Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии
ricco88
01.12.2019 16:37
Спасибо за перевод.

Глава 7. То, чего нам с тобой не хватает

Вступление

(Возвращаемся к истории)

Прозвенел звонок и началась вторая половина спортивного фестиваля. Пришло время соревнований Рекомендованных учеников. В оставшихся четырех состязаниях будут участвовать лучшие представители каждого класса.

— Кстати говоря, Аянокоджи-кун, ты же участвуешь в охоте за мусором, верно?

— Я бы предпочел воздержаться, будь такая возможность...

Ничего не поделаешь, раз я выиграл в «камень-ножницы-бумагу». В этом состязании будет участвовать по шесть человек с каждого класса. В каждом раунде все классы выставят по одному человеку, и, таким образом, будут сформированы группы из четырёх участников. Победа здесь оценивается большим числом очков, чем в индивидуальных соревнованиях.

— Отсутствие Судоу-куна — вот наша проблема...

Поскольку Судоу, который намеревался участвовать во всех оставшихся состязаниях, на данный момент не было с нами, то судьями он будет рассматриваться как отсутствующий участник. Готовить ему замену или нет — вот в чём вопрос.

— Если не возражаешь, я хотел бы услышать твое мнение, Аянокоджи-кун. Я хотел бы поинтересоваться мнением и Хорикиты-сан, но, по всей видимости, этого сделать не получится.

Так и есть, Хорикита всё ещё не вернулась в наш лагерь. Я рассчитывал, что в худшем случае она вернется к началу соревнований Рекомендованных учеников, но такого развития событий не ожидал.

Это заставляет думать, что, возможно, в нашей тяжелой ситуации ничего и не изменится.

— Если речь идет о тебе, Хирата, то мне кажется, что ты сможешь принять правильное решение и без моего участия, верно?

— ... Не знаю. я думаю, что замена нам необходима. По результатам индивидуальных соревнований наш класс, пожалуй, худший. Поэтому, чтобы выиграть в общем зачёте, мы должны побеждать здесь и сейчас.

— Тогда остается вопрос, кого именно выставлять на замену.

— Для замены потребуется 100 000 очков. Я позабочусь об этом. Думаю, хорошими кандидатами на замену, которых мы можем выставить, будут Ике-кун и Ямаучи-кун.

— Потому что, если они займут 1-е место, то получат баллы для экзаменов?

— Да. Я думаю, это хорошая идея — использовать подобную мотивацию.

Действительно, можно сказать, что для охоты за мусором, где удача является значимым фактором, это хороший план. В конечном счете, всё закончилось раундом в «камень-ножницы-бумага» между Ике и Ямаучи, и одержавший победу Ике триумфально вошел в состав группы участников.

— Отлично! Я буду стараться изо всех сил ради Судоу!

Кажется, его боевой дух не уступает духу Судоу. Перед началом соревнования судьи дали разъяснения:

— Среди вещей, которые нужно будет отыскать, могут оказаться трудные для вас варианты. Можно попытаться вытащить новый лист с заданием, но только через 30 секунд после предыдущего. Также нужно будет уведомить судью о том, что хотите сделать замену. Состязание будет окончено, как только трое из четырёх конкурсантов выполнят свои задания. На этом всё.

После того, как объяснения были завершены, я приготовился принять участие в составе второй группы участников охоты за мусором.

— Йо.

Окликнул меня парень, стоявший позади меня. Мне даже не нужно было смотреть в его сторону — это Рьюен-кун из класса C.

— Значит, эта дубина не будет участвовать в охоте за мусором? Я-то думал, что обязательно будет. Вдобавок, нигде не вижу Сузуне. Они же не трахаются где-то в укромном уголке, верно?

— Без понятия. Ко мне это не имеет никакого отношения... К тому же, я не очень хорошо осведомлен о жизни своего класса.

— Что за дерьмовый ответ.

По всей видимости, Рьюен сразу потерял ко мне интерес и ушёл. Тем не менее, похоже, он тоже будет участвовать в составе второй группы.

Вскоре началось соревнование первой группы.

Кажется, другие классы должным образом отобрали спортивных учеников, поскольку Ике сразу же отстал от них, стоило соревнованию начаться.

Тем не менее, самым важным моментом здесь было содержание заданий — какие именно предметы нужно будет найти. Придя последним и, наконец, добравшись до коробки с заданиями, Ике выхватил из неё лист бумаги и посмотрел на него.

Другие участники уже разбрелись по территории в поисках нужных предметов.

— Уооох!

С громким возгласом воздев кулаки вверх, Ике внезапно развернулся и побежал обратно к стартовой линии.

— Аянокоджи! Пожалуйста, дай мне свою левую ногу. Левую ногу!

— Левую ногу?

— Кроссовок, я имею в виду твой кроссовок! Это мой предмет!

Он показал мне лист бумаги, на котором было написано «Левая нога одноклассника (обувь)».

— Нет, если я отдам его тебе, то потом не смогу бегать...

— Эхх!?

Он прибежал обратно, потому что я был недалеко, но он не может просто взять и одолжить кроссовок у кого-то, кто затем будет участвовать в этой самой охоте за мусором. Ике запаниковал из-за своей ошибки и бросился в наш лагерь.

Тем не менее, похоже, что другие ученики также испытывали трудности, поскольку я всё ещё не видел, что кто-либо возвращается с добычей. В конечном счете, благодаря удачному стечению обстоятельств, Ике смог добыть нужный предмет, и по итогам бурного старта соревнования, он занял 1-е место.

«Это не так-то просто...»

Затем, через несколько десятков секунд, завершил свой первый раунд класс А, затем B, после чего на последнем месте пришел класс C.

После этого был дан старт второму раунду. Я направился к коробке с заданиями, следуя слегка позади самых быстрых участников.

«Так, что же именно мне выпадет...»

