень мне помог, и пожить у него. Цикады не живут долго, поэтому через пару дней они должны уже утихнуть.

Раздумывая над этим, я пришёл к дому Кирисаме. Прошло уже около десяти лет с тех пор, как я в последний раз виделся с главой семейства Кирисаме. Я сильно волновался, так как я всегда общался с деревенскими людьми только как с покупателями. Я подумал, что, может быть, с возрастом у главы дома память стала хуже, и он меня не узнает. Люди в деревне растут и стареют с годами. Но на меня эти всем привычные явления не действуют, поэтому мне нельзя надолго оставаться в деревне. Я так принесу людям лишь волнение и страх.

Но моя неуверенность сразу же улетучилась после небольшого разговора. Я поговорил с Кирисаме старшим о таких вещах, как, например, ход торговли в доме Кирисаме, нынешнее состояние товара в Кориндо, а ещё об инструментах из внешнего мира, и от этого моё напряжение как рукой сняло, и я, наконец, перешёл к делу, и рассказал ему о своих проблемах с необычными цикадами.

— И только когда я уже был в доме Кирисаме, я понял, что одиннадцать лет назад я слышал точно такое же низкое стрекотание из леса.

— Долго же до тебя доходило.

— Догадка об этом крутилась у меня в голове уже тогда, когда я пришёл в деревню, но одиннадцать лет назад я и подумать не мог, услышанное мной – это плач цикад. Объяснить это можно тем, что когда отдаляешься от высокого звука, он понемногу исчезает, и остаются слышны только приглушенные, низкие звуки. В этом году, похоже, цикады появились совсем близко к моему дому, но одиннадцать лет назад я слышал их стрекотание лишь издалека. И разница между тем, что я слышал тогда и сейчас, очень большая. Поэтому я понял это всё только тогда, когда вышел из магазина.

Стало жарко, и я решил открыть окно, чтобы немного проветриться. Но даже через слегка приоткрытое окно стрекотание цикад мгновенно заполнило магазин, поэтому пришлось оставить его открытым лишь на ширину пальца.

— После того, как я понял, что таинственные звуки одиннадцать лет назад были плачем цикад, я спросил у твоего отца, не знает ли он о них чего-нибудь. Кстати, он выглядел вполне живым-здоровым.

— Я тебя не слышу, цикады слишком шумят!

— Он, оказывается, вообще в этом году про цикад не слышал. Конечно же, он сказал также, что ничего не знает об их происхождении. А меня оно начало всё больше и больше интересовать. И когда я ушёл из дома Кирисаме, я отправился к ещё одному определённому человеку.

Этот человек, который среди всех людей из деревни обладает наибольшими знаниями и информацией – наследница семьи Хиеда. Это порядочная человеческая семья, родословная которой уходит в прошлое более, чем на тысячу лет. И в летописях этой семьи хранятся все знания про Генсокё, которые только есть. У них также немало есть и про внешний мир.

В семье Хиеда каждые сто или двести лет рождается так называемое «Дитя Миаре». Это Дитя Миаре, говорят, может запомнить все летописи семьи от корки до корки, и сейчас, насколько я понимаю, уже время девятого их поколения.

Почти все летописи Хиеда, с некоторыми исключениями, сокрыты от посторонних, но недавно этот запрет был послаблен, и если появится веская на то причина, они могут стать доступными для общего использования. К счастью, это распространяется и на нелюдей тоже.

— Хм-м. Я, кажется, слышала что-то о них от Рейму, но… Прям удивительно, что у них есть столько всего интересного.

Едва приоткрытое окно никак не выполняло свою работу по впусканию ветра в магазин, и в комнате было всё ещё жарко. А в шляпе и подавно запариться можно. Мариса, сказав, что ей хотелось бы как-нибудь туда сходить, чтобы поразвлечься, сняла свою шляпу и начала ею обмахиваться.

Для Марисы «поразвлечься» наверняка значит украсть что-нибудь. Я попытался разубедить её, сказав, что отношения между семьёй Хиеда и главой дома Кирисаме пока ещё хорошие, и она, сделав разочарованную мину, сказала: «Давай уже дорассказывай про цикад».

— Хиеда и вправду обладают неисчислимыми знаниями. Их было так много, что я не знал, с чего мне начать, однако девятая Дочь Миаре сказала мне, что она якобы «запомнила всю библиотеку, чтобы рассказывать людям о том, что в ней есть». Я, наполовину ей веря, спросил: «Есть ли здесь какие-либо записи об этих шумных цикадах?», и она ответила мне незамедлительно. Похоже, слухи о её памяти всё же не лгали.