Я засунул руку в коробку, стоящую передо мной. Внутри, кажется, довольно много бумаги. Стараясь не вытащить несколько листов разом, я выхватил один.

Затем развернул бумагу, сложенную в несколько раз.

«Приведи 10 друзей»

«... Они, наверное, издеваются...»

Я почувствовал, как в моих глазах темнеет.

Привести даже одного друга для меня было бы уже трудно, но десять? Они и в самом деле издеваются. Даже в мыслях я не мог набрать десятерых человек.

— Что ты там копаешься! Быстрее, Аянокоджи!

Закричал мне Ике, который стал нахально-самоуверенным после своего 1-го места. Но я ничего не мог поделать. Двоих людей, которых я мог бы посчитать своими друзьями в этом классе (Хорикита и Судоу), сейчас здесь нет, и это ставит меня в тупик. Поскольку Ичиносе и Канзаки — мои враги, то на них я тоже не могу рассчитывать...

— Я хотел бы сделать замену...

Я попросил о замене в соответствии с правилами. Другие участники уже убежали за своими предметами. Я прождал 30 секунд, после чего вытащил новый лист.

«Человек, которого ты любишь»

«Нет, нет, нет, нет... нет, нет, нет, нет, нет».

Что, черт возьми, такое с содержимым этих заданий. Кажется, они и в самом деле издеваются надо мной.

— З-Замена.

Я чувствовал замешательство, исходящее от учеников класса D, которые наблюдали за мной, но тут ничего не поделаешь. Интересно, если кто-то другой вытащил бы подобное задание, как бы он поступил.

Если покажу этот лист человеку противоположного пола, то это будет считаться признанием в любви. Даже если попрошу просто подыграть мне, это всё равно слишком смущает.

Прежде чем, наконец, выбрать себе предмет для охоты, я простоял в ожидании целую минуту.

«Настольные часы»

С третьей попытки я всё же вытащил то, что было мне по силам.

Тем не менее, если мне нужны настольные часы, значит, следует отправляться в здание школы...?

На всякий случай я попытался поискать в палатке учителей, но не смог ничего там найти. Пока возился, остальные три конкурсанта уже со всем закончили.

— ... это невозможно.

Удача оставила меня, и я не смог выдать хороший результат и занял последнее место. Речь не о том, сдерживался я или нет — это было соревнование, в котором я ничего не смог сделать.

Часть 1

(От лица Хорикиты Сузуне)

Соревнования Рекомендованных учеников должны были вот-вот начаться. Наконец я нашла красноволосого ученика, сидящего на диване в вестибюле общежития.

— Судоу-кун.

Позвала я его мягким голосом, чтобы не спугнуть. Судоу-кун отсел немного подальше, после чего обернулся и посмотрел на меня.

— ... Хорикита.

Вероятно, он удивлен, поскольку попросту не ожидал, что я могу здесь появиться.

— Зачем ты пришла...? Наверное, чтобы убедить меня вернуться?

— Разве я похожа на человека, который стал бы проделывать весь этот путь ради того, чтобы убедить тебя?

— Это... мне так не кажется. Тогда зачем? Чтобы снова поругаться?

— Не знаю. Я не знаю, зачем.

— А?

Судоу-кун наклонил голову, словно не понимая.

Не знаю, зачем. Наконец-то найдя Судоу-куна, я почувствовала, что ничего не могу сказать. Я попыталась вспомнить, зачем же именно искала его так долго.

— Если ты сдашься, то у класса D не будет никаких шансов.

— Полагаю, что так. К слову, у вас там сейчас проблемы, верно?

— Да. Полагаю, класс D сейчас занимает последнее место, и для того, чтобы изменить ситуацию, нам необходимо занять как можно больше 1-ых мест в соревнованиях Рекомендованных учеников. И даже в этом случае взобраться на вершину для нас будет практически невозможно.

Хоть в нашем классе и есть те, кто преуспевает в спорте так же, как и сам Судоу-кун, но на этом спортивном фестивале ему нет равных.

— И всё это несмотря на то, что я тащил их за собой вперёд, черт возьми. Этот ублюдок Хирата...

— Он не виноват в том, что попался тебе под руку. Наоборот, это ты должен быть благодарен ему. Если бы вдруг поднял руку на Рьюен-куна, то тебя могли бы дисквалифицировать.

— Я просто не мог вынести этого. То, что он сделал, было против правил.

— Твоя речь и поведение — вот главная проблема. Тем не менее, стоит признать, что на этом спортивном фестивале ты старался изо всех сил.

В этом он был не похож на себя обычного. В каком-то смысле это само по себе чудо. Ради одноклассников он, несмотря на отсутствие опыта, взвалил на себя роль лидера и старался провести их через трудности спортивного фестиваля.

Он быстро распаляется и готов лезть в драку, но это из-за желания победы, что является причиной всему этому.

Я могла судить об этом просто увидев, как он занял 1-е место во всех соревнованиях, за исключением 200-метрового забега, в котором Судоу отсутствовал; очевидно, что даже в командных соревнованиях он был недосягаем.

Поэтому я должна признать его заслуги и дать Судоу-куну соответствующую оценку.

— Но есть множество вещей, над которыми тебе нужно поразмыслить. Главным свидетельством этого служит то, что ты оказался здесь один по своей вине.

— И что это должно значить?

— Если бы ты был кем-то, кому люди могли доверять и на кого можно было положиться, то вместо одной меня сейчас к тебе бы пришло множество наших одноклассников. Чтобы убедить тебя вернуться.

Вероятно, это разозлило Судоу-куна, поскольку он несильно пнул стоящий перед ним стол.

— Проблема заключается в твоем отношении. У класса D всегда были с тобой проблемы. Промежуточный экзамен, инцидент с классом C. Твоя злость и драка сейчас. Именно потому, что ты продолжаешь делать такие вещи, никто и не хочет следовать за тобой.

— Значит, ты и в самом деле пришла, чтобы довести меня до белого каления. Избавь меня от этого, Хорикита. Я и так уже взбешен.

Будучи обвиняемым, Судоу-кун начал нервничать и выпускать наружу своё раздражение.

— Я согласен, что сделал нечто плохое, но в такой ситуации просто не смог сдержаться. Тут ведь ничего не поделаешь, верно?

— Удивительно, что ты думал, что сможешь провести всех нас через спортивный фестиваль с таким-то отношением.

— Прежде всего, я никогда этого не говорил. Это ведь другие люди умоляли меня стать лидером, так ведь?

— Даже если и так, поскольку ты согласился, то есть определенная степень ответственности, которую ты несешь.

— Заткнись. Меня не волнует что-то подобное.

— Ты ведешь себя как ребенок, как и всегда. В нашем обществе такое не прощают, верно?

— Заткнись!

Закричал Судоу. Он уставился на меня свирепым взглядом, словно пытаясь заставить замолчать. Но я не собиралась сдаваться.

— Грр... что еще?

Если бы на моем месте был кто-то другой, то он бы сдался.

У Судоу-куна кончилось терпение сверлить меня взглядом после того, как я не дрогнула, и он отвернулся.

— Твоя главная слабость заключается в том, что ты как открытая книга. Что случится, если не будешь учиться? Что произойдет, если применишь насилие? Ты просто не способен думать наперед.

— Ах, черт возьми, хватит! Оставь меня в покое, наконец! Меня уже тошнит от твоей проповеди!

Судоу-кун хочет остаться здесь, в этой школе. Но, несмотря на это, он продолжает применять насилие. За этим должна стоять какая-то причина. Если он не поймет причин и правил, то не сможет разорвать этот замкнутый круг.

Я... Даже несмотря на то, что я хотела навсегда остаться одной.

Поэтому, даже если он и возненавидит меня, я не замолчу. Прямо здесь и сейчас я раскрою всю его сущность.

— Если тебя это злит, то можешь ударить меня.

— А? Что-то такое... я ни за что не смогу сделать что-то такое...

— Это потому, что я девушка? Может, говорить об этом уже и поздно, но я довольно сильна. Собью тебя с ног прежде, чем достанешь меня своим кулаком.

— Намерена драться...? Честно говоря, ты действительно странная женщина. Ведь, как и сказала, никто больше не пришел за мной. Лишь ты одна.

Отчасти это потому, что Аянокоджи-кун поговорил со мной по этому поводу. Просто не чувствую необходимости говорить это вслух, поскольку я пришла сюда, будучи уже убежденной в важности Судоу для нашего класса. Но, видимо, у Судоу-куна пропал запал; он начал говорить, подавляя свой гнев.

— Причина, по которой согласился стать лидером, заключается в том, что я думал, что спортивный фестиваль будет проще пареной репы, поскольку я хорош в спорте. Я не проиграл никому из других классов, и это факт. Но нельзя выиграть командные соревнования, когда другие тянут тебя назад. И в «Захвате флага», и в кавалерийском сражении я проиграл из-за этих бесполезных людей. Я просто не смог вынести этого.

Я понимаю, что у него есть право жаловаться.

Даже среди всей нашей параллели спортивные способности Судоу-куна выдающиеся. Нет ни единого человека, способного угнаться за ним.

— Я могу сказать, что ты ненавидишь проигрывать в том, в чём ты хорош. Но неужели это единственная причина, почему ты так старался?

Если он просто не хотел никому проигрывать в спорте, то ему не нужно было брать на себя роль лидера. К тому же, Судоу-кун не мог не понимать, что классу придется весьма тяжело, когда речь идет о командных соревнованиях.

Другими словами, за этим определенно стоит другая причина.

Судоу-кун слегка наклонил голову, словно раздумывая, и вскоре ответил.

— ... ради них, чтобы они обратили внимание и начали меня уважать, я думаю... Просто подумал, что мог бы добиться этого. Хотел показать всем тем, кто смеялся надо мной... звучит отстойно, правда?

Успокоившись, Судоу наконец осознал как свои собственные желания, так и тот факт, что он бросил всё, не будучи в состоянии вынести это. Он с силой поскреб свои крашеные красные волосы.

— И теперь я снова изгой, верно? Что ж, всё в порядке. Это просто значит, что я вернусь к тому, как это было в средней школе.

— ...

Выслушав Судоу-куна, я замолчала. Не знаю, достигнут ли его мои слова. Аянокоджи-кун сделал мне выговор, я проиграла Рьюен-куну, а брат оставил меня.

Я чувствовала, что не имею права отчитывать его.

Это потому, что кто-то, кого я все это время рассматривала как «человека ниже моего уровня», теперь таковым мне больше не казался. Конечно, Судоу-кун груб, и он не тот человек, что думает о будущем.

Он не может совладать со своими эмоциями, и его характер неконтролируем.

Однако... взглянув на него с другой стороны, я смогла увидеть человека, который столкнулся с одиночеством, но продолжал сражаться против него. Тот, кто обладал мужеством противостоять этому, мог быть намного лучше меня.

Беспокоясь, что моя речь не найдёт в нём отклика, я искренне попыталась выдавить из себя эти слова и продолжила разговор, который никогда не был моей сильной стороной.

— ... странно. Эти твои чувства такие же, как и у меня.

— А? Что ты имеешь в виду?

— Желание получить чьё-то уважение. Желание продолжать борьбу своими силами. Я такая же.

Мы с ним похожи друг на друга. В том смысле, что мы оба несём в себе какое-то противоречие, но продолжаем бороться против своего одиночества.