— Ясно. Ну, раз ты уже всё разузнал насчёт цикад, то ты уже должен, наверное, знать, как от них избавиться, я права? Тогда побыстрее сделай что-нибудь с ними, умоляю. Куда бы я ни пошла в Волшебном Лесу, они всегда там. Я так скоро оглохну же!

— Тогда заткни уши, если не нравится. В то время мой интерес изменился в немного другую сторону. Я уже хотел знать не то, как избавиться от них, а почему одиннадцать лет назад случилось то внезапное наводнение цикад.

Цикады стрекотали как сумасшедшие. Понемногу мои уши привыкли к шуму, и он уже не так сильно действовал на нервы. Но разговор повышенным голосом всё равно сушит горло. Я заварил чай на двоих.

Эти цикады с самого начала были окутаны тайнами. Цикады созревают около семи лет, а затем они внезапно выходят на поверхность, шумно стрекочут на протяжении около семи дней, а затем покидают свои тела, чтобы переродиться. Говорят даже, что цикады – это временные оболочки для душ грешников, которые искупили свои грехи в аду и вновь входят в круг перерождения.

Кроме того, во внешнем мире, судя по летописям, есть ещё особые виды цикад. Это тринадцатилетние и семнадцатилетние цикады. Как можно понять из имени, они выходят на поверхность раз в тринадцать или семнадцать лет.

А цикады, которые появились в Генсокё – это таинственные цикады, которые появляются раз в одиннадцать лет, и некоторые люди называют их «Чудесными Цикадами». Причиной тому, почему они чудесные, служит не только тайна их одиннадцатилетней жизни под землёй, но ещё и то, что в том году, когда они выходят на поверхность, урожай обязательно будет богатым. Больше в летописи ничего об этом не говорится.

— Хм-м… Так почему одиннадцать? Кроме того, во внешнем мире есть тринадцатилетние и семнадцатилетние цикады, поэтому как-то странно, что семилетние считаются обычными.

Летописи Хиеда не дают ответ на этот очевидный вопрос Марисы, они содержат в себе лишь косвенное описание некоторых событий. Информация в них хоть и достоверная, но в ней для читателя явно кое-чего не хватает.

Конечно же, у меня был тот же вопрос, что и у Марисы. Но разница между нами состоит в том, что я ещё могу обдумать всё самостоятельно, а у неё для всех объяснений есть кое-кто другой. И этот кое-кто другой, это, без сомнения, я.

— Почему бы тебе самой не подумать хоть немного?

Мариса, похоже, даже не заметила, что я ей читал мораль. Она продолжала обмахиваться своей шляпой, ожидая, пока я продолжу свой рассказ. Должно быть, это или из-за стрекотания цикад всё меня стало раздражать, или же это я сам в последнее время стал слишком раздражительным.

— Ну и ладно, всё равно этот вопрос сам по себе немного сложный. Во-первых, некоторые источники говорят, что впервые одиннадцатилетние цикады были замечены около ста лет назад. Другими словами, есть такая возможность, что сто лет назад они пропали из внешнего мира, и таким образом попали в Генсокё.

— То есть ты имеешь в виду, что одиннадцатилетние цикады тоже жили во внешнем мире?

— А ведь если подумать, то такое предположение очень даже может оказаться верным, поскольку там также есть семи-, тринадцати-, и семнадцатилетние цикады.

— Не, что-то тут не так. Если там есть цикады, которые живут семь, тринадцать и семнадцать лет, то разве не правильней было бы, если бы там были такие, какие живут по десять и пятнадцать лет? Одиннадцать тут вообще как-то не лепится.

Понятно, значит, Мариса думает, что равномерно распределять интервалы между количеством лет было бы логичней. Десять находится между семью и тринадцатью, и пятнадцать между тринадцатью и семнадцатью. Наверное, это решение даже не сопровождалось обдумыванием, а было принято чисто инстинктивно. Большинство людей любят, когда промежутки в чём-либо заполнены равномерно. У Марисы вообще такой характер, что у неё в комнате всё кроме книг может лежать где попало, но вот книги она бы рассортировала по видам и поставила бы в строгом номерном порядке. Но хоть мне и кажется, что так и должно быть, это всё равно как-то странно.

Однако, мне стало интересно, что бы в этом случае ответила Рейму, с её-то хорошей интуицией.

— Нет, одиннадцать лет подходит в самый раз. Я бы даже сказал, что цикады из внешнего мира заметили, что одиннадцатилетних уже нет.

— 7 лет, 11 лет, 13 лет, 17 лет… Что-то с этим набором чисел не так.

— Заметила уже? Все эти числа не делятся ни на что, кроме себя и единицы. Это простые числа.

И 7, и 11, и 13, и 17 – всё простые числа. Простые числа больше семи идут следующим образом: 11, 13, 17, 19, 23, и так далее.

Я заметил ранее, что во внешнем мире есть семи-, тринадцати— и семнадцатилетние цикады, но одиннадцатилетних там нет. А в Генсокё есть цикады, которые появляются раз в одиннадцать лет…

— Поэтому, я пришёл к выводу, что одиннадцатилетние цикады появились из внешнего мира, откуда они, по какой-то неизвестной мне причине, пропали.

— Ясно. Ну, ты, может, снова взъерепенишься, но у меня есть ещё один вопрос. Почему циклы жизни цикад постоянно длятся только простое количество лет?

— Это вполне нормальный вопрос. Но, к сожалению, у меня нет на него ответа.

— Вот как… Но ведь Корин, которого я знаю, никогда не оставляет вопросов без ответов, разве не так?

— Именно так. Это ты верно подметила.

— Ну вот, другое дело. Давай, рассказывай дальше.

Такое ощущение, что мной умело помыкают. Ну и ладно.

— Наверняка простое количество лет нужно для того, чтобы уменьшить возможность появления разных цикад одновременно, так как годы для них будут совпадать очень редко. Например, тринадцатилетние и семнадцатилетние цикады могут появиться одновременно разве что раз в… 221 год. Таким образом, уменьшается количество невыгодных лет, когда разные виды цикад появляются одновременно. А если бы циклы их жизни составляли по 10 и 15 лет, как ты только что сказала, то они бы сбегались раз в 30 лет.

— Понятно, мне кажется, до меня наконец дошло. А цикады, оказывается, совсем не глупые.

— Это не обязательно должно значить, что они неглупые. Как я уже сказал, некоторые люди говорят, что цикады – это вместилища для душ, покинувших ад. То есть это, скорее всего, система, созданная Эммой[✱]Эмма, также известный как Яма – мифический буддистский судья умерших, который решает, кто отправится в ад, а кто в рай. Единственной представительницей расы Ям в Тохо является Сикиэйки Ямадзанаду.. В таком случае, не удивительно, что она такая продуманная.

— Но почему именно одиннадцатилетние цикады, которые теперь появляются тут, пропали из внешнего мира?

— Могу только догадываться. Думаю, это могло случиться из-за того, что если бы одиннадцати-, тринадцати-, и семнадцатилетние цикады появились одновременно, одиннадцатилетние, будучи самыми молодыми, были бы уничтожены. И случаться это должно раз в 2431 год. И вот, прошли века, и этот роковой год, наконец-то, настал, и одиннадцатилетние цикады были изгнаны в Генсокё.

— Ага, может быть, ты и прав. После этого разговора мне уже начинает казаться, что эти шумные цикады на самом деле очень ценные. Они ведь чудесные цикады, что появляются раз в одиннадцать лет.

— Верно, и именно поэтому я не хочу от них избавляться.

Я решительно распахнул окно. Одиннадцатилетние цикады, которые наконец освободились от своих грехов, пронзительно стрекотали от радости.

Как я и ожидал, Мариса сразу же заткнула уши, скорчив кислую мину. Но у неё дома наверняка ещё шумнее, чем у меня в магазине, поэтому она ещё не ушла.

Но, поскольку мне не нужен магазин, в котором сидят только непокупатели, я её всё равно выпроводил. Мариса неохотно ушла, но уж точно не к себе домой. Наверное, она решила переждать в храме или где-нибудь ещё. Хотя, у неё в деревне родители живут, поэтому она могла бы и вернуться туда…

Интересно, сколько времени эти цикады уже стрекочут? Когда я задумался над этим, я заметил одно странное совпадение, которое связывает Эмму с цикадами.

Эмма известна за свои семь испытаний, которые следуют после церемонии поминок, через семь дней после смерти человека. И вот опять семь, простое число. Количество дней совпадает с количеством лет, по истечению которых цикады вновь выходят на поверхность. Кроме того, уже после вынесения приговора, если вспомнить о тех, кто всё ещё ожидает в земле перерождения, то можно прийти к выводу, что семилетним цикадам придётся ждать примерно такое же количество дней, какое количество лет между одновременными появлениями 11-, 13— и 17-летних цикад.

Цикады – удивительные существа. Несмотря на то, что они были созданы в соответствии с системой Эммы, у них, похоже, есть ещё одна, скрытая сущность, и, быть может, эта сущность понемногу приобретает кое-какое волшебное значение.

Почему они остаются под землей столько же, сколько души остаются в аду? Почему они пропадают после столь короткого пребывания на поверхности? И не выходит ли, что у людей самый короткий цикл перерождения?

И, в конце концов, что же случается с ёкаями, когда они умирают? И что случится со мной, наполовину ёкаем? Я вновь закрыл окно, погрузившись в раздумья.