— Ещё во время промежуточных экзаменов я чувствовала раздражение по отношению к ученикам, включая и тебя, которые не могли нормально учиться. Я злилась на людей, которые не могли делать то, что для учеников естественно, и просто не могла найти в себе желание сотрудничать с вами. По сравнению с этим, ты блестяще выступил на спортивном фестивале, потому что, как минимум, тащил за собой тех, кто не был хорош в спорте.

Учеба и спорт. Даже если они полная противоположность друг другу, эти вещи могут быть в чём-то схожими. Сейчас Судоу-кун остро чувствует то, что я чувствовала по отношению к нему и остальным тогда.

— Тогда ты понимаешь мои чувства. Сейчас я хочу побыть один.

— Я и правда хотела бы оставить тебя в покое. Но если сейчас мы потеряем тебя, то поражение класса D будет неизбежно.

Дело не только в личных проблемах Судоу-куна, всё это окажет сильное влияние на шансы нашего класса на победу.

— Ты ведь тоже тогда бросила свой класс, как и я, верно? У тебя нет права читать мне лекции.

Коротко возразив, Судоу-кун одним движением встал с дивана.

— ... ты прав.

Верно, мои слова ничего не стоят. Потому что до самого последнего момента я думала так же, как и Судоу-кун.

— Ты разочарована, да? Я уже привык к этому. Мои родители были ничтожествами. Вот почему я такой же. Я поступил сюда потому, что не хотел стать похожим на них, но теперь осознаю, что медленно становлюсь таким же, как и они...

Вероятно, намереваясь затем вернуться в свою комнату, Судоу-кун посмотрел на меня взглядом, в котором не было ничего, ни единого луча света. Я не знаю, что должна сказать теперь. Я ничего больше не знаю.

— Неправильно думать, что кто-то, рожденный ничтожествами, сам станет ничтожеством. Ты не можешь винить кого-либо другого за свое собственное будущее. Это то, что решаешь только ты. Я не стану соглашаться с твоим мнением.

Я решительно отвергла его слова. Потому что чувствовала, что несмотря на то, что понимаю его чувства, я все равно должна опровергнуть их.

— Если сестра гения тоже оказалась бы гением, то сколько бед можно было бы избежать...?

— Что ты имеешь в виду?

— ... Прямо сейчас ты никто. Кем ты станешь — это зависит только от тебя. Как минимум, у тебя есть выдающийся талант в плане спорта. Хоть ты и был груб и неуклюж, но ты помогал многим во время тренировок. Именно потому, что наблюдала за тобой, я поняла, что ты небезнадежен. Но прямо сейчас ты просто отброс. Ты не хочешь смотреть в глаза реальности и пытаешься убежать от неё. Если и дальше будешь продолжать это, то я на самом деле стану считать тебя отбросом.

— Тогда сделай это прямо сейчас. Мне уже все равно.

— Значит, ты собираешься закатывать истерику просто потому, что дела пошли не так, как ты хотел?

Неважно, насколько жестокими были эти слова, никакой реакции на них всё равно не последовало.

Вероятно, он уже закрыл свое сердце, и я не в состоянии открыть его вновь.

Прозвучал звонок об окончании обеденного перерыва. Сигнал о том, что начинаются соревнования Рекомендованных учеников. Теперь Судоу-кун не успеет вовремя на охоту за мусором.

— Возвращайся, Хорикита.

— Нет. Я не могу пойти обратно без тебя.

— Делай, что хочешь, мне все равно.

Судоу-кун двинулся с места и зашел в кабину лифта.

— Я буду ждать здесь, пока ты не вернешься. Столько, сколько понадобится.

— ... делай, что хочешь.

Двери лифта закрылись. Я не отводила взгляд от Судоу до самого конца.

Часть 2

(Снова к истории)

— Эхх... жалко. Ещё немного, и мы бы победили класс B…

— Полагаю, что так.

Мы подготовили замену Судоу во всенаправленном перетягивании каната, но всё равно в итоге потерпели сокрушительное поражение. Мы бросили вызов сопернику, имея лишь крошечный шанс на успех. И проиграли. Пали на самое дно.

Среди всех нас Хирата понес наибольший урон.

Как и в охоте за мусором, он взвалил на себя бремя уплаты личных очков, необходимых для замены участника, и на данный момент уже потерял значительное их количество. Это чрезвычайно трудная ситуация, когда мы вынуждены бороться за победу в состязаниях без нашего главного козыря, Судоу.

— Не похоже, что Судоу-кун собирается возвращаться.

— Хирата, ты планируешь оплатить замену и для следующего соревнования?

— Да. Потому что это необходимо. Это необходимые расходы.

Хоть для всех остальных это и было удобно, но Хирата заплатил уже целых три раза. Дважды за Судоу, который пропустил охоту за мусором и всенаправленное перетягивание каната, и один раз за Хорикиту, которая всё ещё не вернулась обратно. Действительно большая сумма.

Если он оплатит замену и для следующего состязания, то в общей сложности потратит 500 000 очков. Неважно, какую сумму Хирата смог накопить до этого момента, это все равно громадные траты.

— Ну... если не Судоу, то хотя бы Хорикита, скорее всего, позже вернет заплаченные за её замену очки.

Хоть сейчас её и в самом деле здесь нет, но это довольно бесчеловечно, заставлять Хирату оплачивать все замены. К счастью, Хорикита, как и Хирата, на предыдущем экзамене получила довольно большую сумму очков.

— Не пора ли тебе распределить расходы среди других? Я имею в виду тех, кто участвует в соревнованиях.

— Может быть. Но 100 000 очков — это большая сумма, и накопить столько непросто. Именно я предложил все эти замены, так что не могу ходить и выпрашивать у всех очки.

— Тебе не кажется, что вина лежит на том, кто сбросил с себя ответственность и оставил нас на произвол судьбы?

Не стоит забывать о том, что вдобавок ко всему Судоу избил Хирату. Однако, он, похоже, об этом даже и не думал.

— Не стоит забывать о победе класса, но, помимо этого, если мы сможем занять высокие места и выиграть призы, это даст нам преимущество на экзаменах. Лучше всего будет продолжать участвовать. Если придётся платить самостоятельно, то, скорее всего, большая часть учеников откажется от участия.

Конечно, большинство учащихся, которые остро нуждаются в баллах для предстоящих экзаменов, также беспокоятся и о своем финансовом положении. Конечно, все они хотят получить дополнительные баллы, но поскольку есть вероятность того, что даже заплатив, после этого они займут плохие места и окажутся ни с чем, люди будут колебаться.

Для них будет катастрофой, если они потеряют личные очки и при этом не заработают баллов для экзаменов.

Оставшиеся соревнования — это смешанная трехногая гонка и 1200-метровая эстафета, которая будет финальным состязанием.

Хирата намеревался опросить присутствующих, чтобы выяснить, заинтересован ли кто-либо в участии. Однако, прежде чем он начал, к нам подбежала Кушида.

— Эмм, Хирата-кун. Ты позволишь мне помочь? Я хотела бы поучаствовать в трехногой гонке. Конечно же, я сама заплачу за это очки... можно?

— А?

Как ни странно, но той, кто вызвалась участвовать, была именно Кушида.

— Я не могу позволить Хирате-куну в одиночку нести это бремя. Кроме того, хочу сделать всё возможное ради Судоу-куна и Хорикиты-сан...

— Конечно. Это отличное предложение, поскольку ты довольно хороша в спорте.

— Спасибо. Тогда я пойду и скажу Чабашире-сенсею, что буду участвовать вместо Хорикиты-сан.

Сказав это, она убежала.

— Так, теперь осталось найти парня. Пойду поспрашиваю людей.

— Эй, Хирата. Ничего, если я выступлю вместо Судоу на этом соревновании? Я заплачу очки. Если ты, конечно, не возражаешь, поскольку я не могу обещать нам первое место.

— Ну... хорошо. Конечно, я не возражаю... но ты и в самом деле уверен?

— Просто чувствую себя неудобно, поскольку ты несешь это бремя в одиночку. Вдобавок, я немного волнуюсь по поводу следующего экзамена, так что хотел бы попытаться заработать хотя бы один балл.

Получив разрешение, я сразу же отправился вслед за Кушидой и присоединился к разговору, который она уже вела с Чабаширой-сенсеем.

— Значит, Аянокоджи, ты собираешься заменить Судоу?

— Да.

— Как необычно, учитывая, что ты предпочитаешь быть зрителем.

— Значит, Аянокоджи-кун собирается бежать вместо Судоу-куна. С нетерпением жду этого.

— Я тоже. Я не очень быстр, так что заранее прошу прощения.

— Думаю, что в трехногой гонке важнее наша координация, чем скорость.

Разговаривая так, мы начали подготовку к состязанию.

— Яхуу... Аянокоджи-кун. И Кикё-тян. Похоже, что мы все в одной группе...

Сказав это, к нам подошла Ичиносе. Вместе с ней был Шибата.

— Ого... Нам придется действительно тяжело, если вы двое будете с нами в одной группе...

— Хоть Шибата-кун и потрясающ, я же не особенно хороша. Ещё даже ни разу не заняла первого места.

— В самом деле? Довольно неожиданно.

— Один раз я заняла 2-ое место, а в остальных состязаниях — 4-ое и 5-ое места. Сказать по правде, сейчас вместо меня должен был участвовать другой человек, но она вывихнула ногу на 200-метровом забеге. Похоже, сегодня довольно много людей получили травмы.

По всей видимости, и у класса B тоже есть отсутствующие участники. Значит, эта пара всего лишь результат импровизации.

— Шибата-кун, я свяжу наши ноги?

— Хорошо.

И пара класса B начала радостно связывать свои ноги.

— Ладно, мы тоже должны начинать... эмм, могу я оставить связывание ног на тебя? Если это начнет делать парень, то будет не очень хорошо смотреться со стороны.

— Ладно. Но странно, Аянокоджи-кун, разве не ты отлично справился с этим во время тренировки с Хорикитой-сан?

Кушида очень внимательно следит за всеми одноклассниками. Эта мысль часто появляется в моей голове.

— Она... исключение из правил. Я не могу позволить себе делать то же самое с другими девушками.

— Ты хочешь сказать, что она для тебя особенная?

Она, скорее, не особенная, а просто обладает особым статусом. Но словами это выразить довольно трудно.

— Трудно поверить, что Хорикита-сан отправилась на поиски Судоу-куна... как бы это сказать, Хорикита-сан всегда делает всё возможное, чтобы ничего не пропустить, верно?

— Я тоже был удивлен этим.

— На мой взгляд, ты вовсе не выглядел удивленным.

Сказала так Кушида, присев на корточки и обвязывая веревкой мою ногу.

— Это просто потому, что мне трудно выразить это внешне.

— Ты имеешь в виду свой покерфейс?

— Кушида.

— Подожди ещё немного, хорошо? Я уже почти закончила.

Ответив милым голосом, Кушида завязала красивый узел. Я решил резко её прервать.

— Это ведь ты, да? Предатель, который передал таблицу участников классу C.

— ... Аянокоджи-кун. Что с тобой случилось так внезапно? Даже для шутки это слишком жестоко...

— Я видел это. Ты сфотографировала на свой телефон нашу таблицу участников, которая была нарисована на доске.

— Я просто сохранила её на память. У меня были бы большие проблемы, если бы я забыла, когда и где должна выступать.

— Запоминать порядок, делая записи только от руки. Никаких фотографий. Разве не такова была договоренность?

— Правда? Прости, я совсем об этом забыла.

Закончив завязывать веревку, Кушида медленно встала, улыбнувшись мне, как и обычно.

— Случайно, не это ли и заставило тебя подозревать меня?

— Извини, но я уверен в своей правоте. Если бы это было не так, то класс C не смог бы так легко побеждать нас.

Время, когда мы можем стоять вот так рядом друг с другом, ограничено. В каком-то смысле, это прекрасная возможность поговорить.

— Хм, но всё же, даже если кто-то передал классу C нашу таблицу участников, это ведь вовсе не значит, что они легко и гарантированно выиграют?

— Это правда.

Конечно, поскольку результаты класса C нельзя назвать несравненными и недостижимыми, то установить истину будет трудно. Даже если они и получили нашу таблицу, выиграют они или нет — это все ещё зависит от команд классов A и B.

Тем не менее, факт остается фактом — это сильно повысило их шансы на победу.

— Эй, Аянокоджи-кун. Твое предположение о том, что я ответственна за утечку информации нашего класса, и то, что для тебя моя фотография стала решающим фактором... Это значит, ты знал, что таблица участников была передана на сторону, верно? Тогда почему ты ничего не предпринял? Разве ты не мог подать школе новую версию таблицы в качестве контрмеры против всего этого? Если бы сделал это, то таблица участников, которую сфотографировала я, стала бы бесполезной, ведь так?

— Это бессмысленно. Если предатель — один из учеников класса D, то это бы не сработало.

— Что ты имеешь в виду?

— Например, предположим, что мы и в самом деле изменили бы нашу таблицу, как ты и предложила, Кушида. Затем бы тайно предоставили новый вариант школе. В этой ситуации, если предатель из класса D, он может в любой момент всё проверить. Достаточно просто попросить Чабаширу-сенсея показать таблицу; предатель будет в своем праве, поскольку он ученик класса D.

Если кому-то захочется просто посмотреть и проверить таблицу участников своего класса, то это разрешено делать в любое время. Другими словами, даже если тайно внести какие-то корректировки, то итоговый вариант все равно уйдет на сторону, поскольку таблицу можно будет проверить в любое время.

Кушида... нет, Рьюен, без всяких сомнений, так бы и поступил в этом случае.

— Но если держать таблицу участников в секрете до последней минуты, а затем отправить её школе, то, даже если кто-то из другого класса и увидит её, он не сможет ничего изменить в своей команде, верно? Я всё ещё думаю, что ты мог заранее предотвратить всё это.

— Что ж, в таком случае таблица участников, возможно, и не была бы передана на сторону. Я не думал так далеко наперед.

— Ах, но если бы ты сделал что-то подобное, то впоследствии это сбило бы наших одноклассников с толку, как мне кажется... так не пойдет, верно?

Чтобы предотвратить шпионаж ради таблицы участников, нужно заранее предпринять меры. Конечно, как и сказала Кушида, если предоставить свою таблицу школе незадолго до крайнего срока, то затем соперник уже не смог бы ничего сделать, даже если бы заполучил указанную информацию, поскольку время уже прошло.

Однако, это вызовет путаницу среди наших одноклассников, которые не в курсе всего этого. Также это вызовет у них недовольство, поскольку изменения бы сделал кто-то один, несмотря на то, что ранее все уже достигли консенсуса.

Поэтому, принимая это во внимание, а также возможность утечки информации, оптимальным планом действий было бы сделать несколько вариантов таблицы участников класса.

Таким образом, независимо от того, какой из них будет представлен в итоге, мы всё равно сможем полноценно состязаться. Также это подействует как контрмера против любых утечек и не вызовет никакого сопротивления со стороны класса; соперники, с которыми мы столкнемся, также будут случайными, поэтому они ничего не смогут с этим поделать.

Возможность утечки была бы полностью нейтрализована.

— Я понимаю, в чем суть всего этого, но я невиновна, понимаешь? И я не хочу подозревать своих одноклассников.

— Значит, тогда мы должны обратиться к Чабашире-сенсею? Были ли ученики, которые проверяли таблицу участников после того, как она была отправлена школе. Если да, то такой человек, без сомнения, виновен во всем.

Тем более, если этим человеком был кто-то вроде Кушиды, которая уже призналась, что сфотографировала таблицу на свой телефон; если затем она вдруг решила проверить её, тогда это будет ещё более подозрительно.

— ...

Кушида закрыла рот, и впервые улыбка исчезла с её лица. Другими словами, этот невербальный ответ подтверждал мои слова. Однако, затем Кушида вновь широко улыбнулась.

— ... хе-хе. Ты и в самом деле нечто, Аянокоджи-кун.

Кушида засмеялась. Это было лицо, которое я уже видел ранее, та сторона Кушиды, которую я не знал.

— Ничего не поделаешь, шила в мешке не утаить. Ты прав, это я передала информацию о нашей таблице участников.

— Значит, ты признаешь это?

— Да. Я в любом случае была бы разоблачена, стоило только спросить Чабаширу-сенсея. Это был лишь вопрос времени. Кроме того, даже если я признаюсь во всём тебе, Аянокоджи-кун, то уверена, что меня не раскроют. Ты ведь не забыл, не так ли? Моя униформа, которую ты трогал? Если об этом узнают, то для тебя это станет большой проблемой, ты ведь понимаешь?

Это была угроза. Если я разоблачу предательство Кушиды, то она передаст школе свою униформу с моими отпечатками на ней.

— Конечно, я не смогу разоблачить тебя. Но скажи мне ещё кое-что. Экзамен на корабле. Все вышло именно так, потому что ты через Рьюена сообщила другим ученикам о том, что являешься «целью», верно? И ты попросила его об ответной услуге в обмен на эту информацию.

— И что же это за услуга? Знаешь ли ты, чего я так сильно хотела добиться, что даже предала свой класс?

— Ты так нагло и откровенно действовала на этом спортивном фестивале, что я бы нашёл ответ, даже если бы и не хотел. Это то же самое, о чём ты говорила со мной некоторое время назад, не так ли?

— Ахаха... да, действительно. Ты и в самом деле всё понял.

— Да. Почему ты решила предать свой класс? Я хотел бы узнать конкретную причину, стоящую за твоими поступками.

— Я хочу, чтобы Хорикита Сузуне была исключена. Это и есть причина.

— Я просто всё никак не мог понять, почему ты так настойчива и упорна, когда дело доходит до противостояния Хориките.

Я хотел, чтобы они решили этот вопрос между собой до начала спортивного фестиваля, но ничего из этого не получилось.

— Извини, но я собираюсь добиться исключения Хорикиты-сан. Чтобы ты не говорил, я не передумаю.

— Другими словами, ради этой цели ты будешь даже саботировать действия класса D?

— Верно. Я не против того, чтобы оставаться в низших классах. Исключение Хорикиты-сан меня устроит. Не пойми меня неправильно. Как только Хорикиты-сан здесь больше не будет, я буду всеми силами сотрудничать с нашими одноклассниками и стремиться к классу А. Обещаю это.

Судя по всему, остановить Кушиду уже невозможно. С какой же решимостью она совершила это предательство. По всей видимости, если потребуется, ради своей цели она будет сотрудничать даже с такими людьми, как Катсураги, Ичиносе или Сакаянаги.

— Ах, но я изменила своё мнение насчет кое-чего. Только что. Теперь ты, Аянокоджи-кун, тоже в моём списке людей, подлежащих исключению из этой школы. Другими словами, после вашего с Хорикитой изгнания, я вместе со всеми буду стремиться к классу A.

Она произнесла это со своей обычной улыбкой. Улыбкой, которая буквально ослепляла.

— Ты не думала о том, что Рьюен-кун может выдать тебя?

— Я не идиотка, поэтому не оставила никаких следов и доказательств. Для Рьюен-куна обыгрывать других людей — обычное дело, и вдобавок ко всему, он лжец. Предаст он меня или нет, я уже сделала свою ставку.

Я просто хотел сказать, что есть много способов обмануть другого человека. Похоже, Кушида серьезно настроена сокрушить Хорикиту.

Если среди одноклассников появляется предатель, то, в конечном итоге, всё закончится тем, что класс без конца будет сражаться в безнадёжных битвах. Наша таблица участников, наша стратегия — вся эта информация ушла на сторону. Надеяться на победу в таком случае — просто безрассудно.

Что ж... человек, который допустил факт существования предателя и оказался не в состоянии сформировать какую-либо стратегию против этого, также виноват.

Тот, кто использует предателя в наших рядах, чтобы реализовать свой план, который проложит ему путь к победе, действительно талантлив.

— У Хорикиты-сан сплошные неприятности на этом спортивном фестивале. Жаль, что ты не смог ей помочь, верно?

— Я ничего об этом не знаю.

После того, как я дал ей этот короткий ответ, мы с Кушидой начали наше состязание в трехногой гонке, противостоя друг другу.

Часть 3

С момента ухода Судоу прошло около часа. Если фестиваль проходит, как и запланировано, то сейчас наш класс уже должен готовиться к финальному соревнованию. Брешь, оставленная в наших рядах уходом Судоу-куна, в любом случае незначительной не назовёшь. Я могу ожидать от Хираты-куна и остальных упорной борьбы, но надеяться на хороший результат не стоит.

Я не могу делать ничего другого, кроме как бесцельно стоять на одном месте.

Я так и стояла перед лифтом. Даже если мне скажут вернуться в наш лагерь и отказаться от участия, у меня все равно не будет возможности заплатить сумму, необходимую для замены. Имеющиеся у меня очки позже будут забраны Рьюен-куном. Другими словами, я даже не смогу заплатить за собственную замену. Вернувшись в лагерь, буду лишь только бесполезна.

Но это не единственная причина, почему я не могу покинуть это место.

Даже если я ненадолго покину свой пост, а Судоу-кун в это время вернется, то он, несомненно, будет разочарован. Даже несмотря на то, что поражение класса D уже практически произошло, я всё равно хочу сделать всё возможное.

Я верю, что Судоу-кун вернется.

Вот и всё.

И затем моё ожидание окупилось.

— Ты... ты и правда всё это время была здесь?

— Наконец-то ты вернулся, Судоу-кун.

Я сохраняла своё самообладание, но в глубине души была счастлива.

Счастлива до такой степени, что непроизвольно выкрикнула вслух имя Судоу, увидев его фигуру в лифте.

Я действительно благодарна тем, кто установил камеры, транслирующие кабину лифта. Это дало мне время, чтобы успокоиться.

— Разве всё ещё не закончилось? Спортивный фестиваль, я имею в виду.

— Может быть и так. Но если вернемся сейчас, то ещё успеем на какое-нибудь соревнование.

— И смысл? Даже если поучаствуем, мы уже всё равно проиграли.

— Что ж, класс D и в самом деле может ожидать катастрофический результат, даже превосходящий все наши опасения. Я была вынуждена отказаться от участия из-за своей травмы, а Коенджи-кун отсутствовал с самого начала. И Судоу-кун покинул нас посреди соревнований. А наши одноклассники, по сравнению с другими классами, не имеют больших шансов на победу.

Соревнования Рекомендованных учеников, в которых я хотела принять участие, чтобы попытаться исправить ситуацию, несомненно, окажутся для нас катастрофой.

— Поскольку ты проделал весь этот путь, я полагаю, это значит, что ты собираешься вернуться и участвовать в соревнованиях?

— Нет. Я просто пришёл проверить, здесь ты или нет...

— Прождав тебя целый час, я думала о многом. Что я за человек, что ты за человек. И всё переосмыслила. В конце концов, мы с тобой похожи.

Оставшись наедине, я успокоилась и наконец почувствовала, что нашла чёткий и ясный ответ.

— У нас нет ничего общего. Мы с тобой слишком разные.

— Нет. Мы с тобой похожи друг на друга. Чем больше я думаю об этом, тем больше это чувствую.

Это не было ложью. Эти слова исходили из глубин моего сердца.

— Всегда один. Всегда одинок. Но ты верил, что сможешь всего добиться и продолжал бороться. Если между нами и есть разница, то это то, от кого мы ждем признания — от одного-единственного человека или от группы людей. Я уже рассказывала тебе о президенте студсовета, так что ты знаешь об этом, верно?

— Да. Тот парень, что всегда важничает, да? Он что-то с чем-то.

— Он мой старший брат.

— ... ох?... кстати говоря, ты говорила, что поссорилась с ним... верно?

Когда Судоу-кун вспомнил об этом, я начала рассказывать ему о своем брате.

— Наши родственные отношения далеки от хороших. Причина в том, что у меня нет таланта. Моему исключительному брату не нравится быть связанным с таким бесталанным человеком, как я. Вот почему я старалась стать кем-то выдающимся. Как в учебе, так и в спорте. И стараюсь даже сейчас.

— П-Погоди минутку. Хочешь сказать, что ты не умна и не хороша в спорте?

— С точки зрения обычного человека — возможно. Но с точки зрения моего брата, в этом нет ничего особенного. Только то, что обычно и ожидается.

По всей видимости, Нии-сан достиг моего текущего уровня на 1-ом или 2-ом году средней школы. Хотя это могло произойти и ранее.

— Вот почему я всегда бежала вперед, стараясь догнать своего брата, не сближаясь ни с кем вокруг. И в результате всегда была одна. Всякий раз, когда оглядывалась вокруг, то видела, что рядом со мной никого нет. Даже на этом спортивном фестивале я была очень расчётлива. Думала, что если приму участие во множестве соревнований и покажу результат, то даже мой брат обратит на меня внимание. И это единственная причина, почему я сказала, что хочу быть последним бегуном на эстафете. Потому что у меня была слабая надежда, что если сделаю это, то он поговорит со мной или подбодрит. Ради класса или ради себя — в глубине души для меня всё это было не так важно.

Борясь со слабостями Судоу-куна, я также преуспела в борьбе против своих собственных.

— Неужели он и правда не признаёт тебя? Даже когда ты так стараешься.

— Верно. Нисколько, ни капельки. Но теперь я наконец поняла. У меня совсем нет таланта. Во время этого спортивного фестиваля я спотыкалась то тут, то там, как и задумывал Рьюен-кун, и не смогла выдать ни одного удовлетворительного результата. Мой брат ни за что не признает меня. А единственная причина, по которой я стремлюсь к классу A — это признание моего брата. Ничего не изменилось. Но я осознала, что методы, которые использовала для достижения этого, были ошибочны. Я не одинока. Имея союзников, я, возможно, смогу достичь этой вершины.

— Разве ты не собираешься сдаться?

— Возможно, именно это и есть разница между нами. Я никогда не сдамся. Я буду упорно трудиться, чтобы мой брат признал меня, чтобы стать кем-то, кто не будет для него позором.

— Идти по такому пути — это больно...

— Полагаю, так и есть. Если ты единственный человек во всем мире, то тогда без всякого сомнения можно жить в спокойствии, не страдая. Но думать о таких вещах бессмысленно. Потому что мы не одиноки. Во всем мире живут миллиарды людей, и даже рядом с нами их много. Мы просто не можем игнорировать это.

Человек не может выжить в одиночку. Люди должны идти по своему жизненному пути вместе с кем-то другим.

Этот спортивный фестиваль оказался тяжелым испытанием для класса D, и всё же он стал чем-то, за что мне стоит сказать спасибо.

— Я сказала, что ты продолжаешь вести себя агрессивно. Поэтому и отвернулась от тебя. Но дело не в этом. Это не было правильным ответом. Если тебе когда-нибудь покажется, что ты вновь сбился с пути, то я буду рядом, чтобы помочь тебе вернуться. Поэтому, до тех пор, пока мы не выпустимся, пожалуйста, одолжи мне свою силу. Я тоже обещаю дать тебе свою силу в меру своих возможностей.

Я уставилась в его глаза. Посмотрела, не отводя взгляда. Потому что хотела, чтобы он принял мою решимость.

— Ещё совсем недавно всё было не так... Почему же сейчас твои слова значат так много?

— Может быть, потому что я честно признала правду. Правду... что я жалкий человек, и до этого предпочитала лишь закрывать на это глаза.

Я не могу поделиться этим со всеми. Однако, если это будет кто-то, такой же как я, то это другое дело.

— Я скажу это ещё раз, Судоу Кен-кун. Одолжи мне свою силу.

— Хорикита...

Судоу-кун с силой сжал кулаки и ударил ими себя по лбу.

— Аа... что это за чувство? Я не понимаю, но чувствую, что мои глаза, наконец-то, открылись...

Он сказал это, сделав шаг мне навстречу.

— Я буду сотрудничать с тобой, Хорикита. Я... Я чувствую, что впервые моё существование признали за пределами баскетбольной площадки. И поэтому хочу ответить на твои чувства.

Я чувствовала на своем лице естественную улыбку, возникшую после его слов. Чувствовала впервые. Интересно, что это сейчас так пульсирует в моей груди. Могу лишь сказать, что это не дружба или любовь.

Что-то другое... Верно, чувство смущения от того, что теперь у меня есть кто-то, кого я могу назвать своим товарищем. Это нечто совсем иное, отличное от моих отношений с Аянокоджи-куном и братом.

То, чего мне не хватает. То, в чем явно испытываю недостаток. Интересно, сделала ли я первый шаг вперед.